Технология 12. Блиц-включение сверхобучаемости

Люди так устроены, что им хочется чуда. Причем одни ждут чуда, чтобы им восхититься, а другие – чтобы доказать, что и это не чудо вовсе. Самое парадоксальное в этом то, что и те и другие, преследуя абсолютно противоположные цели, порой достигают их при виде одного и того же явления. Более того, и те и другие при этом испытывают удовлетворение.

Таким чудом для меня всегда было третье занятие по сверхобучаемости. Почему чудом? За одно занятие люди несколько раз испытывают изумление. В самом начале – от неожиданного эффекта торможения, когда большинство, находясь в здравом уме и в доброй памяти и безо всякого гипноза со стороны, вдруг не могут выполнить простого арифметического действия. Через 10 минут они начинают считать свободнее и увереннее, отчетливо понимая, как их же слова (настрои) влияют на скорость и на другие характеристики счета. А в конце занятия половина участников удивляются наличию у себя неожиданно открывшихся способностей к портретному рисованию.

Как и обещал, я открываю еще один секрет столь быстрого включения навыка сверхобучаемости. Причем эта техника применима не только к портретному рисованию, но и к другим видам деятельности.

Итак, все начинается с предварительного настроя, 3–4 минуты, на овладение навыком сверхобучаемости. Затем дается простое задание из этого вида деятельности. Например, нарисовать ластик, проговорив соответствующий настрой в состоянии сверхобучаемости.

После этого обязательно используется настрой на осмысление опыта данной деятельности и на оживление предыдущих жизненных опытов аналогичной деятельности. Можно вспомнить уличных художников или уроки рисования.

Далее выполняется еще один пробный рисунок, но посложнее. После этого в состоянии сверхобучаемости снова происходит осмысление этого упражнения и других воспоминаний о рисовании, после чего следует прямое обращение к подсознанию с просьбой помочь нарисовать похожий портретный рисунок, на что уходит еще 5–10 минут. И только после этого группа начинает рисовать портрет с натуры.

В конце занятия люди с изумлением рассматривают свои рисунки и говорят, что до сих пор вообще не рисовали. Часть присутствующих не испытывают энтузиазма, так как они не нарисовали ничего, даже близко напоминающего портрет. Это не значит, что они не обучаемы технике рисования, просто исходный уровень художественных навыков у них оказался несколько ниже.

Аналогичным образом можно обращаться к развитию и других навыков. К примеру, наклеиванию обоев или улучшению почерка, оттачиванию техники плавания или поиску новых идей в креативной рекламе. Если результат нужен, что называется, немедленно, можно попробовать такое экспресс-обучение. Правда, эффективность его намного ниже по сравнению со стандартным алгоритмом выработки нужного типа мышления (навыков), но в «пожарном порядке» применение данного алгоритма может дать весьма ощутимый результат, а в ком-то, возможно, откроется неожиданная одаренность, граничащая с талантливостью, как это неоднократно было на моих тренингах.

Леонид пришел на занятия вместе с мамой. Со стороны это смотрелось очень интересно: здоровенный парень, что называется, косая сажень в плечах, и стройная женщина, про которую трудно было сказать, что рядом с ней ее взрослый сын.

Когда группа начала рисовать портретные рисунки, мама тихонько подзывает меня и заговорщицким шепотом сообщает:

– Вы знаете, Леня никогда раньше ничего не рисовал. Даже рисунки в школу я рисовала за него сама.

И взглядом показывает на молодого человека – дескать, посмотрите, с каким увлечением он рисует. Леонид действительно уверенно штриховал тени на бумаге, небрежно удерживая карандаш по касательной к плоскости листа. Портрет у него получился на удивление похожим, но самое интересное было потом. На следующее занятие он пришел с тремя портретами жены – один другого лучше. Под каждым портретом стояла его подпись и даты – 21-е, 22-е, 23-е.

– Возьмите на память, будете показывать на вводных лекциях, каких успехов добиваются на ваших занятиях!

– А не жалко отдавать такие хорошие портреты?

– Какие проблемы! Будет нужно – нарисую еще лучше!


У меня скопилась уже довольно объемная стопка альбомных листов с рисунками слушателей моих курсов. Эти четыре мне особенно дороги. И хотя большинство рисунков не представляют практически никакой ценности, все их я даже не решаюсь демонстрировать, чтобы не напугать слушателей (самые лучшие рисунки обычно уносят их авторы или забирают фотомодели, позирующие на занятиях), выбрасывать мне их почему-то жаль. Ведь каждый такой портрет – это попытка самовыражения. Многие мне откровенно говорили, что сами они и пробовать бы не стали рисовать.

Однако после одного из занятий у меня не осталось ни одного портрета. Все началось с того, что я не учел некоторых тонкостей в организации занятия с портретным рисованием и в результате ни один участник ничего путного не нарисовал. Я очень переживал, так как все ждали чуда, а не свершилось… В глазах слушателей читалось откровенное разочарование и недоверие к моему методу.

Самое интересное, что многие уже вполне успешно применяли полученные на первых двух занятиях навыки – кто дома, кто на работе, кто в учебе. А портреты у нас не вышли. Срочно требовалось что-то предпринять. Я предложил всем, кто все-таки хочет нарисовать хороший портрет, прийти на следующее занятие на час раньше.

Оно начиналось в будний день в 18:00. Прийти на час раньше – значит к 17:00. Для тех, кто работает до 17:00, задача трудновыполнимая. Поэтому, думая, что, скорее всего, никто не придет, я не стал приглашать модель во второй раз. А пришли почти все…

За первым столом сидели молодые мужчина и женщина с девочкой лет десяти. Видимо, ребенка не с кем было оставить и они взяли ее с собой на занятие. Как оказалось, весьма кстати. Я спросил юную особу:

– Ты смотришь передачу «Ты – супермодель»? Хочешь попробовать себя в таком качестве?

Поняв, что девочка не прочь поработать супермоделью, пусть даже несколько минут, и увидев положительный ответ в сияющих глазах женщины и мужчины, с которыми она пришла, я предложил ей занять место модели для позирования.

Я не мог себе позволить проколоться с рисунками второй раз и применил технику контактного обучения. Брал каждого за руку на несколько секунд, ускоряя умственные процессы, направленные на выработку художественного мышления. После такого простого на первый взгляд упражнения люди начинали рисовать портреты.

Через 30 минут я испытал второй шок с этой группой. Все нарисовали очень похожие портреты!

У меня не осталось ни одного рисунка, все участники унесли с собой. И я им всем очень благодарен за тот непростой урок.

Это вполне естественно, что тренер учится с каждой новой группой. И каждый раз старается работать лучше и лучше.

Работая с группой в городке нефтяников, я заметил, что одна женщина начала рисовать очень нехотя, словно скрепя сердце. Но особого внимания на это не обратил, тем более что ничего выдающегося она не нарисовала. Но это было лишь на первый взгляд.

На следующее занятие Наталья Сергеевна принесла сразу 7 рисунков. Все рисунки были пронумерованы. И с возрастанием номеров четко прослеживалось улучшение качества рисования. Последний портретный рисунок был не хуже, чем у уличных художников.

Естественно, я поздравил ее с таким хорошим результатом в быстром развитии навыков. Здесь следует сделать маленькое отступление. Надо признать, что несмотря на то, что я всем даю задание после третьего занятия рисовать в этом состоянии в день минимум по одному портрету, что очень полезно не только для выработки навыка рисования, но и для многих других сфер жизни людей, большинство все-таки ничего не рисуют.

– Главное не в том, что я хорошо нарисовала, а в том, что я вообще стала рисовать!

Оказалось, что очень давно, когда она принесла из детского садика один из первых своих рисунков, близкий ей человек что-то неосторожно сказал ей по поводу качества ее работы. Девочку это очень сильно задело, и с тех пор она больше ни разу ничего не рисовала. Ни в школе, ни в вузе.

А на занятии она вошла в это состояние, использовала настрой, что она великий художник, и последствия давней психологической травмы исчезли сами собой.

Прошло несколько лет. С Натальей Сергеевной нас связывают как дружеские, так и деловые отношения.

В общественной организации «Город талантов» она заведует сектором математических способностей, ведет большую общественную работу. И иногда с юмором вспоминает о том рисунке, сделанном только ради того, чтобы от нее отвязались.


Обычно если все занятия курса проходят в одной и той же аудитории, то выработка требуемых навыков идет легче, чем при перемене кабинетов.

Группа второй половины декабря 2009 года оказалась именно в такой, не самой удобной для меня ситуации. Третье занятие, когда нужно было рисовать портреты с натуры, увы, проходило тремя этажами ниже. Первая попытка нарисовать что-то похожее выявила всего двух потенциальных художников. Тогда, чтобы компенсировать минусы перемены обстановки, я предложил для второго рисунка взять принципиально другой настрой:

– Я голодный уличный художник, рисую портрет за ужин.

Результат превзошел мои ожидания. Многие настолько вжились в образ, что не спешили прекращать рисование, когда отмеренные 15 минут истекли: никто не хотел остаться без ужина. Я же для себя вынес из этой ситуации следующий урок: предлагая попробовать как позитивное, так и негативное стимулирование в ситуации учебной деятельности, можно помочь занимающимся определить, как себя лучше мотивировать и в реальной жизни.


Давайте подытожим структуру только что описанной схемы.

Весь алгоритм состоит из нескольких типовых блоков, в каждом из которых одни и те же составляющие: сначала предварительный настрой (1–5 минут), затем основной (продолжительность его в зависимости от вида деятельности может быть и несколько минут, и несколько часов), потом осмысление (1–5 минут). Естественно, все эти составляющие выполняются в состоянии сверхобучаемости.

Первый блок

Группа берет предварительный настрой:

– Я настраиваюсь на оживление навыков рисования.

(АКТИВНЫЙ РАЗУМ, я настраиваюсь на оживление навыков рисования. ТОЧКА).

Пару минут люди просто сидят в тишине, вспоминая все, что имеет отношение к рисованию: виденных ими в парке уличных художников, школьные уроки рисования и т. п.

Затем берется основной настрой:

– Я великий художник, рисую ластик.

Для начала предлагается попробовать какое-то достаточно простое действие в этом состоянии. В нашем случае это рисование ластика. Если человек, к примеру, вырабатывает в ускоренном режиме навык выступления перед аудиторией, то он может посадить перед собой своего друга и, взяв настрой, что он выдающийся оратор, поговорить в этом состоянии минут пять как с трибуны.

После этого берется настрой на осмысление:

– У меня идет осмысление навыков рисования, и с каждым рисунком я рисую все лучше и лучше.

Соответственно если рассматривать ораторское мастерство, то настрой будет звучать примерно так:

– У меня идет осмысление навыков выступления перед людьми, и с каждым выступлением я выступаю все лучше и лучше (увереннее и увереннее; зажигательнее и ярче и т. п.).

В этом настрое люди также просто сидят с закрытыми глазами, ничего больше про себя не проговаривая. При этом полезно вспоминать зрительные образы, то, что люди видели в своей жизни, относящееся к тому, осмысление чего происходит. Если происходит осмысление рисования – вспоминать рисунки или сам процесс рисования, в том числе этот только что нарисованный, пусть даже неказистый. Если происходит осмысление вступлений – вспоминать успешные выступления других людей и свою, только что произнесенную речь.


Второй блок

Предварительный настрой можно взять такой же либо немного изменить:

– Я настраиваюсь на рисование стаканчика и включение навыков рисования.

Основной настрой обязательно проговаривается другими словами. Если в первый раз был образ великого художника, то в следующий раз можно взять гениального или одаренного художника. И добавить наречие «вдохновенно», которое может качественно изменить ваше состояние в процессе рисования:

– Я талантливый художник, вдохновенно рисую стаканчик (матрешку, мобильник, колпачок и т. п.).

Соответственно уровень сложности с каждым блоком также необходимо повышать: если первый раз рисовали ластик, то во второй раз можно взять стаканчик. А в третий мы обычно уже рисуем портрет с натуры.

Затем снова настрой на осмысление. Можно аналогичный тому, что брали в первом блоке, либо несколько иной.

И так далее. Аналогичным образом берется третий блок, четвертый. Если есть необходимость, то и пятый, шестой и т. п.