Глава 9. Слабость это недогадливость

Страх перед агрессией.



Как защитить себя и не только

В.Л., пишет вам Павел, мне 22 года, мой рост 1м 65 см. Меня 2 часа назад ограбили, тихо подбежали со спины, прыснули слезоточивым газом в глаза, отняли сноуборд и убежали. Слава Богу, что ничего не сломали.

Я сразу написал заявление в милицию. У меня подавленное состояние. Не столько потому, что украли доску, сколько от ощущения какой-то безысходности и страха, что опять может произойти что – то подобное. Я чувствую, что не могу защитить себя, не смогу защитить и свою девушку, если она у меня появится.. Ее смогу защитить и своих детей. Это значит, что я трус, что я никогда не стану мужиком. А если так, то я себе на хрен не нужен. Я так жить не смогу..

Павел, я уже многим доказывал, что физические кондиции человека и его мужество и способность к защите и самозащите практически не взаимосвязаны. Великий Брюс Ли был совсем маленьким и хрупким. Другой великий мастер карате, наш Шаповалов, с которым я лично знаком, ростом меньше тебя, на вид тщедушен, невзрачен… Знаю я и многих людей, слабых здоровьем и не имеющих никаких, шансов обрести физическую силу и тем не менее настолько сильных духом, что никакая агрессия не может их уязвить и сломить.

Короче, Павел, дело совсем не в том, чтобы «стать мужиком», а в том, чтобы стать человеком. Как раз сейчас я пишу новую книгу о приручении, страха – до встреч на страницах!

ГИД – Видно, парень этот считает себя трусом, потому что боится драться. Трусость и страх – одно и то же?..

ВЛ – Не одно. В слово «трус» вложен социально-негативный посыл – это почти ругательство, оскорбление, во всяком случае, для половины человечества, имеющей хромосому «игрек». Обозначение чего-то позорного, как прилюдное обмарывание собственными нечистотами…

Ребенок изначально слаб. Полным-полно людей вокруг, начиная с домашних, которые могут его подавить, пригрозить, наказать, заставить, подвергнуть насилию… Эта ситуация для многих мальчишек, которым общество предписывает быть мужественными, вырастает в пожизненную проблему трусости.

Еще Александр Македонский понял, что трус не тот, кто боится, а тот, кем страх управляет, для кого он хозяин и господин.

Трусость – не чувство и даже не поведение, а отношение, образ жизни и образ мыслей.

Частый парадокс – боязнь трусости, трусость трусости: человек делает, потому что «слабо», совершает поступок, потому что боится его совершить.

На свете уйма авантюристов, весь авантюризм которых – от страха…

– По поводу страха перед дракой к вам многие обращаются?

– Многие – и мальчишки, и юноши, и взрослые дядьки… Всегда себя вспоминаешь в том же положении: ты еще ребенок, еще по-детски пуглив (не путать с трусостью!), а от тебя уже требуется и «умение постоять за себя», и сдержанность, и расчетливое благоразумие… Ты боишься, боишься! – а знаешь уже, вдолбили: бояться нельзя, жутко стыдно бояться! – и страх от этого только усиливается…

– Страхи перед агрессией мужские и женские – есть между ними различия?

– Есть, но не в сущности, а в проявлениях.

Почти на все проявления страха у мужчины издавна наложен социальный запрет, табу – мужчине положено быть храбрым, смелым, отважным, бесстрашным, лихим, отчаянным, рисковать собой…

А женщине можно и даже нужно бояться. От девчонок иногда требуется показывать страх, даже если его нет, это входит в игру кокетства. И интересно: чем больше страха притворного, тем меньше действительного, стоит взять на заметку…

В снисхождении к женской боязливости есть биологическая справедливость: у многих животных самка охраняется, а самцы навлекают на себя опасность яркой раскраской, дерзким поведением…

Самцы, достигающие высших степеней мужественной зрелости, как правило, ведут себя уверенно и воинственно, как боевые петухи. Страх не покидает их абсолютно и насовсем, но перестает быть ведущим мотивом, блокируется – хорошего быка или того же петуха не так-то легко напугать даже явно превосходящей силой: яростный самец никакую силу превосходящей просто не признает, рвется в бой, даже получив тяжелые раны, на издыхании!..

Но такое поведение характерно только для альфа-самцов – с наиболее выраженной мужественностью – или для самцов в гоне.

Для человека эта гормональная психобиология тоже значима: у меня есть успешный опыт лечения юношеских невротических страхов небольшими дозами мужских половых гормонов, помог многим ребятам.

Но сильнее все же действие социально-психологических побудителей. И духовных…

Как избили величайшего из боксёров

Кирпич летит с крыши вниз. Другой сверху ему:

– Эй, там, внизу, под тобой чья-то голова!

– Это ничего, главное, чтобы человек был хороший…

ГИД – Говорят, существуют люди, как магнитом притягивающие к себе насилие и несчастные случаи. Кирпичи на голову летят постоянно…

– Действительно, есть такое свойство человеческой натуры. Так называемая «виктимность». Виктим – значит, жертва. Виктимность бывает разная. Кого-то с повышенной частотой грабят, других то и дело бьют, третьих – многократно насилуют, четвертые упрямо попадают в аварии, пятых без конца надувают, обманывают, «кидают», на шестых с упорством, достойным лучшего применения, падают сверху увесистые предметы…

– Но что это такое? Причины?..

– Наполовину ясные, наполовину таинственные. Кусают, понятно, тех, кто подставляется.

Девушке, чтобы привлекать насильников, достаточно быть сексуальной – а таковы по-своему все девушки – и иметь черты детской беззащитности наряду с проявлениями врожденного кокетства, не говоря уж о вызывающей форме одежды…

Хулиганы и мелкие грабители чаще нападают на тех, кто имеет внешние признаки «чайника», отодвинутого от реальности, ну и конечно, физической слабости, неловкости, беспомощности.

А вот почему один человек спокойно ходит по улицам и на него ничего сверху не падает, а на другого все время валится что-то, понять сложновато…

– В своих работах вы много раз подчеркивали значение ожидания: чего ждешь, то и случается…

– Поэтому-то, если вы любите кого-то или хотя бы только себя, стоит потратить усилия, чтобы научиться уверенно ожидать хорошее.

Вера есть ожидание минус сомнение – ожидание абсолютно уверенное. А страх тоже вера, только с обратным знаком, вера в самое худшее.

– И такое ожидание, вы уверенно говорите, должно сбыться?.. Всегда сбывается?..

– «Всегда», «должно» – не те термины. Мы говорим с вами сейчас о мире возможного – о вероятностном мире – о мире выбора. Вера дает сбыться тому, что сбыться может. Она превращает потенциал в реальность, возможность в действительность.

– Владимир Львович, мы каждый день рискуем, садясь в машину, рискуем, переходя улицу, рискуем в делах, рискуем, входя в свой дом и выходя из него… Как бы вы сформулировали главное правило предупреждения опасных ситуаций? Я имею в виду – на психологическом уровне.

– Главная заповедь психологии безопасности звучит внутренне противоречиво, но тем и истинно:


ГОТОВЬСЯ К ХУДШЕМУ, ВЕРУЙ В ЛУЧШЕЕ.


– Как это совместить в себе? Вчера выехал на работу на своей тачке, опаздывал, а дорога скользкая, гололед… Ехал как на иголках, терял терпение из-за пробок, на пути видел две аварии, сам в одну чуть не попал, сразу понял, что это из-за судорожного напряжения, из-за готовности к худшему – дергаешься, а реакция от этого только хуже…

Как тут было веровать в лучшее, можете ли подсказать?

– А вот так, например, как мой друг Л., виртуоз московских дорог: перед трудным выездом осеняет себя крестным знамением, произносит: «Да свершится воля Твоя на земле яко на небеси, будь что будет», потом улыбается, включает зажигание, жмет на газ и едет с улыбкой и напевает или насвистывает…

Смотрит в оба, реагирует быстро, легко, находчиво, болтает с пассажирами, когда они есть, а когда нет, включает любимую музыку. Попадая в пробки, либо спокойно ждет, расслабляется, если все равно ничего другого не остается, – либо лихими хитроумными маневрами выбирается на обходной путь. Напевать или насвистывать не перестает.

– И ему везет, вашему другу?

– Везет, точно могу сказать, чаще, чем не везет.

– Если веришь, что повезет – повезет?

– Не столь однозначно. Ближе к истине так:


ВЕРЯ В ЛУЧШЕЕ, УВЕЛИЧИВАЕШЬ ЕГО ВЕРОЯТНОСТЬ.


Мобилизуешь скрытые потенциалы реальности.

Пардон, мы не знали, что вы чемпион

– Как человек должен выглядеть, чтобы по одному его виду можно было понять – на него нападать не стоит?

– Дело не во внешнем виде или каких-нибудь прибамбасах, а в исходящем от человека поле – сигнализации не видимой, но ощутимой…

Я проводил исследования в местах заключений и убеждался не раз, что уголовник-пахан, как правило, не имеет особых физических отличий или преимуществ перед другими уголовниками. Может быть хилым, старым, больным, невзрачным, как какой-нибудь Иваньков-Япончик… Но из него исходит победительная уверенность, та самая внутренняя сила, которая подчиняет…

– Короля, как известно, делает свита.

– Да, но первичный импульс исходит от самого короля, сперва он должен представить публике достаточно убедительные знаки своих притязаний.

И у зверей в стаях вожаком делается не тот, кто сильней всех физически, а кто сильнее психически, кто агрессивнее и упрямее, кто дерзает, кто круче.

Стоит лишь на чуть-чуть поколебаться в уверенности, как можно оказаться разжалованным из Альф.

В зоопарке был случай: вожак-павиан во время еды сломал передний зуб – один из аксессуаров его свирепого самцового статуса. Трое суток этот экземпляр сидел молча, не раскрывая рта, ничего не ел, а вся стая выжидательно сидела вокруг него.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы ветеринары совместно со служителями зоопарка не скрутили обезьяньего пахана и не догадались вставить протезный зуб.

Как объяснил зоопсихолог, вожак боялся открыть рот, чтобы не потерять свой статус, заметив дефект, сородичи немедленно бы его «опустили»…

В параллель вспомним историю со знаменитым боксером Мохаммедом Али.

Он еще был вполне в силе, выглядел ого-го, на ринге мог положить любого. И тем не менее трое безоружных бандитов, не таких уж здоровяков, не спортсменов, не знавших, что их «клиент» величайший боксер мира, благополучно скрутили его и ограбили, предварительно избив.

– Почему на него напали? Может, он подсознательно и сам этого хотел?

– Ничего не знаю об этом. Но знаю, что юный Кассиус Клей еще до начала своей головокружительной боксерской карьеры, сделавшей его Мохаммедом Али, страдал ярко выраженным комплексом неуверенности в себе, от которого, видимо, окончательно не избавился, несмотря на все свои сокрушительные победы. Свидетельством остаточного комплекса и была всем запомнившаяся навязчивая до карикатурности самореклама «величайшего всех времен». Нет, не был он величайшим, был просто одним из великих мастеров ринга, пластично-мощным, почти неуязвимым, но только почти…

А сразу же после того ограбления боксерская карьера гиганта пошла камнем на дно…

Застолье вместо расстрела

– Если к вам в безлюдном местечке подходят двое-трое «попросить закурить» – можно ли переломить ситуацию и избежать худшего?

– Можно, вариантов много (см. далее). Главное – быстрота диагноза ситуации – реакция должна быть опережающей. Трудность в том, что, с одной стороны, нужно быть настроенным бдительно, а с другой – положительно, верить в лучшее…

– Ну вот я уже «продиагносцировал», что ко мне подходят с недобрыми намерениями…

Отвечает Наташа, жена В.Л. Случай со мной… Подошли двое в незнакомом месте, – было темно… «Девушка, можно познакомиться?» – и уже тянут руки… Я быстро отвернулась и махнула рукой как бы «своим» из ближайшей подворотни: «Ребята, сюда! Тут поговорить хотят!..» Никого там, в подворотне, конечно, не было, но парни заозирались и отступили, пошли дальше.., Еще: когда я поздно вечером возвращаюсь домой и вижу, что за мной кто-то идет, я всегда машу рукой, как будто бы на меня кто-то из окна смотрит…

ВЛ – А я иногда, бывало, делал внезапно вид, будто за спинами стоящих передо мной образин что-то происходит, широко раскрывал рот и глаза, будто я там вдруг что-то неожиданное увидел… Образины непроизвольно озираются или хотя бы на миг тормозятся, это уж обязательно – вот и выигрыш времени и инициативы: либо ударить первым, либо рвануть. Любая неожиданная или парадоксальная реакция дает психологическое преимущество.

Был, помню, случай со мной в начале восьмидесятых годов. На Кавказе, в курортном местечке, с двумя моими приятелями-москвичами, работниками культурного фронта и отнюдь не бойцами, возвращаемся мы поздним вечером в свое съемное пристанище…

На безлюдной улочке вдруг нас быстро нагоняет выросшая как из-под земли группа здоровенных местных парней, человек восемь. Оглянувшись пару раз, мы успели понять, что намерения у них крайне серьезные. Мы, естественно, безоружны. Мои спутники, вижу, бледнеют и пытаются ускорить шаг…

Я: «Тормозните, ребята, идите как можно медленнее… Бежать не надо. Придумаю что-нибудь…»

В голове закрутились смутные образы – легковая машина… дым сигареты… люди за столом, бутылка вина… Нас настигают… Успеваю шепнуть спутникам «останавливаемся», круто оборачиваюсь – и…

Внезапно изображаю радостное изумление, раскрываю объятия, делаю широкий шаг навстречу очевидному вожаку – с громкой и беспрерывной речью:

– Дорогой, неужели ты? Вот так встреча! Думал, уж не увидимся! Вот радость, ей-богу! Ты узнаешь меня? Помнишь? Ну как не помнишь, ты же меня подвез! Ты меня выручил, вспоминай! У тебя ведь машина есть? Есть! Помнишь, я голосовал на дороге, ты остановился, мы долго ехали, ты меня и сигаретой угостил, и дорогу объяснил, а денег не взял…

– Не помню… Когда? Где?

– На перевале, вон там, четыре года тому назад… Не, погоди, уже шесть лет прошло, даты спутать могу, но тебя-то я точно помню, такое не забывается… А вот имя ты мне сказать не успел…

…Или постеснялся… Меня Володя зовут, ну, теперь вспомнил?.. Вот это встреча!.. Теперь моя очередь угощать. Пошли с нами, бери ребят, у нас есть вино…

Изрекая все это с нарастающей радушной уверенностью, неотрывно глядя ему в глаза, вижу – срабатывает внушение, вожак уже начинает верить, что я либо говорю правду, либо искренне убежден, хотя, может быть, обознался… Вот он вроде бы меня вспоминает… Опять сомневается, недоверчиво хмурит брови, мрачнеет – и его усатые молодцы на него смотрят как боевые псы в ожидании «фас»…

Но все уже почти сделано – он уже в психологической ситуации диалога, его агрессивность снята, сознание перенаправлено, он получил совершенно иной пакет мотиваций, иную роль, сам того не заметив, – вижу, ему хочется уже соответствовать предложенному образу благородного, великодушного, покровительственного мужчины…

И вот я уже прошу его вместе со всей компанией проводить нас домой, потому что мы, кстати же, и слегка заплутались… Он строго и величественно соглашается… Все! Сценарий нападения сорван. Сценарий наш. Всю дорогу я безудержно болтал о чем-то, пытался шутить, расспрашивал…

Это была, как вы догадались, группка местных националистов. Когда мы вместе пили вино у нас дома, они признались, что еще немного, и расстреляли бы нас как оккупантов, но раз уж так вышло – не могут нарушить законы гостеприимства… Показали пистолеты… Потом запели свои кавказские песни…

Неплохо, скажу я вам, посидели!..

Прелюдия или приглашение на избиение

Психологические защиты от нападений

Из письма ВЛ – ГИДу

…Вы спрашиваете, как же совместить внутреннюю свободу с внешней необходимостью? Подонок оскорбляет женщину, издевается над ребенком, нападает на вас – какой выбор тут, какая свобода?..

Вы правы: в подобных положениях никакие предписания не работают, каждый управляется только своим инстинктом и совестью. Не подскажешь, когда расслабляться и глубоко дышать, когда напрягаться и бить по морде, а когда бежать без оглядки – и мне довольно того, что я знаю свои личные правила и по возможности выполняю их…

Сам-то я, было время, перед лицом таких надобностей то и дело оказывался растерянным и беспомощным: стоишь, что-то соображаешь, мямлишь, а в это время уже оскорбили, избили, ограбили…

Или наоборот – кто-то вякнул, что-то звякнуло, а ты, не успев ничего сообразить, уже ввязался в драку, наломал дров – словом, был крепок, что называется, задним умом.

Постепенно, однако, «задний ум» удалось, худо-бедно, перевести в «передний» – я изучил вопрос о битье, могу уверить вас, досконально. Темой моего исследования стало: как человека бьют?

Как?.. Очень просто: подходят и бьют.

Вас много били? Меня не очень, но мне было достаточно, и поэтому я долгое время старательно избегал людей, которые бьют. Избегание, однако, не давало творческого удовлетворения главным образом потому, что вышеупомянутые персоны обычно появляются в ситуациях, когда их не избежишь.

Подстраховавшись боксом и чуть-чуть карате, я пошел навстречу битью. Конечно, не с целью быть битым (этого, повторяю, было достаточно) и не для того, чтобы бить самому (тоже насытился), а исключительно ради исследования психологии бития.

Ради этой цели я не только не избегал людей, которые бьют, но искал их, как охотник дичь, и вступал с дичью в исследовательское взаимодействие.

Я пробовал разные варианты, я изучал ситуации, в которых бьют человека, изучал тех, кто бьет.

Какие при этом были побочные эффекты, научного интереса не представляет.

Главное – оказалось, что человека никогда не бьют просто так, а всегда с некоторой подготовкой. Есть термин «предварительная игра», «прелюдия» – из области любви, помните?.. Вот как раз то самое.

К человеку подходят и просят: «Дай закурить», – а если при этом хотят снять часы, то сперва интересуются, сколько времени. Его могут спросить, какая погода нынче в Антарктиде и как он относится к президенту Абабуа, могут заметить, что он напрасно надел очки, все равно темно; могут и просто нечаянно толкнуть, потом нарочно толкнуть, а потом бить.

Сначала всегда создается психологический сценарий битья, и этот сценарий разыгрывается, осуществляется – а потом бьют. Избиваемого сперва обязательно вводят в роль избиваемого, а потом бьют. И себя непременно, обязательно вводят в роль бьющего, а потом бьют. «Волк и ягненок» – вотвот, без сценария и без роли никак нельзя, без прелюдии бить не полагается, просто так бить неудобно, просто так бьют только психи, которых за это бьют.

Вопросы же и всевозможные замечания представляют собой разные способы вызова на роль: человеку дают приглашение на избиение, на которое он должен как-то ответить…

Серия «Дай закурить»

Вариант Отказной Простой

– Дай закурить.

– Не дам.

– Не дашь?! Ах ты… (Бьют.)

Вариант Отказной Нажимной

– Дай закурить.

– У меня нет.

– Врешь. Покажь карман.

– Не подумаю.

– Не подумаешь?! (Бьют.)

Вариант Соглашательский

– Дай закурить.

– Пожалуйста.

– Ты чего рваную даешь, ты…

– Вот целая.

– Сырая, давай посуше.

– Пожалуйста.

– Да это же… Тьфу… это же блевотина. Это… а не сигарета.

– Да что вы, какая же блевотина?

– Такая же, как и ты!.. (Бьют.)

Вариант Мини

– Дай закурить.

– Сейчас (жертва лезет в карман, в это время бьют).

Вариант Полюбовный

– Дай закурить.

– А ведь вы меня хотите побить.

– Какой догадливый, а? Сговорчивый! (Бьют.)

Вы поняли?.. Просто так не бьют, нет, просто так только убивают, а приглашение на битие требует творческого соучастия избиваемого. Человека сперва включают в поле ожидания, а потом бьют. Поведение задается границами этого поля: извинением ли, робким протестом или попыткой оттянуть время избиваемый сам ведет дело к тому, что его бьют. Человеку сперва внушают, что он должен быть бит, а потом бьют. И вот в этом вся соль бития – в процессе внушения, ожидания и обратной связи.

Как сорвать сценарий агрессора

Вариант Врачебный

– Эй, стой. Дай закурить. (Останавливаетесь сразу.)

– Не курю.

– Покажь карман.

– Что у вас с ухом? (Носом, глазом и т.п.)

– Чего?

– Вот-вот. (Указывая на ухо, которое без зеркала не увидишь.)

– Чего?

– Что такое рак, знаешь?

– Ну.

– Операцию придется делать. (Продолжая вглядываться в ухо; одновременно готовя удар.)

– Ты что, врач?

– Вот именно. Курить вредно. От курева рак. Далее по ситуации, но сценарий практически сорван.

На тренинг-группах играем в такую игру.

«Бить иль не бить, вот в чем вопрос…»

Игровой партнер, Господин-Под-Вопросом подходит к вам все с тем же «дай закурить», но цель подхода известна лишь ему самому.

(Скажем, «бить» – в кармане черная карточка, «не бить» – белая.) Задача ваша – угадать намерения Господина-Под-Вопросом и соответственно себя повести.

Вариант Оперативный

– Дай закурить.

Ничего не отвечать – сразу остановиться. Твердо глядеть в глаза. Боковым зрением следить за движениями. Внутренне приготовить блокировку удара. Пауза одна-две секунды, затем решительно:

– Документы.

– Какие еще документы?..

– Ваши документы (не повышая голоса, готовясь применить силовой прием).

Инициатива уже ваша. При ответе типа «А ты покажь свои», вам показывать нечего, кроме быстроты реакции, и заменить документ может аперкот или удар карате; далее по ситуации.

Вариант Сумасшедший

– Дай закурить.

– Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог… Как пройти на Семеновскую? (Поза пружинной готовности.)

– Закурить дай, говорю…

– Чижик-пыжик, где ты был? На Фонтанке водку пил… Офелия, о нимфа, помяни меня в своих молитвах. Бить знаменитых некрасиво, не это поднимает ввысь – и так далее, не забывая следить за движениями «партнеров».

Вариант Глухонемой

– ЭЙ! Погоди-ка!.. Слышь?!

Вы не слышите. Вы глухонемой. Вы идете. Вас догоняют.

Останавливаетесь. Указываете на свое ухо… Да, вы глухонемой. В следующую секунду могут сказать «дай закурить» или броситься бить, но психологический сценарий нарушен неожиданностью, у вас преимущество. Чаще при такой встрече все-таки отстают.

Вариант Свисток (для женщин и физически слабых)

В любом охотничьем или спортмагазине покупается свисток, издающий достаточно резкий звук. В случае угрозы нападения немедленно свистеть изо всех сил. Просто, но действует.

Вариант Торобоан

К вам подходят с «дай закурить» или чем-то подобным. Вы гротескно изображаете сильнейший испуг: «Ой, ребята, я вас боюсь, ой-ой, я уже обос(.)ался…»

Как правило, это вызывает у «партнеров» краткое расслабляющее замешательство, и вы можете им воспользоваться – нанести неожиданный удар; или что-то иное, по ситуации…

Предложение №28

Антихамины

Два лучших ответа на хамский наезд – веселый смех и настоящее, истинное, физиологическое чихание. Еще хороший антихамин – прикинуться, будто понял хама наоборот, и вдохновенно благодарить, приторно благодарить, рвотно благодарить – благодарить, пока не увидишь, как хама вырвало в самого себя…

Тяжело в ученье, легко в бою!

Сильными не рождаются

ГИД – А все-таки бывают и случаи, когда при встрече с превосходящей силой остается лишь сдаться на милость судьбы…

ВЛ – Разумеется. Даже каратисту высшего класса предписывается при грабеже под дулом пистолета сперва отдать деньги, а там…

«Для разбега пяться», – говорит один мой друг, а на Востоке есть боевой стиль под названием «ветка, прогибающаяся под снегом» – твердое сломается, а гибкое прогнется и разогнется…

– А со страхом-то делать что, с мандражом?

– Глазки боятся, а ручки делают, только так.

Чемпион по любому боевому искусству, если будет искренним, признается вам в страхе, возникающем не на ринге, а при внезапных столкновениях, скажем, на темной безлюдной улице… Страх, может быть, его не парализует, но при неумении освобождать себя может помешать среагировать наилучшим образом.

– Что же такое слабый человек? Неловкое сочетание большой ранимости и малой активности?

Психология bookap

– Человек слаб, только пока не догадается, что силен, – пока не откроет, как пустить в ход свою силу.

Воистину силен только тот, кто прошел путь от естественной детской слабости до духовной силы, независимой от физического состояния. Слабый человек – всего лишь недогадливым человек.