Глава 5

О самом интересном


...

В тоске по идеалу

…И мечется под душным одеялом
в тоске по незабвенным идеалам…

Александр Иванов

Застенчивые люди часто отличаются перфекционизмом и в то же время стремлением погружаться в мечты и фантазии, жить в искусственном мире, который они создали в своем воображении. Особенна характерна эта «взрывоопасная смесь» для чувствительных, творческих натур. Именно сочетание перфекционизма и эскапизма заставляет женщин до седых волос искать прекрасного принца, а мужчин – грезить о прекрасной даме.

Есть другой вариант: влюбленный наделяет объект своего обожания идеальными чертами, поклоняется выдуманному кумиру, портрету, который зачастую мало похож на оригинал.

Влад был хорошо известен в мире художников, выставки его картин пользовались неизменным успехом, он не мог пожаловаться на недостаток славы и денег. В Серафиму он влюбился с первого взгляда. Она покорила его своим обликом, который соответствовал ее имени. Сима выглядела как хрупкий белокурый ангелочек с огромными синими глазами, не хватало только крылышек за плечами. Через две недели после знакомства она вышла замуж за Влада.

За ангельской внешностью скрывался настоящий чертенок. Сима обожала шумные компании, клубы, всевозможные развлечения. Днем она отсыпалась после бурной ночной жизни или занималась шопингом. О бытовых заботах и слышать не хотела: «У тебя есть деньги, найми прислугу!» Творчество Влада было ей глубоко безразлично.

Поскольку муж не мог быть ее постоянным спутником, Сима развлекалась в обществе многочисленных поклонников, богатых молодых бездельников, осыпавших девушку не только знаками внимания, но и дорогими подарками. В ответ на осторожные замечания мужа Сима только презрительно фыркала.

Отношения между супругами окончательно испортились, когда материальное положение Влада пошатнулось: его картины стали пользоваться меньшим спросом, ему пришлось отказаться от участия в нескольких зарубежных выставках. Просьба мужа ограничить свои «аппетиты» привела Симу в бешенство. Начались скандалы. «Я думала, что вышла замуж за „звезду“, а не за неудачника!» Вскоре супруги расстались.

Сейчас в мастерской Влада висит портрет Симы. С холста смотрит невинный белокурый ангел. Друзьям художник говорит: «Это действительно она. Сима сама не знает, что она такая…»


Мих. Романоff, автор любопытной книги «Русские правила съема» (издательство «Питер»), утверждает:

«Есть масса парней, которые вместо того, чтобы воспринимать девушек как живых людейрисуют их в своем воображении богинями, феями, инопланетянками и прочей сказочной живностью. В итоге им остается только водрузить свою длинноволосую идолшу на пъедестал и молиться на ее бронзовый бюст

В результате девушка смотрит на героя и думает: „Вы посмотрите на этого отморозка – он что, вот так прямо влюбился в меня с первого взгляда?!“. Действительно, как тут с подружками не похихикать?»

Читая книги, написанные столетие и более назад, я убеждаюсь, что мысли людей, живших тогда, и наших современников часто совпадают, но в XIX веке для выражения той же мысли использовали другие слова, и оттого сама идея меняла свой облик – она становилась не такой грубой, плоской, категоричной.

В 80-х годах позапрошлого века Ги де Мопассан написал стихотворение «Завоевание», в котором, как и Мих. Романоff, c иронией описывал фантазии влюбленных, но делал это по-другому.

О чем эти стихи? Юноша, увидев прекрасную незнакомку, погрузился в «мечты сладчайшие, сладчайшие обманы»:

В чужие страны он спешил за нею вслед;
вдвоем они брели равнинами Эллады,
и он спасал ее, как рыцарь из баллады,
от всех опасностей, от всех чудесных бед.
Вы скажете, что в нем все чересчур наивно;
но если не мечтать, что делать нам порой?
и не прелестно ли под посвист ветровой,
сев у огня, мечтать о незнакомке дивной?


Встретив девушку на реке в компании развлекающихся молодых людей, он был поражен: катаясь с друзьями в лодке по Сене, он не раз встречал таких девиц легкого поведения.

Он замер, недвижим. Бесстыдница, смеясь,
ему мигнула. Он был нем. Она нашлась:
«Ты, верно, дурачок, решил, что я святая?»
Как мог ее считать он знатной, гордой, тонкой?
Она была простой, веселою девчонкой.
Одною вилкою они, меняясь, ели,
а после, к вечеру, скользнули прочь тайком, —
и не узнать вовек, на чьей он спал постели!..
Восторженный поэт, искатель жемчугов,
нашел подделку он – и поднял. И прекрасно!
Я верю в здравый смысл пословицы бесстрастной:
«Когда бекасов нет, отведайте дроздов».