Часть седьмая УЧИТЕСЬ У ТЕХ, КТО УМЕЕТ ПОКОРЯТЬ ПУБЛИКУ

Золотой совет для вашего очередного выступления: «Станьте немного Спрингстином».

Брюс Спрингстин – известный эстрадный певец и композитор. В то же время он один из лучших ораторов Америки. Он способен преподнести вам в выгодном свете любую идею, позицию, самого себя. Недавно в статье, напечатанной в журнале «Ньюсуик», о стиле выступлений Спрингстина было сказано так: «Он целиком отдается моменту». В нашей повседневной жизни редко доводится испытывать такое же чувство полной отдачи, какого Спрингстин добивается на каждом своем концерте. Одним из таких редких случаев может стать ваше публичное выступление.

СОВЕТ: В очередном своем выступлении станьте немного Спрингстином.

55. РАССКАЖИТЕ-КА МНЕ О СЕБЕ

Посмотрите, как работает на протяжении своей часовой передачи Фил Донахью, и вы увидите перед собой абсолютного властелина чувств толпы. Он погружает вас в самую гущу противоречий, но так ловко управляет публикой, что дело почти никогда не доходит до взрыва. Какой бы деликатной ни была тема, он всегда выступает в роли заботливого отца и в то же время исповедника. Его стиль можно было бы определить как серьезно-разговорный – хотя серьезность и не мешает ему улыбнуться, когда приглашенный оратор или кто-нибудь из публики отпустит шуточку по его адресу.

Когда Донахью, беседуя в своей передаче с двумя пожизненными заключенными тюрьмы Роуэй в штате Нью-Джерси, услышал, что они стоят за смертную казнь, он выразил удивление. На это тот, что был поразговорчивее, сказал: «Ничего, мистер Донахью, вам в ваших передачах наверняка часто приходится слышать такое, что вас удивляет». Донахью рассмеялся, вероятно, вспомнив, сколько раз ему действительно приходилось слышать самые неожиданные вещи, – но при этом у вас было ощущение, что если бы сам он сидел за решеткой и ему было нечего терять, он тоже мог бы сказать что-нибудь неожиданное, хотя и вполне уместное.

Вот что главное в Донахью. Он как будто всегда готов взглянуть на жизнь глазами любого своего собеседника – от заключенного из Роуэя до домашней хозяйки из пригорода Чикаго. Он залезает людям в душу и копается в их чувствах, но делает это так, что вы видите – он в самом деле узнает что-то новое для себя. Его любознательность не знает границ. Он сталкивает мнения самых разных людей, прекрасно зная, что феминистка из захолустья никогда не согласится с криминологом из большого города. Он обращается к обеим сторонам с одинаковым беспристрастием: «Дайте ему высказаться, миссис Джонс…» Объективность его может внушать некоторые сомнения, однако его манеры безупречны. Пусть он иногда склоняется на ту или иную сторону, однако никогда не навязывает своей позиции.

Хотя он всегда хорошо подготовлен к передаче, в чем ему помогает целый штат сотрудников, он всегда создает такое впечатление, будто загорается своей темой прямо в ходе программы. Понемногу начинает вырисовываться его точка зрения. Нередко она сочетает в себе наиболее сильные аргументы обеих сторон. Иногда он высказывается более определенно, более категорично, однако всегда сохраняет умеренность. Замечая, как кто-то кивает головой, он никогда не приписывает эту заслугу одному себе, а всегда делит ее с публикой: «Правда ведь, как раз об этом мы с вами сегодня и говорим?» – спрашивает он. И все кивают с еще большей готовностью.

Перебивая чью-то многословную речь, он говорит: «Прошу меня извинить, мы к этому обязательно вернемся через несколько минут, но сейчас мы должны сделать перерыв». После перерыва он иногда действительно предоставляет слово тому же разговорчивому слушателю, а иногда нет – смотря что ему нужно по ходу передачи. Он похож на судью, который выслушивает то защиту, то обвинение, стараясь не ущемить ни одну из сторон и не относясь к ним свысока. И все это время он заставляет их высказываться, протягивая им микрофон, словно некий ценный приз за толково изложенную или необычную точку зрения.

В манере Донахью удивительно сочетаются напористость и добродушие. Он выступает для всех в роли старшего брата, который руководит спором, отдавая каждому должное, или не слишком престарелого дядюшки, который всех любит и не хочет, чтобы кто-нибудь ушел обиженным.

Когда кто-нибудь возражает Донахью, тот лукаво смотрит на него, с добродушным сомнением качая головой, потом поворачивается к кому-нибудь из гостей программы и спрашивает: «Как по-вашему, мистер Ротенберг, в этом есть какой-нибудь смысл?» Обычно мистер Ротенберг соглашется с мистером Донахью. В суде это называется наводящим вопросом, однако в программе Донахью означает что-то вроде «все мы – одна семья».

Когда Донахью говорит, он иногда немного запинается, – но не настолько, чтобы вызвать у нас чувство жалости к нему. Это выходит у него очень мило. Намерения у него самые лучшие. Он слишком симпатичен, чтобы сделать что-нибудь не то. И каждый из нас вызывает у него неподдельный интерес. Когда он говорит: «Расскажите-ка мне о себе», – мы чувствуем: черт возьми, да ему это и в самом деле интересно!

Смотрите на Донахью – и делайте выводы для себя

1. Если вы выступаете перед группой людей, старайтесь вести диалог в разговорной манере. Не позволяйте страстям разгораться. Передвигайтесь по залу, переходя от одной части слушателей к другой.

2. Осторожно проясняйте высказанные мысли – и отдавайте каждому должное. Проявляйте уважение к тем, кто с вами не согласен. Умело выделяйте главное. «Но ведь это и есть то, что мы хотим здесь сказать, правда?»

3. Всячески старайтесь вовлечь в беседу всех присутствующих. Обращайтесь к каждому из них.