УСПЕХ В ВАШИХ РУКАХ


...

Позитив и Конструктив


Штирлиц хмыкнул и покачал головой.

- Понимаешь, - медленно заговорил он, - я получил задание… - Он снова хмыкнул. - Мне следует наблюдать за тем, кто из высших бонз собирается выйти на сепаратные переговоры с Западом. Они имеют в виду гитлеровское руководство, не ниже. Как тебе задача, а? Веселая? Там, видимо, считают, что если я не провалился за эти двадцать лет, значит, я всесилен. Неплохо бы мне стать заместителем Гитлера. Или вообще пробиться в фюреры, а? Я становлюсь брюзгой, ты замечаешь?

- Тебе это идет, - ответил Эрвин.

Для успешного человека проблем в жизни нет. Потому что «проблема» - это такая черная дыра, где собрано все плохое, чего нет и чего срочно не хватает. Это невозможно, напряг и ужасно, и совершенно непонятно, что делать.

Успешный человек живет в той же жизни, что и менее успешные окружающие, но в той же ситуации он имеет перед глазами не проблему, а задачу: ситуация такая, нужно получить это, есть такие-то ресурсы и такие-то препятствия. Самым оптимальным в этой ситуации будет поставить такую конкретную задачу и двигаться для ее решения в этом направлении вот таким образом…

• Все деловито, и все будет сделано. Пока мы живы, все реальное -достижимо.

В своей личной жизни и судьбе он видит и ценит то, что есть, а не пережевывает то, чего хотелось бы, но ему не дали.

Как он живет, как он видит жизнь и мыслит, так он естественным образом и говорит: в общении вы услышите от него в первую очередь словарь высокопозитивного тезауруса.

Любимый.

Дорогой.

Это вы любите…

Рад вам предложить…

И разговор на приятные и значимые для собеседника темы.

Что, и он никогда не ругается? Ну почему же, если вы от него этого ждете… Ругаться он тоже может, но он делает это:

а) с удовольствием,

б) не на своем личном языке, а на языке, понятном людям и до них доходчивом.

Раз надо - он всегда готов.

Мюллер принял Ай-смана с улыбкой. Выслушав оберштурмбанфюрера, он ничего не сказал. Он достал из сейфа папочку и вытащил оттуда листок бумаги.

- А как быть с этим?- спросил он, передавая листок Айсману.

Это был рапорт Айсмана, в котором он расписывался в своем полном доверии штандартенфюреру Штирлицу.

Айсман долго молчал, а потом тяжело вздохнул:

- Будь мы все трижды прокляты!

- Вот так-то будет вернее, - согласился Мюллер и положил рапорт в папочку. - Это вам хороший урок, дружище.

- Что же, мне писать новый рапорт на ваше имя?

- Зачем? Не надо…

- Но я обязан отказаться от прежнего мнения.

- А хорошо ли это? - спросил Мюллер. - Отказ от своего мнения всегда дурно пахнет.

- Что же мне делать?

- Верить, что я не дам хода вашему прежнему рапорту. Всего лишь. И продолжать работать. И знать, что скоро вам придется поехать в Прагу: оттуда, может статься, вы вернетесь и к пастору, и к вашему верному другу, с которым вы вместе лежали под бомбами в Смоленске. А теперь идите. И не горюйте. Контрразведчик должен знать, как никто другой, что верить в наше время нельзя никому - порой даже самому себе. Мне, правда, верить можно…