Глава 3


...

Более сложные планы

Из сказанного выше следует, что и лонгитюдный метод, и метод поперечных срезов имеют ряд недостатков. Таблица 3.1 наглядно представляет рассмотренные ранее проблемы. Некоторые из них, по крайней мере в принципе, разрешимы — например, систематическая ошибка при отборе в исследовании методом поперечных срезов. Однако другие недостатки присущи как лонгитюдному плану, так и плану поперечных срезов, и по этой причине их никак нельзя преодолеть. В частности, в исследовании методом поперечных срезов нельзя избежать смешения возраста и поколения, а в лонгитюдном исследовании — возраста и времени измерения.

В последние годы идет активное обсуждение недостатков традиционных лонтитюдных и поперечных планов, которое стимулировало разработку рода новых процедур для измерения возрастных изменений. Поскольку эти процедуры пока применяются в основном в исследованиях лиц пожилого возраста, их рассмотрение отложено до главы, посвященной старению (глава 13). Однако здесь можно сделать несколько предварительных замечаний.

Рисунок 3.1 схематически иллюстрирует планы, описанные выше. В таблице представлены возрасты, соответствующие определенным годам рождения и измерения. Лонгитюдный план соответствует любой строке таблицы. В этом случае выборка испытуемых, рожденных в одном году, регулярно обследуется в течение некоторого периода времени. Поперечный план соответствует любому столбцу. В этом случае отдельные выборки испытуемых разных возрастов обследуются в одно время.


Таблица 3.1 Недостатки лонгитюдного и поперечного планов

Лонгитюдный план План поперечных срезов
Практические трудности (временные и денежные затраты) Косвенное измерение возрастных изменений Невозможность применения для изучения индивидуальной стабильности
Вероятность устаревания методик Вероятность нерепрезентативности выборки Ограничение рамками одной когорты Вероятность избирательного выпадения Эффект повторного тестирования Вероятность систематической ошибки при отборе
Трудность в установлении эквивалентных критериев Вероятность избирательного выпадения
Смешение возраста и времени измерения Трудность в установлении эквивалентных критериев
Смешение возраста и времени рождения (когорты)

На рис. 3.1 изображен также еще один, не обсуждавшийся ранее вид плана — план с временным лагом. Его представляют диагонали таблицы. Мы могли бы изучать выборки 40-летних лиц в 1960 году, другую выборку 40-летних лиц в 1990 году, еще одну выборку 40-летних лиц в 2000 и еще одну — в 2010 году. Очевидно, что план с временным лагом не дает информации непосредственно о возрастных изменениях или возрастных различиях, поскольку обследуется только одна возрастная группа. Однако он может дать информацию о факторах, приводящих к смешению в лонтитюдных исследованиях и исследованиях методом поперечных срезов. В частности, обнаружив различия между нашими выборками 40-летних испытуемых, мы поймем, что эти различия отражают либо фактор когорты (главный источник смешения в поперечном плане), либо фактор времени тестирования (главный источник смешения в лонгитюдном плане), либо, естественно, комбинацию этих двух факторов. Невозможность определения, какой из факторов имеет первостепенное значение, свидетельствует о том, что план с временным лагом привносит свой собственный вид смешения — между когортой и временем тестирования.

Этот тип исследования используется довольно редко. Иногда сравнение с временным лагом возможно просто по причине естественного исторического хода науки. Например, Пиаже начал изучать понимание детьми принципа сохранения в 1930-1940-е годы. Следствием прихода популярности к его концепции несколько десятков лет спустя явилась вторая волна изучения понимания принципа сохранения, которая пришлась на 1960-е 1970-е годы. Вместе ранние и поздние исследования составляют план с временным лагом: две группы детей одного возраста, но появившихся на свет и проходивших тестирование в разное время. В этом случае не имело значения ни поколение, ни время тестирования, поскольку дети 1970-х выполняли задания на сохранение точно так же, как и дети 1930-х. Оценка уровня интеллекта дала совершенно иную картину. Результаты выполнения ребенком IQ-теста сравниваются с результатами детей того же возраста из нормативной выборки, которая набирается при создании теста, о чем более подробно будет рассказано в главе 11. Поэтому, скажем, 10-летний ребенок, выполняющий тест IQ в 1995 году, сравнивается с 10-летним ребенком, выполнявшим этот тест в 1975 году. Как правило, в этих сравнениях обнаруживается тенденция к улучшению результатов со временем (что, в действительности, является основанием для периодической перенормировки тестов интеллекта). Поскольку возраст остается неизменным, мы знаем, что улучшение должно отражать эффект либо времени измерения, либо (что более вероятно) когорты.


ris5.jpeg

Рис. 3.1.,Примеры лонгитюдного плана, плана поперечных срезов и плана с временным лагом (числа, составляющие массив таблицы, соответствуют возрасту)


Лонгитюдный план, а также план поперечных срезов и план с временным лагом иногда называют «простыми». Они просты по сравнению с альтернативным, определенно не простым последовательным планом. Последовательный план соединяет в себе элементы лонгитюдного и поперечного планов и плана с временным лагом. Целью последовательного плана является разграничение эффектов возраста, поколения и времени измерения. Эти элементы могут по-разному сочетаться и анализироваться, отсюда несколько типов последовательных планов. В этой главе кратко и в общих чертах описано два типа. В главе 13 мы вернемся к теме последовательных планов и рассмотрим их конкретно, а не гипотетически, а также обсудим актуальную на сегодняшний день схему использования таких планов.

Сначала несколько слов о логике последовательных планов. В идеальном варианте нам бы хотелось иметь возможность оценить вклад каждого из трех потенциально значимых факторов - возраста, поколения и времени тестирования - в рамках одного аналитического метода. К сожалению, этому мешает их взаимозависимость; как только установлены любые два из них, автоматически устанавливаются и уровни третьего. Решив, к примеру, изучать определенные возрастные группы и определенные когорты, мы тем самым с необходимостью фиксируем время измерения, определяемое нужным сочетанием возраста и когорты. Следствием этой взаимозависимости является то, что в рамках одного аналитического метода в качестве независимых переменных могут выступать только два из трех факторов. В разных последовательных планах акцентируется внимание на разных факторах. В первом из приведенных ниже примеров независимыми переменными являются возраст и когорта, во втором — возраст и время измерения.


ris6.jpeg


ris7.jpeg

Рис. 3.2. Пример плана последовательности когорт (числа в таблице соответствуют возрасту)

Рис. 3.3. Пример плана последовательности времени (числа в таблице соответствуют возрасту)


Рисунок 3.2 иллюстрирует план последовательности когорт, при котором отбираются и регулярно обследуются в одном и том же возрасте равное количество лет испытуемые разных когорт. Таким образом, этот план состоит из двух (или более) накладывающихся друг на друга лонтитюдных исследований. В примере, который иллюстрирует рисунок, группы испытуемых, родившихся в 1940 и в 1950 годах, обследуются по три раза на протяжении 20-летнего периода. Такой план обладает рядом преимуществ перед стандартным лонгитюдным исследованием или исследованием методом поперечных срезов, поскольку: а) измерения происходят в разное время, переменная возраста не смешивается с переменной когорты (главное смешение в поперечном плане); б) выборки состоят из испытуемых, родившихся в разное время, лонгитюдное сравнение не ограничивается рамками одной когорты или одного поколения; в) разные возрастные группы обследуются одновременно, измерение происходит как в лонгитюдном, так и в поперечном направлении; г) одна возрастная группа обследуется в разное время, измерение происходит в направлении временного лага. Иными словами, этот план дает больше информации, чем любой из стандартных, и, таким образом, больше шансов вычленить вклад каждого из факторов.

Рисунок 3.3 иллюстрирует план последовательности времени, который включает в себя два (или более) исследования методом поперечных срезов, производимых в разное время. В этом примере, в 1990,2000 и 2010 годах сравниваются выборки 40-, 50- и 60-летних испытуемых. При обследовании в разное время испытуемые могут быть либо независимыми (то есть новые люди при каждом обследовании), либо те же (если первичная выборка изучается в лонгитюде). Этот план имеет то же достоинство, что и план последовательности когорт — он дает больше информации, чем простые планы. Его особым преимуществом является возможность разграничения переменных возраста и времени тестирования (главное смешение в лонгитюдном исследовании).

Если в разное время изучаются независимые выборки, удается избежать и некоторых проблем, связанных с лонгитюдным методом (избирательных выпадений, эффектов повторного тестирования).

Как уже говорилось, более подробно об этих планах можно узнать из главы 13. Однако здесь следует сделать несколько замечаний. Во-первых, очевидно, что последовательные планы, хотя и более информативны, требуют больше затрат — времени, усилий и денег, — чем простые поперечные и лонгитюдные планы. На реализацию плана, представленного па рис. 3.3, к примеру, ушло бы 20 лет, при этом нужно было бы сформировать (в случае использования независимых выборок) 9 групп испытуемых. Любой исследовательский проект предполагает выполнение ряда задач, только часть которых может быть выполнена на практике. Лучшими являются те планы, которые действительно можно реализовать.

Второе замечание касается критики, которой подвергаются традиционные лонгитюдный и поперечный планы. В некоторых случаях эта критика довольно сурова. Болте, Рис и Нессельроде (Baltes, Reese, & Nesselroade, 1977), к примеру, пишут, что «такие простые методы, как лонгитюдный и метод поперечных срезов, демонстрируют настолько низкий уровень контроля, что данные, полученные при помощи любого из них, по большей части невалидны и бесполезны для исследователя» (р. 124). Это серьезное обвинение, учитывая, что (по скромным оценкам) 99 % имеющихся у нас данных о возрастных изменениях получены в исследованиях методом поперечных срезов и в лонтитюдных исследованиях. Действительно ли почти все из того, что было сделано в психологии развития, бессмысленно?

Многие исследователи оспорили бы столь пессимистический вердикт. Действительно, цель качественного исследования заключается в том, чтобы минимизировать вероятность искажения валидности, и в идеале план должен исключать эту вероятность. К сожалению, никогда нельзя быть уверенными в отсутствии альтернативной интерпретации результатов. Суть в том, насколько правдоподобны эти альтернативные интерпретации. Особенно когда речь идет о выборке детей и особенно когда изучаются базовые формы развития (физическое созревание, константность восприятия; феномены, описанные Пиаже, языковые правила. — список можно продолжить), использование традиционных лонгитюдного метода и метода поперечных срезов вполне оправданно. Предположим, что мы изучаем концепцию Пиаже о принципе сохранения числа — то есть понимания того, что число объектов неизменно, несмотря на изменение их наложения, приводящее к кажущемуся противоречию, мы обнаруживаем, что 6-летние дети осознают сохранение числа, а 4-летние — нет. Крайне маловероятно, что этот результат является следствием факта рождения одних детей в 1988 году, а других — в 1990 году (если это исследование методом поперечных срезов) или фактом тестирования одной группы в 1992 году, а другой — в 1994 году (если это лонгитюдное исследование). Гораздо более правдоподобно (а на современном уровне понимания фактически бесспорно) то, что эти результаты отражают истинные возрастные изменения. В таких случаях при использовании метода поперечных срезов или лонгитюдного метода мы получаем данные достаточно валидные и достаточно ценные. (С другими аргументами в защиту традиционных методов, в особенности лонгитюдного, можно ознакомиться у McCali, 1977.)