3. Энергетическая динамика депрессии.

Недостаток энергии.

Депрессия характеризуется потерей энергии. Этот факт нужно признать, если мы хотим понять и лечить ее. Человек в депрессии жалуется на нехватку энергии, и большинство наблюдателей соглашаются, что эта жалоба имеет реальные основания.

Все, что касается самого пациента, указывает на его истощение. Все главные функции организма, управляющие телом в целом, а не отдельными системами органов, подавлены. Количество и сила движений снижены. Данные, записанные на видеопленку, также подтверждают это наблюдение, показывая значительное снижение подвижности тела в состоянии депрессии по сравнению с нормальным состоянием. Такое снижение особенно заметно у людей, находящихся в тяжелой депрессии, которые просто сидят большую часть времени, почти не двигаясь. Но даже в случаях с менее сильной депрессией наблюдается значительное уменьшение спонтанных жестов и становится очевидной нехватка изменений мимики. В состоянии депрессии лицо приобретает унылое выражение, кожа кажется сморщенной, как будто в ней отсутствует энергия для поддержания тонуса. Нормальная гамма лицевых движений - глаз, рта, бровей и т.д. - отсутствует.

Такой низкий энергетический уровень может быть напрямую связан с понижением процессов метаболизма в организме. Ранее я уже упоминал, что потеря аппетита - обычное явление в депрессивном состоянии. Однако более серьезным нарушением является снижение поступления кислорода из-за сильно затрудненного дыхания. Дыхание пациента затруднено его депрессивной реакцией. Взаимосвязь между депрессивным настроением и депрессивным дыханием настолько очевидна и непосредственна, что любые приемы, усиливающие дыхание, делающие его более глубоким и плавным, ослабляют давление депрессивного состояния. Это происходит благодаря возрастанию энергетического уровня тела, а также благодаря восстановлению потока телесного возбуждения. Усиленное дыхание обычно рано или поздно приведет к некоторой форме эмоционального освобождения, которое проявится либо в плаче, либо в гневе.

Однако остается вопрос, на который нельзя ответить, - человек в депрессии страдает от резкого уменьшения своего уровня энергетики из-за разочарования в своих иллюзиях и потери интереса к жизни или же потеря интереса явилась результатом снижения доступной ему энергии? На это нельзя ответить, потому что мы имеем дело с двумя взаимосвязанными аспектами единой функции организма, а именно - способностью поддерживать жизнь или ощущения жизненного потока. Когда этот поток в значительной степени истощился, мы говорим о депрессии. Когда он замирает совсем, это означает смерть. С другой стороны, обладая силой, поток поддерживает высокий уровень энергетики, усиливая процессы обмена веществ и одновременно стимулируя интерес к жизни.

С терапевтической точки зрения легче и эффективнее работать с пациентом в физической и энергетической области его личности, чем в психической или в области его интересов. Любой, кто сталкивался или лечил человека в депрессии, знает, как трудно привести его в движение, возбудив у него интерес к жизни. Его сопротивление тому, чтобы проявлять активный интерес к миру, огромно. Частично это происходит из-за глубоко скрытого негативного отношения, которое он сам не осознает и которое должно быть открыто и проработано для достижения длительного и прочного результата. Но в большей степени его сопротивление происходит от чувства опустошения и истощения, вызванного нехваткой энергии. Если депрессивная тенденция еще не успела охватить все структуры личности, часто происходит спонтанное восстановление энергии, за которой приходит интерес к жизни. Но, как правило, такое возвращение носит временный характер, если человек не сможет найти способы поддерживать постоянно свою энергию и интересы на должном уровне.

Здесь нужно объяснить феномен отличия между количеством энергии, которой человек обладает до наступления депрессивной реакции, и тем низким энергетическим уровнем, который у него остается в состоянии депрессии. Энергетический контраст между этими двумя состояниями часто поражает и приводит в недоумение людей, знавших человека до того, как он заболел. Часто пациенты сами замечают такую перемену. Например, один пациент сказал мне: "Перед тем как у меня началась депрессия, я был лучшим работником в компании. Я мог работать быстрее всех". То же самое можно сказать и об алкоголике, который казался очень энергичным человеком, пока пристрастие к выпивке не одолело его до такой степени, что он оказался неспособным работать. И человек до наступления своей депрессии, и алкоголик до того, как проблема с выпивкой приняла для него серьезный характер, - все они были старательными работниками. Крушение их непреодолимой тяги работать усердно сразу вскрыло ее патологическую сущность и слабость. (Кажущаяся энергичность рьяного работника обманчива.) Такое сходство также указывает на то, что алкоголизм - это своеобразное прикрытие депрессии. Алкоголик пьет, чтобы избежать депрессии, хотя в некоторых людях эти два симптома часто проявляются одновременно.

Я уже указывал, что коллапс, предваряющий депрессивную реакцию, может объясняться крушением иллюзий, иногда он вызывается событием, которое разбивает какую-то заветную мечту человека. Но такие случаи встречаются не так часто, как те, в которых депрессивную реакцию нельзя связать с каким-то специфическим событием. Поэтому здесь, вероятнее всего, имеет место энергетический фактор.

Например, рассмотрим случай с Мартином, который был направлен ко мне на лечение из-за сильнейшей депрессивной реакции. Он сидел у себя дома весь день и был не в состоянии выполнять никакую работу или взаимодействовать с окружающей средой. До наступления депрессии Мартин был очень трудолюбивым человеком, маляром по профессии. Он как-то сказал мне с гордостью, что был одним из лучших и мог работать по десять часов в день, как заводной. Отдаваясь полностью работе, он скопил некоторую сумму, которую вложил в недвижимость. Но этого ему было недостаточно, и он проводил почти каждый вечер на общественных и церковных собраниях, где развивал бурную деятельность. Но однажды он вдруг почувствовал, что потерял всякий интерес к какой-либо деятельности, что, естественно, явилось шоком для его друзей.

Сам Мартин никак не мог объяснить свое падение. За время лечения я также не смог обнаружить какого-либо специфического события, которое бы спровоцировало депрессию. Скорее всего это было что-то незначительное. Ведь достаточно слегка прикоснуться булавкой или зажженной сигаретой, чтобы шар лопнул. Но принимая во внимание историю Мартина, примечательное событие не имело бы в его случае столь важного значения. Он поддерживал свой интенсивный образ жизни в течение почти восемнадцати лет. Сколько бы он еще смог прожить таким образом? Человек - это не машина, которая нуждается лишь в постоянной заправке топлива, чтобы продолжать дальше работать. Человеку необходимо удовольствие и чувство удовлетворения от жизни. Удовольствие было чуждо Мартину. Он только работал. Даже секс потерял для него привлекательность задолго до того, как на него обрушилась депрессия. За все эти годы он постепенно терял интерес к своей жене и семье. А другие удовольствия, которым предаются мужчины, - лодочный спорт, рыбалка, боулинг и т.д. - Мартин считал ниже своего достоинства.

Он был рьяным, старательным работником, но отнюдь не творческим. В культуре, которая в своей шкале ценностей на первое место ставит продуктивность, Мартин сошел бы за нормального человека, несмотря на то, что за годы постоянной работы его эмоциональная жизнь была довольно сильно подавлена. Когда мы считаем, что такой человек энергичен, мы забываем тот факт, что быть живым в эмоциональной сфере требует гораздо больше энергии, чем для того, чтобы жить как машина. Какое бы самоуважение ни сформировалось у Мартина до его депрессии, это было не то самоуважение, которое основано на подлинной сущности человека. Если раньше он гордился своей работоспособностью, то сейчас он столкнулся с осознанием того, что она не является настоящим мерилом человеческих качеств.

Что-то в нем было не так, и я считаю, что депрессия Мартина была неизбежна. Модель поведения, направленная на самоотрицание, началась в раннем возрасте и была связана с потребностью доказывать свою ценность через работу. Несмотря на участие в религиозной деятельности, у него не было веры, и, несмотря на прочное гражданское положение, он не был заземленной личностью. Для меня было удивительно лишь то, что он не рухнул раньше.

По-моему, разумно будет предположить, что депрессия наступила, когда у Мартина-машины вышел весь пар, когда он Истощил свои жизненные ресурсы, пытаясь сохранить свой невозможный образ. Думаю, если бы у него было бы побольше энергии в запасе, депрессия наступила бы просто позже. Представьте себе человека, который бежит до тех пор, пока не упадет от изнеможения, и потом у него уже нет ни энергии, ни желания подняться снова. Именно на такого человека был похож Мартин.

Независимо от катализатора, депрессивная реакция не наступит, пока человек не достигнет критической точки. Если он еще не достиг этой точки, не думаю, что он откажется от дальнейших усилий осуществить свою иллюзию. Доказательством может служить тот факт, что, когда человек восстанавливает свою энергию и у него снова появляется интерес к жизни, он по-прежнему ориентирован на преследование иллюзорной цели. Итак, интерес к жизни связан с высоким энергетическим уровнем в такой же степени, в какой крушение иллюзий и потеря интереса - с низким уровнем энергетики.

Помочь человеку восстановить свою энергию - это первый шаг в лечении депрессии. Но даже когда его энергетический уровень восстановлен до нормального, это означает, что он освободился только от самой депрессивной реакции, но не от своей склонности к депрессии. Каким бы нормальным ни был энергетический уровень, он не может рассматриваться как эквивалент здоровья. Он не охватывает всех условий здорового существования и функционирования организма. Он обеспечивает достаточную силу для стремления эго к власти и могуществу, но он не поддерживает мотивацию удовольствия. Он может поддерживать заряженной верхнюю часть тела, но он не может протянуться до нижней части - до ног и до земли. Требуется настоящая энергия, или жизнестойкость, или внутренняя сила, чтобы никогда не падать духом, но человек со склонностью к депрессии не обладает таким видом энергии.

Склонность к депрессии указывает на недозаряженность организма. Здоровые, энергичные и жизнерадостные люди не впадают в депрессию, как некоторые индивиды. Если культура этих людей оказывается в депрессии, она может повлиять на них, но это не тот вид депрессии, которую психиатры наблюдают у себя на приемах. Эта депрессия представляет собой выборочную личностную реакцию, уходящую корнями в культурные явления, но она не вызывается непосредственно ими. Эти корни мы будем исследовать в последующих главах; здесь мы должны более тщательно рассмотреть энергетический фактор.

Физики определяют энергию как силу, способную совершать работу, и измеряют ее объемом выполненной работы. Однако работа, задействованная в жизненных процессах, не носит механического характера. Жизненная энергия используется для роста, воспроизведения потомства, возбуждения и эмоционального взаимодействия. Она участвует в работе всего животного королевства, понуждая организмы к удовлетворению своих потребностей, а также к их самовыражению, которое ведет к творчеству и переживается как удовольствие.

Поскольку организм является независимой, автономной системой, то его способность функционировать эффективно зависит от его состояния возбудимости или, если хотите, оживленности, хотя возбудимость будет более предпочтительным термином. Внутри границ своей биологической структуры организм с большим количеством энергии имеет более высокий уровень внутреннего возбуждения. Он двигается быстрее, чем другие, ему подобные, в опасных ситуациях, лучше взаимодействует с окружающей средой. У него лучше развита координация движений, и поэтому он действует более эффективно. Высокий заряд также проявляется в блеске глаз и в подвижности тела.

Возбуждение и депрессия - противоположные друг другу состояния. Когда человек возбужден, у него нет депрессии. Когда он находится в депрессии, уровень его внутреннего возбуждения снижен. В состоянии эйфории и мании уровень возбуждения быстро поднимается вверх, но так же быстро опускается вниз. Здоровый человек может поддерживать свое возбуждение на довольно высоком уровне. Огонь обменных процессов горит ярким, горячим пламенем, само пламя остается при этом неизменным. И мы не можем игнорировать того факта, что для поддержания этих процессов требуется энергия.

Энергия поступает в организм в виде еды, воздуха и возбуждающих стимулов. А выходит из него в форме движений или какой-либо другой телесной активности.

Поступление и отдача энергии всегда находятся в равновесии, если мы рассматриваем рост как единый аспект телесной активности. Если поступление снижено, отдача также падает. Также будет правильным сказать, что если отдача идет на убыль, то и поступление спонтанно ослабевает. Мотивацией для отдачи является стремление к удовольствию. Любая деятельность любого животного организма направлена на получение удовольствия либо сейчас, либо в будущем. Из этого утверждения можно сделать вывод, что организм также двигается и действует, чтобы избежать боли.

Когда отсутствует удовольствие, то соответственно уменьшается мотивация. Отдача энергии спадает - понижается энергетический уровень организма. Когда отсутствие удовольствия объясняется структурированной неспособностью к нему, то перед нами человек, чьи эмоциональные реакции ограничены и, кроме того, чей внутренний уровень возбудимости низок. Такой человек является претендентом номер один на получение депрессивной реакции, поскольку уже обладает склонностью к депрессии.

Когда проблему депрессии пытаются решить терапевтическим способом, то каждый из ее нескольких аспектов - отсутствие веры в себя, преследование нереальных целей, неспособность быть заземленным должным образом, сниженный энергетический уровень - следует принять во внимание. Будет недостаточно, например, заинтересовать человека, находящегося в депрессии, чем-то новым, если, конечно, он не сможет получить от этого интереса удовольствие, что представляется вряд ли возможным, если он бессознательно переживает чувства вины и тревоги относительно удовольствий. Вероятно, этот аспект нужно проработать прежде всего. В процессе мы столкнемся с отсутствием идентификации его со своим телом, а также сможем наблюдать отсутствие связи с землей. Затем это неизбежно приведет нас к энергетической основе феномена депрессии.

Несколько лет назад мне довелось лечить одного аналитика, который связывал свою депрессию с неспособностью читать литературу в своей области. Он спросил, не мог бы я помочь ему преодолеть этот блок. Исследовав его физическое состояние, я обнаружил, что его тело находилось в такой же депрессии, как и душа. Ему было около пятидесяти, грузного телосложения, дыхание очень поверхностное. Подвижность тела чрезвычайно ограничена из-за сильнейшего напряжения мускулов, которые сковывали его, как цепи. К этому я могу добавить, что до меня он в течение двадцати лет проходил терапию психоанализом.

Психология bookap

Сначала я не согласился взяться за его лечение. Я не верил, что смогу должным образом помочь ему, я также объяснил ему, что у него очень серьезная проблема с телом, особенно с его слабым дыханием. На что он ответил: "Меня не интересует дыхание, я только хочу преодолеть свою неспособность читать". Мне не хотелось совсем отказываться от него, не попытавшись применить к нему метод биоэнергетической терапии, но у меня были очень сильные сомнения в каких-либо положительных результатах. В конце концов, мы оба согласились посмотреть, что можно сделать в этой ситуации.

Мы работали над его проблемами на протяжении сорока сеансов, один раз в неделю, сочетая физический подход с вербальным анализом. Но, несмотря на то, что в ходе наших занятий возник очень интересный и важный материал, мы не достигли значительного прогресса. Он рассказал мне о сексуальном опыте, который он имел со своей сестрой, когда был молодым. Он не раскрывал этого факта никому из своих предыдущих аналитиков, и я понял, почему он подавлял свои чувства до такой сильной степени. Но он не был готов или не хотел снова вернуть себе чувство жизни. Он отрезал от себя активный интерес жизнью своего тела, и я думаю, это имело прямое отношение к его депрессии. Несомненно, именно из-за этого фактора нам не удалось сломать тиски депрессивной реакции. Этот случай утвердил во мне чувство, что, интересуясь жизнью только в каких-то ограниченных пределах, человек не сможет приобрести ни прочной веры, ни подлинного самоуважения.