IV. Биоэнергетическая терапия.


. . .

Страх.

Защиты как психические, так и соматические затронутые в предыдущей главе, в настоящем времени имеют функции охраны человека от тревоги. Наиболее сильная тревога ассоциируется с нарушениями в функционировании сердца. Ранее я упоминал, что любая нерегулярность в ритме сердца обычно приводит к этому эффекту. Так же верно и то, что любые затруднения в дыхательном процессе вызовут страх. Каждый, кто наблюдал пациента с астмой, пытающегося восстановить свое дыхание, может понять тот сильный страх, который появляется в результате сложностей с дыханием. Мы можем широко постулировать концепцию, что любой ряд обстоятельств, вмешивающихся в действие жизненно важных функций организма, будет вызывать страх. Дыхательный процесс вряд ли менее важен для жизни организма, чем кровообращение.

Связь между трудностями в дыхании и страхом была известна Фрейду. В своей последней книге "Депрессия и тело" я приводил описания Эрнста Джонса, биографа Фрейда, из которых ясно, что Фрейд знал об этом. В письме годом позднее он (Фрейд) также отмечал, что страх, являющийся реакцией на затруднение дыхания, - активная действующая сила, у которой нет психического уточнения, может стать выражением любого накопленного напряжения. Перевод с технического языка психоанализа означает, что накопление напряжения повлечет нарушения дыхания и вызовет страх. К сожалению, ни Фрейд, ни традиционный психоанализ не последовали этому руководству, которое открыло бы путь к биологическому пониманию личностных расстройств. Эта взаимосвязь, которую самостоятельно установил и исследовал Райх, стала основой его терапевтического подхода и привела к биоэнергетике.

Другой ключ к решению природы страха был предложен Ролло Мэем, который проследил значение слова "страх" от его немецкого корня Angst, означающего "удушье в тесноте". Теснота может относиться, например, к родовому каналу, через который проходит каждый из нас на пути к самостоятельному существованию. Этот проход может быть преисполнен страхом, потому что он представляет переход к независимому дыханию организма. Любые трудности, которые будет испытывать организм младенца при установлении своего независимого дыхания, будут угрожать его жизни и создавать физиологическое состояние страха. Но теснота также может относиться к шее - узкому соединению между головой и остальным телом, через которое воздух проходит в легкие и кровь течет в голову. Удушье в этой области также является прямой угрозой жизни и приведет к страху.

У меня был случай, когда я наблюдал драматический эпизод внезапного удушья и видел интенсивный страх, вызванный этим. Это случилось во время первой сессии с пациенткой, во время того, как она лежала на дыхательном табурете, позволяя дыханию сделаться глубже и полнее. Вдруг она резко встала в абсолютном состоянии паники, говоря сдавленным голосом: "Я не могу дышать. Я не могу дышать". Я убедил ее, что все будет в порядке, и меньше чем через минуту она разразилась глубокими мучительными рыданиями. Как только она начала плакать, ее дыхание снова стало легким. Случившееся было ясно для меня. Не ожидая эмоциональной разрядки, она расслабила грудь и открыла горло, в результате чего в него прорвался сильный импульс плача. Этот импульс появился из глубокого чувства печали, запертого в ее груди. Она среагировала бессознательно, пытаясь задушить импульс, а вместо этого закончила удушением своего собственного дыхания.

В первой главе я упоминал, как при похожих обстоятельствах в моей личной терапии с Райхом у меня вырвался крик. Если бы тогда я попытался заблокировать крик, то уверен, что подавился бы им и у меня появилось бы сильное беспокойство. После освобождения от крика, который продолжался некоторое время, дыхание моей пациентки стало глубже и свободнее, чем до случившегося. Я видел многих пациентов, которые откашливались чувствами, прорывавшимися, когда открывалось горло, и их дыхание становилось глубже. Удушье всегда сопровождается чувством страха. Это наблюдение поддерживает определение страха, данное Мэем, и также показывает механизм, с помощью которого напряжение в шее и горле создает помехи дыханию, что вызывает страх.

Подобный набор мышечного напряжения, сосредоточенного в диафрагме и около талии, может мешать дыханию, ограничивая движение диафрагмы. Это было полностью подтверждено радиологическими исследованиями*. Диафрагма является основной дыхательной мышцей, и ее работа сильно зависит от эмоционального стресса. Она реагирует на стресс сокращением. Если оно становится хроническим, создается предрасположенность к страху. Я определил этот страх как страх падения и поговорю об этом позднее.


* Расширенное обсуждение роли диафрагмального напряжения в нарушении дыхания содержится в /12/, - прим.


Диафрагма лежит как раз над другим каналом, или сужением, - талией. Этот путь соединяет грудную клетку с животом и тазом. Импульсы проходят через это сужение к нижней части тела. Любые помехи в этой области будут заглушать поток крови и чувств к гениталиям и ногам, вызывая тревогу, создавая страх падения с последующей задержкой дыхания.

Возникает вопрос: какие импульсы заглушаются в талии? Ответ естественный - это сексуальные импульсы. Дети учатся контролировать свои сексуальные импульсы, втягивая живот и поднимая диафрагму. Викторианские женщины достигали такой же цели корсетами, которые перетягивали талию и мешали движению диафрагмы. Таким образом, сексуальный страх тесно связан с нарушениями в дыхании или, словами Ролло Мэя, с "удушьем в тесноте".

Основным райхианским предположением было то, что сексуальный страх присутствует во всех невротических проблемах. В биоэнергетике мы наблюдаем это предположение, подтверждающееся от случая к случаю. В нашу эпоху сексуальной искушенности немногие пациенты приходят на терапию, жалуясь на сексуальный страх. Однако жалобы на сексуальные нарушения являются довольно частыми. В основе этих проблем лежит глубокий страх, который не осознается, пока напряжение вокруг талии не уменьшается. Подобно этому большинство пациентов не осознают свой дыхательный страх. Пациентка, которую я описывал ранее, не сознавала, что у нее имеется страх по поводу дыхания. Ей удавалось скрывать этот страх внешне, неполностью открывая горло и дыша не в полную силу. И только тогда, когда она попыталась сделать это, ее страх заявил о себе. Таким же образом люди могут защищать себя от сексуального страха, не позволяя сексуальным чувствам наполнять таз. Перетягивая талию, они могут отрезать чувство любви в сердце от прямого соединения с возбуждением в гениталиях. Сексуальные чувства становятся ограниченными для гениталий. Тогда эго рационализирует это разъединение, утверждая, что секс должен быть отделен от любви.

Иногда случается, что сильные сексуальные чувства, возникающие в сердце, развиваются спонтанно, в то время как защиты внешне еще не повреждены. Это может случиться во время терапии или вне ее. В первой главе я отмечал, что при необычных обстоятельствах человек может ступить "за пределы своего мира", или "за пределы самого себя". Этот прорыв энергии и чувств создает трансцедентальные переживания. Защиты временно уступают, позволяя сексуальным чувствам течь свободно и приводя к полному оргастическому освобождению с интенсивным удовольствием и удовлетворением. Однако, в большинстве случаев человек пытается задушить эти чувства, потому что не способен отказаться от своих защит. Если это происходит, то он обнаруживает серьезный страх, которую Райх назвал оргазмическим страхом.

Я начал эту главу с утверждения, что защиты служат для охраны человека от страха. Затем я обсудил природу страха и связал его с ощущением некоторых нарушений в нормальном функционировании организма, с затруднением в дыхании, обычно удушьем в узких местах, и со страхом падения. Однако в конечном счете мы увидели, что при отсутствии защиты или при ее разрушении страх отсутствует, имеет место только удовольствие. Поэтому мы должны сделать вывод, что существуют защиты, которые предрасполагают человека к страху или более определенно создают условия для страха.

Как действуют зашиты в этих двух сравнительно противоположных направлениях, защищая от страха и в это же самое время устанавливая подмостки для него? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны ясно понимать, что защитное положение, или поза тела, развивалось не для охраны человека от страха, т. е. ее сегодняшняя функция, а более для того, чтобы защитить его от переживаний, либо от нападения или отвержения. Если человек был подвержен повторным нападениям, то он будет создавать защиты от опасности в будущем. Страны делают то же самое с военными учреждениями. В один момент как на личностном уровне, так и на государственном поддержание защит становится частью образа жизни. Однако существование защит поддерживает страх нападения, и человек чувствует оправдание в дальнейшем укреплении защитных позиций. Но защиты также запирают человека внутри себя, и в конечном результате он становится заключенным в своих собственных защитных структурах. Если он не будет делать попыток выбраться наружу, то останется относительно свободным от страха за этими стенами.

Опасность возникает (а сигналом опасности является страх) только тогда, когда человек пытается приоткрыть, выбраться или сбросить свои защиты. Опасность может быть нереальной, и человек может знать это на сознательном уровне, но она ощущается как реальная. Каждый пациент, который приоткрывает или отбрасывает защиту, замечает: "Я чувствую себя уязвимым". Конечно, он уязвим, мы все такие же, это природа жизни, но мы не чувствуем себя уязвимыми, если мы не боимся нападения. Мы все смертны, но мы не чувствуем, что собираемся умирать, до тех пор, пока не ощущаем каких-то серьезных неполадок в нашем теле. В момент уязвимости может возникнуть страх. Если человек запаникует, закроется и попытается восстановить защиты, то будет переживать сильный страх.

Давайте посмотрим на этот процесс биоэнергетически. Основные каналы коммуникации проходят от сердца через сужения шеи и талии к периферическим точкам контакта с миром. Если эти каналы открыты, человек открыт, и его сердце открыто миру. Наши защиты устанавливаются вокруг этих труднопроходимых участков пути. Они не перерезают всю коммуникацию полностью, потому что это означало бы смерть. Они оставляют ограниченное сообщение, или ограниченный проход. До тех пор, пока человек находится в этих пределах, он остается свободным от страха. Но это ограниченный и зажатый образ жизни. Мы все хотим быть более открытыми в жизни.

Мы имеем дело с уровнями, или интенсивностью, чувств. До того времени, пока все чувства текут наружу, не ограниченные мышечным напряжением, у человека не будет чувства страха. Страх разовьется в том случае, когда более сильное чувство попытается прорваться и задохнется в панике. В результате паники человек почти полностью закроется, подвергая опасности жизнь организма.

С этой точки зрения, любой эффективный терапевтический маневр, как правило, первоначально повлечет за собой состояние страха. Это объясняет то, почему развитие беспокойства в терапии часто расценивается как положительный знак. Оно заставляет человека более объективно взглянуть на свои защиты и облегчает работу над страхами как на психическом, так и на мышечном уровне. Прогресс в терапии отмечен более сильным чувством, более сильным беспокойством, и, наконец, большим удовольствием.

Эти идеи относительно природы страха отображены на рис. 12, который показывает поток чувств параллелен потоку крови, несущей кислород для поддержания жизни и питание всем клеткам организма.

[Надписи (сверху - вниз, слева - направо): Головной отдел: 1. Мозг, 2. Глаза - уши, 3. Рот - нос, 4. Руки; Шея; Диафрагма; Талия; Хвостовой отдел: 1. Пищеварительная система, 2. Органы выделения, 3. Гениталии, 4. Ноги.]

Рис. 12.

Основными органами головы являются мозг, чувствительные рецепторы, нос и рот. Помимо мозга, основные функции этой части тела имеют отношение к принятию. Руки способствуют этому. Кислород, пища и сенсорная стимуляция поступают через голову. Нижняя часть живота и таз связаны с выделением: с удалением из организма продуктов распада и сексуальной разрядкой. В биоэнергетике мы расцениваем ноги как органы разрядки, потому что они перемещают тело и заземляют его. Эта противоположность телесных функций является основой концепции, что головной отдел тела принимает участие в процессах, которые приводят к повышению уровня энергии или возбуждения, в то время как хвостовой связан с процессами, приводящими к разрядке энергии.

Поддержание жизни зависит не только от постоянного поступления энергии (пища, кислород и стимуляция), но также и от разрядки соответствующего количества энергии. Я хочу подчеркнуть, что здоровье -это состояние относительного баланса с соответствующим принятием в расчет дополнительной энергии для роста и репродуктивных функций. Недостаток поступления энергии приведет к истощению ее запасов и замедлению жизненных процессов. Если уровень разрядки недостаточен, то первым результатом этого будет появление чувства страха. Это иногда случается в терапии, когда в результате глубокого дыхания энергия, или возбуждение, в организме повышается, а человек не может эмоционально отреагировать из-за сдерживания в самовыражении. Человек становится нервным и беспокойным, однако это состояние пройдет, как только у него будет эффективная разрядка в плаче или гневе. Сталкиваясь с невозможностью совершить подобную разрядку, человек должен ограничивать свое дыхание.

Для большинства людей страх является временным состоянием, вызванным ситуацией, при котором перевозбуждается тело. Люди стремятся находиться в состоянии относительного энергетического баланса. К сожалению, уровень энергии этого балансированного состояния низок, поэтому многие люди жалуются на хронические утомление и усталость. Увеличение энергии рискует вызвать тревогу, которую обычный человек не может выносить без некоторой терапевтической поддержки. Эта поддержка состоит в том, чтобы помочь человеку понять его тревогу и помочь ему разрядить свое возбуждение через выражение чувств. У людей, чьему самовыражению ничто не препятствует, уровень энергии может поддерживаться на высоком уровне, в результате чего тело становится живым и энергичным и полностью реагирует на любые жизненные ситуации.

Следует отметить, что жизнь не является пассивным действием. Организм должен быть открыт и досягаем, чтобы отдавать и получать все, что требуется. Это справедливо как для кислорода, так и для пищи. В младенчестве обе функции (дыхание и еда) используют одинаковый физиологический механизм - вбирание в себя. Младенец набирает воздух в свои легкие точно так же, как он засасывает молоко через рот. И в связи с тем, что обе функции используют одинаковый механизм, нарушение в одной из них будет влиять на другую.

Рассмотрим, что случается с ребенком, которого слишком рано отнимают от груди. Большинство младенцев не принимают потерю своего первого объекта любви с готовностью. Они плачут и тянутся к груди ртом и руками. Это их способ выражения любви. Если им не удается эта попытка, то они становятся беспокойными и нервными. Такое поведение младенца часто вызывает враждебную реакцию со стороны матери, и младенец или ребенок скоро понимает, что должен сдерживать свое желание. Это приводит к тому, что мышцы шеи и горла напрягаются и блокируют этот импульс. В результате страдает дыхание, потому что зажатое горло также блокирует побуждение дотянуться до груди и набрать воздуха. Тесная связь между нарушениями в кормлении и дыханием была описана Маргарет Риббл в книге "Права младенцев" /13/.

Я описал кормление как пример активного процесса раскрытия и достижения принятия. Раскрытие и достижение являются экспансивными движениями организма к источнику энергии или удовольствия. То же самое действие подразумевается, когда ребенок ищет контакта со своей матерью, игрушкой или позднее, уже взрослым, с любимым человеком. Нежный поцелуй - похожее действие. Когда ребенок вынужден блокировать эти действия, то у него как на психическом, так и на мышечном уровнях установятся защиты, которые будут сдерживать подобные импульсы. Со временем эти защиты найдут отражение в теле и в форме хронического мышечного напряжения и в психике как характерологические позиции. В то же время память о пережитом подавляется и создается идеал эго, который ставит индивидуума выше стремления к контактам, близости, впитывания и любви.

Психология bookap

На этом примере мы можем видеть связь между различными уровнями личности. На поверхности т. е. на уровне эго, защита принимает форму идеала эго, который говорит: "Плакать - это не по-мужски", - и отрицание: "Я не хочу этого, как бы то ни было". Эта защита тесно связана с мышечным напряжением в горле и руках, которое блокирует импульс открытия и дотягивания. На телесном уровне вопрос спорный: по-мужски плакать или нет. Когда напряжение становится очень сильным, то человеку практически невозможно плакать. Подобное напряжение обнаруживается в плечах, что делает сложной способность полностью вытянуть руки. На более глубоком эмоциональном уровне существуют подавленные чувства печали, отчаяния, ярости и гнева с импульсами причинять боль плюс страх и тоска. Все это нужно проработать, прежде чем сердце человека сможет снова полностью открыться.

Пока человек не умер, его сердце жаждет любви, его чувства требуют выражения, его тело хочет быть свободным. Но если он сделает любое сильное движение в этом направлении, его защиты заблокируют импульс и отбросят этого человека к страху. В большинстве случаев такой страх настолько силен, что человек отступает и закрывается, даже если это означает сохранение уровня энергии низким, желания на минимуме, а жизнь замершей. Существовать, боясь жить полной жизнью, -состояние большинства людей.