6 «Карты памяти»: введение

УПРАЖНЕНИЕ И ОБСУЖДЕНИЕ

Представьте, что вы любите читать короткие рассказы, это ваше хобби, в день вы прочитываете по пять рассказов и, чтобы не забыть их содержание, делаете краткие записи. А для того чтобы избежать путаницы при воспроизведении, вы якобы ведете картотеку. У вас заведена карточка на каждый рассказ с указанием его названия и автора, а также по отдельной карточке на каждый параграф. На карточке для параграфа вы записываете по одному ключевому и вспомогательному слову или фразе. Ключевые слова/фразы подбираются либо из текста параграфа, либо придумываются вами так, чтобы наилучшим образом отразить основное содержание текста.

Представьте далее, что десятитысячный по счету рассказ, прочитанный вами, называется «Куза-Хибари», и написан он Лафкадио Герном, что и указано на подготовленной уже карточке в картотеке названий и авторов.

А теперь прочитайте рассказ, приведенный ниже, после чего в целях упражнения подберите ключевое слово/фразу для воспроизведения содержания только каждого из первых пяти абзацев и запишите их в отведенном для этого месте на с. 97.

КУЗА-ХИБАРИ Лафкадио Герн

1. Размеры его клетки составляют ровно пять сантиметров в высоту и четыре в ширину, а аккуратная деревянная дверь-вертушка едва ли пропустит кончик моего мизинца. Но для него в этой клетке предостаточно места: хватает для того, чтобы и пройтись, и попрыгать и полетать, ибо он настолько мал, что, для того чтобы его увидеть, надо внимательно присмотреться сквозь прозрачную коричневую сетку боковых стенок клетки. Мне всегда приходится несколько раз покрутить клетку на ярком свету, прежде чем удается заметить, где он, и обычно я нахожу его в одном из верхних углов, где он отдыхает, повиснув вниз головой, зацепившись за верхний край сетки.

2. Представьте себе сверчка размером с обычного комара и с парой усов, намного длиннее тела и таких тонюсеньких, что увидеть их можно, только посмотрев против света. По-японски его называют Куза-Хибари, или «травяной жаворонок», и на рынке он стоит ровно двенадцать центов ― это намного больше, чем, так сказать, стоимость золота, равного ему по весу. Двенадцать центов за такое комароподобное создание!... Днем он спит или уходит в себя, за исключением тех моментов, когда занят кусочком баклажана или огурца, который надо просовывать ему в клетку каждое утро... Содержать его в чистоте и сытости ― дело нелегкое: если бы вы увидели его, то подумали бы, что это полный абсурд ― возиться с таким удивительно мелким существом.

3. Но на закате его мизерная душонка всегда просыпается, и комната наполняется неописуемо приятными, изящными, сладкими звуками, как будто вы слышите серебряную трель мельчайших электрических колокольчиков. По мере наступления темноты музыка звучит все слаще, порой заполняя собой весь дом, пока он не начнет, как кажется, вибрировать от волшебного резонанса, а порой сливаясь в едва уловимое пение. Но тихо ли, громко ли звучат колокольчики, в их звуке всегда есть что-то сверхъестественное, что пронизывает вас насквозь... И так его «сердце» поет всю ночь, он умолкает только тогда, когда церковные колокола возвестят о наступлении рассвета.

4. Эта высокая песня ― песня любви, тонкой любви к невидимой незнакомке. В этом своем земном существовании он не мог никого ни узнать, ни увидеть. И даже его предки на протяжении многих предыдущих поколений не могли ничего знать о ночной жизни полей или о любовной силе песни.

5. Они появились на свет из яиц, отложенных в глиняном кувшине, в магазине какого-то торговца насекомыми, а после этого всегда содержались в клетках. Но он поет песню своих собратьев, как она пелась миллионы лет назад, и так чисто, как будто он знает точное звучание каждой ноты. Конечно, он не разучивал эту песню. Это песня его генетической памяти ― глубокой смутной памяти квинтиллионов других жизней, дух которых воскресает по ночам в росистых травах холмов. И тогда вместе с песней к нему приходит любовь... и смерть. Он совсем забыл о смерти, но помнит только о любви. И по этому сейчас он поет, поет для возлюбленной, которая не придет никогда.

6. Итак, его стремления неосознанно направлены в ретроспективу: он кричит в пыль веков, он зовет тишину и молит богов повернуть время вспять... Влюбленные люди очень часто, сами того не сознавая, поступают так же. Они называют свои иллюзии идеалом, а их идеал есть в конечном счете не что иное, как тень времен в чистом виде, фантом генетической памяти. Их теперешняя жизнь имеет ко всему этому очень маленькое отношение... Возможно, в его сердце тоже живет идеал или, по крайней мере, рудимент идеала, но в любом случае серенада его желания звучит напрасно.

7. И в этом не только моя вина. Меня предупреждали, что если их будет двое, то он перестанет петь и скоро умрет. Но ночь за ночью звучащая заунывная, сладкая, безответная трель пронзала мне сердце упреком и в конце концов стала каким-то наваждением, несчастьем, сознательной пыткой, и я попытался купить своему питомцу подружку. Но сезон уже заканчивался, а Куза-Хибари не продавались: ни мужские, ни женские особи. Торговец насекомыми рассмеялся и сказал: «Он должен умереть примерно в двадцатых числах сентября». (А было уже второе октября.) Но торговец не знал, что у меня в кабинете было хорошее отопление и что я поддерживал температуру на уровне не менее 23°С. Вот почему мой жаворонок все еще пел вплоть до ноября, и я надеялся, что он доживет до периода Великих Морозов. Но остальные представители его поколения, должно быть, не дожили до этих дней, и ни за какие деньги, ни по какой дружбе не мог я уже найти ему подружку. А если бы я выпустил его на свободу, чтобы дать возможность самостоятельно осуществить поиск, то он едва ли пережил бы одну ночь, даже если ему и посчастливилось бы дожить до нее, не попавшись днем кому-нибудь из своих естественных врагов в саду: мухам, сороконожкам или противным земляным червякам.

8. В последний вечер, двадцать девятого ноября, я сидел за столом, и вдруг мною овладело странное ощущение ― ощущение пустоты в комнате. И тогда я понял, что мой жаворонок молчал вопреки своему обыкновению. Я подошел к тихой клетке и увидел, что он лежит мертвый возле засохшего кусочка баклажана, серого и твердого, как камень. Вероятно, он не ел в течение последних трех-четырех дней, но ведь накануне ночью он пел, и пел замечательно ― так, что я глупо вообразил, будто он доволен жизнью больше, чем всегда. Обычно его кормил мой студент Аки, который очень любит насекомых, но Аки уехал в деревню на неделю каникул, и обязанность заботиться о жаворонке перешла к Хане, моей домработнице. Она бессердечная, эта домработница Хана. Она говорит, что не забыла о крошке, но просто кончились баклажаны. А она не подумала, что можно их заменить кусочком лука или огурца!... Я отчитал домработницу Хану, и она выразила, как и положено, сожаление. Но сказочная музыка прекратилась, и тишина стояла немым упреком, а в комнате стало холодно, несмотря на отопление.

9. Абсурд!... Я расстроил хорошую девушку из-за насекомого размером с половину овсяного зернышка! Это мизерное создание доставляло мне больше хлопот, чем можно было бы предположить... Конечно, привычка думать о потребностях живой души, даже если это потребности муравья, может постепенно, неощутимыми шажками превратиться в хобби, сила интереса которого осознается только тогда, когда связь обрывается. Кроме того, в темноте ночи я так ощущал очарование изящного голоса, говорящего о сиюминутности жизни, зависящей от моей воли и эгоистичной жажды удовольствия, как от воли Господа Бога, говорящего и о том, что призрак в маленькой клетке и призрак внутри меня будут существовать вечно, и это тот же призрак из глубин времен и бытия... А подумать только, как крошечное создание ночь за ночью и день за днем мучилось от голода и жажды, в то время как мысли его опекунов плавали по волнам мечты!... Как храбро он пел, несмотря ни на что, до самого конца ― ужасного конца, поскольку он съел свои ноги!... Господи, прости нас всех, а в особенности домработницу Хану!

10. Да, но в конце концов съесть от голода собственные ноги ― это еще не самое худшее из того, что может произойти с существом, на котором лежит проклятие песенного таланта. Среди людей есть такие «сверчки», которые готовы съесть собственное сердце ради песни.

Ключевые слова или фразы для основной и второстепенной идеи рассказа «Куза-Хибари»:

основная идея второстепенная идея
абзац 1
абзац 2
абзац 3
абзац 4
абзац 5

Далее вы найдете примеры ключевых слов и фраз, которые привели в своих ответах студенты, выполнявшие это упражнение раньше. Быстро сопоставьте эти примеры со своими вариантами.

Студенты предложили следующие слова и фразы в качестве ключевых:

основная идея второстепенная идея
абзац 1 его клетка деревянная дверь верхний край сетки маленькое насекомое 5 и 4 см деревянный пол предостаточно места обнаружить, где находится
абзац 2 сверчок вес золота усики Куза-Хибари травяной жаворонок двенадцать центов рынок комароподобный
абзац 3 спит чистый и сытый занят абсурдно свежий огурец хлопоты
медитация маленький
абзац 4 пронзить насквозь музыка электрические колокольчики душа серебряная трель вибрация дома пронизывающий
рассветный час
абзац 5 любовь любовный холмы смерть ночная жизнь торговец насекомыми звучание любовь и смерть

На занятиях инструкторы затем обводят одно слово в каждом столбце и получают следующее:

основная идея второстепенная идея
абзац 1 деревянная дверь обнаружить, где находится
абзац 2 вес золота рынок
абзац 3 занят хлопоты
абзац 4 пронзить насквозь рассветный час
абзац 5 любовь ночная жизнь

После этого студентов просят объяснить, почему были выбраны именно эти слова и фразы. Обычно отвечают так: «образные слова», «описательно», «подходит», «хорошо запоминается», «легко вспоминается» и т.п.

И только один студент из пятидесяти обычно правильно понимает, что инструктором отбирались варианты, которые в контексте данного упражнения были губительными.

Чтобы понять почему, необходимо представить себе, что прошло уже какое-то время после прочтения рассказа и что вы собираетесь заглянуть в карточки, чтобы вспомнить его содержание. Представьте себе, что кто-нибудь из друзей решил подшутить над вами и выбрал из картотеки карточки, на которых написаны названия рассказов и их авторы, чтобы проверить, сможете ли вы их вспомнить. У вас не будет ни малейшего представления о том, с чего начать при сортировке карточек по рассказам, и вам придется полагаться только на их содержание для определения, какие карточки к какому рассказу относятся.

Если в качестве ключевых слов взять те, что выбраны инструктором, то скорее всего, соединившись друг с другом, они создадут примерно следующую картину: нейтральная фраза «деревянный пол» приобретет мистический характер после фразы «обнаружить, где находится». Следующие две ключевые фразы ― «вес золота» и «рынок» ― дополнят ощущение интриги и утвердят вас в предположении о криминальном характере действия. Следующие три ключевых слова ― «занят», «хлопоты» и «пронзить насквозь» ― могут заставить вас предположить, что один из персонажей, а может быть, и главный герой, оказался в затруднительной ситуации. Разворачивающийся сюжет станет напряженнее с приближением «часа рассвета», который может быть очень важным и полным подозрений моментом. Последние два ключа ― «любовь» и «ночная жизнь» ― добавят оттенок романтичности и риска, подталкивая вас к быстрому просмотру остальных ключей в поисках ссылок на новые приключения и кульминационные моменты! Вы сочините интересную новую историю, но не вспомните сюжет оригинала.

Слова, которые, как казалось в то время, так подходят для роли ключевых, на самом деле не подтвердили свою адекватность поставленной цели воспроизведения из памяти. Чтобы объяснить причину этого, необходимо обсудить вопрос о том, чем отличаются ключевые слова для воспроизведения образов из памяти (слова-напоминания) от ключевых слов для их создания (творческие слова), а также как они взаимодействуют друг с другом по мере течения времени. В качестве слов-напоминаний хорошо было бы использовать следующие:

основная идея второстепенная идея
абзац 1 клетка 5 и 4см
абзац 2 сверчок травяной жаворонок
абзац 3 спал свежий огурец
абзац 4 музыка любовная ценность
абзац 5 песня генетическая память

Понимание причины, по которой данные слова в большей степени годятся в качестве ключевых для воспроизведения из памяти, базируется на наших представлениях о том, как головной мозг обрабатывает информацию.