Якательные переводы.

Уборка.

Ну вот, опять я сегодня в комнате не убралась. Мне что говори, что ни говори, толку никакого! На полу пыль столбом, а мне и дела нет. Я, видите ли, забыла! А почему я об этом не забываю? Почему только я должна об этом думать, а сама дурака валяю! Неужели за целый день я не могла хотя бы груду одежды на стуле разобрать! А грязные кеды, в которых я на слет ездила, долго еще будут в коридоре валяться? А сковороду из-под рыбы, которая со вчерашнего дня стоит, мне тоже некогда было помыть?

Ну, я понимаю, я теперь опять книжку засела писать, бумаги везде разбросала. Я, наверное, как всегда, жду, пока сама порядок наведу. Поесть я, конечно, ничего не приготовила. Картошку сварила?! Да, это большое достижение. И могу себя не переименовывать, знаю я свои штучки.

Усачи.

Вхожу я на кухню, смотрю: а там я бегаю. И по столу, и по стене, и по раковине. Такая маленькая, шустрая, с усами. Как мне на себя смотреть противно! Я ползаю и ползаю, и меня так много - спасу нет! Я уже просто на кухню заходить боюсь. Я и порошками себя посыпала, и ловушки на себя ставила - никакая зараза меня не берет. Живучая я!

Я тогда стала по-хорошему себя уговаривать, я добром себя просила: не переселиться ли мне куда-нибудь? Я уж и симоронила, и подарки себе дарила, однако на моей усатой нахальной морде никаких чувств не отразилось. Ползаю и ползаю. Мне просто нравится себя пугать. Я, наверное, хочу себя до истерики довести.

Зеленый змий.

- Ну что ж я за скотина такая? Опять нажралась!

- А че я на себя ору? Ну выпила немного, имею право.

- Сколько же я буду пить? И как в меня столько влезает! Что мне с собой делать, не знаю. Прибить себя, что ли? Или милицию вызвать? Сил моих уже нет...

- Да пошла я!

- Я себе сейчас пойду, я себе сейчас пойду! Я у себя дождусь, чертовка пьяная! Все люди как люди, одна я как свинья нализалась. Посмотрю на себя - на ногах не стою. Тише, зараза, телефон уроню на пол.

- Да хватит мне бубнить. И бубню, и бубню, и бубню. Мне бы десяточку лучше!

- Фигаточку! Мне все мало, еще надо бутылку высосать. Куда я еще поперлась? Да когда ж я нажрусь?! Глаза бы мои себя не видели, паразитку!

- Заткнусь я или нет?! Я тоже себя видеть не могу, хожу тут, башкой своей седой трясу!

- Да чтоб я сдохла! Качусь, куда хочу, и лучше бы я не приходила!

- Ну и пошла я...

Сценка в автобусе.

- Зачем я себя в спину толкаю?

- А я себя в спину не толкаю, я просто спрашиваю: "Я на следующей выхожу?"

- Да, я выхожу, но вот в спину себя толкать не надо. Некрасиво я себя веду.

- Да я знаю, как я себя веду, до себя дотронуться даже нельзя. Ну ладно, я же не специально.

- Да ладно уж.

Жить по-человечески.

Почему бы мне не встретить себя по-человечески, когда я прихожу домой? Да потому что я себя уже сто лет не люблю и сто лет себе не нужен. Но я же все равно живу с собой в одном доме, и у меня от себя есть дети. Лучше жить с собой хорошо, чем плохо. Я собираюсь установить с собой сердечные и человеческие отношения.

Бдительной начальнице.

Моя начальница Галина Пантелеевна нервировала меня, начиная с самого утра. Поглядывая на свои огромные блестящие часы, она зловеще цедила: "Сегодня вы пришли вовремя". Я уже на взводе. На другой день: "Мария, сегодня вы опоздали на две секунды". Если я приходила на две минуты позже, она такой шум поднимала, что меня потом весь день трясло. Я - человек спокойный, но Пантелеевна для меня - как красная тряпка для быка.

Глаза открываю и встать не могу.

Пора на работу, а я не хочу.

Расческа пропала, и ключ не найду,

Троллейбус уехал, бегу как в бреду.

А там, на работе, стоя у окна,

Себя уже жду, разозленная Я.

И глядя в большой от часов циферблат,

Себе я сама констатирую: мат!

Вот восемь пробило! Вот восемь ноль две!

Сама я скандал объявляю себе!

А впрочем, чего я ругаю себя?

Поспи, дорогая, целую себя.

Теперь Пантелеевна относится ко мне с уважением, а я ставлю будильник на 15 минут раньше.

Кладезь информации.

Говорю я себе: "Куда же я себя засунула?" На работе прошлась по всем ящикам стола - нет меня. Дома все мыслимые места просмотрела, а меня, любимой, все нет и нет! Дело чуть ли не до генеральной уборки дошло, а все равно не нашла себя, маленькую, красненькую, мною полезной напичканную. Монолог от самой себя прочитала, обозвала себя "кладезь информации". Буду себя терпеливо дожидаться, изо всяких углов выманивать.

Результат удивительный: я нашлась, но другая, серенькая, с похожей информацией.

Командир.

Наш коллектив наконец-то получил деньги за давно выполненную хозрасчетную работу. Я, как научный руководитель темы, имел право распределять эти средства, и на собрании мы постановили заплатить каждому участнику соответственно его вкладу. Начальник отдела Антон Поликарпыч данной работой вообще не занимался, и его доля оказалась минимальной. Когда он узнал о нашем решении, то пришел в бешенство, пообещав меня уволить. Произошло это в пятницу, а в субботу, на симоронском семинаре, я сделал якательный перевод конфликта.

Я решил не идти у себя на поводу и заплатить себе согласно вкладу в работу. Я вызывал себя и вручал вознаграждение. Выдав себе деньги и попросив расписку, я спросил себя:

- А почему я получил так мало?

- Мой труд достойно оплачен в соответствии с моим участием и служебным положением.

Я весь побагровел и громко завопил, что деньги не возьму и буду сам их распределять. Предложив себе спокойно поговорить, я демонстративно отвернулся и заявил:

- Я обманщик и хочу себя надуть, поэтому увольняю себя с работы. Я здесь командир и не позволю себе командовать собой.

После чего я написал себе рапорт, что обманываю себя.

Психология bookap

В понедельник утром Антон Поликарпыч отправился жаловаться руководству, но его не поддержали. Появившись в отделе, он подошел ко мне и сказал:

Давай будем считать, что ничего этого не было.