Глава 16. Сексуальные роли мужчины.

Двойной стандарт искажает сексуальные функции мужчин так же сильно, как и женщин. Выступая в качестве морального кодекса, он расщепляет единство сексуальной реакции на женщину, отделяя уважение к матери и страх перед ней от влечения или презрения к сексуальному объекту. Ни того, ни другого мужчина не может принять полностью. Результат проявляется в ослаблении сексуального влечения, а, как следствие, падает и оргастическая потенция. Развивается чувство вины перед женой, из-за воздержания от физической близости с ней, и одновременно существует вина перед любовницей за отказ от проявления расположения и любви к ней. Комплекс вины делает принужденными и супружеские, и внебрачные отношения.

Наряду с этим, двойной стандарт создает две группы противопоставленных мужских и женских ценностей. К мужским ценностям относят сознание, "Эго" и мощь - и рассматривают их как превосходящие, по сравнению с женскими, куда входят - подсознание, тело и намерения. Такое превосходство мужского связано с представлением, что функции фаллоса представляют более высокие сексуальные принципы, чем влагалище. Фаллос оказался в позиции превосходства, поскольку в половом акте он занимает более активную позицию. Он становится представителем оплодотворяющей силы бога-солнца, с которым отождествляет себя мужчина. Женщина, как представительница земли, становится объектом, на который воздействует мужчина. Но мужская природа также включает в себя и все то, что принято считать женскими ценностями.

Он одновременно и сознательное и бессознательное, и "Эго" и тело, движущая сила и объект воздействия. При этом мужская сущность оказывается разделенной на две противопоставленные друг другу ипостаси.

В мужской ипостаси сосредоточено обладание силой, оплодотворяющей женщину. Сознательное понимание этой функции создает категорию отца и низводит значение женщины до роли сексуального объекта и матери. Женская сторона мужчины принадлежит женщине. Для раннего сознания Великая Мать была всеобъемлющим понятием, мужские элементы природы были ее истоком, а не приравнивались к ней. На этом уровне мужчина все еще оставался ее сыном.

Двойной стандарт не устраняет Великую Мать. Ее функции базируются на использовании силы, но только в той степени, в которой это соответствует потребности в контроле и диктате над ее реакциями. Мужчина способен оплодотворить женщину и посеять семя, но дальше мужское начало бессильно, оно не может повлиять на ту трансформацию, которая происходит с его семенем в теле Великой Матери, превращая его в плод или ребенка. Процесс репродукции подразделяется на мужскую функцию оплодотворения и женскую функцию, которая состоит в восприятии, преобразовании, вынашивании и рождении. Когда мужчина, сознательно используя силу, доминирует в отношениях с женщиной, он играет роль отца. Если же в отношениях доминирует женщина, то он начинает играть роль сына.

Историческое развертывание мужской личности идет параллельно женскому. Культурное развитие, которое породило такие роли женщины, как сестра или романтический идеал, определило соответствующие мужские роли брата и рыцаря. В роли брата мужчина оберегает женщину и является ее другом. Он делит с ней свою силу, точнее, они объединяют свои ресурсы в борьбе с Великой Матерью и отцом. В идеале брат и сестра поддерживают, друг друга. В действительности они могут стать конкурентами, продолжив более раннее соперничество с родным братом или сестрой. В роли рыцаря- героя мужчина предан спасению прекрасной девы. Ее всегда держат в плену темные силы, то есть бессознательное. Она - Спящая красавица, которую может разбудить взвинченность и романтика любви. Она должна быть освобождена от подчинения доминирующей Великой Матери и из-под влияния и контроля отца. Рыцарь подтверждает сексуальную привлекательность женщины как личности.

Различные функции, которые мужчина может исполнять во взаимоотношениях с женщиной, связаны с этапами развития в его собственной жизни. В своем личностном развитии он проходит стадии сына, брата, рыцаря и отца. Каждая стадия прогрессивно включается в его мужественность. Позиция отца - не цель, она скорее последняя стадия в опыте его самореализации. Мужчина, чье психосексуальное развитие и рост протекали нормально, включает в свои отношения с женщиной все четыре аспекта личности.

Сексуальные проблемы, возникающие, когда нормальное развитие тормозится или нарушается, отражаются на той позиции, которую мужчина занимает по отношению к силе. Во многих случаях эти затруднения более очевидны именно в области силы и власти, нежели в сексуальной области или в личных отношениях с женщиной. То, как мужчина делает деньга, например, является хорошим индикатором его сексуальных функций. Деньги представляют собой абстрактную силу, выступая своеобразным символом сексуальных возможностей. Надо подчеркнуть, что деньги - изобретение мужское. В нашей цивилизации они - реальный источник силы. Деньги придают владельцу вес и социальное положение. Они вытеснили титул, передаваемый по наследству, который символизировал чин и статус. Именно деньги в ряде случаев могут служить предупреждением, что мужчина затормозился на роли сына: такой человек неспособен аккумулировать средства, в то время, как роль отца, на пример, характеризуется обладанием деньгами или их зарабатыванием и соответственно - силой. Я хочу обсудить структуру характера и сексуальное поведение мужчин, личности которых заторможены на той или иной мужской роли: сын-любовник, брат-защитник, герой-рыцарь и авторитарный отец.

Так же, как и в случае с женщинами, фиксация на этих типах ролей детерминирована невротическим разрешением ситуации Эдипова комплекса. Торможение возникает из-за существующего устойчивого базового конфликта. Конфликт, свойственный личности "сына-любовника" - это противоречие между принятием и неприятием самого себя. Он воспринимает себя на инфантильно- недозрелом уровне всемогущества, но отвергает свое право овладеть женщиной или деньгами.

Конфликт брата-защитника развивается между агрессией и пассивностью. Его агрессия направлена на то, чтобы выиграть у женщины, а пассивность обнажает неспособность удовлетворить собственные нужды. Поскольку он не может пользоваться агрессией для собственной пользы, то занимает пассивную позицию, с уважением относясь к женщине, с которой он отождествлен. Его пассивность также проявляется в специфике отношения к деньгам и к силе.

Конфликт рыцаря-героя лежит в области между уступкой и сопротивлением женщине. Для такого мужчины отдаться любви - значит подчиниться и попасть в зависимость от Великой Матери. Он сопротивляется существованию на уровне сына-любовника. Неспособность сдаться удерживает его от зрелого отношения с женщиной, и он "застывает" на подростковой стадии развития. Это приводит к тому, что он относится к деньгам и к сексу, как подросток: использует то и другое для самоутверждения.

При исполнении роли отца конфликт развивается между доминированием и подчинением. Авторитарный отец доминирует в семье и контролирует ее. Однако его поведение вынужденно и отражает подчинение сексуальной морали его отца, с авторитетом которого он отождествлен. Он подчинен тем, чья сила больше, и главенствует над теми, кто слабее.

1. Яркий пример личности, эмоциональный рост которой застыл на уровне сына, мы наблюдаем, когда сталкиваемся с разновидностью так называемых плейбоев. Изначально этот тип личности считался мотом, транжирой или, в других условиях, блудным сыном. Термин "плейбой" (playboy) удачнее для нас, поскольку отражает образ незрелого мальчика, поскольку дело именно так и обстоит. Плейбой расточает не только деньги, но и сексуальную энергию. Есть выражение, грубоватое, но очень точно описывающее этот тип поведения. Про человека, который проматывает деньги в поисках чувственных удовольствий, говорят, что он "пускает их по ветру" (piss it away). Это выражение очень точно указывает на то, что плейбою скорее необходимо избавиться от напряжения, чем получить удовлетворение или завершенность. Сексуальное чувство он высвобождает тем же способом. Половое отношение, если оно происходит под влиянием алкоголя и лишено чувства к сексуальному партнеру, обретает те же качества. Семя в этом случае течет струйкой, как при мочеиспускании, а это совсем не пульсирующая эякуляция. Сексуальная активность плейбоя легкомысленна, он ведет распутный образ жизни и оставляет у сексуального партнера чувство, что им попользовались.

Позиция плейбоя не является исключительной собственностью так называемой международной реактивной тенденции. Многие мужчины, независимо от того, женаты они или нет, транжирят деньги на выпивку с расточительностью, которая присуща плейбоям. Когда деньги потрачены на алкоголь, можно буквально сказать, что их "пустили по ветру". Проблему алкоголизма нельзя оторвать от неспособности сохранить деньги или конструктивно распорядиться ими. Именно эта неспособность характеризует транжиру, потратился ли он на выпивку, проигрался ли в карты или же вложил их в какое-то глупое предприятие. Это не просто удачное выражение, "пустить по ветру" ассоциируется с таким типом поведения. Существует некая скрытая связь между неспособностью сохранять и сдерживать возбуждение при тратах денег или сексуальных чувствах и недержанием мочи. Эта связь указывает на наличие сексуальной вины, особенно вины, связанной с мастурбацией. В таких случаях обычное мочеиспускание, особенно у мальчиков, выступает в качестве заместителя полового контакта. Взрослые люди часто мочатся, чтобы освободиться от сексуального напряжения. Тесная связь между ощущением наполненного мочевого пузыря и сексуальным чувством проявляется в той путанице, которая возникла вокруг феномена утренней эрекции, о котором мы говорили в главе 2. Такую эрекцию нельзя считать результатом давления наполненного мочевого пузыря, хотя она и пропадает после его опорожнения. Теперь мы знаем, что это истинное выражение сексуального чувства. Сексуальная вина проявляется так же и в невротическом страхе несостоятельности во время полового акта.

Связь между недержанием мочи и мастурбацией в детстве отчетливо проявляется в следующем воспоминании, которое возникло у моего больного во время лечения. Молодой человек вспомнил, что когда ему было лет пять, отец отругал его за то, что он держал в руках свой пенис. На следующий день, когда родителей не было дома, мальчик помочился на пол посреди их комнаты. Он отметил, что сделал это специально, хотя отлично понимал, что отец отчитает его. Вполне возможно, что плейбой поступает с отцом так же, транжиря деньги, которые он унаследовал.

Я обнаружил, что для мужчин, которые застыли на уровне развития сына, характерно сильное чувство вины, связанное с мастурбацией. Мастурбация представляет собой рациональное поведение человека, испытывающего сильное сексуальное влечение в обстоятельствах, в которых невозможно его удовлетворить. Она приносит высвобождение и удовлетворение, а также дальнейшее отождествление с собственным телом, как источником удовольствия. Во время мастурбации чувство обращается на самого себя, а это как раз то, чего не может сделать с деньгами плейбой. Он не может использовать их конструктивно. Он не может вложить их в самопродвижение, потому что оно тесно связано с самоудовлетворением. Сексуальная вина распространяется на деньги как на символ сексуального воплощения. Деньги "прожигают дыру в его кармане". Он транжирит их, чтобы освободиться от чувства вины. Точно так же, как это происходило, когда он символически мочился, независимо от сексуального возбуждения.

Задержку развития ребенка на уровне сына-любовника нельзя объяснить только на основе инфантильной вины, связанной с мастурбацией. С характерологической точки зрения сыновний тип представляет собой оральную личность, которая неспособна разрешить проблему Эдипова комплекса. Такой мужчина все еще должен своей матери и все еще боится отца. Он чувствует, что мир сулит ему что-то, что ликвидирует ту изоляцию, от которой он страдал в детстве. Он даже может отыскать женщину, которая будет поддерживать его и станет для него той матерью, которую он ищет. Некоторые проблемы этого типа сына-любовника иллюстрирует следующий пример тридцатилетнего мужчины, который консультировался у меня по поводу сексуальной несдержанности. Его преследовали фантазии об изнасиловании и мучили мысли об инцесте. Однажды он спросил меня: "Неужели мне хочется переспать с собственной матерью? Всю неделю меня преследует эта мысль. Я чувствую опасность. У меня возникают идеи насилия.

К женщинам, которые старше меня по возрасту, я испытываю такое сильное влечение, что оно переполняет меня. Голова и шея будто вот-вот разорвутся. Я чувствую, что хочу садистски изнасиловать их, но боюсь причинить им боль. Затем это чувство сменяется желанием умереть от отчаяния.

Когда у меня происходит сильная сексуальная разрядка, я снова чувствую вкус к жизни. Я привык чувствовать себя импотентом. Когда же ко мне приходит чувство, что я мог бы иметь дело с женщинами, я ощущаю себя всемогущим. Сила - это способность сексуально оживить другого человека и вызвать его отклик. Если бы я мог возбудить женщину, это моя мечта! Но в момент, когда она возбуждена, у меня возникает чувство ужаса. Затем я отталкиваю ее, страшась неудачи. Я боюсь, что слишком скоро кончу, и она останется неудовлетворенной. В моем первом половом акте девушка не испытала оргазма, и я чувствовал, что виноват в этом. Поэтому я предпочитаю куннилинг".

Куннилинг представляет собой оральную активность, развивающуюся в результате ее перемещения с материнской груди на половые органы. Это перемещение провоцируется страхом, который чувствовала мать, негативно реагировавшая на детское стремление получить оральное эротическое удовлетворение. Садистские чувства, которые проявлял мой пациент, возникали из-за подавленного импульса укусить грудь. Во время куннилинга мужчина реализует два желания. Сознательно он чувствует, что удовлетворяет женщину. Бессознательно - он удовлетворяет собственное чувство мести, воображая, что откусывает ее пенис, чтобы он больше не пугал его.

Этот больной описал свою мать как привлекательную женщину, которая старалась привязать его к себе и поставить в зависимое положение. Он боялся отца, который, по его словам, регулярно бил его. В таких условиях сознательное отождествление с отцом невозможно, и мальчика отбрасывало назад в зависимость страха перед матерью, которая бессознательно становилась ужасной, древней Великой Матерью. Такая ситуация препятствует нормальному развитию "Эго" и останавливает личность на примитивной стадии сына-любовника. Он будет бунтовать против подчиненности, затем пожертвует собой в угоду матери, и этот способ общения будет характеризовать его отношения с женщинами. Поскольку он не может бороться с женщиной с помощью мужского "Эго", он будет рассчитывать на магию сексуальной мощи, на силу, способную возбудить женщину и, таким образом, трансформировать ее в "хорошую мать", которая удовлетворит его оральные потребности. Его действия похожи на примитивное использование магии оплодотворения, когда- то применявшейся людьми, чтобы обеспечить хороший урожай. Куннилинг представляет собой сексуальный подход мужчины, который не решается овладеть женщиной.

Сын-любовник не проявляет интереса к деньгам. Деньги - реальная сила, а не инфантильное воодушевление или примитивная магия. Они обеспечивают мощь, которая необходима для того, чтобы овладеть женщиной, и эта сила принадлежит отцу.

Поскольку женщина для сына-любовника всегда выглядит матерью- основательницей, то материальный успех для него равносилен инцесту. Его неудачи в жизни самоопределены. Психологически у сына-любовника оральная структура характера, в которой конфликтуют шизоидные и психопатические тенденции. Он одержим идеей силы, но неспособен ничего сделать для того, чтобы ее обрести. Он всегда импотентен оргастически и часто импотентен эрективно. Его эрекция зависит от того, насколько он способен покорить женщину, а значит, принизить ее до роли сексуального объекта. Если она в его воображении сохраняет силу как мать-основательница, то он будет страдать от символической кастрации, которая проявится в виде спада эрекции. На этот провал последует взрыв яростного бунта и новая попытка свергнуть Великую Мать. При таком конфликте нормальные супружеские отношения невозможны.

2. Роль брата подразумевает подход к женщине, свободный от сексуальности. Мужчина, чья личность определена данной стадией развития, способен зарабатывать деньги, поскольку не использует их для того, чтобы обрести силу и превзойти женщин. По той же причине он никогда не рассматривает деньги в качестве силы. Если он "хороший брат", то разделит деньги с женой для ее дальнейшего роста и развития. Если он "соперник", тогда будет использовать их, чтобы доказать свое превосходство. В последнем случае поведение граничит с особенностями, которые свойственны роли "отца".

Проблема личности "брата" состоит в отсутствии сексуального удовлетворения. Он связывает эти недостатки с неправильной сексуальной реакцией жены. Хотя он может жаловаться на неотзывчивость партнерши, получить какое бы то ни было сексуальное завершение ему не позволяет, как правило, отождествление с ней. Он заинтересован в том, чтобы помочь ей как "старший брат". Он фактически не сознает, что роль старшего брата, которую он играет, частично ответственна за ее черствость.

Роберт был "старшим братом" своей жене. Он выглядел хорошим мужем, который глубоко озабочен ее затруднениями. Мягкий, приветливый, он понимал не только проблемы своей жены, но и трудности других мужчин и женщин. Одно время Роберт размышлял, не уйти ли ему в священники, потому что испытывал сильную потребность помогать людям. Несмотря на то, что у него были собственные проблемы, он всегда справлялся с ними.

Однажды Роберт признался мне: "Моя проблема в том, что я отношусь к деньгам с отвращением. Я всегда смотрел на деньги, как на грязь. Это началось у меня в детстве. У нас в семье деньги и политика были символами грязного, скверного поведения. В моей семье никогда не было денег. Когда мой отец зарабатывал какую-то сумму, она быстро таяла. Мать была хорошим организатором, но ничего не тратила на меня. Я не хотел прикасаться к деньгам. Я переложил на жену все заботы, связанные с деньгами, и закрыл глаза на то, куда они тратятся. Но меня тревожит, как много мы тратим и как много приходится делать, чтобы они появились. Я озабочен, что перекладываю свою ответственность на других".

После этого признания Роберт заявил, что уже ничего не соображает, что он не склонен дальше анализировать эту проблему. Однако через несколько минут он добавил: "Мне нравится делать деньги. Это большое достижение, потому что было время, когда я отказался от большого повышения. Я всегда принимал повышение жалованья со смешанными чувствами".

При дальнейшем обсуждении этой проблемы Роберт заметил, что он очень редко тратил деньги "на себя", несмотря на хороший доход. Он старался иметь при себе самую незначительную сумму, чтобы не возникало соблазна потратиться. Передав жене право распоряжаться деньгами, он тем самым возложил на нее ответственность за удовлетворение его желаний. Неспособность Роберта тратить деньги на себя самого отражала его вину за снисходительное отношение к себе и за мастурбацию. Он сказал мне, что занимался мастурбацией, но сожалел об этом.

Роберт не только возложил на жену ответственность за удовлетворение его материальных нужд, он также обязал ее удовлетворять и его сексуальные потребности. На этой основе возникла его жалоба на ее сексуальную неотзывчивость. Таким образом, в одном отношении он был "старшим братом", который зарабатывает деньги и заботится о жене, а в другом - "младшим братишкой", который смотрит на нее как на исполнителя его нужд и желаний. Отказываясь от своей силы, он отрекался от мужественности и становился "младшим братом". Как было возбудиться его жене, если ей приходилось иметь дело с "маленьким братишкой"? Только утвердив свою мужественность, Роберт мог добиться той формы сексуальных отношений, о которой мечтал.

Редко становится очевидным, в какой степени сила и деньги повышают сексуальную привлекательность мужчины. Во-первых, этот сорт сексуальной привлекательность является атрибутом мужчин, которые сохраняют позиции врожденного благородства или социального положения. Возможно, это связано с тем, что обычно лидерами группы являются наиболее выдающиеся ее представители. Всякая сила символизирует превосходство, будь то физическая сила или обезличенная форма силы, такая, как богатство. Сексуальность - биологическая сила, которая способна возбудить женщину, оплодотворить ее и наполнить чувством полноты жизни и удовлетворения. Личность сына-любовника превозносит сексуальную силу до всемогущества. Если мужчина хочет быть сексуально агрессивным по отношению к женщине, ему необходимо знать эту силу, чувствовать ее и владеть ею. Это как раз то, чего лишен типаж мужчины-брата, без этой силы он обречен на слабость и беспомощность.

Какие же факторы останавливают развитие мальчика на уровне братских отношений? Роберт продемонстрировал отсутствие сознательного отождествления с отцом. Он очень боялся его, так как тот обладал необузданным темпераментом. Мальчиком Роберт никогда не мог бросить вызов отцу и поэтому оказался в пассивной позиции. Его воспоминания говорят о том, что он симпатизировал матери и понимал ее, так как ей приходилось управляться, не располагая большими денежными средствами. Роберт жалел мать и сознательно отождествлялся с ней, выступая против отца. Он был способен частично разрешить ситуацию Эдипова комплекса на основе подхода к женщине, лишенного сексуальности. Определяющие факторы этой структуры характера очень напоминают те, которые заставляют девочку застыть на уровне сестры. Объединившись с матерью в ее борьбе против тирании отца, мальчик адаптировался к роли брата по отношению к ней, а позже эта роль переносится на отношение ко всем женщинам.

Характер мужчины, выступающего в роли брата, с точки зрения психоанализа можно описать как пассивно-женственный. Физическое строение тела такого человека выявляет заметные женские особенности. Заметна склонность к округлости и мягкости телесных линий, особенно бедер. Голос тоже мягок и модулирован. Движения сдержанны и не очень агрессивны. Поскольку сходство с женщиной не очень подходит для описания взрослого, правильнее было бы сказать, что пассивно-женственный мужчина сохраняет мальчишеские черты. Мальчишество пассивно-женственного типа - прямое выражение отсутствия агрессивности, необходимой для подавления сексуальных чувств в ситуации Эдипова комплекса.

3. Личность мужчины, формирующуюся на следующей стадии развития, психоаналитики определяют как фаллически-нарциссический тип. Это означает, что данный мужской тип одержим идеей сексуальной удали. Но он же является и героем-рыцарем, "Эго" которого переполнено романтическими иллюзиями. Фаллически-нарциссический тип сексуально ориентирован на отношения с женщинами и агрессивен в своем подходе к ним. Он черпает силу в отождествлении себя с пенисом. В этом плане он подобен оральному типу, но у него не возникает чувства инфантильного всемогущества, которое разбивается о реальную жизнь. Для орального характера пенис - это символ соска, но не половой орган. Такой мужчина резко отличается от пассивно- женственного типа, отвергающего идею сексуальной силы. Однако слабость позиции человека с личностно-фаллической структурой характера заключается в том, что он боится овладеть женщиной, которая представляется ему матерью- основательницей. Он не поднимается до роли отца.

Так называемые "великие любовники" были мужчинами с этим типом личностной структуры. Их достижения можно соизмерить в терминах сексуального завоевания.

Казакова и Фрэнк Харрис - хорошие примеры личностей, достигших психосексуального развития и остановившихся на этой стадии. Главный интерес фаллического мужчины состоит в соблазнении женщин. Высшим достижением является соблазнение девственницы, которая в воображении соблазнителя предстает как плененная принцесса. Казакова принимал себя, как героя, когда ему удавалось соблазнить деву, победив пленившие ее силы, то есть мать и отца. Он чувствовал себя искателем приключений, который сквозь бури и преграды социальной морали добивается желаемого приза. Но ощущение победы было очень недолговременным. Завоевание можно было понимать только с точки зрения его "Эго". Ни физически, ни реалистически он не получал удовлетворения или пользы от своих любовных похождений. Обстоятельства сексуальных приключений отрицали возможность оргастической завершенности. Он боялся потерять свое сердце, отдав его женщине. Опыт любви ускользал от него. В конце концов и Казакова, и Фрэнк Харрис умерли в одиночестве и нищете.

Фаллического мужчину во многом можно рассматривать как мужской аналог истерической женщины. Он не может свести воедино любовь и секс, обратив их в отношения с одной и той же женщиной. Женщина, которую он любит, становится материнской фигурой, теряющей сексуальную привлекательность. Девушка, которую он соблазняет, почти всегда - незнакомка. Факт соблазнения означает, что он не любовник своей матери, что он не "спит с ней", поскольку он эмоционально не отдал себя сексуальному объекту. Чтобы защититься от инцеста, он выбирает в качестве объектов молодых девушек, преимущественно девственниц. Дева не может быть матерью. Но его защиту сокрушает его же тревожность. Он испытывает кровосмесительные чувства к собственной матери, однако он подавляет их из страха быть кастрированным собственным отцом.

Амурные предприятия мужчины фаллического типа можно объяснить его кастрационной тревожностью. Каждое новое завоевание служит для его "Эго" доказательством, что он все еще обладает потенцией. Эта потенция может исчезнуть, если женщина не предоставит ему себя. Фаллический мужчина бессознательно видит себя оспаривающим авторитет отца. Он всегда соревнуется и никогда не выигрывает, победа означает борьбу не на жизнь, а на смерть, а соперник-отец для подростковой психики фаллического мужчины выглядит более сильной фигурой. Проиграть - значит быть кастрированным. Можно рассмотреть эту ситуацию и как соревнование типа "схватить и убежать". Поскольку все женщины являются несомненной собственностью отца, за каждым завоеванием следует разочарование. Эмоционально фаллический мужчина - это вечный подросток.

Почему потенция фаллического мужчины снижается, когда он овладевает предметом своих сексуальных устремлений? Другими словами, почему этот тип личности страдает потерей сексуального чувства после женитьбы? Ведь страх перед отцом может со временем значительно ослабнуть. Но остается глубинный страх перед матерью. Женитьба выглядит как победа женщины. Он будет "при стегнут" или "распилен на дрова", как Литтлчеп, герой песенки "Остановите шарик, я сойду!". Его свобода ограничена, и его эгоистическая гордость сильно страдает от ущемления мужественности. "Пристегнув" его, женщина убедится, что ее личность сильнее, и фаллический мужчина понизится до прислужника Великой Матери. В этой ситуации герой, если он является таковым, может либо повзрослеть и начать играть роль отца, либо опуститься до роли брата. Или, что более вероятно, он продолжит сексуальные похождения, пользуясь двойственным стандартом в качестве оправдания. Если истерическая женщина сохраняет свои иллюзии, мечтая о внебрачном романтическом любовнике, то находящийся в такой же позиции фаллический мужчина упорно ищет неуловимую деву.

Девственницы, как правило, создания неуловимые. Как раз в тот момент, когда ею овладевает мужчина, она теряет это свойство и становится сексуальным объектом. Девственность важна, потому что дева никак не может быть матерью. Единственное проникновение в нее разрушает иллюзию, и необходимо опять пускаться в поиски. Поиск девственницы - все равно, что поиск вечной юности.

Деньга никогда не являются основной целью для фаллического мужчины. И по той же причине он редко бывает богат. Однако они ему не безразличны, поскольку он нуждается в независимых действиях. Такие мужчины делают деньги так же, как обращаются со своим сексуальным чувством. Средства должны быть потрачены, а не накоплены. И он тратит их, продвигая свое "Эго" - представление о себе как о красивой, смелой и романтической фигуре. Он вполне может и заработать, поскольку его агрессивный образ жизни обеспечивает ему такую возможность. В глазах других людей он является воплощением социального успеха. Судьба, приняв форму характера, настигает его уже в более зрелом возрасте. По прошествии лет его приключения демонстрируют, насколько безуспешными были его попытки казаться мужчиной.

В действительности характеры не однородны, а чистые типы не встречаются. Невротические тенденции, определяющие форму поведения разных людей, отличаются друг от друга. Некоторые фаллические мужчины - это вполне здоровые личности, которые способны созреть и стать положительными отцовскими фигурами, пережив реальное отцовство. Другие превращают романтическую фигуру "рыцаря верхом на коне" в карикатуру, обтянутую кожей и скрытую шлемом мотоциклиста.

Физиологически фаллический мужчина хорошо сложен, мускулист, у него высокий мышечный тонус и прямая осанка, стремительная манера двигаться и выражаться. Слабостью его тела является жесткость, наиболее отчетливо простирающаяся в мьшцах спины, шеи и ног. Эта жесткость представляет собой защиту от провала и от сдачи позиций, поскольку сам провал для фаллического мужчины неизменно существует. Он бессознательно рассматривает влюбленность как проигрыш женщине и утрату независимости. Физическая жесткость и психологический страх утратить свободу удерживают его от погружения в сильные оргастические ощущения и вызывают определенную преждевременность эякуляции, что позволяет пережить только частичный оргазм. Его сексуальные завоевания компенсируют оргастическую импотенцию.

Молодой человек становится героем-рыцарем, если его в этом свете рассматривает собственная мать. Ее вклад в либидное чувство сына создает в нем ощущение, что он привлекает женщин. Но если этот вклад сделан ценой ее взаимоотношений с отцом, он вызывает бессознательный антагонизм отцовской части по отношению к сыну, и это будет ставить под угрозу сыновнюю безопасность в отношениях с отцом. Скрытая кровосмесительная сущность материнского чувства к сыну оставляет его на уровне рыцаря-героя, так же, как скрытые отношения кровосмешения между отцом и дочерью отводят ей роль девы - романтического идеала.

4. Прогрессивная интеграция различных этапов мужского развития создает тип мужчины, а не тип отца. Тип "отца" - это невротический компромисс в ситуации Эдипова комплекса. Он соответствует женщине материнского типа и представляет собой подход к противоположному полу, лишенный сексуальности. Тип "отец" обращается со своей женой именно как отец и нередко тиранит своих детей. Его амбиция - это сила в форме денег или, при отсутствии денег, в форме авторитета и контроля. Структура характера такой личности - анально-садистская, в отличие от "матери", личность которой носит явные черты мазохизма. Таким образом, рассматривая тип "отец", мы видим невротического мужчину, цель которого - господство над другими, обычно - с помощью денег, в том числе - над женой и детьми. Это господство и придает ему статус "отца".

Изображение фигуры отца, которую я пытаюсь описать, хорошо знакомо. Это суровый блюститель дисциплины, который правит домом "железною рукой". В своем маленьком владении он - король, лишенный щедрости, что тоже является атрибутом его царствования. Он очень много работает, необыкновенно прилежен и молится за сохранность своих денег. В экстремальном случае он является маленьким диктатором и скрягой. Приятные моменты в жизни не играют особенно важной роли в его схеме. Во взгляде на жизнь доминирует продуктивность и накопление денег. Такой тип личности в наши дни довольно редок. Авторитарность отца для современных жен и детей утратила свою значимость. Понятие о строгом повиновении авторитету в доме и школе оттеснили прогрессивные идеалы понимания и самовыражения. Очень важно то, что с исчезновением этой фигуры исчезли и единство семьи, и общая преданность принципам, которая обеспечивала возможность существования такой личности. К тому же важно проанализировать динамику характера этого типа, чтобы представить факторы в прошлом, заставляющие его играть роль отца в настоящем.

Те изменения, которые претерпевает эта роль, будут обсуждены ниже.

Роль отца представляется в отношениях с женщиной в терминах финансовой силы, которая символизирует сексуальное мужество и гарантирует возможность обеспечить женщину и ее детей. Возникшие в таких условиях от ношения были неравными. Личность женщины расщеплялась мужским подходом на взаимопротивоположные стороны: сексуальный объект и мать. В качестве сексуального объекта женщина попадала в зависимую и подчиненную позицию, а как мать она была утонченно авторитарной, но открыто это не проявлялось. Женщины, восставая против такой ситуации, способствовали падению такого рода династии.

У мужчины развитие такого типа невротической личности является результатом разрешения ситуации Эдипова комплекса в соответствии со строгим кодексом патриархальной морали. Он не оспаривает авторитет отца, как это делает фаллический мужчина. Напротив, он сознательно отождествляется с отцом и принимает его авторитет. Отец был, как правило, строго дисциплинирован, ригиден в своих позициях и пугал маленького мальчика своим могуществом. Его дисциплина проявляла свою силу не только на словах. Физические наказания, такие, как порка, подчеркивали эту силу и укрепляли повиновение ребенка. "Жалеть розги - значит портить ребенка" - вот руководящий принцип воспитания большинства мужчин, которые стали типом "отец". Мальчик не будет оспаривать авторитет отца, если мать уважает этот авторитет, причем ее уважение сообщало мальчику, что если он будет владеть женщиной, то ему необходимо иметь силу, которая должна быть под стать силе отца. Мальчику необходимо было подавить влечение к матери ради тяжкой работы и амбиций. Он должен был усмирить стремление к удовольствию и эротическому удовлетворению ради денег и силы. Если он терпел неудачу, то становился блудным сыном или расточителем. Успех же предоставлял ему возможность играть роль отца.

Сексуальные запреты, формирующие личность, играющую роль отца, направлены как против самоудовлетворения, так и против детского устремления к матери. Удовлетворяющая мастурбация мальчика или молодого человека способствует самоотождествлению и независимости и препятствует невротическому отождествлению с отцом. При дальнейшем продвижении невротического отождествления с ним сексуальный выход часто бывает закрыт для молодого человека, поскольку он не может нарушить кодекс патриархальной морали. В викторианскую эпоху отец нередко посвящал сына в таинства сексуальной жизни, отводя его к проститутке. Значительная часть публичных домов патронировалась изможденными респектабельными отцами. Действие двойственного стандарта в этом отношении подразумевало, что молодой человек может жениться на девушке из хорошей семьи и возвыситься или охранять интересы отцовской собственности.

Характерологически тип "отец" - это жесткий и принуждающий индивидуум. Его жесткость вызвана сдерживанием сексуальных чувств, стремление к принуждению - стремлением к силе. В противоположность плейбою, проблема которого связана с недержанием мочи, отцовский тип имеет анальную фиксацию. Теория психоанализа связывает принужденность с анальностью. В 1908 году Фрейд опубликовал статью, в которой связывал скупость, упрямство и аккуратность с тенденциями зажимать анус, сдерживая дефекацию. Эта триада черт, к которой позже добавилась педантичность, характерна для типа "отец". Фрейд писал: "Аккуратность заключает в себе и чистоту тела, и надежность, и добросовестность в исполнении мелких обязанностей". Он воспользовался несколькими исследованиями, подтверждавшими его идею о связи между деньгами и дефекацией, и упомянул достаточно известную историю, что деньги, которые дьявол платил своим любовницам, после его ухода превращались в экскременты. Отождествление золота с фекалиями поддерживает миф, в котором оно упоминается как "дьявольские экскременты", поскольку имеет тот же цвет, и фигуры, вроде gelt-scheisserle, которые украшают золотые монеты. В Германии детям на праздниках часто дарили кондитерские изделия в виде этой фигурки.

Таким образом, свойство характера, склонного к принуждению, копить деньги возникает из анальной озлобленности, поскольку раньше ребенок отказывался выдать часть этой "продукции" по требованию матери или воспитательницы. Нетрудно увидеть, насколько суровым было приучение к гигиене испражнений, раз оно вызвало такую сильную тенденцию к аккуратности и скупости. Трудно понять связь, которая существует между упрямством и "туалетным тренингом". Психоаналитические исследования показали, что сначала ребенок ведет себя вызывающе и сопротивляется требованиям родителей контролировать свой кишечник. Когда этот вызов стихает, он уходит вглубь и трансформируется в позицию упрямства. Действия, которые используются для того, чтобы ребенок покорился, явно обеспечивают подчинение ребенка отцу. Фрейд отмечает, что "болевое стимулирование кожи ягодиц (шлепанье) является инструментом воспитания детей, который разбивает их собственную волю и делает их покорными". Шлепки - одна из форм наказания, которая подчиняет мальчика мужскому авторитету, поскольку создает гомосексуальное унижение. В более выраженной форме, например, в виде избиения тростью, это присутствовало в Англии как проявление авторитарности при обучении молодых людей, решивших посвятить себя военной карьере, в старших классах военной высшей школы.

Отождествление денег и золота с фекалиями не объясняет, почему их связывают с сексуальной силой. Не следует считать, что это положительная сила, присущая "отцовскому" типу, с помощью которой он организует общество. Психоанализ Фрейда основан на невротическом преувеличении подобного отождествления. Корни его глубоко уходят в историю. Экскременты человека и животного были первыми удобрениями, которые открыл землепашец, они и по сей день остаются наиболее эффективными. Экономика, основанная на сельском хозяйстве, зависит от плодородия земель, площадь которых ограничена, поэтому удобрения, т. е. фекалии приобретают реальную ценность. В Швейцарии в 1950 году я видел в сельской местности, как фермер выскакивает на проезжую дорогу и собирает конские яблоки за проходящей лошадью. Использование веществ, которые содержат удобрения, для обогащения земли представляет собой прогрессивный шаг по сравнению с примитивной "магией плодородия", основанной на жертвоприношении и сексуальности. Эта точка зрения на культурное развитие мужчины устраняет кажущуюся иррациональность отождествления денег и золота с экскрементами.

Приравнивание денег к сексуальной силе завершает промежуточный этап в их отношениях с оплодотворяющей землю силой экскрементов. Полная последовательность следующая: сексуальность была примитивной силой, используемой в магических действиях; она уступила место обогащающей силе экскрементов, которые позже мужская психика стала отождествлять с золотом и деньгами. Приравнивание денег к сексуальной силе позволяет мне точнее изложить свой взгляд. Скряга, который боится потратить, то есть истощить, деньги, не может "истощить" себя. Слово "истощить" имеет сексуальный оттенок. Мужчина истощается после оргазма или эякуляции, он "тратит себя". Страх такой "растраты" - это невротический фактор, который удерживает человека от переживания полноценного оргазма. Многие пациенты сообщают о том, что ранняя подростковая мастурбация сопровождалась попыткой предотвратить эякуляцию или "повернуть ее вспять, в себя". Потеря семени рассматривалась как истощение и переживалась как ослабление тела и личности. Другими словами, бессознательно это рассматривалось как утрата силы. Библейская история Онана подтверждает эту идею, его грех состоит не в мастурбации самой по себе, а в том, что он отказался использовать свое семя, чтобы оплодотворить вдову брата, как полагалось по еврейским законам. Поэтому он истощил силу своего семени. До наступления периода сексуального возрождения, длящегося последние сорок лет, существовало общее заблуждение, что мастурбация или половая активность снижает нашу силу, необходимую для зачатия ребенка.

Мужчина отцовского типа обречен на продуктивность: как в смысле производства детей, так и денег. Такая навязчивая позиция принижает роль детей до положения объектов или вещей, которыми он владеет. Его жена оказывается в такой же позиции: она становится вещью, которой он овладел. Вместе с потерей личностного смысла взаимоотношений теряются удовольствие и радость. В качестве компенсации утраченного удовольствия выступает удовлетворение "Эго", которое осуществляется с помощью повышения продуктивности или обогащения. Личности с подобной структурой нередко бывают очень преуспевающими в деловом мире. Мужчина такого склада может стать очень богатым и обрести соответствующую силу, несмотря на лежащую за этим сексуальную вину. Его успех не нарушает барьер инцеста, поскольку он достигает успеха, подавив сексуальные чувства. Когда в конце концов он овладевает матерью (женой), она перестает быть для него объектом сексуального желания. Он как бы превращается в собственного отца.

Хотя в наши дни традиционный типаж "отца" встречается относительно редко, стремление к продуктивности и богатству, как цели жизни, даже повысилось. Сексуальное удовольствие и радость жизни сегодняшнего отцовского типа мужчины подчинены все тем же целям. Секс для него - всего лишь биологическая потребность, как еда, сон и опорожнение кишечника. Эрекция у таких мужчин выступает только как индикатор напряжения, от которого надо освободиться, чтобы вернуться к бизнесу. Он играет в гольф, потому что это мужской образ жизни, но эта физическая активность зачастую тоже принужденна. Достижения оканчиваются, поскольку такой человек не получает удовольствия от движения. В отчаянии он начинает поиски возможности получить личное удовлетворение: заводит роман с секретаршей или попадает в зависимость от девушки по вызову. Двойственность стандарта не позволяет ему добиться успеха в попытке самореализации.

На поверхностном уровне двойной стандарт действует на сознание мужчины совсем иным образом, чем на женское. Сознательно мужчина не отвергает свою сексуальность, совсем наоборот! Поскольку его мужская сексуальность является доказательством природного превосходства (мужественность, логическое мышление и т. д.), он будет рьяно сопротивляться отрицанию этого знака. Мужчина не основывает свое притязание на превосходстве в интеллекте, на "Эго" или на том, что он физически сильнее. Пытаться победить женщину на этой основе - значит поставить себя в опасное положение. Как ему быть уверенным, что нет женщины более интеллигентной, чем он, более логичной, более уверенной в себе и даже более физически сильной, чем он? Только одна женщина в его жизни превосходила его во всех отношениях - его мать. Но у нее не было пениса, символа превосходства. Конечно, мужчина не будет публично доказывать свое превосходство над женщиной с помощью такого аргумента. Он рационализирует это, основываясь на превосходстве своего интеллекта. Но его отношение к сексу составляет истинную основу его ощущений.

Мужчина может относиться к сексуальной сфере с двух различных позиций. Он может подходить к ней инстинктивно, то есть через чувства, и в этом случае его отношение к женщине детерминирует "мистерия участия" в естественном феномене сексуального возбуждения и разрядки. В такой ситуации личностный элемент подчиняется трансперсональному или инстинктивному фактору сексуального влечения. Другой подход сознательный, здесь мужчина сознает смысл сексуального акта в свете своих отношений с женщиной. При осознанном подходе мужчина становится силой, которая делает нечто, что трансформирует женщину. Он обладает ею, оплодотворяет ее, делает совершенной и удовлетворенной. Для мужского "Эго" мужчина - это актер, то есть тот, кто действует, а женщина - объект его действий. Мужчина совершает действия над женщиной, как над природой или землей. "Эго" утверждает свое право действовать именно так, поскольку владеет силой.

Пожалуй, не найти таких, кто подходил бы к половому акту только с точки зрения чувственности или только с позиций осознанного понимания. Каждый мужчина при отношении с женщиной сочетает чувство и сознавание, инстинкт и знание. Мне бы хотелось обрисовать различия между этими двумя направлениями, поскольку это предоставит возможность гораздо лучше понять, чем один мужчина отличается от другого, причем необходимо отметить, что эти различия скорее количественные, чем качественные. Если сексуальные отношения мотивированы преимущественно чувством (любовью, влечением, страстью), поведение мужчины более спонтанно. По-скольку женский отклик в таких условиях тоже определен чувствами, мужчина и женщина встречаются как равные. В той мере, в которой "Эго" вмешивается в сексуальные взаимоотношения, половой акт становится мужской экспрессией власти над женщиной или проявлением силы. Мужчина разыгрывает спектакль, и змея сексуального падения поднимает голову так, как это случилось в раю. В нашей культуре не существует мужчины, который мог бы отделить "Эго" от сексуальных функций или отречься от своего чувства превосходства над женщиной. Другими словами, нет мужчин, избежавших воспитания.

Там, где у женщины двойной стандарт создает расхождение любви и секса, у мужчины возникает противопоставление силы и сексуальности. Сила требует контроля, а сексуальность - сдачи позиций, а значит, отдавания себя. Сила налагает обязательства; сексуальность разряжает напряжение. Сила создает неравенство, объекты и субъекты, а сексуальность - отношение равных. Если сила представляет собой функцию "Эго" и ума, то сексуальность - функцию тела. Сила приводит к "боевым" действиям, а сексуальность неразрывно связана со сдачей позиций и участием. На глубоком уровне эта диссоциация представляет собой еще один аспект того же самого невротического конфликта между любовью и сексом. Мужское "Эго", которое идентифицирует себя с сексом, интерпретируется как сила и противопоставляется требованиям любви. Этот странный поворот искажает смысл сексуальности и создает двойной подход. Мужские половые функции рассматриваются как власть над женщиной, в то время как ее сексуальная реакция интерпретируется как подчинение.

Двойной стандарт также преобладает в отношении мужчины к своей работе. Если он наниматель, он оказывается в противоречивой ситуации между естественным желанием преуспеть, насколько это возможно, и человеческим понятием о хорошем самочувствии своих служащих и клиентов. Если он служащий, мужские обязательства перед нанимателем легко могут войти в противоречие с его личными интересами. Чувствительной личности непросто примирить стремление к деньгам и силе с чувствами. Часто случается так, что одну из ценностей приносят в жертву под давлением невротических сил, вышедших из-под контроля человека. Если деньги и сила стали главной ценностью, то у человека могут развиться психопатические тенденции. Для психопата "Эго" важнее, чем "самость" (self); образ закрывает личность, которая в этом случае становится "карликовой". Когда стремление к деньгам и силе подавлено, могут возникнуть шизоидные тенденции. Кто-то может удалиться во внутренний мир созерцания и самопогружения с соответствующим ослаблением общих личностных характеристик.

Можно привести множество примеров, иллюстрирующих конфликты, спровоцированные двойным стандартом. Мужское отношение к детям отражает конфликт, появившийся в результате одного "расположения" этих ценностей. Каждый чувствительный отец испытывает затруднения в связи с необходимостью наказывать своего ребенка и дисциплинировать его, соединив в этом наказании свое влияние с заботой о ребенке. В примитивной матриархальной культуре не существовало такой проблемы. Авторитетные "внушения" в семье делал дядя ребенка со стороны матери. Настоящий отец был другом, к которому ребенок мог обратиться без страха. Но такою социальный заказ требует очень слабой дисциплинированности или тренированности, по сравнению с тем, что необходимо для воспитания ребенка в условиях современной цивилизации.

Другой пример управления посредством двойного стандарта отражается в мужской неспособности сформировать единую концепцию, которая соединила бы религиозное и научное мышление, бизнес и социальную ответственность Кто-то справляется с этими конфликтами, живя "раздельной" жизнью. Религия - для воскресных дней и церкви, а научные достижения для остальных действий. Бизнec - для того, чтобы делать деньги, а личный интерес может найти выражение в благотворительной деятельности. Двойной стандарт - это феномен культуры, который возник из-за противопоставления тела и ума, духа и материи, рассудка и инстинкта. В отличие от животных, мужское инстинктивное реагирование проконтролировано и модифицировано для того, чтобы приспособить его к социально приемлемым идеалам поведения. Но насколько силен контроль, каковы модификации и зачем они - на эти вопросы в данном случае ответить нелегко. И особенно это относится к сексуальным функциям. Какая доза морали сочетается со здоровой сексуальностью - вопрос, на который может дать ответ только само переживание.

Психология bookap

Процесс противопоставления и разделения действий создает поляризацию усилий, которые, если синтетическая функция "Эго" нормальна, усиливает сознание. В этом процессе все функции организма выходят на верхний уровень интенсивности: удовольствие усиливается, сексуальный оргазм переживается живее, а жизнь становится радостнее. Но ведь в результате противопоставления может возникнуть и конфликт. Если конструктивного синтеза не происходит, напряжение высвободиться не может. В такой ситуации возникает болезнь, а не здоровье; неврозы и психозы, а не благополучие; несчастье, а не радость. Проблема, в самых простых словах, состоит в том, как примирить взаимоисключающие требования природы и культуры.

Проблему можно легко поставить, сформулировав ее простейшие положения, однако не так просто их затем использовать в работе. Практическое разрешение невротических затруднений требует знания целого комплекса вовлекаемых факторов. Даже когда это знание получено, его применение в специфических ситуациях, социальных или индивидуальных, зависит от ряда других проблем. Это, с определенной натяжкой, напоминает историю про медведя, который взобрался на гору, чтобы посмотреть, что находится за ней. За ней он обнаружил другую гору. Однако, неотложность решения ряда проблем, не допускающих отлагательства, удерживает нас от того, чтобы взбираться на гору. Часть нашего существа - бессознательное - подсказывает нам, что по другую сторону горы раскинулись тучные луга. И внутреннее чувство так же ценно, как холодная логика, которая позволяет различить трудности в воплощении этих предположений.