Глава 2

ВЫСЛЕДИТЬ ЗАХВАТЧИКА: ПЕРВАЯ ИНИЦИАЦИЯ


...

Запах крови

В сказке сестры захлопывают дверь в комнату, где совершались убийства. Юная жена в ужасе видит выступившую на ключе кровь, "Я должна во что бы то ни стало оттереть кровь, иначе он узнает!" – причитает она.

Теперь наивная личность знает о смертоносной силе, свободно обитающей в душе. И кровь на ключе – это женская кровь. Будь это только кровь принесенных в жертву легкомысленных фантазий, на ключе осталось бы едва заметное пятнышко. Но дело куда серьезнее, потому что кровь здесь символизирует гибель самых глубоких и задушевных аспектов творческой жизни женщины.

В таком состоянии женщина утрачивает способность к творчеству как при решении повседневных жизненных вопросов, связанных, скажем, с учебой в институте, с семьей, с дружескими отношениями, так и при столкновении с настойчивыми вопросами более широкого мира или с проблемами духовности: ее личного развития, ее жизни в искусстве. И это не обычные проволочки, ибо такое состояние затягивается на недели и даже месяцы. Женщина кажется подавленной: она может быть полна идей, но совершенно обескровлена и все менее и менее способна эти идеи осуществить.

В этой сказке кровь – не менструальная кровь, но артериальная, кровь души. Она не только пятнает ключ, но и заливает всю героиню, персону. Кровью запятнано надетое на ней платье и все наряды в ее шкафу. В архетипической психологии одежда может олицетворять внешнее присутствие. Персона – это маска, которую человек показывает миру. Она многое скрывает. Скрыв душу под удачными накладками и личинами, и мужчина, и женщина могут явить миру почти совершенную персону, почти совершенный фасад.

Когда плачущий кровавыми слезами ключ – вопиющий вопрос – пятнает наши персоны, мы уже больше не можем скрывать свои муки. Мы можем говорить все что угодно, изображать сияющий улыбками фасад, но, узрев потрясающую истину комнаты, где совершались убийства, мы больше не можем притворяться, что ее не существует. И вид истины заставляет нас все сильнее истекать энергией. Это мучительно, это разрывает наши артерии. Необходимо постараться немедленно исправить это ужасное положение.

Итак, в этой сказке ключ также действует как вместилище – вместилище крови, то есть того, что человек видел и знает. Для женщин ключ всегда символизирует проникновение в тайну или в знание. В других сказках символический ключ часто выражен словами – например, "Сезам, откройся", с которыми Али-Баба обращается к дикой горе, заставляя ее с грохотом открыться и впустить его внутрь. Еще более яркий пример можно увидеть в диснеевском фильме "Золушка": стоит фее-крестной проворковать "Биббити-боббити-бу!", как тыква превращается в карету, а мыши в лакеев.

В элевсинских мистериях ключ был скрыт в языке, который подразумевает суть дела, ключ, след, и мог быть обнаружен в особом наборе слов или в ключевых вопросах. А вопросы, которые больше всего нужны женщинам в ситуациях, похожих на описанную в сказке о Синей Бороде, таковы: "Что скрывается за очевидным?", "Что не такое, каким кажется?", "Что я знаю в глубине своих овариос такое, чего предпочла бы не знать?", "Какая часть меня убита или лежит на смертном одре?".

Любой из них и все они – ключи. И если женщина жила полумертвой жизнью, очень может быть, что ответы на эти четыре вопроса будут запятнаны кровью. Убийственный аспект души, часть работы которого – следить, чтобы сознание не возникало, будет время от времени утверждать себя, искореняя или отравляя любую новую поросль. Такова его природа. Такова его работа.

Поэтому здесь есть и положительный смысл: ведь только постоянно выступающая на ключе кровь заставляет душу усвоить увиденное. Вы же знаете: мы по природе своей склонны вычеркивать из памяти все дурное и болезненное, что происходит в нашей жизни. Наверняка эго-цензор захочет забыть, что видело комнату, видело трупы. Вот почему жена Синей Бороды пытается оттереть ключ конским волосом. Она пробует все известные в женской народной медицине средства от ссадин и глубоких ран: паутину, золу и огонь, связанные с парками, прядущими и обрезающими нить жизни. Однако ей не удается ни осушить ключ, ни остановить кровотечение, сделав вид, что его не существует. Она не может остановить сочащуюся из маленького ключика кровь. Парадоксально, но по мере того как ее прежняя жизнь умирает и даже лучшие средства не могут скрыть этот факт, она пробуждается к пониманию своей кровопотери и, следовательно, начинает жить.

Прежняя наивная женщина должна осознать, что происходит. Убивая своих "любопытных" жен, Синяя Борода убивает женское творческое начало, тот потенциал, из которого развиваются разнообразные возможности новой, интересной жизни. Хищник особенно агрессивен, преследуя первозданную женскую природу. Он стремится как минимум унизить, а то и обрубить связь женщины с ее интуицией и вдохновением, добравшись до самих ее истоков.

Еще одна моя пациентка, интеллигентная и одаренная женщина, рассказала мне о своей бабушке, жившей на Среднем Западе. Вот как та представляла себе по-настоящему приятное времяпрепровождение: сесть на поезд до Чикаго, надеть шляпу с большими полями и прогуливаться по Мичиган-авеню, любуясь витринами и изображая из себя важную даму. Однако судьба распорядилась так, что она вышла замуж за фермера. Они поселились посреди бескрайних полей, и она стала прозябать в своем хорошеньком деревенском домике, хотя и дом был замечательный, и муж, и дети были замечательные. Но теперь У нее уже не было времени на ту "легкомысленную" жизнь, которую она вела раньше: слишком много ребятишек, слишком много женской работы.

Прошли годы, и вот однажды, вымыв полы в кухне и в гостиной, она надела свою лучшую шелковую блузку, застегнула на все пуговицы длинную юбку и пришпилила булавкой шляпу с большими полями. Потом вставила в рот дуло мужниного дробовика и нажала на спуск. Каждая женщина на земле поймет, почему она сначала вымыла полы.

Изголодавшаяся душа может болеть так, что нет больше сил терпеть. Ведь у женщин есть насущная потребность выражать себя в движениях души, женщины должны развиваться и цвести так, как это представляется разумным им самим, и без какого-либо понуждения со стороны. В этом смысле можно сказать, что окровавленный ключ также символизирует предшествующие поколения женщин по материнской линии. Кто из нас не знает хотя бы одной женщины, которую любили и которая утратила инстинкт, позволяющий сделать правильный выбор, и из-за этого вынуждена вести убогую жизнь или того хуже? А может быть, эта женщина – вы сами?

Один из наименее обсуждаемых вопросов индивидуации таков: когда направляешь яркий луч света в глубины души, неподвластные ему тени становятся еще темнее. Поэтому, когда мы освещаем какую-то часть души, в итоге возникает еще более густой мрак, с которым предстоит сражаться. Этот мрак нельзя оставить на произвол судьбы. Ключ, вопросы невозможно спрятать или забыть. Необходимо их задать. Необходимо получить на них ответы.

Чем глубже работа, тем гуще мрак. Храбрая женщина, чья мудрость прибывает, возделает даже самый тощий участок души: ведь если она будет строить только на лучших участках, то ее взгляд сможет охватить лишь ничтожную часть того, чем она является. Поэтому не бойтесь исследовать самое худшее. Это только гарантирует возрастание душевной силы за счет новых откровений и возможность заново обозреть свою жизнь и самое себя.

Именно при таком возделывании душевной почвы возникает проблеск Дикой Женщины. Она не боится самой темной тьмы – в сущности, Она умеет видеть в темноте. Она не боится падали, отбросов, разложения, смрада, крови, голых костей, умирающих девушек и мужей-убийц. Она умеет видеть все это, воспринять и прийти на помощь. Именно этому учится младшая сестра в сказке о Синей Бороде.

В самом положительном смысле скелеты в запертой комнате олицетворяют несгибаемую силу женского начала. С точки зрения архетипа, кости символизируют то, что невозможно уничтожить. Сказки, в которых фигурируют кости, повествуют о чем-то таком в нашей душе, что трудно разрушить. И из всего, чем мы владеем, меньше всего поддается уничтожению сама душа.

Когда мы говорим о женской сути, мы в действительности говорим о женской душе. Когда мы говорим о брошенных в подвале трупах, мы говорим о чем-то таком, что произошло с силами души, и все же, хотя ее внешняя жизнеспособность отнята, хотя у нее по существу отнята жизнь, она не уничтожена до конца. Она способна возродиться.

Она возвращается к жизни благодаря юной женщине и ее сестрам, которые в конце концов оказываются способными сломать старые рамки неведения, заметить ужасное и не отвести взгляд. Они способны увидеть и вынести увиденное.

Здесь мы снова попадаем туда, где обитает La Loba, в архетипическую пещеру костяной женщины. Перед нами останки того, что некогда было целостной женщиной. Однако в отличие от цикличных аспектов жизни и смерти, присущих архетипу Дикой Женщины, которая берет жизнь на грани смерти, выхаживает ее и отправляет обратно в мир, Синяя Борода только убивает и расчленяет женщину, пока от нее не останутся одни кости. Он не оставляет ей ни красоты, ни любви, ни индивидуальности, а значит, не оставляет способности действовать в собственных интересах. Чтобы исправить такое положение, мы, женщины, должны взглянуть на то убийственное, что завладело нами; увидеть результат его страшной работы; осознать, запомнить и сохранить в сознании; а потом действовать в своих, а не в его интересах.

Подвал, темница и пещера – символы, тесно связанные между собой. С древних времен это – места, где проводились посвящения; места, в которые или через которые женщина нисходит к убитым или убитому, нарушает табу во имя обретения истины и смекалкой и/или тяжким трудом одерживает победу, изгоняя, преображая или уничтожая убийцу души. Сказка о Синей Бороде намечает работу для нас, сопровождая ее ясными наставлениями: отыскать трупы, следовать своим инстинктам, видеть то, что видишь, призвать на помощь душевную силу, уничтожить разрушительную энергию.

Не обращая внимания на собственное омертвение и гибель, женщина покорно выполняет приказы хищника. Открыв же в душе ту комнату, которая показывает, насколько она мертва, насколько погублена, она видит, что разные части ее женской природы и инстинктивной души были убиты и безропотно умерли за богатым фасадом. Теперь, когда она это видит, когда понимает, что находится в плену и что вся ее душевная жизнь поставлена на карту, она может утвердить себя еще прочнее.