Психоэнергетика и любовь.

Полуотгадка новой загадкой.

Впрочем, двойственность любви проявляется и здесь. Бывает больное сращение душ, которое терзает людей, несет им не добро, а зло.

"Когда я жаловалась знакомым, что чувствую настроения мужа даже на расстоянии, они смеялись надо мной...

Дела у нас шли плохо, и я решила с ним порвать навсегда, но не знала самого главного, что забрал он мое сердце, вот ведь как бывает!

Я совершенно не властна над собой и не могу быть хозяйкой своему настроению. У него нелегкий характер, его можно сравнить со злой стихией. Если уж в ненастроении, то может злиться месяц. Он не любит ту женщину, с которой живет, и это способствует частому обострению его стихии, И это все передается на меня. Сколько бы раз я его ни встречала, вижу - у нас одинаковое настроение. Если он в злой стихии, и я такая, если он спокоен, спокойна и я...

А сейчас он в Норильске, а я все равно живу его чувствами и настроениями. Как порвать это, как разъединить наши души?

Очень больно так жить. Вы верно писали: так крепко соединяются сердца, именно что почти физически.

Я бы согласилась даже на операцию, только бы жить собственными настроениями!" (Р. С., медсестра, г. Миасс, Челябинская область, январь, 1977).

В чем причина этого больного сращения душ, в чем его психологические механизмы - загадка. Правда, в последнее время появилась как бы полуотгадка этой загадки: "полу" - потому что одна загадка объясняется здесь другой, и гораздо более загадочной.

"Вы сказали, что соединение двух нервных систем невозможно. А как же гипотеза биополя? Ведь экстрасенсы могут без слов чувствовать состояние другого человека. Нет ли здесь какого-то энергетического соединения двух нервных систем?" (Обнинск, Калужская область, ДК физико-энергетического института, май, 1982).

"Какова естественная основа у интуиции влюбленных? Может, у них есть, как у дельфинов, какие-нибудь сигналы, которые соединяют их на определенной волне? Изучают ли это в науке?" (Московская область, Протвино - город физиков, клуб "Современница", март, 1980).

"Ваше мнение об энергетических взаимодействиях любви? Одну из основ бытия составляет энергия. Психические процессы есть по сути энергетические, и если вы признаете "энергизм" любви, то в пору говорить о разных видах энергии, в том числе духовной". (ДК медиков, декабрь, 1978)6.


6 Если в записке не назван город - она из Москвы (авт.).


Гипотеза о биоэнергии человека - вернее, о биопсихологической энергии - очень заманчива, и у нее, очевидно, есть своя почва. Конечно, многое в разговорах о ней туманно, предположительно, и здесь нужна удвоенная настороженность против всего недостоверного, кажущегося.

Впрочем, кроме вещей шатких и туманных, тут есть и вещи почти очевидные, объяснимые.

Как выяснили физиологи, клетки живого организма как бы маленькие биоэлектростанции, они вырабатывают особую энергию, и, возможно, именно эта энергия служит основой жизни.

Эту энергию измеряют аппаратурой; так, скажем, давно делают с биотоками мозга и сердца: их улавливают на электроэнцефалографе и кардиографе и узнают по ним о здоровье человека.

Всемирно известен и "эффект Кирлиан" - энергетическое свечение растений, которое открыли советские исследователи, муж и жена Кирлиан. Светящийся ореол есть не только вокруг листьев, но и вокруг животных, людей, и его запечатлевает в токах высокой частоты особая аппаратура7.


7 В начале 80-х годов академик В. М. Глушков, выдающийся кибернетик, выступил в журнале "Кибернетика и вычислительная техника" (1981, № 3) с гипотезой о физических основах излечения живых организмов. В каждой клетке, писал он, есть множество электронов (примерно 1015 , миллиона миллиардов), и они то и дело дают вспышки излучения. ("Клетки, к примеру, ладони человека, сетчатки глаза змеи, простого листа, сорванного с дерева, как бы уподобляются маленьким прожекторам, посылающим электромагнитную энергию... Живую клетку можно уподобить своеобразному биологическому лазеру".)

В. М. Глушков предполагает, что такое излучение происходит в инфракрасном диапазоне, близком к видимому свету, на волне в 1-1,2 микрона.

"Это как раз тот предел, когда одни замечают слабое свечение, а другие - ничего" (часть экстрасенсов видит это свечение вокруг человека).

Излучает и сама нервная система человека - миллиарды составляющих ее нервных клеток. Нервные импульсы, говорит В. М. Глушков, сопровождаются электромагнитным излучением, но уже не инфракрасным, а на радиочастотах.

Есть люди, которые способны фокусировать эти излучения на клетки другого мозга, передавать их другому или получать от него: "вот вам и телепатия", пишет Глушков...


В 60-е годы появилась гипотеза (ее выдвинул киевский инженер Ярослав Береговой), что энергетическая база есть и у обычных психологических и мыслительных процессов8. У всего, что происходит в живом существе, есть, видимо, свое энергетическое измерение, и наши ощущения, чувства, мысли, возможно, имеют материальную основу - состоят из энергетических излучений.


8 Впрочем, еще полтора века назад об этом говорил Бальзак. Он писал в "Луи Ламбере" (1832 г.), одном из своих философских этюдов: "...Те душевные движения, которым мы даем название чувств, вполне могли быть материальным потоком какого-нибудь флюида, который люди производят более или менее изобильно". "Гнев, как все проявления наших страстей, - это поток человеческой силы, действующей как электрический ток".


То, что сейчас так неточно называют биополем, есть, как утверждают специалисты, у каждого человека, у каждого живого существа. Поле это простирается в стороны от нашего тела на несколько дециметров, и у него будто бы есть три разных слоя из трех разных энергий: телесной энергии, энергии чувств и энергии мысли9. Есть люди, чье поле намного сильнее обычного; они способны ощущать чужие поля, и их именуют экстрасенсами - "сверхчувствователями".


9 Слово "биополе", по-моему, больше подходит к растениям и к животным, а у человека, кроме биополя - телесного поля, есть и "психологическое поле", "психополе" - поле чувств и мыслей. Существует и "геополе" - энергетическое поле у минералов, ископаемых, у земных процессов, например, вулканических, у воды, у разных участков земли. О том, что такое энергия биополя, есть два предположения: во-первых, что это сплав известных нам энергий - электрической, магнитной, тепловой, акустической и т. д.; во-вторых, что это особая, неизвестная энергия, суть которой еще не открыта. Исследования, видимо, покажут, что ближе к истине.


"Сверх" - потому что еще не открыто, какие нервные механизмы ведают биоэнергией, принимают и передают ее. "Сверхчувственный", "сверхчувствователь" - названия, по-моему, тоже неточные; биопсихическая энергия не сверхчувствуется, а именно чувствуется, ее ощущают люди, регистрируют приборы.

Пожалуй, вернее было бы называть этих людей так, как их называли чуть раньше - сензитивами, то есть "чувствователями".

В 70-80-е годы ленинградские и московские физики изучали физическую природу энергии сензитивов. Ученые Ленинградского института точной механики и оптики (возглавлял их ректор института профессор Г. Н. Дульнев) исследовали так называемый телекинез - передвижение предметов "мыслью", "взглядом", то есть биопсихической энергией.

Опыты подтвердили, что известная Н. С. Кулагина на расстоянии отклоняет своей энергией чашу весов (даже сквозь стеклянную преграду), рассеивает лазерное излучение, испускает магнитные импульсы. Позднее Н. С. Кулагину изучали московские физики во главе с академиком Ю. Б. Кобзаревым. Они установили, кроме того, что в ее энергии есть и акустические - звуковые - сигналы.

В 80-е годы в московском ИРЭ (Институте радиотехники и электроники) была открыта лаборатория физических полей человека и животных; ее работой руководят физики академик Гуляев и доктор наук Годик.

Лаборатория изучала энергию и обычных людей, и сензитивов, в том числе известной Джуны - Евгении Ювашевны Давиташвили.

Выяснилось, что все они - и обычные люди, и сензитивы - излучают импульсы разных энергий: инфракрасные, радиотепловые, оптические, электромагнитные, акустические...

Биофизики из ИРЭ считают, что биополя не существует, а есть "физические поля биологических объектов"; решительно отклоняя термин, они решительно признают явление.

По их мнению, то, что называют энергией биополя, состоит из нескольких физических энергий.

Ю. В. Гуляев считает, что человек похож здесь на Вселенную. "Вокруг людей, как и вокруг нашей планеты, - говорит он, - есть своя атмосфера и магнитосфеpa, где бушуют потоки излучений, не ощущаемых нашими органами чувств. А чуткие "глаза" и "уши" приборов могут теперь зафиксировать эту... вполне материальную субстанцию".

Э. Э. Годик добавляет, что созданные в ИРЭ высокочувствительные приборы позволили убедиться: "Вокруг человека и животных существует сложная картина излучений и полей". В нее входят электрические и магнитные поля, радиотепловое, инфракрасное и химическое излучение, оптические и звуковые волны.

Вице-президент АН СССР В. А. Котельников сказал об этом: "С помощью современной радиоэлектронной аппаратуры проведено исследование физических полей, возникающих вокруг человека... Оказалось, что эти поля несут ценную информацию о функционировании физиологических систем организма...

После серьезного подключения науки вместо чудес появляется новое научное знание, которое несет реальную практическую пользу".

Изучая "поля жизни", вступая на их целину, биофизики идут пока по самым простым полям, физиологическим, и только-только бросают взгляд на психологические поля куда более сложные. При этом исследуют "поля жизни" лишь физики, а официальная психология, физиология, медицина отмахиваются от них. "Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда" - такой, увы, донаучный подход к живым полям еще недавно царил в научных институтах всех этих человековедческих наук.

До сих пор наука изучала два измерения человека: телесное, "вещественное", и бестелесное, психическое (мысли, чувства, память). Но как именно одно из них переходит в другое, какая материальная природа у наших чувств, мыслей - этим наука почти не занималась.

Можно предположить, что психоэнергетика (точнее, биопсихоэнергетика) - это и есть недостающее звено между нашей физиологией и психологией Здесь, может быть, таятся неизвестные пружины наших чувств, важные механизмы мыслей.

Если это так, тут могут лежать ключи к новым америкам нашего внутреннего мира, ко всей человеческой психологии и физиологии.

Конечно, пока все это только предположения, но в том, что касается любви, чувств, они выглядят правдоподобно. Здесь, кстати, будет говориться только об одной грани психоэнергетики - о тех загадочных психологических способностях, которые пробуждает в людях любовь.

Остальные ее грани - то есть главное в ней, - остаются в стороне, в них, очевидно, должны разбираться физиологи, биофизики, медики...

Каждый из нас, наверно, ощущал на себе - спиной, затылком - тяжелый, давящий взгляд, каждый чувствовал, как его захлестывают волны чужой радости или разъедают едкие токи чужого раздражения. Наверно, есть какая-то энергия, которая передается взглядом и дает почувствовать на себе его силу.

Возможно, и у наших чувств есть волновая энергия и мы ощущаем ее какими-то неизвестными нам нервными механизмами, какими-то таящимися в подсознании приемниками энергии.

При разных чувствах в организме протекают, очевидно, разные процессы - биофизические и биохимические, и они дают разные излучения. Есть, возможно, свои, особые волны у радости, грусти, презрения, ликования, тоски, гнева, страха, удивления, тревоги...

Может быть, и разные характеры излучают разную энергию: сильный, волевой источает волны спокойствия, уверенности; возбудимый испускает токи нервозности, сердитый - режущие токи злости, добрый - покоящие волны душевной мягкости.

Придет время, психологи расшифруют эти излучения, и это поможет уменьшить нашу беспомощность перед многими своими чувствами...

Сензитивы любви.

В сильной любви каждый из нас, пусть ненадолго, может как бы стать сензитивом. Любовь - мощный усилитель человеческой энергии, и она очень обостряет - хотя бы на время, хотя бы к одному человеку - дремлющую в нас способность улавливать волны чужой души.

Это уже не гипотеза, а твердые факты и надежные наблюдения, их много и в живой жизни, и в книгах о любви. Вот, пожалуй, самое разительное из таких наблюдений - вспышка "ясновидения" у Константина Левина и Кити.

"Когда встали из-за стола, Левину хотелось идти за Кити в гостиную; но он боялся, не будет ли ей это неприятно... Он остался в кружке мужчин, принимая участие в общем разговоре, и, не глядя на Кити, чувствовал ее движения, ее взгляды и то место, на котором она была в гостиной"10.


10 Подчеркнуто везде мной. - Ю. Р.


Он чувствовал все это из другой комнаты! Он как бы видел ее внутренними глазами своей души. Он разговаривал о вещах, которые всегда казались ему необыкновенно важны, но которые вдруг потеряли для него всякую важность. "Он знал теперь то, что одно важно. И это одно было сначала там, в гостиной, а потом стало подвигаться и остановилось у двери. Он, не оборачиваясь, почувствовал устремленный на себя взгляд и улыбку и не мог не обернуться. Она стояла в дверях с Щербацким и смотрела на него".

Толстой поразительно чутко передает смутность, с которой Левин ощущал Кити в соседней комнате: Левин как бы чувствовал, что там не она, не живая Кити, а что-то "одно" - что-то туманное, среднего рода, - как бы облачко, сгусток чего-то самого важного для него. Экстрасенсы сказали бы, что он ощущал ее "биополе", чувствовал энергетическое облачко, из которого оно состоит. И он видел на своем внутреннем экране, как это "одно" "стало подвигаться", а подойдя к двери и став видимым, оно вдруг сгустилось, и он почувствовал - еще не видя - не просто какое-то нечто, а ее "устремленный на себя взгляд и улыбку".

И заговорив, они понимают друг друга не через слова, а через прямое - "телепатическое" - улавливание мыслей друг друга, через непосредственное ощущение чужих ощущений.

"Она сморщила лоб, стараясь понять. Но только что он начал объяснять, она уже поняла... Левин радостно улыбнулся: так ему поразителен был этот переход от запутанного многословного спора с Песцовым и братом к этому лаконичному и ясному, без слов почти, сообщению самых сложных мыслей".

Напряжение счастья и страх потерять это счастье достигли у них предела, и на этом пределе у них начинается апогей "телепатии".

"- Вот, - сказал он и написал начальные буквы: к, в, м, о: э, н, м, б, з, л, э, н, и, т? Буквы эти значили: "Когда вы мне ответили: этого не может быть, значило ли это, что никогда, или тогда?" Не было никакой вероятности, чтоб она могла понять эту сложную фразу; но он посмотрел на нее с таким видом, что жизнь его зависит от того, поймет ли она эти слова.

Она взглянула на него серьезно, потом оперла нахмуренный лоб на руку и стала читать...

- Я поняла, - сказала она покраснев.

- Какое это слово? - сказал он, указывая на н, которым обозначалось слово никогда.

- Это слово значит никогда, - сказала она, - но это неправда11!


11 В обоих случаях курсив Л. Толстого. - Ю. Р.


Он быстро стер написанное, подал ей мел и встал. Она написала: т, я, н, м, и, о... Он вдруг просиял: он понял. Это значило: "Тогда я не могла иначе ответить".

Он взглянул на нее вопросительно, робко.

- А т... А теперь? - спросил он.

- Ну, так вот прочтите. Я скажу то, что бы желала. Очень бы желала! - Она написала начальные буквы: ч, в, м, з, и, п, ч, б. Это значило: "Чтобы вы могли забыть и простить, что было".

Он схватил мел напряженными, дрожащими пальцами и, сломав его, написал начальные буквы следующего: "Мне нечего забывать и прощать, я не переставал любить вас".

Она взглянула на него с остановившеюся улыбкой.

- Я поняла, - шепотом сказала она.

Он сел и написал длинную фразу. Она все поняла и, не спрашивая его: так ли?, взяла мел и тотчас же ответила.

Он долго не мог понять того, что она написала, и часто взглядывал в ее глаза. На него нашло затмение от счастья... Но в прелестных сияющих счастьем глазах ее он понял все, что ему нужно было знать. И он написал три буквы. Но он еще не кончил писать, а она уже читала за его рукой и сама докончила и написала ответ: да".

Эта сцена - великое предвосхищение будущих открытий, и она больше века поражала своей загадочностью и ставила в тупик несколько поколений читающих. И только сейчас мы начинаем понимать, как стало возможно это невозможное, почти колдовское проницание людей друг в друга.

Как это было в жизни.

Впрочем, может быть, это только фантазия, художественный вымысел? Но вот разговор Толстого с юной Соней Берс, его будущей женой - разговор, который был на самом деле12.


12 О нем можно прочесть в книге: С. А. Толстая. Дневники, т. 1. М., 1978, с. 481-482.


Однажды - у них еще не было объяснения, было только тяготение друг к другу - Толстой написал ей мелком на карточном столе: "В. м. и п. с. с. ж. н. м. м. с. и н. с.".

Можно ли отгадать, какие слова таятся за вереницей этих букв? В обычном состоянии, пожалуй, невозможно, но в особом... Софью Берс озарило:

"Ваша молодость и потребность счастья слишком живо напоминают мне мою старость и невозможность счастья", - прочла я.

Сердце мое забилось так сильно, в висках что-то застучало, лицо горело - я была вне времени, вне сознания всего земного: мне казалось, что я все могла, все понимала, обнимала все необъятное в эту минуту".

Что такое эти вспышки ясновидения, это странное ощущение всемогущества, всепонимания, выхода из времени, из всех земных пут? Видимо, это загадочное состояние разбудили в ней и первые вспышки любви, и тайное предощущение будущих поворотов, и смутное понимание, что с ней происходит что-то сверх-значительное...

"- Ну, еще, - сказал Лев Николаевич и начал писать:

"В в. с. с. л. в. н. м. и в. с. Л. З. м. в. с в. с. Т."

"В вашей семье существует ложный взгляд на меня и вашу сестру, Лизу. Защитите меня вы с вашей сестрой Танечкой", - быстро и без запинки читала я по начальным буквам.

...Наше возбужденное состояние было настолько более повышенное, чем обычное состояние душ человеческих, что ничто уже не удивляло нас".

Сильная любовь как бы рождает в психике человека новые приемники, которые улавливают скрытые излучения чужой психики. У любящих появляется "внутривидение", "дальночувствие", начинают идти чередой - но у одних часто, у других редко - мгновенные озарения, наития, подсознательные прозрения в близкой душе.

Об этих таинственных силах психики много думал Гёте. Он был убежден: "Есть такие состояния, когда щупальца нашей души протягиваются за ее телесные границы... Каждому из нас присущи электрические и магнетические силы, которые наподобие настоящего магнита что-то притягивают или отталкивают...

...Эта магнетическая сила очень велика и воздействует даже на расстоянии. В юности нередко бывало, что на одинокой прогулке меня вдруг охватывало влечение к любимой девушке, я долго думал о ней, и потом оказывалось, что она и вправду встречалась мне. "Мне вдруг стало так тревожно в моей светелке, - говорила она, - что я ничего не могла с собой поделать и поспешила тебе навстречу".

И Гёте рассказывает про случай, когда он вернулся после отлучки, но из-за придворных обязанностей три дня не мог навестить свою возлюбленную. Наконец он вырвался к ней, но, подойдя к ее двери, услышал чужие голоса и повернул назад.

"Мрачный и снедаемый страстью, я кружил по городу, наверно, с час, с тоской думая о возлюбленной и стараясь почаще проходить мимо ее дома". Идя мимо в очередной раз, он вдруг заметил, что в ее окне нет света, и кинулся искать ее. Сначала он ходил по освещенным улицам, но вдруг его потянуло в маленькую и темную боковую уличку. Он пошел почти на ощупь и спустя сто шагов вдруг увидел идущую навстречу женщину: это была она...

- Почему вы не приходили? - спросила она. - Я сегодня случайно узнала, что вы уже три дня как воротились, и весь день проплакала: думала, вы совсем меня забыли. А час назад такая тоска на меня напала, такая тревога... (Как раз в это время он ушел от ее двери, "мрачный и снедаемый страстью"). Ко мне пришли подруги, и мне казалось, что они сидят целую вечность. Наконец, они ушли, я невольно схватила шляпу и пелерину, меня влекло на воздух, в темноту... И все время я думала о вас, надеялась вас встретить".

"Я не обманулся, - говорит Гёте, - веря в незримое воздействие таинственных сил". Об этих таинственных силах, в том числе и тех, которые будила в нем любовь, рассказывает и Марк Твен в своих статьях о телепатии, о них говорят и другие писатели - Шарлотта Бронте, Тургенев, Бунин, Куприн, Джек Лондон, Стефан Цвейг и т. д.

По-моему, дважды в жизни человек бывает сензитивом. Сначала - когда он рождается, в первые месяцы и первые годы жизни: младенец прямо, телепатически ощущает чувства матери, он прямо заражается ее настроениями, настроениями других близких. До рождения он рос в поле материнской энергии, и оно управляло им: он смеялся, когда смеялась мать, плакал, когда она плакала - это установили физиологи. И рождаясь, младенец долго еще живет как бы спаянный с энергетическим полем матери, сверхчувствительный к ней. Потом эти врожденные способности пропадают, возможно, от неверного воспитания, но, может быть, и от других причин.

Второй раз вспыхивают экстраспособности - и тоже ненадолго - в сильной любви. В большинстве случаев они быстро гаснут, но иногда сохраняются и могут жить долго.

"Нам с мужем за пятьдесят, и мы часто говорим с ним о чем-нибудь вместе и одинаковыми словами. Говорим и смеемся такому совпадению. Бывает и по-другому: я скажу то, что он думает, а он угадает, о чем я думаю. Со мной это бывает часто, почти каждый день, и это замечают наши родные. Как-то младшая внучка, Ира, ей 12 лет, влетела в комнату, а муж в это время что-то рассказывал. Ее распирало от желания выложить свою новость, и она вмешалась: - Дедушка, дай сказать, бабушка и так угадает твои мысли.

Началось это у пас недавно, года три назад, когда в газетах стали писать об экстрасенсах. До этого не бывало, или, может быть, мы не обращали на это внимания. А когда стали обращать, это стало развиваться" (Людмила Федоровна Голенкина, Малеевка, Рузский район, Московская область, январь, 1983).

При счастливой жизни или при хороших отношениях муж и жена могут и угадывать мысли друг друга и даже видеть иногда одинаковые сны; родство их душ проявляется и поддерживается унисоном "полей", однаковыми всплесками ощущений, мыслей. Будущая психология чувств, наверно, по-настоящему займется всем этим, вникнет в причины, которые рождают и убивают "сверхчувственные" способности...

Глазами старика, ребенка, взрослого.

Психоэнергетика вызвала к себе три подхода.

Во-первых, отвергающий, как бы старческий (о нем уже говорилось): этого не может быть, потому что не может быть никогда.

Во-вторых, взахлеб принимающий, детский: биополе - ключ ко всем дверям! панацея от всех бед! разгадка всех тайн!

И, наконец, принимающе-отвергающий, взрослый: да, факты говорят, что психоэнергия существует; но в чем ее материальная природа, что она может и что не может - все это надо еще искать. Нужны разветвленные, системные исследования, а для них - рабочий союз многих наук: биологии, физиологии, психологии, биофизики, биохимии, физики, медицины, кибернетики, философии. Только такие исследования смогут отделить зерно от шелухи, правду - от мифов, "чудеса" - от шарлатанства и знахарства.

Это, видимо, главный - научный - подход к психоэнергетике, и за ним лежит будущее. Но настоящее пока за первыми подходами - за модничающим всеприятием и ретроградным неприятием. Наука еще не начала по-настоящему исследовать этот колоссальный материк загадок, она ведет лишь робкую разведку на его берегах. А чем дольше она не будет давать нам правду о психоэнергетике, тем больше будет плодиться о ней сказок и легенд, тем легче будут впадать люди в ненаучные объяснения...

До последнего времени в естественных науках - в их подходе к новым открытиям - часто действовала "бритва Оккама", "принцип бережливости", который еще в XIV веке ввел английский философ Оккам. "Сущности не должны быть умножаемы сверх необходимости", - гласил этот принцип. Для построения любой теории он исключительно важен, т. к. не допускает лишних звеньев, как бы исходит из правила "максимум смысла через минимум звеньев".

Но в отношении к новому этот принцип часто принимал на деле другой вид: "Нельзя множить без надобности новые сущности". Это значило, что для новых открытий надо было сначала искать старые объяснения, ставить новые явления в ряд известных - и только если они туда не входили, у них появлялось право считаться новыми.

Бритва Оккама - в том, что касается нового, - защищает науку от неосновательности и самообмана, она не дает принимать за новое новую разновидность известного, и в этом ее громадная роль. Но в своем практическом виде этот принцип, по-моему, психологически односторонен, он больше стоит на недоверии к новому, чем на доверии к нему.

Он как бы настроен на то, что новое - это чаще всего переодетое старое, и первое, что от него требуется, - снять подозрение в переодетости, доказать, что оно не присвоило чужой костюм.

Конечно, "проверяющее недоверие" абсолютно необходимо для науки, но, видимо, только на втором этапе постижения нового. На первом этапе куда нужнее, наверно, доверие к новому, причем усиленное доверие, жажда увидеть в нем желанную жар-птицу. Это и есть основа истинно творческого духа, и именно ей человечество обязано всеми своими открытиями. Пожалуй, особенно важен такой подход сейчас, во времена научных революций, когда наводнение открытий захлестывает многие науки.

Еще никогда в истории густота открытий не была такой, как сегодня, и это в корне меняет сам философский подход к новому. Частую в науке "новобоязнь" ("неофобия") начинает теснить "новоприязнь" ("неофилию").

Возникла даже особая наука о новом - инноватика (ее, кстати, лучше бы назвать просто "новатика", без модного иностранничанья).

Пожалуй, к новому особенно нужен сейчас двуединый подход. Во-первых, "гостеприимство" - доверие к нему, приятие; во-вторых, - но только во-вторых! - усиленная проверка нового на новизну, бритва Оккама. Отношением к новому, очевидно, должен бы править уравновешенный принцип:

"Надо множить новые сущности, но нельзя делать это без надобности"...

Из недр научно-технической революции рождаются сейчас - почти как новые матрешки - научно-биологическая и научно-психологическая революция (их считают, впрочем, и новыми ступенями НТР). Они, видимо, вызовут переворот во всех наших знаниях, в культуре, в устоях цивилизации. Научно-психологическая революция откроет неизвестные нам тайны психики, и сегодняшние проблески психоэнергетики - наверно, лишь первые ласточки этой революции, которые залетели к нам из будущего.

К био- и психоэнергетике стоит относиться в ключе исторической ответственности: они могут круто поднять могущество человека, а этот подъем может стать и спасительным, и губительным. Ядерной энергией владеют государства, экстрасенсорной - причем тайно - могут владеть и социальные группы, и люди, и все будет зависеть от того, во зло или в добро они будут направлять эту энергию...

Вражду к биоэнергетике можно, пожалуй, питать лишь с позиций вульгарного, "вещественного" материализма: для него "материя" - это только то, что состоит из вещества. А ведь материя - это и вещество, и энергия.

Кстати, по расчетам физиков, прежде всего советских, масса Вселенной - то есть "материя" - больше, чем на девять десятых состоит из энергии и меньше, чем на одну десятую - из плотного вещества.

А что, если и тайны мира раз в десять больше заложены в энергии, чем в веществе? Тогда энергетический подход принесет с собой неслыханный взрыв открытий, и каким он будет, предвидеть попросту невозможно...

Психоэнергетика поможет, видимо, понять и кое-какие старые загадки любви, прежде всего ее телепатию, - странное состояние, когда кажется, что две нервные системы срослись, и ты своими нервами чувствуешь, что происходит в нервах любимого человека.

Поля влюбленных как бы сливаются - об этом говорят те сензитивы, которые могут видеть поле человека: таких, правда, мало, и поэтому то, что они видят, пока, наверно, не стоит выводить из разряда гипотез. По их словам, у влюбленных поле гораздо больше, чем у обычного человека, и когда они стоят рядом, их поля соединяются в одно. (У людей несовместимых поля не соединяются.)

Возможно, это слияние полей и есть то, что десятки веков называют слиянием душ. Возможно, именно через это касание полей чувства одного человека как бы перетекают в другого, и он может чувствовать чужие чувства, как Левин и Кити...

Психология bookap

Впрочем, что такое это слияние полей, мы не знаем. Одно неизвестное объясняется здесь через другое, и в нем к тому же не меньшее сгущение загадок.

Правда, сгущение менее бестелесно, более доступно для понимания и поэтому стоит ближе к разгадке.