ГЛАВА III

ПОТРЕБНОСТИ ЧЕЛОВЕКА

1. ПРОБЛЕМА ФАКТОРОВ, ДИНАМИЗИРУЮЩИХ ПОВЕДЕНИЕ


В предыдущих главах рассматривалась роль мотивов и установок в поведении человека. Я пытался сформули­ровать практически применимые определения этих терми­нов и дать представление о связи обозначаемых ими яв­лений (механизм исключения мотивов, находящийся в зависимости от установок).

Но оказалось, что этих двух понятий не достаточно для исчерпывающего объяснения поведения. Они, правда, позволяют понять, почему человек в данной ситуации ведет себя строго определенным образом, но ничего не го­ворят о том, почему ситуация эта вызывает такое его поведе­ние. Они, очевидно, отражают факторы, обусловливающие особенности действия, но не сам факт его появления и продолжения. Это различие для большей ясности можно проиллюстрировать, сравнив поведение с движением биль­ярдного шара. Направление движения шара на бильярд­ном столе будет понятно нам, если мы примем во внима­ние такие факторы, как, например, особенности поверх­ности стола, столкновение шара с другими шарами, его удар о борт и т. д., но все это не даст ответа на вопрос, почему вообще шар движется. Чтобы выяснить это, мы должны еще принять во внимание тот факт, что шар по­лучил удар кием, сообщивший ему определенное количе­ство механической энергии.

Если факторы, передающие энергию данному предме­ту, мы назовем динамическими, то возникает вопрос, ка­ковы факторы, динамизирующие поведение человека? Ими, очевидно, нельзя считать ни мотивы, ни установки, ибо они только дают направление поведению, то есть вы­полняют ту же роль, что и факторы, определяющие нап­равление сдвижения бильярдного шара. Где же следует искать динамические факторы, являющиеся подлинными причинами человеческой деятельности? Ответ на этот воп­рос найти не так просто. Он формулировался по-разному, приводились такие термины, как «влечения», «инстинк­ты», «мотивы» и т. д.; значение этих понятий в конце кон­цов смешивалось. Общим для всех ответов является ут­верждение о своеобразных внутренних силах организма, побуждающих его к действию определенного вида. Силы эти называли инстинктами, мотивами или влечениями. В психологии эта концепция приобрела особую актуаль­ность с появлением работ Фрейда, который объяснял ди­намику поведения с помощью теории «либидо» и мета­морфоз, которым подвергается это влечение в жизни лич-ности (Фрейд, 1923). За ним идет длинный ряд других исследователей, из которых у нас наиболее известен Ад­лер, считавший (в противоположность Фрейду), что пове­дение динамизируют социальные факторы, руководящие проявлениями «стремления к власти» (Machtstreben). Он понимал деятельность человека диалектически, как резуль­тат борьбы противоречий, как равнодействующую эгоис­тического «стремления к власти» и «социальных чувств», возникших в ходе филогенетического развития из самого факта сосуществования людей в социальной группе (Ад­лер, 1948) 11


11 Пожалуй, аналогичную «борьбу противоречии» можно выявить в концепции Фрейда, только тут противоречив возникает между «либидо» и «цензурой», представляющей собой выражение аорм и взглядов, воспринятых личностью от ее общественной среды


В современной психологии влечения, инстинкты и т. д. определяются обычно термином «потребность». Можно было бы, следовательно, сказать, что фактором, динамизирую­щим поведение людей, является потребность. С этим сов­ременные психологи, в общем, согласны. Разногласия на­чинаются с того момента, когда ставится вопрос об особен­ностях потребностей человека. Тут возникают споры, по­добные спору между Фрейдом, сторонником концепции «либидо», и Адлером, представителем теории «стремле­ния к власти».

1 Пожалуй, аналогичную «борьбу противоречии» можно вы­явить в концепции Фрейда, только тут противоречив возникает между «либидо» и «цензурой», представляющей собой выражение аорм и взглядов, воспринятых личностью от ее общественной среды


Но здесь мы сталкиваемся с другой, более существен­ной проблемой. Когда говорят о том, что фактором, дина­мизирующим поведение, являются потребности, то есть аире деленные условия, заключающиеся в организме, в личности, это может быть понято как противопоставле­ние динамики организма динамике неживых предметов. Динамические факторы, вызывающие движение неоду­шевленных предметов (как в упомянутом примере с биль­ярдным шаром), действуют вне их, в то время как факто­ры, динамизирующие организм, находятся в самом орга­низме. Иначе говоря, организм «движется сам по себе», вто время как неживые предметы должны быть приведены в движение извне. Такое толкование, хотя и не выступаю­щее в столь определенной форме, по-видимому, часто ле­жит в основе разных теорий, оперирующих понятием «потребность» или такими терминами, как «влечение», «инстинкт» и т. д.

Но противопоставление факторов, динамизирующих ор­ганизм и неодушевленные предметы, достаточно риско­ванно. Большие трудности возникли бы при сравнении организма, например с автомобилем, не говоря уже об «электронных черепахах». Кроме того, такое противопо­ставление равнозначно утверждению, что поведение живых существ не вызывается внешними факторами, что, несом­ненно, неверно. Это утверждение полностью опровергну­то рефлекторной теорией поведения, начало которой поло­жил еще Сеченов (Сеченов, 1961). Согласно этой теории, живой организм тесно связан со средой, представляет с ней определенное единство, а основные причины поведе­ния коренятся (так же как и при классических рефлек­сах) вне его; ими являются те или иные внешние раздра­жители. Таким образом, различие между неодушевлен­ными предметами и живыми организмами не сводится, как полагают рефлексологи, к различию динамизирую­щих факторов, ибо движение и тех и других требует определенного («толчка» извне, различны только:

1) способ, которым они реагируют на этот толчок (например, удар по шару вызывает движение в направле­нии удара, аналогично этому дразнение животного может вызвать нападение с его стороны), а также

2) вид движущих факторов (раздражителями могут быть все факторы, для восприятия которых животное имеет органы чувств).

Однако чисто рефлекторная теория поведения (напри­мер, рефлексология Бехтерева или бихевиоризм Уотоона) при всей своей правильности требует определенного дополнения. Оно было сделано наконец Павловым и слиш­ком часто недооценивается его последователями. Когда мы говорим, что факторами, обусловливающими поведение животного или человека, являются раздражители, напри­мер зрительные, слуховые, обонятельные, термические и т. д., сразу встает вопрос, почему эти факторы побужда­ют организм к движению. Павлов считал, что причиной этого является существование основных тенденций орга­низма, которые возникают под влиянием раздражения извне или изнутри и руководят жизнью животных и лю­дей (Павлов, 1951).Например,под влиянием голода про­является тенденция к поискам пищи, действие половых гормонов ведет к поиску существа другого пола и т. д.

В психологии эквивалентом этого понятия является понятие «потребность»: живой организм реагирует на раздражители потому, что имеет определенные потребно­сти. Животные избегают высоких температур, потому что у них есть потребность жить при более низкой темпера­туре; поедают корм, потому что имеют потребность в пи­ще, и т. д. Внешние раздражители обусловливают пове­дение только тогда, когда действуют «на фоне» соответ­ствующих потребностей индивида. 12 Если бы индивид не имел потребности в пище, он не реагировал бы на пище­вые раздражители, а если бы он не был наделен потреб­ностью в безопасности, не реагировал бы ни на какие уг­розы. На этом основана принципиальная разница между поведением животных и «поведением» неодушевленных предметов, которые не имеют потребностей в таком пони­мании этого слова.


12 Речь здесь идет о «сложных» формах деятельности, а не о таких простых рефлексах, как чихание, коленный рефлекс и т. д.


Следовательно, на вопрос о том, находятся ли причи­ны движения живых существ вне их или в них самих, мы можем ответить так: внешние раздражители вызывают движения, но свою «движущую силу» они черпают в по­требностях индивида, существенными динамическими факторами являются, следовательно, потребности. Однако не следует понимать это таким образом, что живые орга­низмы не подчиняются законам механики. Несомненно, что человек, сброшенный с высокой скалы, упадет вниз, так же как и камень, а сильный удар разрушит ткани тела, так же как и кусок гипса. Дело в том, что реакции, типичные для живых организмов, определяются динамикой потребностей, которая не играет никакой роли в ре­акциях неодушевленных предметов.