Глава 3. Астенический характер


...

8. Особенности контакта и психотерапевтической помощи

Астеник тревожно напряжен тем, как его оценивают, поэтому хорошо, если вербально и невербально вы дадите ему почувствовать ваше доброе расположение. На первых этапах знакомства избегайте двусмысленностей и помните, что некоторые разъяснения и интерпретации могут быть приняты астеником за критику. В контакте такие люди ценят ненавязчивую теплоту, ласковость: астеник с благодарностью отнесется к этому, находя в этом душевную защиту. Не следует комментировать проявления его застенчивости, оценивающе, в упор его разглядывать. Ваша естественность поможет быть естественным ему. От авторитарности астеник съеживается и уходит в себя, иногда пугается и начинает бестолково, по-солдатски подчиняться, а в гиперкомпенсации дерзит.

Беседу недопустимо вести в форме допроса. Избегайте прямых категоричных вопросов. Конструктивней проявлять интерес в разных формах, например: «Мне интересно, что вы чувствуете по поводу того-то»; «Вы знаете, у меня это происходит так, а как у вас?»; «У моего знакомого было то-то, а случалось ли такое с вами?». Можно высказывать мягкие предположения по поводу переживаний астеника, и это даст ему возможность подтвердить или опровергнуть ваши предположения — в любом случае, высказаться. Ранимые астеники не любят, когда им лезут в душу. Беседуя с астеником, можно предложить ему чашку чая, что раскрепостит его, поможет занять руки. Если возникает пауза напряженного молчания, то за чашкой чая легче разговаривать на посторонние темы. В разговоре с астеником давайте ему обратную связь, чтобы он не мучился в догадках о вашем восприятии ситуации. Когда он рассказывает вам о себе, то в ключевых местах рассказа мягко и одобрительно ему улыбайтесь, слегка кивая головой, в знак того, что вы его слушаете и понимаете. Беседуя, лучше находиться в открытой, доброжелательной позе, как это рекомендует Аллан Пиз /35/.

На первых порах астеник нуждается в щедрой психологической поддержке. Проще всего ее оказать, искренне сообщая ему о том, что вам действительно в нем нравится. Желательно, чтобы после первых встреч с вами астеник уходил душевно согретый, с благодарным чувством в душе. Он так часто психологически истязает себя, что воистину заслуживает теплого, поддерживающего контакта. Астеническому человеку хочется помочь еще и потому, что, ощущая благодарность от помощи, он старается, в свою очередь, помогать другим людям. Происходит своеобразная эстафета добра.

Серьезная, стратегическая помощь астенику заключается в том, чтобы помочь ему с помощью характерологии основательно изучить себя и других людей. Благодаря этому он будет лучше ориентироваться в жизни, примерно зная, что в этой или иной ситуации ждать от себя и от других. Эта ориентировка помогает меньше беспокоиться, сохраняет душевные силы. Обидчивость снизится, когда астеник осознает, что обижающее поведение людей адресовано не именно ему: подобное поведение вытекает из их характера. Ему станет ясно, что чем меньше слепого требовательного ожидания от людей, тем меньше обид. К тому же повышенно конфликтные люди нередко либо больны, либо серьезно сами обижены. Обучать астеника характерологии стоит не столько в научно-аналитическом ключе, сколько наполняя его душу художественными характерологическими образами из литературы, искусства, кинофильмов — это больше подходит его мечтательно-романтической натуре.

Эффективней характерологическое обучение проводить в группе дефензивных интеллигентных людей с разными характерами. В такой группе астеник поймет, что его характер считают слабым только потому, что за силу принимают грубоватую практичность с напористостью и расторопностью, способностью с известным безразличием относиться ко многим вещам. Общаясь с товарищами по группе, он осознает бесценность их интеллигентности, эмоциональной хрупкости, духовности и сам захочет быть ближе к ним, чем к так называемому «сильному» типу.

Целесообразно эти групповые занятия строить по принципам терапии творческого самовыражения (сокращенно ТТС) по методу М. Е. Бурно /36, 37/. Суть метода заключается не столько в обогащении духовной культурой, сколько в таком психотерапевтически продуманном взаимоотношении с ней, при котором происходит оживление, высвечивание, укрепление неповторимой индивидуальности участника группы. Занимаясь в группе, астеник убеждается в творческом богатстве дефензивности вообще и своей астенической в частности и начинает прибегать к творчеству как целительному источнику. Методика проведения ТТС технически проста. Трудность в другом — ведущий должен без казенного схематизма разбираться в характерах и быть живой, творческой личностью, способной увлечь других людей творчеством.

Для астеника подобные группы являются еще и оазисом, где согревается душа и чувствуешь себя полноценным человеком. Участники занятий становятся референтной группой, созвучие с которой психологически защищает и помогает быть самим собой в жизни. Благодаря групповым занятиям астеник точнее находит свое место среди людей, убеждаясь, что и он по-своему ценный человек. Когда астеник находит свое дело в жизни, в широком смысле связанное с созидательностью, то в нем включается стеническое начало. Во имя такого дела он бывает достаточно решителен и уверен.

По мере занятий ТТС внутреннее состояние астеника серьезно меняется. В периоды тревожной растерянности его состояние можно озвучить так: «Мое „я" маленькое, беззащитное. Вот-вот исчезнет, все смыслы размыты, душа в несобранности и дискомфортном раздерге». В моменты же творческого вдохновения состояние совсем иное: «Мое «я» ощутимо, реально, на переднем плане душевной жизни; в душе — осмысленность, полнота, радость, надежда, ничего не страшно и в смерть не верится». Психотерапевтичность последнего состояния очевидна. Важно отдельные моменты вдохновения превратить в творческий стиль жизни. Это можно пояснить «принципом велосипеда»: пока крутишь педали, едешь вперед, а стоит перестать это делать — тут же падаешь. Так и в лечении творчеством.

Когда астеник обретает свое счастье, а оно связано с духовностью и нужностью людям, то ему легче становится делать что-то несвойственное его натуре. Это глубоко понятно — трудно, «душно» делать чужое, своего не имея, а имея свое — гораздо легче, так как есть чем «дышать» и не переживаешь, если чуждое твоей личности получается хуже, чем у других. Например, легче служить в армии и не ругать себя за то, что как солдат плох, если понимаешь, что твоей натуре свойственны иные дела. Параллельно или в рамках ТТС можно проводить тренинг уверенности и навыков общения, не боясь, что они усилят тенденцию к примитивной гиперкомпенсации, потому что астеник не захочет уже потерять душевное богатство и свою интеллигентность, осознанные на занятиях ТТС. Астеникам помогают курсы по конфликтологии. После подобных курсов они становятся общительнее, так как уходит страх, что не найдутся что сказать и как ответить в конфликтной ситуации.

К психотерапии астеников подходит парадоксальная гештальт-терапевтическая теория изменения: «Изменения наступают тогда, когда мы осознаем, кто мы действительно есть, а не тогда, когда стараемся стать тем, кем мы не являемся» /Д. Рейнуотер, 38/.

Тактическая и симптоматическая помощь. Астеник часто рассеян по причине мечтательной несобранности, душевной измотанности. Ему стоит рекомендовать завести специальную книгу для записей. Туда он будет заносить важные дела, встречи. Без инструментов самодисциплины астеник успевает гораздо меньше, чем с ними, духовно страдая от того, как мало ему удается сделать в жизни. Благодаря записной книге он также меньше мучается от невыполненных обещаний, договоренностей. Самолюбивый астеник нередко намечает большие планы, поэтому не беда, если удается выполнить хотя бы половину намеченного. Астенику не следует выполнять десять дел сразу: впопыхах все валится из рук, и ни одно дело не доводится до конца. Необходимо приучать себя концентрироваться на том, что делаешь в данную минуту, и быстро и полностью переключаться на новое дело. Переключения освежают внимание, и их можно практиковать как сознательный прием. Астенику полезно сразу все класть на свои места, иначе теряется масса сил на поиск нужных вещей.

Астеник невольно ищет оранжерейных условий, где он смог бы совершить больше полезного, чем в обычной жизни, которая выматывает его. Взрослый астеник нередко сужает круг своего общения, чтобы было меньше дерганий и обязательств. Астенику необходимо помогать учиться выживать в реальном мире. В частности, полезно систематично разбирать его успехи и неудачи. Неудачу следует разбирать не в критическом, а в обсуждающем ключе, рассматривать ее как обучающий опыт. Успеху можно порадоваться, но затем непременно разобрать его механизм — какие способности и действия обеспечили его. Это нужно, чтобы астеник становился психологическим хозяином своих успехов, меньше зависел от помощи извне, был самостоятельным.

Кстати, такой спокойный разбор успехов и неудач разумно включать в воспитание астенических детей. Для психастеников, при их склонности к психологической аналитичности, данный метод оказывается еще полезней. Астеники и психастеники пытаются делать это самостоятельно, что порой превращается в самоедство и умственную «жвачку»; с умным и опытным помощником они достигают лучших результатов.

В трудных ситуациях астенику нужен собеседник, помогающий ему разложить все «по полочкам», отделить главное от несущественного, ибо в тревоге все кажется существенным. Астенику свойственны три вида неконструктивных усилий.

1. Напрасные действия. Перед ответственными событиями астеник представляет их себе и начинает тратить силы, как бы пытаясь улучшить ситуацию. Например, опаздывая на работу, он напрягается всем телом, словно старается подтолкнуть автобус, чтобы тот ехал быстрее.

2. По меткому выражению Кристана Шрайнера, «жизнь в кресле дантиста». Думая о будущем, астеник тревожно переживает события, которые еще не случились и, вероятно, вообще не случатся.

3. У астеника нередко возникает сумятица в голове, когда он думает о чем-то потенциально страшном, значимом. Он не замечает, как уже по десятому разу возвращается к одной и той же мысли; а даже если и заметит, то с таким же «успехом» приходит к ней в одиннадцатый раз. В еще большей степени вышеописанное присуще психастеникам.

Как это возможно прокомментировать и что посоветовать? Второе и третье усилия не совсем бесполезны: они мобилизуют и, если не истощают, то накапливают энергетический заряд для предстоящего события. Полезно применять один из принципов Д. Карнеги: «Представить и пережить худший вариант». Если он оказывается выносимым, то можно успокоиться, так как все остальное будет легче. При сумятице в мыслях, чтобы не плутать в собственных рассуждениях, полезно их систематизировать и закреплять на бумаге.

По отношению к неопределенным событиям в будущем важно составлять подробный, но гибкий план-анализ действий. Тревожному астенику надо так составить этот план, чтобы в нем был предусмотрен выход из всех ситуаций, в которые он может попасть. Необходимо подготовить себя к тому, что все может оказаться совсем не так, как спланировал, и тогда нужно будет действовать по ситуации. С гибким планом астенику легче входить в незнакомую ситуацию, быть подвижным и даже способным к экспромтам.

Порой у астеника остаются тревожные «хвосты» не до конца ему ясных ситуаций общения. Он беспокоится о том, что о нем могли подумать. По рекомендации М. З. Дукаревич /39/, астенику предлагается ответить себе на следующие вопросы: Кто именно подумает плохо? Почему? Нужно ли вам считаться с этим? Что бы подумал умный человек? Теперь они ничего хорошего в вас не видят? Умеют ли прощать те, которые, как вам кажется, плохо о вас подумали? Ну и что, если подумают не так, как вам хочется? Мир и ваша жизнь перевернутся от этого? Обдумывание этих вопросов помогает обрести точку опоры.

Что делать, если молодой астеник отчаянно гиперкомпенсируется, превращаясь в нахала от застенчивости? Имеет смысл обсудить с ним защитные возможности реакции компенсации. В случае компенсации человек, психологически защищаясь от неудач, старается добиться успехов там, где у него имеются способности. Так, молодой человек спокойно говорит: «Да, я плохой каратист, но зато многое знаю о животных, которые мне интересней, чем восточные единоборства». Ценность реакции компенсации состоит в том, что человек прилагает силы в области своей природной одаренности. Его усилия оказываются успешными и приносят настоящую радость, так как являются творческой реализацией его подлинной натуры.

Что заставляет некоторых астеников выбирать гиперкомпенсацию? Прежде всего, острое самолюбие, не желающее мириться с какой бы то ни было слабостью; насмешки сверстников и взрослых над астенической застенчивостью, скромностью, неуверенностью. Также астеники опасаются, что, будучи стеснительными и чувствительными, не смогут понравиться противоположному полу; меньше, чем сверстники, добьются в жизни, так как для успехов якобы нужны нахальство и самоуверенность.

При гиперкомпенсации человек пытается добиться успехов там, где изначально слаб. Стимул к действию идет от желания соответствовать ценностям окружающих, от стыда, чувства ненависти к себе. Радость, получаемая при этом, — лишь радость самолюбия. К тому же при серьезных препятствиях гиперкомпенсация срывается: от астенического «нахальства» не остается и следа, а только слезы и отчаяние. Чувство неполноценности при этом обостряется. Плюс ко всему многие учителя и родители неточно воспринимают гиперкомпенсацию как недостаток внутренней культуры. С молодым астеником в период гиперкомпенсации иногда бывает неуютно и неприятно общаться, так как он самолюбиво-неестественно пытается «нечто из себя изображать».

Что касается проблем с внешностью, то подскажите астенику, что деление людей на красивых и некрасивых чересчур упрощенно. Человек формально может быть некрасив, но интересен, обаятелен, со своей «изюминкой» — и этим он нравится больше, чем стандартно красивые люди. Важно помочь астенику мягко и открыто проявлять свою индивидуальность. С возрастом астеники спокойней относятся к своей внешности.

Краткие советы по проблемам общения

1. До астеника следует донести, что его застенчивость приятна многим людям, особенно умным и интеллигентным.

2. В ряде ситуаций необходимо держаться, пусть со скромным, но достоинством, так как некоторые люди не будут уважать астеника, если подумают, что он сам себя не уважает. К сожалению, многим свойственно «судить по одежке» и по тому, как человек преподносит себя.

3. Желательно не начинать общение с высокой «планки», дабы не было потом тревожного ощущения несоответствия. Ряд астеников ощущают себя «шпионами», которых скоро разоблачат и поймут, что они ничего не стоят. Поэтому общение лучше начинать со скромной средней «планки», по возможности ее поднимая.

4. Астенику нужно учиться замечать и ценить свои успехи, неудачи бросаются в глаза сами. Можно завести так называемый дневник Пифагора, куда ежевечерне записывать все свои успехи и все хорошее, что случилось за день, чтобы повышалась самооценка и возникало приятное чувство благодарности жизни.

5. Астеника стоит побуждать смелее говорить о своих потребностях. Ему помогает овладение формой положительных «Я — высказываний», которая предполагает конструктивное сообщение своих потребностей без оскорбления собеседника и манипуляции им /40, с. 87–91/.

Психотерапия раздражительной слабости индивидуальна в каждом случае. Приведу пример. Астеник сильно раздражается на своего астенического сына за то, что тот в драках не дает отпор ребятам, убегает. При помощи техники «Inner shouting» (внутренний крик) отцу удается осознать корни своей раздражительности и справиться с ней /41, с. 433/. Суть раздражительности заключалась во внутренней боли и отчаянии отца: ему было страшно, что все увидят, что его парень — слабак, и станут этим пользоваться. Отца пугало, что мальчик малого достигнет в жизни, будет робок и несчастен, каким когда-то был сам отец. Во время психотерапии отец осознал, как сильно любит сына и как для него ужасна перспектива, что сын проживет всю жизнь в унижении. Также он понял, что сердится на мальчика еще и за то, что тот является «вещественным доказательством» его собственной слабости. Осознание всего этого помогло отцу и сыну. Отец нашел адекватный способ выражения своей любви и заботы.

Другим приемом работы с раздражительностью является прерывание паттерна по методу НЛП /42, 43/. Астенику предлагается воспринимать раздражение как напоминание («якорь») о том, что он живет вместе с близким человеком ради любви и заботы, а не ради ссор. Затем с помощью техник НЛП соединяются («заякориваются») первые признаки раздражения и состояние любви и благодарности к близкому человеку. Таким образом, раздражение, выполнив функцию напоминания, гасится в своем зародыше и открывает дорогу подлинным отношениям.

Известны случаи, кода астеники, проживая с незнакомыми людьми в общежитии, месяцами не выявляли раздражительной слабости: срабатывали другие защитные механизмы. Значит, близкие могут не только понимающе прощать астенику его раздражительность, но и требовать, и помогать ему сдерживаться.