Глава 5


...

Предубеждения экспериментатора

Мы обсудили уже ряд систематических ошибок, включая те, которые допускает исследователь, совершая просчеты при проведении исследования. За исключением, возможно, лишь эффекта выдвигаемых требований, рассмотренные выше типы искажения по сути являются ненаправленными, в том смысле, что они могут с равной вероятностью работать как на пользу исследованию, так и ему во вред. Обратимся теперь к тому, что, по-видимому, можно считать самой коварной формой искажения: к систематическому искажению результатов исследования, связанному с субъективизмом самого исследователя. Такое систематическое искажение приводит к так называемому эффекту предубеждений экспериментатора; другое, часто употребляемое название — эффект исследовательских ожиданий, О вероятности подобного эффекта упоминалось в главе 4 при обсуждении обсервативного исследования; в этом разделе мы рассмотрим эту проблему в более общем виде.

Первым, кто занялся вопросом предубеждений экспериментатора, был Роберт Розенталь (Robert Rosenthal, 1976). В типичном исследовании Розенталя испытуемым, чаще всего студентам, предлагается выступить в роли экспериментаторов. Этих экспериментаторов случайно делят на две группы. В качестве элемента подготовки каждой группе сообщают о том, что ожидает (и, возможно, надеется) обнаружить ведущий исследователь, Группы получают абсолютно противоположные сведения об ожидаемых результатах. Одной группе, к примеру, могут сказать, что ожидаются высокие результаты, а другой — что ожидаются низкие результаты. Не считая этой разницы-в ожиданиях, обе группы получают одинаковую подготовку

и следуют единому плану проведения эксперимента. Несмотря на это сходство, группы нередко получают разные результаты, и это различие отражает характер ожиданий каждой из групп. Иными словами, экспериментаторы обнаруживают то, что ожидают обнаружить. Подобные эффекты были продемонстрированы при изучении разнообразной проблематики и различных возрастных групп, включая и детей. На 1994 год насчитывалось 464 исследования, посвященных эффекту ожидания (Rosenthal, 1994a).

Каким образбм оказывают воздействие ожидания исследователя? Барбер и Силвер (Barber & Silver, 1968) описали 11 ситуаций искажения экспериментатором результатов исследования. Причины искажения перечислены в табл. 5.2. Наибольший интерес из них представляют первые пять: те, где искажение опосредовано непреднамеренными, зачастую практически незаметными действиями. Есть данные, полученные Розенталем и другими исследователями, что любой из 11 видов искажения может сыграть свою роль. Однако нужно отметить, что определить, где конкретно происходит искажение, подчас бывает невозможно.

Таблица 5.2 Причины эффекта необъективности экспериментатора

Непреднамеренные действия

1. Экспериментатор может влиять на поведение испытуемого, непреднамеренно подавая паралипгвистические сигналы — например, изменяя, тон речи.

2. Экспериментатор может влиять на поведение испытуемого, непреднамеренно подавая кинетические сигналы — например, изменяя позу или выражение лица.

3. Экспериментатор может влиять на поведение испытуемого непреднамеренным вербальным подкреплением.

4. Экспериментатор может непреднамеренно неверно истолковать поведение испытуемого.

5. Экспериментатор может непреднамеренно неверно зарегистрировать поведение испытуемого.

______________________________Преднамеренные действия____________________________

6-10. Экспериментатор может намеренно совершить описанные выше действия. 11. Экспериментатор может сфабриковать экспериментальные данные.

Источник; Т. X. Barber & M.J. Silver. Psychological Bulletin Monograph Supplement, 1968,70, 1-29.

Исследования Розенталя имеют и другие недостатки (анализ этого вопроса можно найти у Barber, 19.76; Barber & Silver, 1968; Rosenthal, 1968).

Возможно, важнейшим из них является недостаточный уровень внешней валидности. Во многих исследованиях, демонстрирующих эффект необъективности, в роли экспериментаторов выступают совершенно неопытные студенты, набранные исключительно Для исследования. Каждому экспериментатору недвусмысленно дается понять .каковы предполагаемые результаты. В некоторых случаях экспериментаторам обещают повысить оплату, если полученные результаты подтвердят гипотезу исследователя. Иными словами, задействуются все механизмы максимизации эффекта ожидания. Однако все эти исследования могут просто доказывать тот факт, что

существует вероятность неграмотного проведения исследования. Самый общий вывод, который можно сделать на основе этих результатов (то есть уровень внешней валидности), заключается в том, что исследования в целом имеют некоторые погрешности, которые проявляются при изучении эффекта ожидания.

Зная о причинах искажения, можно предложить способы сведения их к минимуму. Если участники исследования, которые будут проводить тестирование, недостаточно опытны, они, естественно, должны пройти тщательную подготовку. В этой подготовке следует акцентировать внимание на проблеме стандартизации, так как отклонение от стандарта — это первый шаг к искажению. Если есть возможность, экспериментаторов нужно не только обучить проведению стандартной процедуры, но и периодически проверять их работу, дабы удостовериться в том, что в ходе исследования она не стала небрежной, Нет необходимости говорить, что повышение оплаты за получение желательных результатов неприемлемо. Кроме того, исследователь должен избегать дифференцированного использования неденежного вознаграждения — например, выражение одобрения, когда экспериментатор сообщает о желательных результатах, и неудовольствия — при отсутствии таковых. Поскольку эффект необъективности обусловлен ожиданиями, нельзя допускать, чтобы у экспериментаторов сформировались четкие представления о том, каковы должны быть результаты исследования. Иногда с этой целью экспериментаторов держат в неведении относительно гипотез, проверяемых исследованием, и статуса испытуемых (например, экспериментальная или контрольная группа). Это метод «слепого эксперимента, который рассматривался в главе 4.

Хотя предложить способы предотвращения необъективности экспериментатора довольно просто, воплотить их на практике не всегда легко. В частности, иногда бывает трудно устроить «слепой» эксперимент или «слепое» наблюдение. В некоторых случаях ведущий исследователь (то есть человек, разработавший план исследования) тоже тестирует испытуемых, что, естественно, исключает возможность эксперимента, «слепого» в отношении гипотез. В других случаях было бы несерьезно надеяться на то, что у экспериментаторов, даже не обладающих никакой информацией об исследовании, не сформируются гипотезы о его целях и возможных результатах. Во многих ситуациях от экспериментатора невозможно скрыть статус испытуемого. Экспериментатор, к примеру, не спутает 3-летнего ребенка с 5-летним или мальчика с девочкой, а знание возраста или пола испытуемого может вызвать предвзятое отношение. Стоит отметить, что исследователи, работающие в области психологии развития, фактически всегда обладают информацией о своей главной независимой переменной — о возрасте испытуемого. Наконец, даже тогда, когда проведение «слепого» тестирования возможно, оно часто не используется. При обзоре журналов (таблица 1.3) учитывалось, использовались ли «слепой» эксперимент или «слепое» наблюдение там, где это было необходимо. Только 63% исследователей сообщили об использовании этого приема.

Ранее мы поставили под сомнение внешнюю валидность исследований необъективности экспериментатора. Суть вышесказанного сводится к тому, что результаты этих исследований не стоит слишком быстро сбрасывать со счетов как ограниченные искусственностью созданной экспериментальной ситуации. Несомненно, эффекты необъективности экспериментатора существуют. Как чисто они имеют место и сколько ложных выводов явилось их следствием — спорный вопрос. Цель исследователя — предупредить подобные споры в отношении своего исследования, то есть при планировании и проведении исследования, а также при сообщении его результатов сводить к минимуму вероятность необъективности экспериментатора.