Часть 2. Теория и методология психоанализ

Глава 6. Сновидения и их толкование


...

Символический язык бессознательного

Фрейд исходил из того, что элемент сновидения – это символ бессознательной мысли сновидения. Для различных элементов сновидения можно найти одни и те же переводы или замещения, являющиеся постоянными, неизменными. То есть существует такое постоянное отношение между элементом сновидения и его переводом, замещением, которое он назвал символическим. Это означает, что частичное толкование сновидений может быть достигнуто без помощи свободных ассоциаций. Скажем, если при использовании соответствующей техники все же не удается вызвать ассоциации, позволяющие понять смысл какого-то элемента сновидения, то можно попытаться самому истолковать этот элемент, опираясь на знание символики и не расспрашивая видевшего сон о том, что, на его взгляд, означает данный элемент.

Если между сновидением и бессознательным существует символическое отношение, то это означает, что толкование сновидений должно опираться на знание символики бессознательного. В таком случае психоаналитический подход к толкованию сновидений становится разновидностью того толкования, которое использовалось в древности и опиралось на различного рода сонники. Но это не совсем так. Ведь, с одной стороны, Фрейд, как уже подчеркивалось, акцентировал внимание не на будущем, а на прошлом. С другой стороны, он опирался преимущественно на ассоциативную технику толкования. Опора на символическое отношение между сновидением и бессознательным – важная, но все же не основная, а скорее дополнительная составляющая часть толкования, исходящая из ассоциативной техники.

Как уже отмечалось, Фрейд не являлся первооткрывателем бессознательного. Он не был первым и среди тех, кто открыл наличие символического отношения между сновидением и бессознательным. Задолго до Фрейда пытливые умы человечества обратили внимание на символическую деятельность человека, а некоторые из них – на символику, находящую свое отражение в сновидениях. Сам Фрейд ссылался на философа Шернера, опубликовавшего в 1861 году работу «Жизнь снов». В ней были рассмотрены различные символы и, в частности, такой наиболее типичный и постоянный символ, как дом, отображающий в сновидении, по мнению автора данного труда, человека в его целостности. По его собственному выражению, психоанализ только подтвердил открытия Шернера, хотя и основательно видоизменил их.

Мир символики многообразен. Однако проявление символов в сновидениях ограничено. Точнее было бы сказать, что число символически изображаемых в сновидении предметов не так велико, как это может показаться на первый взгляд. Например, рождение изображается, как правило, разнообразным отношением к воде, смерть – отъездом или уходом, женское начало – землей или деревом.

Большинство же символов используются в сновидении для выражения сексуальных объектов, отношений, действий. Во всяком случае, Фрейд утверждал, что между символами и сексуальностью существуют самые тесные отношения и сексуальная символика играет важную роль в сновидениях. Так, священное число «три», разнообразные виды оружия – пистолеты, автоматы, копья, различной формы ключи – все это изображает в сновидениях мужские гениталии. Всевозможные сосуды, бутылки, коробки, раковины, шкатулки для драгоценностей – изображение женских половых органов. Полеты на самолетах, гонки на машинах, перемещение в лифтах, парения в воздухе – сексуальное возбуждение. Танцы, подъемы, насильственное применение оружия, ритмическая деятельность – сексуальные акты. Срывание веток – онанизм, а выпадение или вырывание зубов – кастрация как наказание за онанизм.

На первый взгляд все это может показаться неким бредом, вызванным к жизни сексуально озабоченным человеком. На самом деле сексуальные символы – не произвольная выдумка Фрейда. Знание этих символов почерпнуто из различных источников, включая сказки, мифы, народные обычаи, фольклор, поговорки, поэтические сравнения. Исторические материалы свидетельствуют, что в примитивных культурах половым органам и функциям приписывалась чуть ли не божественная роль. Мужские и женские половые органы возводились в культы, которым поклонялись люди. Этнографические исследования и археологические находки свидетельствуют, что в примитивных произведениях искусства находили свое отражение сексуальные символы. Сохранились наскальные рисунки, древние памятники, всевозможные брелоки и украшения, на которых изображались мужские гениталии и женские половые органы. Шутки и анекдоты, в основе которых лежит сексуальная тематика, свойственны и современным людям.

Во многих культурах и добывание огня соотносится с сексуальностью. У древних индусов и южных африканцев добывание огня символизирует половой акт. Для них кусок дерева с небольшой выемкой является символом женских половых органов или богини; стоящий кусок дерева или обломанная ветка – половой орган мужчины или бога. История о рождении Александра Великого повествует, что в день перед свадьбой его матери Олимпии приснился сон, в котором она увидела, как во время бури сверкнувшая молния попала в ее лоно, откуда вырвался огонь. У некоторых народов был обычай при засевании земли зернами совершать половой акт на пахотной земле, чтобы был богатый урожай. Отождествление оплодотворения у человека и природы отражено в языке многих народов мира – мать-земля, семя, пахота и т. п. Так, в восточных, греческом и латинском языках слово «пахать» чаще всего употреблялось в значении «совершать коитус».

Во многих древних мифах и легендах огонь является символом фаллоса. Например, в легенде о римском царе Сервии Туллии. Мать царя, Окрисия, была рабыней в доме царя Тарквиния. В ее обязанности входило подносить жертвенные лепешки и вино к царской печи. Однажды, когда она исполняла возложенную на нее обязанность, из печи вырвалось пламя, причем в форме мужского полового органа. Так Окрисия зачала от духа огня и по истечении положенного времени родила Сервия Туллия. Ссылаясь на эту легенду, Фрейд заметил, что не может быть сомнений относительно мифологического значения огня, олицетворяющего собой фаллос.

С древних времен многие вещи и понятия включали в себя сексуальную символику, которая уходит своими корнями в историческое прошлое человечества. В виде гениталий изображались декоративные украшения и домашняя утварь, будь то вазы или обычные чашки для питья. Сексуальные символы встречаются и в различного рода религиозных текстах, несмотря на то что религия осуждала сексуальность как нечто греховное и демоническое. Ссылаясь на статью Л. Леви «Сексуальная символика библии и талмуда» (1914), Фрейд привел несколько примеров подобной символики. В Новом Завете женщина – «сосуд скудельный». Священное Писание евреев насыщено сексуально-символическими выражениями, а в поздней еврейской литературе распространено изображение женщины в виде дома, в котором дверь – это половое отверстие. В свою очередь, ближайший соратник основателя психоанализа Абрахам ссылался на труд Р. Клейнпауля «Жизнь языка» (1893). Он отмечал, что в книге Бытия соблазнитель Евы змей-искуситель используется как символ мужского полового органа; а в различных культурах сексуальная символика сплошь и рядом пронизывает собой самые обыденные представления о мире. Например, плод граната – символ плодородия, наполненная семенами головка мака – атрибут Венеры, осыпание новобрачных рисом – обычай, существующий во многих странах.

Одним словом, сексуальная символика в жизни человека связана с историей становления человечества. Она распространена в мифах, религии, искусстве, языке, и это не вызывает какого-либо активного неприятия у людей. Но признание сексуальной символики в сновидениях, как это сделал Фрейд, опираясь на историю культуры и работы его предшественников, до сих пор встречает упорное сопротивление у современников. При этом существует представление, что Фрейд настолько сексуализировал сновидения, что вроде бы в них не остается места ни для чего другого.

На самом деле он только подчеркнул, что сексуальная символика в сновидениях – это важный объект исследования бессознательного, игнорирование или недооценка которого отнюдь не способствуют пониманию смысла сновидений. Причем основатель психоанализа не считал, что буквально каждый элемент сновидения следует рассматривать исключительно через призму сексуальности. По этому поводу он как-то заметил, что в одном контексте сигара может означать половой орган мужчины, в то время как в другом – это может быть просто сигара. В том-то и дело, что бессознательное в сновидениях пользуется древним, но утраченным способом выражения. В понимании этого древнего языка и заключается трудность, которую испытывает современный человек при толковании сновидений. Но благодаря параллелям в символике сновидений психоанализ оказывается близким по духу многим гуманитарным отраслям знания: мифологии, языкознанию, фольклору, психологии народов, религиоведению.

Символический язык сновидений свидетельствует о том, что во время сна человек находится в таком состоянии, при котором он как бы регрессирует на более нижние ступени своего развития. Бессознательная символика – это некий архив примитивной культуры, который не попадает в поле сознания бодрствующего человека, но к которому он обращается во время сна.

Обращение к этому архиву вызывает работа сновидения, которая является, по сути дела, архаической. Благодаря этой работе разнообразные символы вплетаются в канву сновидения, в результате чего подавленные и вытесненные из сознания асоциальные, неприличные влечения и желания человека оказываются приемлемыми, хотя и неузнаваемыми. То, что в сновидении современного человека выступает как символ, на предшествующих ступенях развития человечества имело реальную ценность и являлось составной частью жизни.

Толкование сновидений предполагает обращение к символическому языку бессознательного с целью перевода его на доступный для современного человека язык. Тот понятный для него язык сознания, к которому он апеллирует в повседневной жизни. Но для этого необходимо иметь представление о символике, то есть обладать необходимыми знаниями об архаических, примитивных ступенях развития, где естественные желания и влечения человека выражались открыто. Другое дело, что современный человек оторван от своих корней, не понимает языка бессознательного, что вызывает значительные трудности при его попытках понять свое собственное сновидение. Чаще всего подобные попытки завершаются неудачей.

Если человек не знает, допустим, китайского языка, то из написанной на этом языке книги он не сможет почерпнуть для себя никакой информации. Причем речь идет даже не о том, что он не сможет узнать ничего нового для себя. Даже то, что он, в принципе, знает, окажется недоступным для его понимания, поскольку за иероглифами как некими символами он не увидит никакого смысла и значения.

Я вспоминаю, как несколько лет тому назад мне передали переведенную на арабский язык одну из моих книг. Я держал ее в руках и не мог не только ее прочесть, но и сообразить, как следует читать – с начала или с конца, справа налево или наоборот. До сих пор эта книга стоит на полке как некая реликвия, и хотя я знаю, о чем она написана, так как являюсь ее автором, ни одной строчки из нее прочитать не могу.

Точно так же и сновидение, являющееся собственным продуктом бессознательной деятельности человека, чаще всего оказывается для него непрочитанной книгой, поскольку он незнаком с тем символическим языком, на котором написан ее текст.


Изречения

З. Фрейд: «Толкование, основанное на знании символов, не является техникой, которая может заменить ассоциативную или равняться ей. Символическое толкование является только дополнением к ней и дает ценные результаты лишь в сочетании с ассоциативной техникой».

Психология bookap

О. Ранк, Г. Закс: «Символика является бессознательным осадком излишних и ставших ненужными примитивных средств приспособления к реальности, архивной кладовой культуры, в которую взрослый человек охотно спасается бегством в состоянии пониженной способности приспособления, чтобы снова вытащить на свет божий свои старые, давно забытые детские игрушки».

Э. Фромм: «Язык символов – это такой язык, с помощью которого внутренние переживания, чувства и мысли приобретают форму явственно осязаемых событий внешнего мира. Это язык, логика которого отлична от той, по чьим законам мы живем в дневное время; логика, в которой главенствующими категориями являются не время и пространство, а интенсивность и ассоциативность. Это единственный универсальный язык, изобретенный человечеством, единый для всех культур во всей истории. Это язык со своей собственной грамматикой и синтаксисом, который нужно понимать, если хочешь понять смысл мифов, сказок и снов».