Глава 10


...

Возрастные сравнения

Вопрос возрастных сравнений в общем виде уже рассматривался в главе 3. Обратимся теперь к проблемам возрастного сравнения при изучении младенцев. Когд; испытуемые — это младенцы, произвести валидное возрастное сравнение в чем-тс легче, а н чем-то труднее. Легкость или трудность зависит как от конкретных возрастов, так и от конкретных оцениваемых реакций.

Рассмотрим сначала сравнение разных возрастных групп в рамках периода младенчества. Такие исследования, как и большинство исследований в области психологии развития, проводятся преимущественно методом поперечных срезов, а не в лонгитюде. Однако при изучении младенцев некоторые из недостатков планов поперечных срезов, о которых говорилось в главе 3, имеют не столь большое значение. В частности, вероятность эффектов когорты — то есть эффектов, обусловленных различиями между поколениями, а не по возрасту, — намного меньше, чем при сравнении выборок старшего возраста. За редкими исключениями исследователь может допустить, что 4-, 8- и 12-месячные малыши принадлежат к одному поколению и что любые из обнаруженных возрастных различий не смешиваются с различиями между когортами. Конечно, все еще важно определить, что является причиной этих возрастных различий, однако большая категория объяснений уже исключается.

Результаты лонгитюдных исследований тоже, как правило, лучше поддаются интерпретации, если испытуемые — младенцы. Вспомним, что главная проблема лонгитюдных планов — трудность разграничения эффектов возраста и времени проведения обследования. Это смешение сохраняется в любой возрастной группе, однако в исследованиях младенцев оно редко оказывается существенным фактором. Вряд ли в 12 месяцев малыш будет вести себя иначе, чем в б месяцев, лишь потому, что одно обследование проводилось в марте 1995 года, а другое — в сентябре 1994 года. Непродолжительность временного интервала и особенности периода младенчества делают маловероятным влияние на поведение историко-кул ь-турных изменений. При изучении младенцев не так остро стоят и другие проблемы, типичные для лонгитюдных исследований. К примеру, вероятность того, что искажающим фактором окажется осознание собственного участия в исследовании при изучении младенцев меньше, чем при изучении старших детей или взрослых. Наконец, если отбросить трудности интерпретации, провести лонгитюдное исследование с младенцами просто легче с практической точки зрения. Как мы узнали, одно из препятствий при проведении лонгитюдных исследований — это то, что исследователь должен ждать, пока испытуемые достигнут интересующего его возраста: пока 10-летние испытуемые превратятся в 18-летних, 50-Летние — в 70-летних и т. д. Исследователь периода младенчества имеет возможность наблюдать резкие изменения, происходящие буквально в течение несколько месяцев.

До этого момента речь шла в основном об исследованиях, проводимых исключительно с младенцами. Рассмотрим теперь случай, когда исследователь не ограничивается периодом младенчества и пытается сравнить младенцев с детьми старшего возраста. Здесь, естественно, возникает больше проблем. С увеличением воз-

, растного интервала повышается значение упомянутых выше факторов смешения. С расширением возрастного диапазона актуальнее также становятся практические

?1 трудности подбора равноценных испытуемых в исследованиях методом поперечных срезов и трудности сохранения испытуемых — в лонгитюдных исследованиях. Однако, наверное, самым значимым оказывается обсуждавшийся в главе 3 вопрос эквивалентности измерения. Для сравнения возрастных групп требуются психологические методики, подходящие для разных возрастов. Мы сможем проинтерпретировать сходство или различия в результатах, или оценить индивидуальную ста-

бильность или индивидуальное развитие только в том случае, когда наши методики будут измерять один и тот же конструкт у разных групп. . #

Масштабы проблемы эквивалентности измерения становятся ясны, если задуматься о том, что отличает младенцев от детей старшего возраста. Сравним, к примеру, 8-месячных и 8-летних детей. Типичное поведение и ситуации, в которых оно наблюдается, в этих группах совершенно разные. Если взять самое очевидное, значительная часть процесса решения задач и социального взаимодействия у 8-летних детей опосредована речью, чего нельзя сказать о младенцах. Улыбка 8-месячного ребенка обусловлена иными причинами и несет иной смысл, чем улыбка 8-летнего ребенка. Плач 8-месячного ребенка отличается от плача 8-летнего ребенка еще в большей мере.

Даже в рамках периода младенчества заметные изменения, связанные с развитием, могут создать трудности с эквивалентностью измерения. Например, при измерении частоты сердечных сокращений. Накоплен значительный объем данных, свидетельствующих о том, что новорожденные реагируют на появление нового объекта повышением, а младенцы — понижением частоты сердечных сокращений (Berg & Berg, 1987). У испытуемых из старшей возрастной группы учащение сердцебиения связано с чувством страха или оборонительной реакцией, а понижение частоты сердцебиения связано с состоянием внимания. Поэтому некоторые исследователи считают это изменение в период младенчества признаком перехода от реагирования на новизну по типу защиты к реагированию по типу внимания. Однако другие специалисты утверждают, что этот переход обусловлен не переключением с защиты на внимание, а созреванием физиологической системы, регулирующей частоту сердечных сокращений (Porges, 1979). Поэтому тот факт, что одну и ту же реакцию можно измерять в разных возрастных группах, не гарантирует того, что она будет означать то же самое.

Перейдем теперь от общих вопросов к рассмотрению конкретных видов исследований младенцев. Оставшаяся часть главы посвящена проблематике, на изучение которой чаще всего направлены исследования младенцев: восприятию, когнитивному и социальному развитию в младенчестве.