Шапиро Дэвид. Невротические стили

Теоретические обобщения


...

Инстинктивные влечения и развитие стиля

Вопрос не в том, влияют ли инстинктивные влечения на развитие психологического стиля, а в том, каким образом и насколько сильно влияют. Когда появляются новые влечения с новыми потребностями и мотивацией, новым потенциалом субъективного восприятия, новыми объектами интереса и моделями активности62, они неизбежно сталкиваются с существующей конфигурацией ментальных организующих форм. Но каков результат этого столкновения?

Наиболее простой вариант: каждая фаза инстинктивного развития переформирует деятельность мышления в соответствии с собственной моделью. Но эта концепция не выдерживает критики. Во-первых, просто отсутствуют факты, подтверждающие, что когнитивные модели, общие формы субъективного восприятия и т.п. подвержены таким радикальным изменениям. Наоборот, мы видим, что они относительно стабильны и меняются медленно. Во-вторых, эта концепция не учитывает, что организующая конфигурация существовала прежде любой новой развивающей силы. Какие бы качества, присущие напряженной потребности, ни пытались направить модифицирующую силу, например на общую модель аффективного восприятия, эта модель сама, в первую очередь, будет влиять на аффективное качество напряженной потребности. В определенной степени это похоже на то, как люди учатся в соответствии со своими предыдущими представлениями; я не хочу сказать, что эти представления неизменны, но они безусловно порождают человеческую консервативность. В любом случае, столкновение новой напряженной потребности с существующей конфигурацией организующих форм включает в себя их комплексное взаимодействие.

Давайте теперь, позабыв на какое-то время про все остальное, рассмотрим одну сторону этого взаимосвязанного процесса - природу модифицирующей силы, которую напряженная потребность стремиться направить на данную конфигурацию или ткань организующих форм. Столкновение заключается в том, что любая появившаяся напряженная потребность противостоит существующим формам всем своим потенциалом новых функций и новых присущих ему качеств восприятия. Этот потенциал очень велик и не ограничен восприятием и функцией самого влечения. Напряженная потребность и ее модель - это лишь наиболее заметная часть новых проявлений, включающих в себя созревание новых физических и мышечных способностей и новых тенденций поведения. 63

Поскольку влечение требует новой активности и интересов, оно затрагивает не только физические и мышечные способности, но и когнитивные. Оно помещает своего субъекта в новые отношения не только с физическим, но и с человеческим, социальным миром и таким образом затрагивает аффективные способности. Другими словами, в этом развитии есть потенциал для быстрого и экстенсивного появления новых психологических функций и субъективного опыта. Этот потенциал может произвести радикальные изменения в существующих организационных формах. Но это всего лишь потенциал. Тогда при каких условиях этот потенциал не может проявиться?

Напряженная потребность не возникает сразу в полностью развитой, конкретной форме. Напротив, сначала это крайне расплывчатое субъективное желание, направленное на внешние объекты или действия. Но такого расплывчатого желания вполне достаточно, чтобы переместить субъекта во внешний мир, приблизить его к действиям и к объекту или, в случае с младенцем, заставить его вести себя так, чтобы объект приблизился к нему. В зависимости от внешнего объекта и внешних условий, первоначальное расплывчатое напряжение преобразуется в новое субъективное восприятие, в новые аффекты и удовлетворение, в новое поведение.

Например, младенец сначала плачет не потому, что хочет, чтобы пришла мама, не потому, что ждет удовлетворения, даже не потому, что ему что-то нужно; он плачет, потому что испытывает дискомфорт. Мать реагирует, и младенец получает удовлетворение. Этот опыт повторяется, и постепенно расплывчатое напряжение преобразуется в более направленное напряжение, в потребность в матери. 64 Вместе с этой направленностью появляется предчувствие удовлетворения, ощущение ожидания и доверия, благодаря которым становится легче переносить отсрочку удовлетворения.

Таким образом появляется множество новых аспектов субъективного восприятия. Развивается способность к предвидению, возникает аффективное восприятие, и под влиянием присущего влечению потенциала и внешних событий создается новая форма организации напряженной потребности. Так создается возможность удовлетворения.

Однако есть еще один фактор, определяющий особенности новых функций и субъективного восприятия, так как даже при совершенно одинаковых паттернах кормления развитие разных младенцев происходит по-разному. Этот добавочный фактор - изначальная конфигурация организующих напряжение форм. Таким образом, влечение воспринимается в соответствии с качествами субъективного восприятия, которое определяется такими факторами, как порог напряжения, степень готовности к сосанию (у некоторых младенцев напряжение выражено в более конкретной форме, а у других в более расплывчатой) и так далее.

Можно найти еще много факторов, в какой-то степени влияющих на функции, задействованные в процессе кормления. Различия способности к предвидению позволяют одному младенцу развить ожидающую (или доверчивую) направленность напряжения быстрее, чем другому. Из-за различий в двигательной координации и общих различиях в телесной чувствительности одного ребенка во время кормления нужно качать, а другого не нужно, и так далее. Все факторы, определяющие изначальную модель организации напряжения и способа деятельности, не говоря уже о факторах, влияющих на восприятие младенцем матери, определяют не только развитие самой напряженной потребности, но и связанных с ней функций. Именно из этого начального стиля (если на такой ранней стадии можно говорить о стиле) и выкристаллизовывается в процессе кормления форма влечения и связанных с ним психологических способностей.

Тот же процесс происходит и на более поздних стадиях развития влечения и более поздних стадиях взросления в целом. Фактически, чем более определенным становится стиль деятельности, тем более заметно, что развитие новых влечений зависит не только от природы этих влечений и внешних условий, но и от специфических тенденций стиля и его способности к саморазвитию. Легко можно представить себе, как изначально живой и активный маленький мальчик становится упрямым, если живет в режиме, который пытается лишить его волевых функций, приносящих ему удовлетворение (например, управления мочевым пузырем по собственному усмотрению), в то время как пассивный и инфантильный мальчик при том же режиме из пассивного превращается в подчиненного.

Каковы бы ни были детали взаимодействия между изменяющими стиль тенденциями, возникшими в результате инстинктивных влечений и взросления, и существующим стилем, результатом может быть только взаимное изменение. Давление инстинктивного напряжения изменяет общий стиль деятельности в ту или иную сторону, а этот стиль организует влечения и связанные с ними тенденции к новому развитию. И, в конце концов, поведение и субъективное восприятие, свойственное этим влечениям, приходят в соответствие с общим стилем деятельности личности.