Глава 16. Использование «здесь-и-сейчас»: учитесь слушать

Один из первых шагов терапии состоит в том, чтобы обнаружить эквиваленты «здесь-и-сейчас» межличностных проблем вашего пациента. Важнейшую часть вашего образования составляет умение сконцентрироваться здесь-и-сейчас. Вы должны научиться слушать здесь-и-сейчас. Повседневные события каждого терапевтического сеанса богаты данными: уделяйте внимание тому, как именно пациенты здороваются с вами, занимают место, рассматривают или нет окружающие их предметы, начинают и заканчивают сеанс, излагают свою историю, устанавливают контакт с вами.

Мой кабинет находится в отдельном домике, на расстоянии примерно ста футов от моего дома, и через сад к нему бежит петляющая тропинка. В силу того, что каждый из моих пациентов проходит по одной и той же дорожке, за прошедшие годы я собрал немало данных для анализа. Многие высказывают свое мнение о саде — великолепие пушистых цветков лаванды; сладкий тяжелый аромат глицинии; буйство пурпурных, розовых, коралловых и малиновых красок — но некоторые этого не делают. Так, один мужчина никогда не упускал случая сделать какое-нибудь негативное замечание: грязь на тропинке, необходимость поручней во время дождя или же шум садоводческого комбайна, раздающийся из соседнего дома.

В первый раз я даю всем своим пациентам одинаковые указания, как добраться до моего дома: езжайте прямо вниз по улице X примерно полмили после пересечения дороги XX, поверните направо на авеню XXX, на углу которой вы увидите указатель на «Фреску» (местный симпатичный ресторанчик). Некоторые пациенты комментируют эти указания, некоторые — нет. Один пациент, в частности (тот самый, что жаловался на заляпанную грязью тропинку), в одно из первых своих посещений выразил свое несогласие: «Как вы могли выбрать «Фреску» в качестве ориентира, когда там расположена «Тако Тио»?» («Тако Тио» — режущая глаза мексиканская закусочная на противоположном углу улицы).

Учась внимательно слушать, держите в уме правило: один стимул, множество реакций. Если личности реагируют на общий сложный стимул, скорее всего, реакции будут различными. Этот феномен особенно заметен при групповой терапии, в ходе которой члены группы одновременно испытывают один и тот же стимул — например, если кто-то из членов плачет, или приходит с опозданием, или же спорит с терапевтом — и все же каждый из них реагирует на событие индивидуально.

Почему так происходит? Есть только одно возможное объяснение: каждый индивид обладает собственным внутренним миром, а потому стимул имеет оригинальное значение для каждого. При личностной терапии соблюдается аналогичный принцип, только события происходят последовательно, а не одновременно. (Иными словами, многие пациенты одного терапевта за время его практики реагируют на один и тот же стимул. Терапия подобна реалистичной форме теста Роршаха: пациенты проецируют на нее свое восприятие, отношение и значения из подсознания.)

Я разработал ряд основополагающих предположений, ведь все мои пациенты встречаются с тем же самым человеком (принимая во внимание то, что я не меняюсь), получают одинаковые указания, как добраться до моего дома, проходят по той же самой тропинке, заходят в ту же самую комнату с той же самой мебелью. Таким образом, индивидуальная реакция каждого пациента глубоко информативна — via regia,6 позволяющая вам лучше понять внутренний мир пациента.


6 Via regia — королевская дорога (лат.).


Когда замок на ширме в моем кабинете был сломан, что препятствовало плотному закрытию двери, мои пациенты реагировали на это самым разным образом. Одна пациентка всякий раз тратила уйму времени, вертя его в руках, и каждую неделю извинялась за это так, как будто бы она сама его сломала. Многие не обращали на это никакого внимания, тогда как другие всегда указывали на дефект и настоятельно советовали мне починить его. Некоторые даже недоумевали, почему я так долго тяну.

Даже банальная коробка бумажных носовых платков может стать богатым источником данных. Одна пациентка всегда просила прощения за то, что, доставая салфетку, немного сдвигала коробку. Другая — отказывалась взять последнюю салфетку в коробке. Еще одна никогда не позволяла передать ей салфетку, говоря, что вполне может сделать это сама. Однажды, когда я забыл заменить пустую коробку, пациент в течение нескольких недель острил по этому поводу («Так вы вспомнили на этот раз». Или же: «Новая коробка! Вы, должно быть, ожидаете сегодня тяжелый сеанс»). Другая принесла мне в подарок две коробки.

Психология bookap

Многие мои пациенты читали мои книги, и их реакция на мое писательство также представляет богатый источник материала. Некоторые напуганы тем, сколь много я написал. Некоторые выражают озабоченность, что не покажутся мне интересными. Одна из пациенток рассказала мне, что читала мою книгу урывками в книжном магазине и не хотела ее покупать, так как она уже «внесла денежный вклад в контору». Другие, те, кто убежден в эффекте дефицита моего внимания, ненавидят книги из-за описания тесных отношений с другими пациентами — им кажется, что слишком мало любви остается для них.

В дополнение к реакции на обстановку кабинета у терапевтов есть множество других стандартных контрольных точек (например, начала и завершения сеансов, оплата счетов), которые помогают накапливать сопоставительный материал. А потом, конечно же, существует наиболее утонченный и сложный инструмент, Страдивари психотерапевтической практики — внутреннее «я» терапевта. Я еще многое скажу об использовании этого инструмента и уходе за ним.