Раздел IV. Манипуляция сознанием в ходе разрушения советского строя.

Глава 22. "Мягкие" черные мифы о советском строе.

§ 3. Миф о технологическом риске.

Полезно было бы пройти по всем основным антисоветским мифам, на которых стояла перестройка. Это был бы прекрасный практикум в курсе манипуляции сознанием. Но это невозможно из-за ограничений объема. Рассмотрим еще один миф - "технологический".

Нам вбивали в голову, что русские, "уклонившись от цивилизации", стали неспособны пользоваться современными технологиями. Началось с Чернобыля, а затем к этому подверстали информацию обо всех авариях. Чернобыль - огромная катастрофа, событие уникальное и с каждым годом все менее понятное. То, что о нем известно, заставляет пересмотреть всю концепцию риска (и именно западную концепцию). Можно даже сказать резче: уроки Чернобыля - прежде всего для Запада.

В Чернобыле отказала не техника, а "человеческий фактор", сложилась такая система действий персонала, которая в расчетах была оценена как невероятная (точнее, как событие с ничтожной степенью вероятности). Если бы люди нарочно старались взорвать станцию, они не сумели бы все сделать с нужной точностью. Тот факт, что в ходе самоорганизации такая система возникла, заставляет отказаться от принципов детерминизма, на которых построена вся западная техносфера. Это - сигнал о том, что мир должен переходить к философии нестабильности, к представлению о возможности самоорганизации "странных" систем. Но это - конец западного мифа, конец индустриализма и "столбовой дороги". И на это западная элита не идет. Потому-то на анализ Чернобыля наложено табу, и никто не слушал В. А. Легасова.

Большой урожай был снят идеологами с аварии на море - столкновения теплохода "Адмирал Нахимов". Под сомнение были поставлены все подсистемы советского строя, ни много ни мало. Капитаны безответственны - где такое может быть. Суда старые, на плаву не держатся. Спасательные средства плохие. Все правильно - и все ложь. Ибо никакого отношения ни к строю, ни к особенностям России это не имеет. Куда ни глянь - то же самое, если не хуже.

Вот в Голландии, у самой причальной стенки переворачивается вполне новый морской паром - халатно расставляли автомобили, перегрузили один борт. Почти двести жертв - прямо в порту, в десяти метрах от причала. Ясно: паром плохо спроектирован, персонал безответственный, служба порта не готова к спасательным работам - но увязать это с общественным строем Голландии или с негодностью принципов демократии как государственного устройства ни одному экстремисту в голову не пришло. А то на фешенебельном пляже под Барселоной при небольшом волнении утонуло 6 человек. Оказалось, единственный спасательный круг куда-то отправили на лодке (тоже единственной). И никто это ни с рыночной экономикой, ни с монархическим строем Испании не увязал.

Сюжет множества фильмов в США основан на реальных авариях, вызванных халатностью персонала или махинациями фирм. Смотришь и думаешь - нам до этого еще далеко. Сама жизнь дает сюжеты. Вот, в центре Сеула в час пик обрушился новенький мост, с него так и посыпались автомобили и автобусы. Причина - низкое качество строительства. В Барселоне в высотном госпитале оборвался лифт, погибло 12 человек. Оказалось, в механизме лифта был большой и растущий дефект, но фирма год за годом штамповала сертификат о техническом осмотре, никакого осмотра не проводя. Проблема "человек-машина" - общая для всех обществ, создающих современную техносферу. Вместо этого идеологи ищут мелкую политическую выгоду.

Во время перестройки очень много говорилось о том, насколько плоха в СССР система водоснабжения. Трубы прохудились, вода теряется - то ли дело на Западе! Но вот Экономическая комиссия ООН для Европы публикует доклад, и глазам своим не веришь. В больших городах Западной Европы из-за плохого состояния водопроводов теряется до 80% воды - примерно на 10 млрд. долларов в год. Поскольку поиск места утечки обходится дорого (до 1 тыс. долл. за километр) его стараются и не искать. В малых городах водопроводы получше (помоложе), но и тут дело плохо. В Испании в целом по стране теряется 40% воды, в Норвегии - 50%. Из-за утечки воды снижается давление, из-за чего в трубах накапливаются колонии бактерий. Еще хуже то, что в Великобритании водопроводные трубы продолжают делать из свинца, так что вода не соответствует стандартам ВОЗ и вредна для здоровья. На это закрывают глаза, поскольку смена технологии обошлась бы в 12 млрд. долл. В Западной Европе среднее потребление воды городским жителем составляет 320 л в день, а в Москве 545 л. Но большинство москвичей поверили, что их водоснабжение никуда не годится.

Но особенно сильное впечатление производит не вода, а огонь, пожар. И в перестройке тему пожаров раздули в полной мере. Помните пожар в гостинице "Россия", где погибло четыре человека? Какие делались выводы: преступное использование горючих материалов; СССР не дорос до высотных гостиниц, ибо пожарные не имеют длинных лестниц. Тоже все правильно - если бы не вывод о том, что "Россия неспособна" (а вот Запад - тот да). И никто не потребовал тогда дать просто фактическую сводку о положении с пожарами на Западе. А если бы дали, то вопрос бы вывернулся наизнанку: как Россия сумела, не имея ни того, ни сего, обеспечить столь низкий уровень опасности?

В Сарагосе при мне случился небольшой пожар в дискотеке. Никто из танцевавших внизу, в зале, об этом и не узнал - все умерли. Пятьдесят два трупа вынесли и положили на тротуаре. Загорелся диван, и образовались столь ядовитые тяжелые газы, что смерть людей была моментальной - официант так и остался стоять за стойкой с бутылкой в руке. Что, правые использовали этот случай для критики стоявших у власти социалистов? Такое и в голову никому не пришло. Газеты опубликовали сведения о подобных пожарах в дискотеках США, и оказалось, что трагедия в Сарагосе - рядовой случай. И никакого комплекса неполноценности у испанцев никто создавать не стал.

А вспомним еще раз, какой удар по сознанию нанес случай, ставший вехой перестройки: в детской больнице в Элисте двадцать малышей были заражены СПИДом. Как был подан этот бьющий по чувствам случай? Вот вам советская медицина, не стерилизуют шприцы. Полетели самолеты с гуманитарной помощью. Ельцин на весь свой гонорар покупает ящик одноразовых шприцев. Предприниматели вывозят титан, обещая на вырученные деньги построить завод этих самых шприцев. Потом выясняется, что никто никого не заразил, а в эту больницу направляли из разных мест детей - носителей СПИДа. Но этого пресса уже не печатала, да это было и не важно. Все поверили в миф о дикости советского здравоохранения, и расставаться с этим мифом не хотели. Что же в этой сфере мы видим на Западе?

Вот судебный процесс над директором Национальной службы переливания крови Франции (это тебе не медсестра в Калмыкии). По дешевке скупая кровь у маргиналов и наркоманов и не подвергая ее установленному контролю, персонал этой службы заразил СПИДом несколько тысяч человек (я, будучи тогда в командировке, слышал о трех тысячах, но цифры все время уточнялись). Почему бы нашей прессе не увязать это трагическое дело (директор получил 4 года тюрьмы) с трагедией в Элисте?

В 1996 г. - признание министра здравоохранения Японии. Здесь тоже по дешевке импортировали кровь и не подвергали ее необходимому анализу (хотя Япония завалена нужными для этого приборами). В результате из 5 тыс. больных гемофилией, которые проживают в Японии, 1800 были заражены СПИДом. Кстати, правительство Японии отказывается выплачивать компенсации пострадавшим, предложенные судами Токио и Осаки.

В тот же год - суд над бывшим министром здравоохранения Португалии и 11 сотрудниками министерства. Они закупали кровь у австрийской фирмы и заразили СПИДом многих больных (из которых 59 к моменту суда умерли). Примечательно, что они закупали зараженную плазму даже после того, как получили сообщение о том, что она содержит антитела против СПИДа, то есть получена от больных доноров.

Летом 1993 года - опять суд в Париже, над врачами из Института Пастера. Они изготовляли гормон роста для детей. Для этого покупали гипофизы трупов и, как полагается на рынке, искали подешевле. Поэтому покупали в экс-социалистической Венгрии. Надо же, даже маленький кусочек трупа идеологически согрешивших людей ценится в десять раз дешевле. Но качество, конечно, не то - и пятнадцать парижских детей были заражены неизлечимой и смертельной вирусной болезнью. Можно ли было проверить купленные по дешевке гипофизы? Конечно - но накладно. А ведь это - не "совки", не калмыки, а Институт Пастера, гордость Запада.

А вот случай прямо у меня на глазах - в Сарагосе. Забарахлил в центральном госпитале линейный ускоритель для радиационной терапии, фирмы "Дженерал Электрик". Прибывший инженер фирмы затянул маленько регулировочный винт на индикаторе мощности, чтобы стрелка зря не дрыгалась, и дело с концом. Два года облучали пациентов мощностью, в десять раз большей, чем показывал индикатор. Стали разбираться, когда пациенты начали умирать один за другим. При мне умер двадцать второй, остальные дожидаются. Суд, конечно, критика - но не системы и даже не "Дженерал Электрик", а инженера.

В целом, у нас создали устойчивое убеждение, будто вся техносфера, в которой его заставляла жить система "реального социализма", опасна. Сегодня можно заявить, что это была сознательная идеологическая акция по разрушению национального самосознания народов СССР. Много было лжи и умолчаний: никто, например, ясно не сказал простую вещь - безопасность полетов в такой огромной системе как "Аэрофлот" была на уровне лучших в мире стандартов, точно такой же, как у "Пан Америкен" (а сегодня Россия на одном из последних мест в мире).

Глубинная ложь этого мифа уже в том, что из понятия техносферы был исключен ряд важнейших элементов, которые как раз определяли в целом более высокую, чем на Западе, безопасность техносферы СССР. И дело даже не в абсолютных показателях, а в том, что у нас "единица безопасности" обходилась в сотни раз дешевле, чем на Западе. За этим - проблема всей цивилизации. Можно сказать, что гражданское общество Запада почему-то потеряло "инстинкт опасности", который сохранился в "отсталых", "крестьянских" обществах. Этот инстинкт заменяют законами, деньгами и квалификацией - но полностью заменить не удается. Совесть заменяется законом не вполне. Но это - особая большая проблема. Начнем хотя бы с ее проявлений.

Взять такую "мелочь", как терроризм. Сегодня гремят взрывы в небоскребах Нью Йорка, на железных дорогах и в универмагах Испании, на площадях перед соборами и на вокзалах в Риме и даже в Лондоне. Кто-то пускает газ в метро Токио. Жертв не так много, но в целом в этих странах сложилось устойчивое ощущение опасности случайно стать жертвой теракта. В Перу в начале 90-х годов при наличии в стране всего около 2 тыс. участников радикального движения "Сендеро Луминосо" затраты на охрану технологических систем во многих регионах были равны производственным затратам. Уже одно это предопределяло тяжелый кризис всего хозяйства целой страны.

Таким образом, речь идет об элементе опасности, принципиально присущем техносфере Запада. Он предопределен особым "человеческим фактором", созданным именно в этой техносфере. Техносфера СССР была такого фактора лишена, что сразу давало ей большое преимущество. Мы начинаем оценивать это лишь сегодня, когда сами выбросили это преимущество на помойку. Когда сами привели к власти режим, который порождает терроризм неизбежно, как шелкопряд свою нить.

В СССР при скудных затратах на безопасность ее высокий уровень обеспечивался именно тем, что люди считали весь народ своей родней, а все, что было в стране - общим достоянием. Невозможно у нас было, например, такое явление: в Испании выгорают леса (причем гибнут и люди - туристы, пастухи, пожарные). Основная причина пожаров - поджоги. В Галисии этим занимаются специальные фирмы, которые сбрасывают с легких самолетов на парашютах зажигательные устройства - горелая древесина, сохраняя приемлемое качество, продается на корню раз в десять дешевле. Иногда лес также поджигают, чтобы отомстить за какую-нибудь обиду местным властям, а то и пожарным. Этого не было в СССР, еще нет и в России - но ведь к этому идем.

Огромную роль играл в сфере безопасности технологии СССР тип экономики, не ориентированной на прибыль. Ее уничтожение не принесло никаких надежд на обещанную экономическую эффективность, но социальные утраты - налицо. И одна из них - утрата надежности, безопасности. Это очевидно каждому, хотя многие не хотят еще признать. Невероятное число людей, около 30 тыс. человек в год, гибнет просто от отравления приготовленной из токсичных продуктов водки. Это - прямой плод рыночной экономики. И не дефект переходного периода, а сама ее суть, на обуздание этой сути на Западе тратятся огромные средства налогоплательщика. И справиться не могут!

Если бы наше ТВ не было лживым, оно бы сообщило важную для всех вещь. В Испании недавно закончился долгий процесс по делу о продаже токсичного растительного масла. У нас тогда газеты писали о каком-то таинственном вирусе. Дело проще: торговые фирмы закупили по импорту недорогое масло для технических целей - и пустили как пищевой продукт. В него был добавлен анилин - сильнейший яд. Газеты пишут, что анилин добавили, чтобы придать маслу привлекательный цвет, вкус и запах, но это кажется невероятным. Скорее, масло именно денатурировали, чтобы его не использовали в пищу.

Госстандарт Испании выдал сертификат качества. Невероятно, но директор Центральной лаборатории испанской таможни и еще четыре службы контроля подтвердили, что масло с анилином годится в пищу. Погибло более тысячи человек, 25 тыс. тяжело переболели и в основном остались инвалидами. Поскольку в продажу масло поступило с официального одобрения государственных органов, суды присудили жертвам отравления компенсацию в сумме около 4 млрд. долларов. Государство отказалось платить, т. к. "это бы нанесло ущерб экономике страны" (любопытная иллюстрация к концепции "прав человека").

Психология bookap

Когда я читал материалы этого процесса, то вспоминал, как в 1972 г. по Калужскому шоссе шла целая колонна грузовиков под охраной солдат - вывозили уничтожать черную икру, т. к. из Ирана к берегу недалеко от Астрахани прибило труп умершего от холеры. Риск заразиться холерой через икру был практически нулевой, но государство не стало ни экспортировать, ни продавать эту икру дома. Потому что это было советское государство.

Сегодня, даже отвлекая на безопасность все большие и большие средства, общество "при рынке" никогда не получит такой же надежности, как в СССР. Чуть не ежедневные аварии и катастрофы - это лишь предвестник накатывающего на Россию вала. Специалисты это прекрасно знают. Поэтому вся кампания, убеждавшая граждан в том, что советская техносфера обладала особой, повышенной опасностью, была крупной акцией по манипуляции сознанием.