3. Активное Воображение


...

3.6 Фаза третья: Ценности

Итак, мы узнали, как приглашать личности из бессознательного и как начинать с ними беседу. Но этого недостаточно. Мы также должны занять и этическую позицию. Как наделенные сознанием человеческие существа, мы просто обязаны привнести в происходящие события этический элемент.

Если вы включили воображение, если вы пригласили первичные, инстинктивные силы подняться на поверхность и заговорить с вами, то вы должны очертить определенные границы. Именно руководствующееся этими представлениями осознающее эго должно очертить эти границы, чтобы предотвратить сползание воображения в крайность, бесчеловечность или деструктивность.

Юнг занял смелую точку зрения, заключающуюся в том, что в созидании человечество играет специфическую роль: оно привносит в него акт сознания и нравственную точку зрения, в высшем понимании этого слова. Окружающая нас вселенная огромна и прекрасна, но ее силы ведут себя по-своему безнравственно. В отличие от нас, их не волнуют типично человеческие ценности: справедливость, честность, защита беспомощных, служение своим собратьям, сохранение в целости ткани практической жизни. Это мы привносим эти ценности в окружающий нас мир. И поскольку возникающие в нашем Активном Воображении создания, зачастую с вполне определенной целью, персонифицируют безликие силы природы, то мы должны вносить в Активное Воображение этический, человечный и практический элементы.

Юнг также заметил, что без этического конфликта не может быть развития сознания в том смысле, в каком оно понимается людьми. Сознание всегда включает в себя этические противоречия: мы осознаем существование противоположных ценностей, установок, стилей поведения и понимаем, что должны сделать свой нравственный выбор.

Все эти принципы отражаются в Активном Воображении. По мере того, как возникают внутренние личности, на поверхность поднимаются различные установки и возможности, и мы неизбежно должны занять определенную этическую позицию, чтобы установить равновесие между противоположными ценностями.

"Не менее ошибочным будет считаться то, что достаточно добиться определенного понимания образов, чтобы на этом процесс познания можно было считать законченным. Их понимание должно быть преобразовано в нравственные обязательства. В противном случае, вы становитесь жертвой принципа силы, а это ведет к разрушительным последствиям, опасным не только для окружающих, но и для самого «мудреца». Образы бессознательного требуют от человека большой ответственности. Если человек их не понимает или если он уклоняется от этической ответственности, то он утрачивает свою целостность, что приводит к болезненной фрагментации его жизни".19


19 Jung. Memories, Dreams and Redactions, p.p. 192.



Юнг рассказал о молодом человеке, которому приснилось, что его подружка провалилась в полынью и начала тонуть. Юнг сказал молодому человеку, что он не должен сидеть сложа руки и ждать, пока ледяные силы судьбы убьют его внутреннее женское «я». Он посоветовал ему погрузиться в Активное Воображение, найти что-нибудь, с помощью чего можно было бы вытащить девушку из озера, разжечь костер, раздобыть сухую одежду и, тем самым, спасти ей жизнь. Это был тот этический, нравственный и человеческий поступок, который следовало совершить. Эго обязано как заботиться о привитии чувства ответственности за создания внутреннего мира, так и о благополучии его собратьев во внешнем мире. Речь здесь идет о здоровье нашего собственного, внутреннего "я".

Я вспоминаю случай, произошедший с одной женщиной, внутренняя архетипическая фигура которой добивалась полного контроля над ее жизнью за счет ее женской природы. Эта женщина занималась анализом вместе со мной, и в ее Активном Воображении, как правило, появлялся образ очень могущественного и мудрого мужчины. Мужчина сообщал ей чрезвычайно полезную информацию, но, в то же время, он пытался убедить ее отказаться от ее основных женских инстинктов. Он старался все больше и больше подчинить себе ее жизнь за счет самой сути ее природы.

Однажды она занималась Активным Воображением, и он неожиданно сказал ей: " Отдай мне свои ключи и кошелек. С этого момента всем руковожу я". И в своем воображении она подчинилась ему, отдав ключи и кошелек.

Когда она прочитала мне этот эпизод, я подскочил: "Ты ни в коем случае не должна отдавать ему свои ключи и кошелек! Кошелек и ключи символизируют все твои возможности и полное управление твоей жизнью. Если ты их уступишь, ты отречешься от своей законной роли и отдашь все свое сознание во владение только одной части своего «я». Ты не можешь этого сделать, каким бы мудрым или «правильным» не казался тебе этот мужской образ. Своей жизнью можешь руководить только ты сама; ты не можешь передать эти функции кому-либо еще.

Послушай, ты должна еще раз пройти через это: вернись и скажи, что ты забираешь назад свои ключи и кошелек. Скажи ему, что ты будешь слушать его, уважать его и принимать во внимание то, что он говорит — но ты не можешь допустить, чтобы он руководил всей твоей жизнью. Скажи ему, что о своем «я» должна думать именно ты, и только ты должна принимать решения".

Вспышка моего гнева произвела впечатление на женщину, и она последовала моему совету. Она вернулась в свое воображение и объяснилась с этой могущественной мужской фигурой. Мужчина все понял и немедленно вернул ключи и кошелек.

К сожалению, эта женщина прекратила заниматься анализом и по прошествии года полностью подчинилась своему стремлению к власти. Она позволила властному аспекту мужской части ее «я» полностью завладеть своим внутренним миром. У нее создалось слишком высокое мнение о себе самой. Она возомнила себя всезнающей, она вслух поучала и пыталась доминировать в любой ситуации.

Вот пример того, что получается, когда вы допускаете, чтобы у вас сложилось о себе слишком высокое мнение, когда вы подчиняетесь архетипу и теряете независимость своего эго. В чем тут этическая проблема? Каждый раз, когда вы позволяете одной части вашего «я» подчинить себе все свои инстинкты и ценности, вы неизбежно причиняете себе значительный вред. Ваше поведение и отношения с другими людьми обязательно станут неуравновешенными.

Современное слово «этика» и концепция этического поведения происходят от древнегреческого слова, означающего "правильное поведение". Примечательно, что это слово, в свою очередь, произошло от греческого же слова ethos, означавшего "суть характера" или «дух» личности или народа. Стало быть, — «этика» — это личные стандарты поведения, соответствующие истинному внутреннему характеру индивидуума.

Этика — это принцип единства и постоянства. Ведущие себя этично люди — это те, которые стараются, чтобы их поведение соответствовало их же ценностям.

Если поведение человека сильно противоречит сути его характера, то это всегда приводит к фрагментации личности. Как сказал Юнг: "…если он уклоняется от этической ответственности, он утрачивает свою целостность, что приводит к болезненной фрагментации его жизни".

На основании всего вышесказанного вы можете выделить три основных элемента, обеспечивающих сохранность этического аспекта в Активном Воображении.

Во-первых, вы привносите этический элемент посредством неукоснительного соблюдения установок и манеры поведения, соответствующих вашему характеру и вашим основным ценностям.

Во-вторых, этическое равновесие требует того, чтобы мы не допустили преобладания одного архетипа за счет других. Мы не можем принести наши основные ценности в жертву стремлению решить какую-то частную задачу.

В-третьих, мы должны лелеять и сохранять те специфические человеческие ценности, благодаря которым продолжается обычная повседневная человеческая жизнь и сохраняются человеческие отношения.

Коллективное бессознательное обладает настолько мощной силой, что поток примитивной энергии может внезапно подхватить наш осознающий разум и понести его к инстинктивной цели, невзирая на последствия, которые это может иметь для обычной человеческой жизни или окружающих нас людей.

В вашем Активном Воображении обязательно появится могущественный образ, персонифицирующий эту грубую жажду власти, Он может отчаянно убеждать вас отбросить все нравственные принципы, которые мешают вам получить то, чего вам хочется, и освободиться от «сковывающих» вас обязательств и обязанностей. Эти идеи, как правило, вызывают жгучее желание самоутвердиться, контролировать ситуацию у себя на работе, подчинять себе семью и друзей, заставляя всех плясать под свою дудку.

По мере того, как развиваются фантазии такого рода, вы все больше и больше убеждаете себя в том, что очень просто сможете разрешить все противоречия и проблемы: вы навяжете окружающим вас людям свои правила игры, будете делать все, что считаете нужным, и не будете слушать тех, кто с вами не согласен. Эти крайности очень привлекательны, поскольку в них есть определенная, хоть и неполная, правда. У любого из нас есть недостаток, слабое место в отношениях с самим собой и окружающими. Если мы слабовольны и легко поддаемся настроению, если мы не способны решить обычные житейские проблемы, то нет ничего удивительного в том, что из бессознательного до нас доносится трубный глас, призывающий удариться в другую крайность. Мы увлеченно фантазируем о том, как бы это разрешить все проблемы одним только актом воли. Но если мы воспримем это послание буквально и попытаемся реализовать его в грубой, неразвитой форме, то придем к тому, что будем вести себя, как вождь гуннов — Атилла. У нас за спиной останутся только пепелища.

Вот именно в этот момент вы и должны бросить на противоположную чашу весов этические ценности. В противном случае, вы ударитесь в разрушительную крайность, причем «разрушаться» будете именно вы. Ваша жизнь превратится в пустыню, в которой не будет места ни человеческим ценностям, ни человеческим отношениям.

На этом этапе, важнейшей задачей эго является отпор, защита таких человеческих ценностей, как честность и преданность. Эго должно спросить: "Какое воздействие на мою повседневную жизнь окажет эта крайняя, потусторонняя доктрина?" Эго должно суметь отблагодарить, очеловечить безликие силы бессознательного, с их буйной, иногда бесчеловечной натурой.

Если отчаянно рвущаяся из вашего бессознательного установка разрушит вашу практическую жизнь, повредит вашим отношениям с семьей, причинит вам неприятности на работе или приведет вас к постоянной борьбе за господство, то вы имеете право и просто обязаны защищаться, предлагать этическую альтернативу.

Вы можете сказать: "Слушай, существуют имеющие для меня очень большое значение определенные человеческие ценности. Я не собираюсь от них отказываться. Я не предам свою семью, любимых и друзей. Я не хочу принести всех и вся в жертву каким-то идеалам".

Вы уже знаете, что ваш диалог должен быть диалогом равных. Это значит, что уважать говорящие с нами в Активном Воображении архетипы — это еще не все; мы должны считать себя равными, в нравственном смысле, и, стало быть, способными занять этическую позицию — высказывать свое мнение. Только тогда у нас получится настоящий диалог. Мы не должны стремиться подавить собеседника и, в то же время, не должны допустить того, чтобы он подавил нас.

Отчаянная потребность в этическом чувстве, на уровне эго, проистекает из самой природы бессознательного. В определенном смысле, бессознательное безнравственно: то есть оно озабочено выражением и реализацией мощных, безликих лейтмотивов психической вселенной. Как и все остальные силы природы, любой архетип и любая сила бессознательного нравственно нейтральны. Сам по себе, архетип не может очертить нравственные или этические границы того, о чем следует помнить, то есть о других ценностях. Этот внутренний голос должен быть поставлен в определенные рамки, с целью достижения равновесия и улучшения, а не ухудшения жизни.

Архетипы врываются в сознание со всей накопившейся в них энергией, словно дикие животные первобытных джунглей, и поэтому их вряд ли волнуют человеческие представления о честности, справедливости или нравственности. Они служат царству инстинкта: для них имеет значение только служение природе, поддержание эволюции, воплощение всех архетипических тем в человеческой жизни. Но как именно это должно происходить, сколько вреда это может причинить и какие другие ценности могут быть растоптаны при этом продвижении вперед — грубые, примитивные принципы не знают, что об этом следует думать

Первичные архетипы можно сравнить со львами, живущими в естественных условиях: когда мы видим их в их диком великолепии, они кажутся нам воплощением благородства. Но они также являются безликими силами природы, каждый из них живет по своим правилам, подчиняется холодным и безнравственным законам природы, которые не включают в себя такие человеческие понятия, как жалость, доброта, любовь, честность, способность поставить себя на место жертвы.

Многие архетипы, из которых состоит общий полный человечески характер, проявляются как чистые, грубые инстинкты преследования, выживания, агрессии, защиты своей территории. Если посредством любви и нравственной ответственности привести их в соответствие с человеческими ценностями, они могут принести огромную пользу. Но если они будут доминировать в нас за счет человеческих чувств, то превратят нас в обыкновенных варваров.

Психология bookap

В любой личности, приходящей к нам в нашем Активном Воображении, есть определенная истина и определенная мудрость. Как правило, каждый образ несет ту мудрость, в которой мы нуждаемся для того, чтобы компенсировать однобокость нашего эго и привычного нам взгляда на жизнь. Но чем больше внутренняя личность отождествляется с чистым архетипом, тем существует большая вероятность того, что она займет полярную точку зрения, представляющую ту крайность, которая находится за пределами человечности и здравого смысла

Стало быть, "открывая дверь" в бессознательное, мы, прежде всего, обязаны независимо и ясно мыслить. Мы должны слушать очень внимательно, чтобы расслышать слова истины в напыщенных, соблазнительных, театральных речах внутренних голосов. Мы должны отблагодарить эту истину, сделав ее более цивилизованной, более чувствительной, более человечной, более терпимой, чтобы, интегрируя эту истину в обычную человеческую жизнь, мы не испепелили саму жизнь. И вы должны занять по отношению к этой истине свою индивидуальную этическую позицию.