Ящик Пандоры


...

Еще раз о чудесах

Уважаемый В. Л.!

Вам пишет группа студентов-медиков, членов научного студенческого общества Н-ского медицинского института. Мы прочитали все ваши книги. Рассказывая о гипнозе, вы касались и телепатии. В последнее время много говорят о лечении парапсихологическими методами. Нам хотелось бы узнать ваше мнение о лечении биополем, об операциях филиппинских хирургов, о диагностике по фотографиям. С нетерпением ждем

Подписи

Дорогие друзья! Извините за нескорый ответ.

Чем только не лечат нынче. Гипноз, травы, йога, гомеопатия — старина заслуженная и прекрасная. Но время идет вперед. Вот теперь лечат еще и биоэнергией, астральной аурой, реинкарнацией, анимотрансформацией. Не берусь расшифровывать, сам не все понимаю, но звучит, а?..

Не презираю, не осуждаю, не отговариваю никого из тех, кто в отчаянии или из простого любопытства обращается к знатокам методов вышеназванных и неназванных. И ведь правда же, бывают случаи, когда и обыкновенное рукопожатие помогает. И реверберация помогает. Нет вообще ни одного средства, которое хоть кому-нибудь не помогло.

Но вот очень обижаются посвященные в эти дела, если я осторожно замечаю, что стопроцентно успешного метода для лечения всех болезней, то бишь панацеи, все-таки нет, что при всех анимотрансформациях не исключен элемент внушения и самовнушения; что и старушка психотерапия, то бишь лечение верой, во всем этом что-нибудь да значит, хотя бы в косвенной форме. Какие глупости! Психотерапия давным-давно выдохлась, отжила свое!.. Астрал — другой разговор. Вот, к примеру, что скажете: целитель Игрек по фотографии ставит 16 точнейших диагнозов, включая, например, трещину между пятым и шестым позвонком после автомобильной аварии, неполадки в печени в результате пьянства, а также ушиб левой пятки на нервной почве. А целитель Икс и без фотографии, просто по имени-отчеству определяет склероз аорты и вывих большого пальца. Одной только трансовой медитацией.

Некоторые диагнозы известны заранее. Ну и что, отвечаю я. И я тоже, худо-бедно, и по фотографии могу что-то сообразить, и по фамилии кое-какой астрал могу схватить. И даже без фамилии, а так как-то… Вот, допустим: молодая, еще не замужем… Стоп, все, больше никакой информации.

Отвечаю: гипотония, астения, гастрит, аллергия, невроз страха, депрессия, воспаление придатков… Могу сказать и причину… Ну что, угадал?..

Обижаются, однако, презирают: козлище ты упрямое, профессиональная в тебе ревность. Сам не можешь, вот и не признаешь. Разрушаешь веру.

Да признаю же, признаю!.. Но могу я или нет иметь насчет признаваемого свое особое мнение?.. А насчет веры — вот то-то и оно.

Говорят: что-то есть. Я не отрицаю: да, что-то есть. Но при этом, друзья мои, согласитесь, чего-то все-таки и не хватает. А то бы давным-давно всеобщее наше бессмертие наступило, не говоря уже о каких-то болячках. А вы знаете, чего не хватает? Я знаю. Не хватает чудес. Потому что не бывает.

А что бывает, хоть изредка, хоть однажды, то ведь уже не чудо. Это уже факт.

«Объясните, каким образом филиппинские хирурги делают операции одними руками, без разреза кожи, тканей и органов. Объясните, как узнает все о человеке и как предсказывает события слепая болгарская ясновидица Ванга».


А вот — отказываюсь объяснять. Феномен есть феномен. Чего не знаю, того не знаю. Чего не проверил — не отрицаю и не утверждаю. Хочу верить, надо проверить — вот- и все объяснение.

Откуда этот замшелый предрассудок о науке, будто она наделена полномочиями объяснять все и вся, а что объяснить не может, того, стало быть, и не признает?

Настоящая наука есть нечто совершенно обратное.

Всякий факт — если это воистину факт — действительно имеет какое-то объяснение, то есть некую связь с цельнобытием мира. Но не всякий факт можно объяснять из наличного объяснительного материала, то есть на основе других, известных нам фактов.

Хорошо объяснимая потребность в Необъяснимом сегодня приняла форму потребности в объяснении, желательно наукообразном, ну и чтобы… чуть-чуть художественно. Большинство легко удовлетворяется сочетанием двух-трех слов — полузнакомых, полутаинственных. Чересчур сложное отпугивает и не внушает доверия, но и слишком понятное тоже не внушает…

Отсутствие в мире Необъяснимого было бы совершенно необъяснимо. Куда делась бы тогда бесконечность, беспредельность всего сущего? Куда дели бы мы в этом случае и себя самих — необъяснимейших существ на земле? Потенциальная объяснимость всего на свете не исключает, а, напротив, подразумевает, что Необъяснимое будет сопровождать нас всегда. И более того: чем больше мы объясним, тем и необъяснимого будет больше.

Когда мне вдруг делается скучно и грустно, я вспоминаю об этом, и настроение улучшается.

Чудо — закон природы. Вы же и сами видите: вся фантастика рано или поздно реализуется, и притом все быстрее: уже кое-какие фантазии не поспевают за жизнью. И нельзя исключить, что из окружающей нас и в нас живущей Вселенной к нам время от времени залетают некие метеориты — вестники иных миров, иных измерений, реальности иных уровней. Может быть, есть и люди, к таким метеоритам особо чувствительные. Может быть, есть и люди-метеориты. И даже наверняка…

Но как это ни печально, а нашенская, тутошняя реальность тоже еще существует, худо-бедно перебивается. И действуют еще зачем-то законы Природы, все те же самые, а ведь хватит бы, надоело одно и то же, ну сколько можно. Знали бы вы, как я тоже хочу какого-нибудь нового чуда, хоть одного маленького, но на всех. Я не против чудес, друзья мои, я только за то, чтобы мы по возможности творили их сами, не будучи в ослеплении и не полагаясь на чудеса слишком дешевые.