VI. Психоаналитическое учение о болезнях.


. . .

8. Так называемые перверсии.

8.1. Очевидное поведение.

Переходя к теме перверсий, мы снова касаемся базового влечения, а именно, сексуальности (ср. V. 3.1.). Речь о сексуальности вполне конкретно заходит в случаях таких общественных явлений, как проституция. порнография, садомазохистские перверсии, транссексуализм, эксгибиционизм, фетишизм.

Здоровая "зрелая" сексуальность исключает перверсии. Однако для этого требуется соответствующее воспитание и ряд способностей: умение контактировать с другими людьми, уверенность в себе. юмор и веселость, бесстрашие во взаимоотношениях с другими и с самим собой, дифференцированная чувственность и определенное знание людей. Тогда сексуальность может быть чем-то большим, чем просто " инстинктивный порыв". может служить оживлению и обогащению межчеловеческих связей и отношений. И с этим трудно не согласиться. Правда, многих может испугать то. что вместе с определением тех или иных сексуальных действий как перверсий, возникнет некий ценз, который не все разделяют.

Следует также учитывать, что на т. н. "перверсивные личности" достаточно легко - как и на больных наркоманией или на делинквентных личностей - проецируются собственные перверсивные составляющие.

Уже в 1905 году в известном сочинении "Три очерка по теории сексуальности" Фрейд показал, что все мы изначально " полиморфно перверсивных, т. е. имеем потребности:

- наблюдать сексуальные действия (инстинкт созерцания; вуайеризм),

- выставлять напоказ собственную наготу (наслаждение от показа;

эксгибиционизм),

- пользоваться интимными предметами в качестве заменителя желаемого лица (фетишизм),

- входить в состояние лица противоположного пола, одеваясь в его одежду ( трансвестизм),

- осознавать свою принадлежность к противоположному полу ( транссексуализм),

- мучить других, унижать физически или душевно (садизм).

- быть терзаемым, мучимым (мазохизм).

К "перверсиями относится все, что характеризуется в качестве "отклонения от нормы" в определенном обществе. По отношению к норме перверсивное поведение является аналогом делинвенктного поведения. При этом речь всегда идет и о поведении, не соответствующем социальным нормам, а именно об асоциальном или - если оно прямо противоречит социальным нормам - об анти-социальном поведении. В этом и заключается общественный знаменатель делинквентного поведения, наркотической зависимости и перверсивных действий.

8.2. Объяснение возникновения перверсий.

Перверсии выстроены по типу невроза.

Фрейд и ранние психоаналитики видели в перверсивных действиях непосредственное продолжение детской сексуальности, например, когда мужчина как ребенок демонстрирует окружающим людям свой половой орган, чтобы шокировать их; женщина, облачаясь в определенную одежду, скорее преследует цель обнажить себя, нежели одеть; поклонник рок-звезды использует детали ее одежды в качестве фетиша.

Встречаются случаи, понять которые можно с относительной легкостью, поскольку подобные устремления весьма близки каждому. С трудом воспринимается эксгибиционист, поступки которого постоянно сопряжены с опасностью; холостяк, полностью удовлетворяющийся фетишем; учитель-гомосексуалист, или незаметный обыватель, относящийся пренебрежительно, компрометирующий и пытающийся любым способом причинить боль человеку, по отношению к которому он совсем недавно выказывал дружелюбие и приязнь.

Ранние психоаналитики, ориентированные на психологию влечений. могли объяснить подобное поведение лишь симптоматическим образом - тем, что в данном случае мы имеем дело с невротическими симптомами. За ними скрываются типичные эдиповы влечения ребенка в отношении матери и отца, а именно инцестуозные и сопернические желания. Согласно моему опыту подобная одипова теория" перверсий и сейчас во многих случаях соответствует действительности. Доэдиповые конфликты. происходящие из более раннего детского возраста, играют, однако. не менее важную роль в возникновении перверсивного поведения.

Перверсия - это невроз недостачи.

Вспомним прочитанное о нарцистических нарушениях личности. о пограничных случаях, о "постклассических" неврозах недостачи и связи, и нам станут понятными необъяснимые прежде перверсивные действия. Невыносимые чувства слабости, зависимости и ничтожности отражаются в этих действиях таким образом, что чувствуешь себя сильным, независимым и великолепным. Примером могут послужить случаи, когда учитель мучает ученика, муж бьет жену, или когда приспособившийся обыватель за деньги удовлетворяет все свои желания у проституток, те желания, которые он к себе обыкновенно не допускает.

В каждом из этих случаев, хотя и мимолетно, но оживляется идея собственного величия, которая, в согласии с психоаналитическим учением о защите, помогает утратившему психическое равновесие человеку с помощью перверсивных действий легче переживать плохо выносимые чувства слабости, ничтожности и зависимости. Особенно отчетливо проявляется это в садо-мазохистских отношениях: перверсивная личность, как и в пограничном случае, расщеплена на две части, одна из которых до предела хороша, мощна и идеализирована, а другая - предельно плоха, беспомощна, проклинаема. Если в данный момент на другое лицо проецируется последняя, то тогда "проектант" ощущает себя великолепным, мощным, идеализированным и садистически мучает другого, который одновременно воспринимается как плохой и беспомощный и тем самым автоматически ставится в мазохистское положение.

Если вспомнить о психодинамике неврозов недостачи и связи, то перверсивные действия станут еще понятнее: перверсивный акт должен облегчить переживание невыносимого дефицита, отсутствия чего-либо, внутренней пустоты и ощущения бессмысленности и отчаяния. Тем самым перверсивные отношения используются для защиты от невыносимых переживаний в духе обсуждавшихся выше (см. гл. VI. 2.1.) межличностных защитных механизмов. Разумеется, сам процесс действует лишь тогда, когда другое лицо подыгрывает. В соответствующей "сцене" противоположные полюса легко приходят к обоюдным действиям прежде всего тогда, когда, например, садистические устремления одного идеально соответствуют мазохистским потребностям другого.

Перверсия как агрессивная форма любви.

Как продемонстрировал Роберт Дж. Столлер (Stoller, 1975), в перверсивных действиях - особенно при садизме - находит свое выражение "эротическая форма ненависти ". Подобная ненависть достаточно велика по своей силе и неуправляема, поскольку в большинстве случаев возникает реактивно, как реакция на травму, которую перверсивная личность пережила в детстве. Во взрослом возрасте пострадавший переходит от обороны к наступлению и достигает триумфа в процессе перверсивного акта над другими. Когда-то подобный триумф был пережит кем-то над ним самим.

Компоненты ненависти или неуважения обнаруживаются во многих перверсивных отношениях, пусть они и выражены не столь явно, как в отношениях между садистом и мазохистом. Фетишист предпочитает фетиш другому человеку. Эксгибиционист не пытается обладать женщиной. он лишь демонстрирует ей свой эрегированный половой орган и под угрозой изобличения достигает удовлетворения от самой возможности ее испугать. Трансвестит, не удовлетворенный биологически заданным полом, довольствуется, во многих случаях тем, что обманывает себя и других, переодеваясь в платье другого пола и показываясь в нем перед публикой (трансвестизм). Если же речь идет о большем, а именно, о физических изменениях собственной сексуальной принадлежности, то мы имеем дело с транссексуализмом.

Иногда по ряду показаний врачи проводят транссексуалу соответствующую операцию, давая ему возможность стать тем, кем он желает стать. В оперативном вмешательстве еще ярче проявляется явное насилие перверсивных личностей: ведь пенис или грудь в этом случае удаляются. Одержимость собственной потребностью, болезненные действия, компромиссный поиск желанной цели по своему характеру близки к мании, наркотической зависимости и к психозам. Собственно, люди, не воспринимающие реальность своего пола - мужского или женского - как нечто существующее де факте, являются сумасшедшими. Находясь в чудовищном заблуждении, ценой разрыва с реальностью они с большим упорством желают измениться и добиться в этом деле успехов с помощью не менее сумасшедших хирургов.

Из-за скрытого или открытого по своему проявлению насилия, перверсивные действия характеризуются негуманностью, бесчеловечностью. Наиболее зримое воплощение это находит в сексуальном обладании животными (содомия) или трупами (некрофилия). Люди, совершающие подобные действия, достойны сожаления, но своим поведением они, хотя и косвенно, в "вырожденной" форме, демонстрируют нам и нашу собственную манеру обращения друг с другом и со своими детьми. Неуважительное, бездушное отношение к ним. как к предметам, а не как к живым людям или к дорогим гостям, которым чаще всего оказывается должное уважение. Поэтому не стоит пропускать мимо ушей общее послание перверсивных личностей всем нам, которое гласит следующее: "Подобное происходит тогда, когда нас в детском возрасте преследуют, мучают, злоупотребляют нами и не любят нас!"

Подобное послание, хотя и воспринимаемое с известным трудом, следует рассматривать как своего рода апелляцию к обществу, к каждому из нас. Примеры многочисленных перверсий как бы иллюстрируют то, что родители и общество причинили таким людям в их детстве.

8.3. Проституция.

Во многом сходные отношения - как и у многих перверсивных личностей - обнаруживаются в среде проституток, сутенеров и их клиентов. Здесь особенно бросается в глаза выраженное отграничение от остального общества, представленное в двух характерных типах:

1. Социологическое отграничение гражданского большинства от живущего в этой среде меньшинства.

2. Психоаналитическое отграничение больше похожее на специфику влечения, инстинктивного побуждения. Это и импульсы, нацеленные на сексуальное удовлетворение, и ищущие унижения другого поры вы ненависти.

Сутенер обходится с публичной женщиной точно так же, как и ее клиент. Если же взглянуть на ситуацию в другом ракурсе, клиент способен в одном и том же действии, с одной стороны, позволять себе мазохистские мучения (уже хотя бы тем. что его бьют), а, с другой стороны. одновременно унижать и женщину, оплачивая ее услуги и заставляя выполнять свою работу, что, в частности, наглядно продемонстрировано в фильме "Die flambierte Frau"23.


23 Фильм во многом аналогичен "Дневной красавице" Бунюэля. Однако героиня картины - молодая женщина, роль которой исполнила Г. Ландгреб, в отличие от Северины, не ограничивается половинчатыми решениями и резко порывает с иллюзорными общественными нормами.


В среде проституток особенно очевиден торговый аспект человеческой сексуальности, когда персональные отношения определяются не коммуникацией, а рыночными понятиями (Pep. 1972). Данный аспект прослеживается и в "нормальной" сексуальности большинства людей, однако, последним по тем или иным причинам не воспринимается.