Симоронские будни.

В этой главе собраны истории из повседневной жизни симоронистов. Читатель может спросить: ну и зачем рассказы типа "Граф на ледяном острове"? Вот если бы миллион долларов с неба свалился!

В суете и спешке, в нескончаемой погоне за миражами, погрузившись в свои внутренние фильмы, мы то и дело упускаем из виду, казалось бы, незначительные события вокруг себя. Занятые собственными проблемами, мы просто не обращаем внимания на такую "ерунду", как собака на льдине или смешной карапуз в бейсболке (см. "Граф на ледяном острове"). Тем самым мы лишаем себя возможности совершать чудеса.

Если мы замечаем, что происходит здесь и сейчас, в этот самый миг, то мир преображается, начинает сверкать свежими красками, раскрывает свои тайны. Можно приводить много общих слов, описывая состояние парения, и не приблизиться к нему ни на шаг. Между тем, "дверь" в него приоткрыта каждое мгновение, надо лишь быть внимательным и чутким ко всему окружающему.

Султан Брунея.

Решения следует принимать очень быстро - причем те, которые кажутся самыми дикими, самыми нелепыми: по-другому невозможно нарушить навязываемый ход событий.

Е. Клюев. "Книга теней"

У меня большая семья: муж Федор, восемнадцатилетний сын Антон, дочь Люба - ученица 6 класса, немецкая овчарка Ника и большой важный кот Бася. Супруг мой почти все время сидел без работы. Не успел устроиться в СП, как оно развалилось. Спустя два месяца Федор нашел работу в фирме, занимавшейся разработкой специальных электронных устройств. Вскоре он опять оказался не у дел - руководитель компании укатил за границу со всеми деньгами фирмы. После длительного перерыва муж устроился в строительную организацию. За полгода своей трудовой деятельности на этом предприятии он не получил ни копейки, а когда в стране наступил финансовый кризис, всех сотрудников распустили.

Жили мы фактически на одну мою зарплату. Аппетит у всех членов семейства отменный, и денег нам катастрофически не хватало. Мы с трудом дотягивали до получки, занимая в долг у знакомых. Из продуктов покупали только овощи и крупы, а мясо было для нас непозволительной роскошью.

Я посещаю различные психологические тренинги, что тоже требует средств. Моих домашних это раздражало, особенно мужа. Он постоянно возмущался:

- Ты забиваешь себе голову всякой ерундой. Только деньги зря тратишь на свои дурацкие семинары.

Под давлением мужа я прекратила ходить на семинары. Лишившись возможности заниматься любимым делом, я впала в глубокую депрессию и утратила интерес к жизни. Меня покидали силы, резко снизилось давление.

В этот критический момент подруга привела меня на занятие по Симорону. Когда я поведала о своих трудностях, меня переименовали через внутренний экран в "Султана Брунея, радостно танцующего тарантеллу с дуршлагом на голове в окружении свиты". О Брунее и тем более о его султане я имела примерно такое же представление, как о жителях звезды Альфа Центавра. Кто-то из симоронцев сообщил, что это - самый богатый человек в мире. Меня такое положение дел вполне устраивало.

Возвращаясь домой в прекрасном расположении духа, я твердо решила попасть на двухдневный симоронский семинар, до которого оставалось две недели. Откуда появятся деньги, меня не волновало. Дома я повязала на голову "чалму" из махрового полотенца, напялила сверху дуршлаг и, собрав все семейство, пустилась в пляс. Ведь в соответствии с новым именем мне следовало танцевать в окружении свиты! Мои близкие наблюдали стремительный итальянский танец с интересом и сочувствием. Муж брякнул, нахмурившись:

- Тебе не учиться, а уже лечиться надо.

Дочь взмолилась:

- Ты хотя бы шторы опустила, у нас третий этаж, а меня все знают.

Несмотря на язвительные замечания, я почувствовала после танца необыкновенный душевный подъем, прилив сил. Порхая, как на крыльях, я принялась за работу по дому: "вылизала" всю квартиру, приготовила обед, погладила белье. На часах - половина первого ночи, а я остановиться не могла.

Одолело меня любопытство: "Кто такой султан Брунея?" Из энциклопедии я узнала, что Бруней - маленькое государство на северо-западном побережье острова Калимантан. Через два дня мне на глаза попался журнал "Отдохни!". Открыла я его, а там - фотография Брунейского монарха в окружении многочисленных жен и прочей родни и статья о его несметном богатстве. Вот это сигнал поддержки!

Оказалось, что султан Хаджи Хассанала Болкиах считается самым богатым человеком мира. Его состояние оценивается в сорок миллиардов долларов. Огромный дворец султана из 1788 комнат поражает роскошным убранством, в гаражах стоит 170 лимузинов и 530 других шикарных автомобилей.

До симоронского семинара оставалось два дня, а денег на него - нуль. Но я не унималась:

- Все равно мой авторитет в семье пошатнулся, надо идти до конца.

После работы - дуршлаг на голову и тарантелла до упаду. На колкие замечания домашних я реагировала с достоинством, как и подобает монарху:

- Даже британская королева Елизавета II с почтением относится к султану Брунея.

В последний день перед тренингом пришла на работу, а там зарплату выдают раньше времени, да еще и солидную премию, которую никто не ждал.

После симоронского семинара я решила, что пора браться за мужа. Он совсем потерял интерес к работе, целыми днями сидел дома и от скуки придирался ко мне. Первым делом я написала якательный перевод.

- Я жду манну с неба и экономлю на мелочах. Я не могу понять себя, почему я наплевала на дела в доме. Я сама ничего не делаю и себе не даю спокойно жить, а потом лежу и болею. А не устроить ли мне лежачую забастовку? Я злюсь на себя, мне так иногда хочется дать себе по мозгам, чтобы они встали на место и работали мне на пользу. Смотрю я на себя и думаю: "Почему я саботирую все свои начинания?" И поняла я, что я считаю, что я себя недостаточно ценю. А однажды, когда я была в хорошем настроении, то призналась себе:

- Мое самолюбие задето, ведь я развиваюсь больше себя. Я должна быть умнее, поэтому я чувствую себя неполноценной.

Якательные переводы я сочиняла каждый день, их у меня скопилась целая стопка. Кроме того, я переименовала Федора через внутренний экран: "Я кот, который гоняется за мышкой".

Спустя неделю муж устроился на работу с испытательным сроком один месяц. Я переживала: выдадут ли ему зарплату?

Однажды вечером я возвращалась с работы вместе с подругой. Электричка опаздывала. Вдруг с платформы лениво слез кот и стал пробираться по глубокому снегу. Подруга удивилась:

- Чего это он полез в сугробы?

- Значит, так ему надо, - ответила я.

Внезапно кот выскочил из-под платформы, а впереди него неслась мышь. Полосатый охотник с азартом гонялся за добычей. Наконец он поймал ее и, держа в зубах, неторопливо пошел своей дорогой. Тут появилась электричка.

Воодушевленная замечательным знаком, я пришла домой. Федора не было, и я спросила у детей: "Где папа?" Люба рассказала, что в пять часов вечера ему позвонили с работы и попросили приехать за деньгами. А через час появился и гордый муж с "добычей".

Новой работой Федор доволен, зарплату получает регулярно, и хотя 170 лимузинов мы пока не завели, но на жизнь вполне хватает. Федор стал спокойней относиться к моим чудачествам.

Верхом на собственной собаке.

День предстоял нелегкий: мне нужно было дошить джемпер, оформиться на новую работу, побывать на собрании нашей фирмы и съездить еще в несколько мест, чтобы отвезти заказы клиентам. Я встала в шесть утра, приготовила завтрак, накормила сына и подумала: "Надо что-то сделать, иначе я никуда не успею".

Тут вбежала моя Лесси, и я переименовалась: "Я та, которая успела верхом на собственной собаке". Слово "собственной" вставила нарочно, чтобы получился ритм. В голове крутилась мысль:

- Кто же мне поможет? Скорее всего, муж подвезет.

Мой муж - "квадрат", любит все делать основательно, у него все разложено по полочкам. Я задумала на него воздействовать и, когда он завтракал, зашла на кухню и произнесла:

Покрыто все погодой белой,

Заждались пиволюба раки.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Супруг промолчал.

Мочалка к вечеру вспотела,

Помыв корову в желтом фраке.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Муж с интересом посмотрел на меня и спросил: "Тебе чего-то надо?"

Наверное сильно я хотела,

Когда мечтала в буераке.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

- Ну и чего ты хотела в буераке?

Перечислив предстоящие дела, я воскликнула:

- Мне же надо везде успеть!

- Нет, машину я сегодня выводить не буду. Возьми с собой джемпер, и на собрании пришьешь рукава.

Я провозилась с джемпером и, когда по радио сообщили время, поняла, что опаздываю на автобус. Я подумала: "Успею, раз такое стихотворение написала!" Со смаком попила чайку, неторопливо оделась и вышла из дома. Я не беспокоилось, как доберусь в другой конец города - у меня стих попер:

Внутри заметно потеплело,

Как мойве в тесной кулебяке.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Тут рядом со мной остановилась машина нашего друга, и тот предложил:

- Я могу тебя подвезти, но только до моста.

- Мне как раз туда, там я автобус перехвачу.

Кондукторша в автобусе меня проигнорировала, а навязываться я не стала. Когда я пришла устраиваться на новую работу, то выдала абсолютно незнакомым людям:

Наверное сильно я хотела,

Когда мечтала в буераке.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Никто ничего не переспросил. Начальника не было на месте, а ждать я не могла. Мне очень нравилась "мочалка" и, повторив ее, я спросила:

- Могу я оформиться после праздника?

- Без проблем.

На собрание я пришла вовремя. Там поджидал сюрприз: глава областной администрации решил в честь 8 Марта устроить для женщин концерт с участием звезд эстрады. Нашей фирме досталось всего два билета, и их разыгрывали в лотерею. У меня тут же сложилось четверостишие:

Певунья знойная взлетела,

Залив до края бензобаки.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Я вытащила счастливый билет, а второй достался подружке, которой я давала почитать "КНВ". Она лихо подмигнула мне: "Посиморонила небось?"

Я успела завершить все остальные дела и на радостях присочинила:

Козе вопить осточертело -

Бедняжка ведь несчастна в браке.

Я та, которая успела

Верхом на собственной собаке.

Целый день я была занята только сочинением стихов, мне некогда было думать о проблемах и поэтому все получилось!

Продажа квартиры.

Мы с мужем работаем агентами по продаже недвижимости. В течение двух месяцев мы не могли продать хорошую квартиру - не было клиентов, и ее почти никто не смотрел. Нам позвонила взбешенная хозяйка квартиры Маргарита: "Вам что, деньги не нужны?!" Я вспомнила, что являюсь Симороном, и переименовалась через внутренний экран: "Я та, которая обучает жирафа испанской грамоте".

Выходя из офиса, я решила применить пробный шаг: если слева от подъезда стоит темно-зеленая машина, а справа - белая, то нужно дать рекламу по кабельному телевидению. Не знаю, почему я так подумала - мы считаем, что телереклама дорога и малоэффективна. На улице слева от подъезда я сразу увидела темно-зеленую "десятку", но белой машины нигде не было. И тут боковым зрением я увидела белую "шестерку", которую от меня загораживала правая створка двери.

Утром я поехала давать рекламу на кабельное телевидение. Когда я расплатилась, мне на пейджер пришло сообщение: "Клиент хочет посмотреть квартиру Маргариты". Через двадцать минут я встретилась с парочкой, состоящей из довольно мрачного мужчины и кокетливо одетой женщины. Вскоре дверь нам открыла взволнованная Маргарита. Мужчина, которого звали Дмитрием, так и остался стоять в прихожей, а женщина мельком все оглядела секунд за сорок, и на этом смотрины закончились.

Маргарита пришла в отчаяние:

- Это не клиенты! Так квартиры не смотрят! Я не могу так больше жить - мне все надоело. У меня мигрень, и сердце заболело.

Я с видом заговорщика тихим голосом произнесла:

- Вы очень хотите продать квартиру?

- Да, - переходя на шепот, ответила она.

- Тогда без истерик. Вам нужно постоянно повторять: "Я та, которая обучает жирафа испанской грамоте".

- А что это такое?

- Я ничего объяснять не буду, но если вы будете повторять эту фразу, то квартиру продадите.

Тут Маргарита предложила мне чашку кофе, а когда минут через десять я собралась уходить, она радостно сообщила:

- А у меня голова прошла, и сердце отпустило.

Дома муж написал стихотворение:

Я тот, что в ней любви не чает,

И я зовусь "угодник дамский",

Я тот, который обучает

Жирафа грамоте испанской.

Оно мне очень понравилось и крутилось в голове весь вечер.

На следующий день ровно в 9.00 позвонил Дмитрий и сказал:

- Я квартиру покупаю и готов дать задаток.

Сделка была оформлена в кратчайшие сроки.

Чукча.

Я живу у своего парня Мишки в одной квартире с его матушкой Тамарой Степановной. Она абсолютно не понимает сына и не принимает стиль его жизни. Когда она советует ему "сделать, как лучше", то ее "разумные доводы и благие намерения" воспринимаются Мишкой, как "маразм". По всей видимости, это у них началось довольно давно, так как Тамара Степановна уже махнула рукой на сына.

После моего переезда она решила влиять на сына через меня. Но тут матушка обнаружила, что новая Мишкина подружка (то есть я) совершенно не горит желанием сблизиться с его родственниками.

У неутомимой Тамары Степановны оставался еще один выход: ругать Мишку, обращаясь при этом ко мне. Видимо, предполагалось, что я впечатлюсь и начну наставлять его на путь истинный. Как события должны были развиваться дальше (то ли Мишка изменится, то ли мы с ним поссоримся и разбежимся), я не узнала, потому что ругать Мишку мне совсем не хотелось. Наоборот, я была очень довольна, что наконец-то рядом со мной человек, который меня не напрягает, с похожими взглядами на жизнь. В итоге Тамара Степановна поняла, что Мишка и я - одна сатана. С тех пор матушка махнула рукой и на меня. Но изредка она еще пытается совершать диверсионные действия.

У Тамары Степановны есть собака по кличке Чукча, которая просекла ситуацию в доме и начала использовать ее в своих гнусных целях. Официально псина живет в прихожей и матушкиной комнате. Но Чукча стала наведываться и в другие части квартиры, особенно, когда там был Мишка или я. Она стояла и победоносно смотрела на кого-нибудь из нас. При попытке выпроводить ее, даже мирным путем, собака начинала агрессивно лаять. Прибегала Тамара Степановна защищать "свою девочку" (Чукчу), обвиняла "обидчиков" в ненависти к животным, бессердечии и садизме. Собака пребывала от этого в восторге.

Когда ей было скучно или не хватало внимания, Чукча становилась режиссером спектаклей, в которых манипулировала нами. Например, она могла отчаянно завизжать, когда я причесывалась перед зеркалом в прихожей. У Тамары Степановны реакция была предсказуемая... Такой расклад мне абсолютно не нравился, и я написала якательный перевод, взяв за основу не самый драматичный случай.

- Однажды готовлю я на кухне ужин, вдруг слышу - я лапками по паркету: "Тюк-тюк-тюк..." Прибежала на кухню и смотрю, что это я делаю. А надо сказать, что я терпеть не могу на себя смотреть. Думаю: как бы себя обратно в коридор выгнать? Я бы себя, конечно, водворила на место, но ведь я сама не своя!

Тогда я властным взглядом даю себе понять, что я здесь лишняя. Продолжая себя "гипнотизировать", замечаю, что я вся напряглась и вот-вот залаю. А это зрелище не для слабонервных. Вы думаете, что я гавкаю, как все нормальные собаки? Как бы не так! Я так неожиданно и мощно лаю, что мое маленькое, грязное длинношерстное тельце при каждом звуке кидает из стороны в сторону. При этом я, нахалка эдакая, пытаясь устоять на своих уродских лапках, произвожу ужасный шум нестриженными когтями по паркету. Конечно же, если случится такой переполох, то я обязательно прибегу из комнаты и буду себя ругать. Мол, как же это надо над собой издеваться, что я так отчаянно лаяла! Я себя уведу из кухни, но настроение будет испорчено.

Поэтому я решаю, что там, где гипноз бессилен, поможет хитрость. Делаю вид, что выхожу из кухни и, пятясь, уступаю себе дорогу. Нет, что ни говори, а мне легко себя обмануть. Быстренько закрываю дверь и (о, счастье!) остаюсь на кухне одна. В то же время я отправляюсь на свою подстилку. Ничего, скоро в дверь позвонят, и тогда у меня появится возможность пару раз тявкнуть.

Пока я писала якательный перевод, мне было очень смешно, и я себя не сдерживала. Затем я прочитала этот рассказ Мишке, и мы вместе долго хохотали. После этого Чукча перестала устраивать "спектакли", но лаять продолжала. Нет, я не против того, чтобы собаки гавкали. Просто мне не нравится, когда это происходит очень громко и долго, да еще под моей дверью. Чукча облаивала всех моих подруг, но я с этим мирилась, так как подругам Тамары Степановны тоже доставалось.

Однажды мы с Мишкой поехали на выходные в Урюпинск. Я оделась не так, как всегда: ботинки, джинсы, куртка, даже шарф, шапка и перчатки - все было другим. Когда я одевалась, собака молча лицезрела эту сцену. В Урюпинске мы чудесно отдохнули. Возвращаясь, я чувствовала в себе большие перемены. Когда вслед за Мишкой я вошла в нашу квартиру, то была весьма озадачена оглушительным лаем и собачьими прыжками, направленными в мою сторону. Тогда я поняла, что такое сталкинг, - собака меня просто не узнала! Я рассмеялась, а Чукча, услышав знакомый смех, стала гавкать менее решительно. На мохнатой морде отразились противоречивые эмоции. Минут через пять собака успокоилась, хотя до конца не убедилась, что я - это я.

Как только мы на симоронском семинаре прошли язык животных, я применила его к Чукче*. Тамары Степановны не было дома, а Чукча лежала в коридоре, свернувшись калачиком и спрятав морду. Когда я нашла для псины подходящее имя ЖИМДАРДАН и стала его пропечатывать, покачиваясь и размахивая руками, собака подняла морду и уставилась на меня.


* Бурланом разработаны специфические симоронские языки - ЯСные. Таких языков в Симороне четыре. Первый ЯСный - язык минералов, второй ЯСный - язык растений, третий ЯСный - язык животных и четвертый ЯСный - язык людей. В этой книге мы не описываем техники переименования на ЯСных, хотя в историях они упоминаются.


Результаты симоронских действий, как всегда, были ошеломляющи и непредсказуемы. То ли Чукча прекратила лаять, то ли я перестала это замечать, но факт остается фактом: с моего внешнего экрана исчезла противная гавкающая собака. Более того, у меня появились к ЖИМДАРДАНУ (для меня и Мишки кличка "Чукча" ушла в небытие) спокойные теплые чувства. Когда псина заходит на кухню, я радостно говорю: "О, ЖИМДАРДАН пришел!" И ЖИМДАРДАН может спокойно улечься в уголке, а чаще разворачивается и уходит. Собака совсем перестала навязываться.

С тех пор, как мы нашли общий язык, стало гораздо приятнее сосуществовать в одной квартире. Сейчас я примеряюсь к Тамаре Степановне. Когда пройдем четвертый ЯСный, обязательно поработаю и с ней.

Шапка.

Мой сын сильно кашлял целый месяц. Геннадий категорически отказывался одевать шапку зимой. Сейчас он учится на четвертом курсе, и, начиная с восьмого класса, я безуспешно старалась втолковать ему, что в морозы надо носить теплую шапку.

Сразу после семинара волшебников я решила перейти от слов к делу и по дороге до метро "включала музыку верблюдам". Спустившись в подземный переход, я заметила в витрине киоска оранжевого верблюда. Обрадованная сигналом поддержки, пришла домой и, пока никого не было, сделала якательный перевод.

- Я не буду шапку носить.

- Я заболею и буду кашлять.

- Я очень некрасивая в шапке.

- Мне очень идет шапочка, и я в ней стильно выгляжу.

- Все мои друзья ходят без шапки.

- Все нормальные люди ходят в шапках, остальные лежат в больнице.

- Моя прическа мнется под шапкой.

- Моя стрижка - ноль на затылке и крошечный газон спереди - там нечему мяться.

- Я возмущаюсь: на улице не холодно.

- Я родилась и живу не в Африке.

- Я желаю себе здоровья и комфортного тепла зимой.

Когда я закончила писать, раздался звонок в дверь и затем возбужденный крик сына: "Мам, я шапку купил!"

Несмотря на то, что Гена стал ходить в шапке, его кашель не проходил. На очередном симоронском занятии я вышла с этой проблемой, и меня переименовали в "удава, который сгущенит хвостом". Один волшебник создал на внутреннем экране удава, который резким ударом опускал кончик хвоста в банку со сгущенкой, затем подносил хвост ко рту и слизывал с него лакомство.

Придя домой, я сделала хвост из широкой пластиковой ленты, которой перевязывают коробки. Я открыла банку сгущенного молока, поставила ее на стол и прикрепила хвост к халату на уровне копчика. Кончик хвоста я резким движением окунала в банку, затем подносила его ко рту и слизывала сгущенку. Я стала проделывать этот ритуал каждое утро.

Кроме того, я слепила из пластилина удава и банку с открытой крышечкой и отнесла их на работу. В банку я налила немного "замазки" "Штрих". Эта "скульптура" до сих пор стоит на моем рабочем столе, вызывая многочисленные недоуменные вопросы.

Спустя несколько дней сын совсем перестал кашлять.

Фома неверующий.

...Они отличаются тем, что всегда убеждены в своей правоте и в своем праве называть вещи так, а не иначе. Не дай бог кому-нибудь в их присутствии уподобить барабан арбузу, флейту - гороховому стручку, а виолончель - груше. Тут же восстановят справедливость!.. И если даже вы сыграете для них на флейте горохового стручка какую-нибудь сонату ми-минор, они с пеной у рта будут утверждать, что гороховый стручок - не музыкальный инструмент.

Е. Клюев. "Между двух стульев"

Мой племянник Петька работает директором коммерческого банка. После 17 августа его учреждение оказалось на грани банкротства. Чтобы удержаться на плаву, несколько банков, включая Петькин, решили объединиться в крупную ассоциацию. Однажды зимним вечером Петька приехал ко мне расстроенный:

- Плохи наши дела, клиенты все разбежались. Мы подали документы, чтобы войти в межбанковскую ассоциацию, но оформление в Госдуме затянулось. К тому же сегодня у нас процессор от компьютера сперли. Ты вот на Сиромон какой-то ходишь, сотворила бы мне чудо.

- Повторяй: "Я пятнистый мармулет, который колбасит хвостом", и возможно дела наладятся.

Петька похихикал, а спустя четыре дня сообщил:

- Пришел факс: с нами хотят заключить договор на сто тысяч баксов.

- Тебе хватит этих денег на процессор?

- Вполне.

- Тогда с тебя десять процентов.

- Но банк-то закрыт, и в ассоциацию мы войти не успеваем. Да и вообще это - совпадение, договор готовился еще в начале августа.

Вскоре должен был состояться большой пленум по поводу слияния банков. Петька сомневался, стоит ли ему участвовать в нем, ведь документы пока не готовы, но я настояла:

- Сходи и не забывай "колбасить хвостом".

Через день Петька рассказал, что регистрацию ассоциации перенесли и он успеет получить необходимые документы. Я заметила, что мармулет подействовал, но племянник посчитал это очередным совпадением.

В феврале скептик обратился с новой просьбой: ему нужно было срочно подписать документы у государственного чиновника, Анатолия Федоровича, о несговорчивости которого ходили мрачные слухи. Я посоветовала Петьке воспользоваться проверенным народным средством - телевизионным пультом.* Тот возразил:


* См. "Пульт управления".


- А мой сломался.

- Это не имеет значения, главное, чтобы кнопки нажимались.

На следующий день он позвонил по мобильному телефону:

- Пока у Федорыча идет заседание, я вышел в туалет. Боюсь, отфутболит, - документы требуют доработки, а на это уйдет недели две.

- Все будет в порядке. Ты действуй не как Петя, которому не везет, а переименуйся. Посмотри вокруг, найди, что тебе нравится, и назовись этим.

Увидев на стене в приемной герб Москвы, Петька сразу переименовался в "Георгия Победоносца, поражающего змия". Беседуя с Федорычем, он представлял себя героем с копьем в руке и усердно нажимал кнопки пульта в кармане пиджака. Документы были подписаны за пять минут.

Недоверчивый племянник опять назвал этот эпизод чистой случайностью. Кстати, его банк все-таки вступил в ассоциацию и продолжает работать.

Крышечка с пипочкой.

Я посещаю симоронские занятия вместе с сыном Мишей. Он скептически относился к этой "ерундистике", но однажды его "припекло".

В среду Миша пришел из школы грустный. Учитель химии Петр Кондратьевич вызвал его к доске за минуту до звонка. Кое-как Миша написал уравнение, но тип реакции назвать не смог. Тут раздался спасительный звонок, но радость оказалась преждевременной: Петр Кондратьевич предупредил, что на следующем уроке спросит у Миши всю тему - реакции окисления. По расписанию очередной урок химии предстоял в четверг. За один день хорошо подготовиться не представлялось возможным и оставалось уповать на Степаныча. Миша написал якательное письмо.

- Весь урок химии я боялся, что вызову себя к доске, и, как назло, это произошло на последней минуте. Я спросил себя о типе реакции и замялся, но прозвучал спасительный звонок. Я пообещал на следующем уроке спросить у себя всю тему. Как бы я хотел забыть, что собирался вызвать себя к доске.

Миша записал ключевую фразу на отдельном листочке и положил его в портфель.

Утром сын сделал пробный шаг. Он загадал: если будет работать НТВ, то все обойдется. Миша включил телевизор на канале НТВ, там шла передача "Впрок". Солидный мужчина, держа в руках желтую стеклянную масленку, рассказывал, что сливочное масло необходимо хранить в холодильнике в масленке под крышкой, чтобы поверхность продукта не окислялась. Передача закончилась, и на экране появилась надпись о том, что ее вел профессор химии.

Мы кинулись искать крышку с пипочкой. Нашлись две крышки, похожие на профессорские, только бесцветные. Одной мы накрыли масло в холодильнике, а другую Миша положил в портфель, и затем отправился в школу.

Вернулся он, сияя от радости. Петр Кондратьевич устроил контрольную для всего класса, с которой Миша справился без труда. Правда, с последним уравнением возникли проблемы. Сосед по парте вызвался помочь, и пригодился листок с ключевой фразой - на нем было решено последнее уравнение. За контрольную Миша получил пятерку.

Крышечка с пипочкой теперь является предметом силы. Утром я достаю ее из холодильника и кладу сыну в портфель, а когда он приходит из школы, то сразу убирает крышечку обратно в холодильник. Если Миша плохо подготовлен к уроку, а учитель смотрит в журнал с намерением кого-нибудь вызвать, то сын произносит ключевую фразу, и обычно вызывают кого-нибудь другого. Миша стал лучше учиться по всем предметам и с удовольствием занимается Симороном.

Училка.

Мой восемнадцатилетний сын Тимофей учится в колледже. Учительница по математике Полина Васильевна постоянно придиралась к нему:

- Сядь нормально! Что ты сгорбатился? Почему ты шею свернул в сторону?

Других ребят она словно не замечала, а Тимку изводила бесконечными подковырками. Когда Полина вызывала его к доске, то не могла удержаться, чтобы не съязвить:

- С таким характером мог бы быть и покрасивше!

По математике Тимка получал сплошные тройки, причем не за слабое знание предмета, а из-за того, что учительница цеплялась ко всяким мелочам.

Полина была вечно взъерошенная, как будто за ней 40 атаманов гнались. Одевалась очень разномастно: красная блузка, ярко-желтый пиджак, зеленая юбка, фиолетовый шарфик, коричневые колготки и белые туфли. Да еще красилась такой помадой, которая не подходила ни к одному цвету. В общем, Тимофей называл ее "чудом в перьях".

После симоронского семинара я посоветовала ему сочинить якательный перевод. Вот что получилось.

Я в колледже все время придираюсь к себе: "то не так сижу, то не так свистю", а сам - просто чудо в перьях. Сначала к уроку не подготовлюсь, а потом привязываюсь к себе. Взгляд у меня, видите ли, туманный. А какой еще у меня может быть взгляд с утра? Считаю себя ленивым, а трудоголиком быть лучше, что ли? По честному со мной нельзя, но себя фиг обманешь - я на три метра под землей вижу. Может, я к себе неравнодушен, и поэтому уделяю себе особое внимание?

Написав сей перевод, сын заявил:

- Надо поднять Полине настроение. Оденусь-ка я получше, она это любит.

В колледже требовали, чтобы ребята носили костюмы, а они все равно в джинсовых куртках шастали. Тимофей надел костюм, модную рубашку и галстук, после чего сердце Полины было завоевано раз и навсегда. Наибольшее восхищение у математички вызвал серебристый галстук, отливавший перламутром и великолепно сочетавшийся с серым костюмом. Сраженная наповал, она объявила перед всей группой:

- Тимофей, вы сегодня - сама элегантность!

Получить такой "одобрямс" от неприступной учительницы было практически невозможно, и потрясенный Тимка вдруг почувствовал себя настоящим мужчиной. Сын стал покупать галстуки, научился хорошо разбираться в них. Теперь он меняет их каждые два дня, причем делает это не ради хороших оценок, а с удовольствием, исполнившись чувства собственного достоинства.

Полина помогает Тимке отвечать на уроке, ставит только четверки и пятерки и призывает остальных брать с него пример. Как-то сын признался:

- Никогда не думал, что училки могут подсказывать. Я ей даже симпатизирую, ведь из-за нее я стал классно одеваться.

Респектабельный внешний вид Тимофея привлек и девчонок из параллельной группы менеджеров, которые начали стаями роиться вокруг него. Стоит ему показаться в коридоре, как со всех сторон налетают восторженные поклонницы.

Недавно сын выпросил у меня книжку по астрологии и подарил Полине. Она увлекалась астрологией и, вычислив по книге какое-то затмение, отменила уроки и укатила смотреть его в Новгород. Тимка потом рассказывал:

- Я, правда, в этой книжке ни черта не понял, но Полина что-то нашла и долго меня благодарила.

Поездка в Степаново.

Сразу после слета я с женой Надей и восьмимесячным сыном Антоном поехал отдыхать в деревню на своих "Жигулях". Компанию нам составили приятель Валерка с подругой Аней. Перед поездкой мой дядя чинил машину, но когда мы тронулись в путь, стало ясно, что она барахлит. Машина резко дергалась, неестественно дрожала, и невозможно было въехать в гору или совершить обгон. Через каждые тридцать километров она глохла.

Мы с Валеркой принялись симоронить. Это больше напоминало детскую игру - мы давали имена всему, что видели за окном. Вспоминая симоронский семинар, мы наслаждались этой игрой. Увидев березку за окном, я сказал: "Я тот, который шелестит золотистой листвой". Лето стояло сухое, жаркое, и хотя было начало июля, уже попадались березки с пожелтевшими листьями. Валерка ответил: "Я тот, который косит траву", а Надя вставила: "Я та, которая порхает над цветами". Мы играли в веселую игру без всякой цели, просто так. Состояние машины нас нисколько не волновало, несмотря на то, что в случае поломки можно надолго застрять в этой глухомани.

Увидев бензоколонку, я неожиданно свернул к ней - обычно я заправлялся в другом месте, где бензин дешевле. Я заправил машину, а едва мы тронулись, как она в очередной раз заглохла - мотор перегрелся. Мы вышли из нее и открыли капот. Прямо напротив бензоколонки находился большой автомобильный гараж. Оттуда появился мужичок, внимательно осмотрел машину и спросил:

- Ребята, вы куда едете?

- В Степаново.

- Вы туда не доедете. У вас пружинка на сцеплении сломалась.

Мужичонка оказался очень наблюдательным, так как эту пружинку видно только с одной определенной точки. Он предложил:

- Я - начальник гаража, если хотите, посмотрим тачку.

Гараж был оснащен эстакадой. Мы поставили туда машину, и мужичок помог нам согнуть пружинку и прицепить ее на место. Затем мы быстро домчались до Степаново, причем "Жигули" вели себя идеально. Еще полгода после этого машина работала, как часы.

В деревне Степаново живут вепсы. Согласно Большому энциклопедическому словарю, их численность составляет 13 тысяч человек, а вепсский язык относится к финно-угорским языкам. В старину вепсы жили очень хорошо, у них даже была своя письменность. Этот народ древнее финнов.

Степаново находится на самом юге Карелии, в холмистой местности со множеством озер. Деревня большая, 70-80 дворов, тянется она вдоль длинного озера.

Впервые к вепсам меня заманил Вовка Жуков, с которым мы вместе работали. Как-то он небрежно бросил:

- Давай съездим в одно место и привезем пару ведер щучьей икры. Всех наловленных щук нам не утащить, а по ведру икры увезем.

Затем Вовочка показал мне фотографию склона небольшого холма с разложенными на нем белыми грибами. Как он утверждал, там было то ли 514, то ли 1514 боровиков. Проверить это заявление не представлялось возможным, но на фотографии стоял довольный Вовочка на фоне холма, плотно усеянного грибами. Естественно, я составил Вовке компанию.

Вовочкины байки оказались близки к действительности. Много раз, возвращаясь из леса, я думал:

- И зачем грибы собирал? Прошел бы километра три в лес налегке, а на обратном пути стал бы собирать грибы. А теперь нужно переть домой набитые до отказа огромные рюкзаки и корзины с боровиками!

Часто приходилось вываливать содержимое корзин на землю и отбирать только шляпки молоденьких белых.

Интересно, что есть белые грибы вепсов приучили питерцы в шестидесятых годах. До этого местные жители собирали сыроежки, волнушки, рыжики и прочие солонушки, мелко крошили их (точнее, грибы сами крошились во время транспортировки), круто солили и ели круглый год, перед употреблением обжаривая их.

Поначалу я не мог есть это блюдо - сплошная соль, но постепенно привык к вепсской кухне и с удовольствием уплетал накрошенные в труху рыжики, особенно под бутылочку.

Недостатком вепсов является поголовное пьянство. Если вепс один раз выпил водки, то потом ему надо всю жизнь опохмеляться - по данным ученых, у многих северных народов не хватает какого-то фермента в крови. Для вепса каждый день - понедельник, он собирается сделать что-то хорошее, но тут приходит сват с бутылкой, и все планы рушатся. Если вы о чем-то договорились с вепсом, то нужно воспринимать это, как протокол о намерениях и не более того.

У каждого вепса в тех краях есть свое озеро. Рыба отлично ловится прямо у деревни, но уважающий себя вепс топает пятнадцать километров к заветному озеру, согласно любимой им поговорке: "Не потопаешь - не полопаешь!" Вепс не сможет вразумительно объяснить, почему не рыбачит в другом месте.

На удочку они ловить рыбу не умеют. Однажды я прикормил леща на озере рядом с деревней и каждый день вытаскивал по три-четыре килограммовых рыбины. Считалось, что в этом озере лещ ловится только сеткой во время нереста. Уезжая на неделю, я объяснил местному трактористу Мише, что для хорошего улова надо постоянно подкармливать леща. Вернувшись, я спросил у Миши:

- Как лещ, ловится?

- Еще два дня после твоего отъезда лещи ловились, а потом перестали.

Эти чудаковатые люди мне несказанно нравятся, я чувствую в них родственную душу. Кроме того, здешние места наполнены каким-то колдовским очарованием, они принадлежат иному миру. Однажды побывав в столь сказочном месте, я уже не мог его забыть, и каждое лето меня тянуло туда. В конце концов, я начал строить там дом.

Мы остановились у тети Вали. Если ей не наливать хотя бы дважды в неделю, то у нее портится настроение. Мы прожили около двух недель, а поставил я только два раза. В глубине души я подозревал о последствиях такого неуважения хозяев, и они не заставили себя долго ждать.

Ранним утром я отправился на рыбалку. Возвращаясь с хорошим уловом, я увидел, что Надя кипятит молочко Антону во дворе на костре, вместо того, чтобы делать это в доме на газу. Тетя Валя утром объявила, что молоко кипятить вообще незачем, что на это никакого газа не хватит, и предложила Наде кипятить стакан молока на свежем воздухе. Кроме того, были высказаны претензии о неоправданном расходе воды, плаче ребенка по ночам и другие.

Я задумал перебраться в другой дом, где меньше пьют, и уже договорился с хозяевами. Стоял теплый вечер, и я пошел купаться. С озера открывался великолепный вид на заходящее солнце. Редкая дымка облаков переливалась всеми цветами радуги, казалось, что гениальный художник играет красками и полутонами. Особенно красивы были золотисто-розовые перистые облака. Вряд ли можно передать словами такую вдохновенную картину, и все-таки я оформил ее в имя: "Я тот, который играет красками заката".

На следующий день в шесть утра, когда еще все спали, я пошел за грибами. По возвращении Надя обрадовала меня сообщением о благополучном разрешении конфликта - не только был возобновлен допуск к газовой плите, но и даровано право использования электроплитки.

А вечером произошло настоящее чудо - пришла тетя Валя и поставила нам бутылку водки! Я езжу в Степаново четыре года и впервые удостоился такой высокой чести! Мы с тетей Валей выпили за мирный договор и закрепили его еще одной бутылкой водки, с моей стороны.

Юный симорончик.

После проведения в нашем городе семинара по Симорону образовалась небольшая группа энтузиастов, решивших тщательно проработать материалы этого семинара и превратиться в волшебников. Группа собиралась у нас на квартире. Моему сыну Ване шесть с половиной лет. Во время наших занятий он обычно ползал под столом или тихо играл в углу квартиры.

Ваня легко понял, что такое ПВБ, а переименование не взял в толк и попросил меня помочь ему. Я пошла с ним гулять, во время прогулки закапал дождик, и Ваня стал ПВБекать. Я спросила:

- Что вокруг тебе нравится?

- Птичка поет на дереве.

- Тогда повторяй: "Я тот, который поет на дереве".

Ваня старательно произносил эту фразу. Сразу подул сильный ветер, туча ушла, и дождь прекратился. Так повторилось три раза. С той поры Ваня безоговорочно поверил в Симорон.

Как-то мне позвонила подруга Маша и попросила часа четыре посидеть с ее сыном Митей, ровесником Вани. Мы согласились, хотя знали, что ребенок капризный. Вскоре Маша привела сына, и тот сразу повел себя вызывающе, стал угрожать Ване:

- Я заберу у тебя все машинки и разломаю их. Я тебя сейчас убью, и маму твою убью, а кошку разорву на части.

У нас высокие потолки, а на антресоль ведет лестница. Митя залез на антресоль и начал бросать оттуда машинки. Ваня разнервничался. Я ему шепнула:

- Ваня, вспомни: ты же - Симорон.

Сын стал вслух произносить ПВБ. Я в это время мыла посуду, и он принялся повторять: "Я тот, который моет посуду". Митя, сидя на антресоли, обронил еще несколько агрессивных фраз, затем приумолк, а Ваня твердил, что моет посуду. Митя слез с антресоли и предложил пойти в другую комнату покачаться на качелях. Потом мальчишки строили железную дорогу.

С тех пор Маша часто просила посидеть с сыном, и мы брали его на прогулки. Раньше он гулял только с папой, который ушел от Маши. И когда однажды папа пришел за Митей, тот ему заявил: "Я пойду гулять только с Ваней и его мамой".

Если кто-то рассказывает о неприятностях, болезнях или по телевизору проскочит негативная информация, Ваня тут же говорит:

- ПВБ. Мама, ты не забыла, что надо сделать ПВБ?

Дойную корову надо кормить!

Мне позвонила дочь и стала жаловаться, что заболевает гриппом (а была эпидемия). Я подумала: "Нет, меня не проведешь!" и "включила музыку верблюдам". После разговора я включила телевизор и увидела плакат во весь экран: "Дойную корову надо кормить!" Я обомлела - дочь недавно родила и кормит сына грудью.

Я достала сушеные цветы и травы: мяту, зверобой, малину... и начала ими кормить корову, нарисованную на пакете молока.

На следующий день я приехала к дочери и, увидев, как та шустро носится по квартире, спросила:

- Как ты себя чувствуешь?

Та ответила:

- После разговора с тобой у меня все прошло.

Разговоры с животными.

В середине апреля я отправился на свою фазенду. Последний раз я был на даче в конце октября, и меня интересовало: цел ли замок, не разбиты ли стекла, не выставлены ли рамы?

Раньше нашу дачу периодически грабили зимой - залезали в дом и воровали всякую мелочь, а однажды даже разбили все стекла. Убирая осколки, я сразу вспомнил, как со своим школьным другом бил стекла из самодельной духовушки. Мы делали духовушки из велосипедных насосов и толстых жгутов резины, а стреляли свинцовыми самодельными пулями. Мой друг был мастером на все руки и сделал замечательное ружье. Вечером мы забирались на крышу его дома и стреляли по окнам соседнего, стоявшего примерно метрах в пятидесяти. Какой восторг мы испытывали, когда слышали звон разбитого окна и с замиранием сердца наблюдали результаты своей деятельности в бинокль! Ясно, что этот эпизод своей жизни мне пришлось переименовать.

В 1993 году я познакомился с Симороном и решил раз и навсегда разобраться с проблемой грабежей, оставив на даче "сторожа"*. Я поблагодарил Ванечку (см. "КНВ") за предупреждение о том, что у нас каждый год могут взламывать дачу и бить стекла. Затем акты вандализма могут повториться в московской квартире. И однажды банда головорезов ворвется в наш дом и выгонит нас полуголых на улицу, и даже узелка с вещами не будет у нас в руках. Ванечке я подарил спокойствие и душевный комфорт в виде большого голубого шара, из которого периодически вылетали конусообразные снопы ослепительно-белого цвета.


* Чтобы создать себе помощника, которому можно поручить решение проблемы, в Симороне разработана очень эффектная техника, пример ее использования приводится ниже. В качестве помощника могут выступать любые объекты от человека и животного до домашних тапочек и газовой колонки (см. "Расселение квартиры"). Сейчас для создания помощника применяются техники, основанные на ЯСных.


Теперь надо найти сторожа. Я обратился к даче с просьбой выдвинуть кандидатов в сторожа. Тут же мой взгляд упал на вилку с красивой пластмассовой ручкой. Все оставшиеся после краж ложки и вилки были алюминиевые, а эта - стальная. Я обратился с речью к вилке, объяснил ситуацию, подарил бегемотика в голубой униформе. Почувствовав ответное мурчание, предложил ей вступить в почетную должность дачного сторожа. Я расписывал, насколько интереснее будет ее жизнь - раньше она дрыхла всю зиму, а теперь можно вести активную жизнь - разоблачать тайные происки потенциальных грабителей и проводить с ними воспитательную и разъяснительную работу. Мое предложение было с радостью принято, и мы "договорились", что периодически вилка будет испускать из себя голубые шарики (подарок Ванечке), аккуратненько зависающие по периметру забора над каждой штакетиной. Я пообещал вилке беречь ее, а во время своих визитов беседовать с ней. В общем, примерно то, что обещают мужчины, объясняясь в любви.

Вилка исправно несла свою службу - за три года никто даже не попытался влезть в дом. То, что вилка сторожит, подтвердилось, когда я набирал на компьютере текст настоящей истории. В комнату вошел сын, включил телевизор, и я услышал рассказ о человеке, коллекционирующем ножи и вилки. Приходя в гости, тот первым делом рассматривает необычные вилки и клейма на их ручках!

Издалека я увидел, что замок висит целехонький и фанера, которой я осенью заколачивал окна, тоже на месте. Зайдя на участок, я почувствовал привычное возмущение, увидев у куста смородины курицу, завтракавшую червяками родного огорода. Весной талые воды подмывают забор, в нем появляются дырки, и куры "вычисляют" эти прорехи. Обычно я брал комочки глины и бросал их рядом с курами, чтобы они ушли и обнаружили лаз в заборе. В деревне куры считаются глупыми птицами, даже есть поговорка: "Кура - дура", которая созвучна более известной: "Баба - дура". После того, как в кур бросишь кусочек глины, они в панике начинают метаться по огороду, напрочь забывая все на свете и, в частности, ту дырку, через которую проникли на огород. Громко кудахча, они пытаются перелететь через забор, что вызывает раздражение их хозяев.

Мы, в сущности, мало отличаемся от этих суматошных птиц. Мы забыли, как очутились в этом мире, через какой лаз в полотне мироздания пробрались сюда. В переполохе мы мечемся всю жизнь по грядкам с аппетитными червячками, пытаясь увернуться от болезненных ударов комочками земли, в надежде отыскать выход, вернуться туда, откуда пришли.

После этого "прозрения" я надумал поговорить с курицей на ЯСном языке рода животных, с которым я познакомился две недели назад. Я делал довольно забавные телодвижения (если бы кто-то увидел меня, то подумал бы, что это - пляска сумасшедшего) и произносил найденное имя курицы ФИРАНУЖ. Ее реакция была удивительной. Нас разделяло метров двадцать пять, и курица меня явно не видела. Стоило мне начать "беседу", как она перестала усердно разгребать лапами землю и неожиданно пошла по направлению ко мне. Пройдя треть пути, курица развернулась, подошла к забору, быстро нашла дырку и неспешно покинула участок. Я оторопел. Меня захлестнула волна радости, и в голове пронеслось: "Получилось! Оказывается, третий ЯСный работает!"

Вдруг за забором я услышал возбужденное кукареканье и хлопанье крыльев. Выглянув за калитку, я увидел драку двух петухов. Один был здоровенный матерый петушище, а другой - худенький молоденький петушок. Я стал повторять ФИРАНУЖ. Внезапно, юный петушок резко отскочил от своего более искушенного противника, который оторопело стоял, не соображая, что произошло. Петухи с достоинством разошлись. Проходящий мимо капитан милиции заметил, что драчуны разбежались, увидев его милицейскую форму, но я-то знал, в чем дело.

В приподнятом настроении я принялся за огородные дела. Вечером, направляясь к железнодорожной платформе, я увидел пробирающегося вдоль дороги кота: "Дай поговорю и с ним". Правда, без танца и не произнося его имени вслух, дабы не привлекать внимания. Я назвал его МИЧУЗЕН. Едва я начал повторять это имя, как кот резко остановился, обескураженный, принюхался, а затем неторопливо направился в мою сторону. Метрах в трех от меня он сел под дерево и, поглядывая то на меня, то на солнышко, стал умываться. Кот упоенно вылизывал поднятую правую переднюю лапу, напоминая маленького человечка, помахивающего мне рукой. Поведение кота развеяло мои последние сомнения, что эпизод с курицей мог быть случайностью.

Граф на ледяном острове.

Однажды, теплым апрельским вечером, я, обнаружив пепел на подлокотнике кресла, припер тринадцатилетнего сына к стенке, и тот признался, что курит. С улицы донеслась песня: "Видно, не судьба, видно, не судьба, видно, нет любви, видно, нет любви, видно, надо мной, видно, надо мной, посмеялся ты, посмеялся ты..." Я посчитал ее сигналом просвета и, напевая нехитрые слова, отправился на прогулку.

Весна в этом году явно запаздывала. В начале апреля, за один день, в Москве выпало столько снега, что казалось, он будет таять до самого лета. Когда я в середине апреля поехал к своей маме, чтобы поздравить ее с днем рождения, было пять градусов мороза. Такого я припомнить не мог. Дело поправил двухдневный дождь, неожиданно размывший почти весь снег. Но тепла не было, а ночью мороз сковывал льдом многочисленные лужи.

Весна, как капризная барышня, не переставала удивлять - в последнюю неделю апреля установилась теплая погода, и повеселевший народ переоделся в кожаные или джинсовые куртки, кофты, а молодежь щеголяла в майках с красочными рисунками и надписями на английском.

Вечерами соскучившиеся по теплу люди выползали для моциона в близлежащий парк. По асфальтированным парковым дорожкам энергичные подростки носились на роликах, велосипедах, скейтбордах, мотоциклах и мопедах. Какофония звуков состояла из собачьего лая, детских криков, птичьего пения, вперемежку с пьяными песнями.

Я вышел в джинсах и футболке, а был довольно сильный ветер, и я даже несколько мгновений раздумывал: не вернуться ли за курткой? Но, увидев двух ухоженных пуделей из нашего подъезда, похожих на овечек в миниатюре, твердо направился к парку. На ходу я делал упражнение "сновидение наяву", представляя, что сплю, а любой сигнал с внешнего экрана причудливым образом трансформировался в персонаж сна, в образ на внутреннем экране.

Я "проснулся", только подойдя к оживленному двухрядному шоссе перед парком, одну сторону которого стеной перекрывала длиннющая, с километр, пробка, а по другой на бешеной скорости непрерывным потоком мчались железные кони. Подобный затор на этой дороге - редкость. После нескольких ВМВ мой взгляд уперся в старое здание ГАИ, радовавшее глаз зашпаклеванными, свежевыкрашенными в белый цвет стенами. Я двинулся к ближайшему светофору, находящемуся в трехстах метрах, мысленно шпаклюя и закрашивая стены.

Перейдя дорогу возле светофора, я оказался около большого, закованного в бетонные плиты пруда. В былые времена на этом пруду находилась лодочная станция, и я, мальчишкой, несколько раз попробовал себя в романтической роли матроса, с трудом управляясь с тяжелыми веслами. На северном берегу пруда раскинулась обширная усадьба графа Шереметьева, ныне превращенная в музей и огороженная внушительным железным забором с остроконечными пиками. Раньше ограды не было, и я любил гонять на велике по аллеям старинного парка, колеся вокруг скульптуры обнаженной Венеры, проезжая мимо Голландского домика или Оранжереи. Я частенько заходил во дворец, чтобы полюбоваться диковинными вещами. Мне нравилось надевать поверх ботинок войлочные тапочки, примерно сорок восьмого размера, и мягко скользить в них по навощенному паркету. Особенно запомнился резной стол, на поверхности которого из разных пород дерева был составлен подробнейший план усадьбы с прудом и всеми постройками.

Примечательно, что роскошный дворец и высокую часовню совсем недавно выкрасили в нежно-розовый цвет.

Мой прогулочный маршрут пролегал вдоль южного берега пруда. Прямо на бетонной плите сидел мальчишка в очках, лет десяти, которого компания пацанов и девчонок подзадоривала искупаться. Очкарик снял ботинки, закатал джинсы и под восторженные крики зрителей опустил голые ноги в ледяную воду. "Зарывается", - подумал я и переименовал смельчака через внутренний экран: "Я восьмерка, которая цепляется за ухабистый тпрун".

Вскоре я достиг узкого протяженного канала, впадающего в пруд как раз напротив дворца. В отличие от пруда, полностью освободившегося ото льда, почти весь канал был покрыт серым ноздреватым льдом, и только по краям виднелась кромка воды шириной около двух метров. На ледяном монолите валялось несколько увесистых деревянных чурок - в парке спиливали старые деревья, и мальчишки, вероятно, проверяли прочность "айсберга". В голову пришла мысль, что если разбежаться и прыгнуть рядом с чуркой, то лед может выдержать.

Тут я услышал протяжный вой и обнаружил, что моя идея уже реализована - посредине канала стояла немецкая овчарка. Хозяин овчарки с берега командовал: "Граф, ко мне!", на что пес жалобно выл и громко протестующе лаял. По всей вероятности, он был обескуражен - если идти к хозяину, то в какой-то момент передние лапы начинают проваливаться в воду. А то, что он запросто мог перепрыгнуть на берег, ему просто не приходило в голову. Собравшиеся на обоих берегах канала многочисленные зеваки свидетельствовали о том, что Граф уже давно находится на ледяном острове. Со всех сторон неслись советы, как овчарке, так и хозяину:

- Да прыгай же ты, бестолковый!

- Ну, возьми да переплыви, в конце концов!

- Вы ей мост постройте из бревен!

- Идите на другую сторону - там лед ближе подходит к берегу.

Двигаясь вдоль канала, я стал незаметно для окружающих работать на третьем ЯСном, называя Графа ЧУСИНУР. Почти сразу появился сигнал просвета - два крупных ротвейлера переходили мост через канал. Они с достоинством шествовали без поводков, и казалось, что именно собаки выгуливают двух подростков, сопровождавших их. Я направился за ними, вдоль другого берега канала - там пролегала дальнейшая часть моего маршрута. На противоположном берегу мальчишки приволокли внушительных размеров бревно, и хозяин собаки отправился туда.

В этот момент до моего слуха донеслось громкое карканье, и, подняв голову, я увидел на соседнем дереве ворону, с интересом наблюдавшую за развитием событий. Оглядевшись, я заметил, что число любопытствующих ворон не уступало количеству ротозеев (среди которых был и ваш покорный слуга). Вороны с интересом комментировали все перипетии разворачивающегося спектакля.

Дойдя до впадения канала в пруд, я остановился в замешательстве: "Вроде бы сигнал отработан - сейчас мальчишки притащат второе бревно, и Граф благополучно покинет место своего заключения". Но интуиция подсказывала, что надо довести дело до конца и воочию убедиться в счастливом исходе. Поэтому я развернулся и пошел обратно к мостику. Навстречу мне попалась симпатичная дамочка в строгом брючном костюме и необычной черной шляпке с серой атласной полосой. Шляпка была полукруглой формы и напоминала военную каску, но при этом смотрелась очень эффектно. Я понял, что освобождение пленника вступает в решающую фазу, но не оглядывался посмотреть на происходящее, а напевал ЧУСИНУР.

И только когда я услышал за спиной сопение, и меня обогнали те же ротвейлеры, мышцы которых играли под блестящей шкурой, то позволил себе обернуться. Граф, поскуливая, уже начал мужественный переход по мостику из двух бревен, но поскользнулся и плюхнулся в воду. Хозяин успел схватить собаку за лапу, мешая ей рвануть назад. Тут Граф сообразил, что он в воде, и легко переплыл незначительное расстояние.

Раздался шквал аплодисментов, приветственные крики и одобрительное карканье. Зрители стали расходиться. Главный герой подскочил к ближайшему дубу, обнюхал и обильно смочил его, высоко задрав заднюю лапу, и как ни в чем не бывало весело затрусил по тропинке.

Возвращаясь домой, я неожиданно почувствовал, что ветер совсем стих. Чуть впереди девочка лет семи вела за руку трехлетнего братишку. Тот вырывался и стремился снять с себя бейсболку. Девочка перевернула головной убор козырьком назад и сказала:

- Ты же крутой! Все крутые носят бейсболку козырьком назад!

- Конечно, я крутой, - согласился карапуз, перестав вырывать руку.

Подивившись мастерскому переименованию, я, подражая малышу, несколько раз повторил: "Да, я крутой!"

Я уже мысленно стал составлять план этого рассказа и, подходя к светофору, подумал, что заключительным аккордом будет отсутствие пробки на шоссе. Мои надежды не оправдались - затор лишь слегка уменьшился.

Я перешел дорогу, размышляя о том, что для большего эффекта можно чуть-чуть приврать - в литературном произведении без этого не обойтись. Обернувшись в сторону светофора, я не поверил своим глазам - пробка улетучилась. Раздумывать, куда она могла деться за одну минуту, было абсолютно бессмысленно.

Возле своего дома я встретил рыжую дворняжку, среди предков которой явно была болонка. Рыжая сидела и внимательно смотрела на меня из-под "челки", спадающей на глаза, которые, казалось, светились уважением.

Вечером сын заверил, что бросает курить. Прошло более полугода, и признаков курения пока не обнаружено.

Торт.

Был хмурый осенний день. Я сидел за компьютером, набирая текст очередной симоронской истории. Тихо играла музыка - состояние, близкое к нулю. Тут открылась дверь в комнату, и жена укоризненным голосом бросила то ли вопрос, то ли обвинение: "Это ты съел торт?"

А дело было так. Вчера, поздно вечером, к нам приезжали гости с тортом. Мой сын Никита уже лег спать и, естественно, не вкусил лакомство. Торты он очень любит, впрочем, как и я. Мы оставили Никите примерно треть торта или около трех полноценных кусков. Утром сын позавтракал, оставив только один кусочек. Я перекусил в полдень парой бананов и доел торт. Затем сел за компьютер, и на пороге появилась жена.

- Да, - с некоторой безысходностью в голосе выдавил я, как будто меня застукали на месте страшного преступления.

- Какой ты бессовестный, папа! Не мог ребенку оставить последний кусочек?!

И дверь медленно закрылась. Мгновенно в голове пронеслись воспоминания, как я радовался мальчишкой, когда в доме появлялся торт. Я обычно пытался растянуть его на несколько дней, ну хотя бы один кусочек сохранить до завтра. И как было тепло на душе, когда я знал, что в холодильнике еще есть лакомство!

Дело сделано, торт съеден. Мозг, пытаясь поддержать репутацию моей личности, напоминает, что именно вчера я принес килограмм шоколадного печенья, которое, может быть, и повкуснее этого злополучного торта. Затем всплывает банальная идея: сбегать в магазин и до прихода сына купить еще один торт.

Наконец, я спохватился: "Сейчас отсимороним". Мой взгляд естественно обратился к окну, и я увидел голубя, планирующего на козырек перед подъездом. Затем в поле моего зрения попал большой целлофановый пакет, зацепившийся за провода, соединяющие антенны на крыше нашего девятиэтажного дома с одноэтажным домиком напротив, бывшим ЖЭКом. Этот пакет висел метрах в пятнадцати над землей и напоминал воздушного змея. Имя найдено: "Я тот, который цепляет пакет за провода", и я вернулся к работе за компьютером.

В 17.00 ко мне собиралась приехать Юля, находившаяся в сильнейшей депрессии из-за "неразрешимых" проблем личной жизни. Она обращалась ко мне раньше, и мне удавалось ей помочь. Юля очень способная, помогает подругам, даже избавила мужа подруги от алкоголизма, а вот себе помочь она не в силах. Я неоднократно пытался объяснить ей простейшие приемы системы Симорон, но наши встречи проходили по такому сценарию: Юля безостановочно рассказывала о своих проблемах, много раз повторяясь и абсолютно не слушая меня. Если я начинал что-то говорить, то обычно не успевал закончить и пары предложений, как она опять принималась озвучивать свою внутреннюю жвачку. Мне оставалось только молчаливо переименовывать ее, а в конце встречи сообщать волшебное имя, которое когда поможет, а когда и нет - вследствие незнания механизма работы этих формул.

Около 16.30 позвонил знакомый и сказал, что собирается заехать ко мне через час. Сообщение о визите Юли его не смутило. "Я заскочу всего на пару минут", - ответил он и вскоре прибыл с огромнейшим тортом, килограмма эдак на три, в круглой картонной коробке невероятных размеров. Вручив сюрприз, он моментально "испарился", пообещав вечером зайти с женой.

Визит Юли проходил по описанному выше сценарию. Время от времени я мысленно произносил: "Я та, которая сверкает фиолетовым в хрустальной вазе". Это имя, найденное более года назад, помогло ей вернуть крупную сумму денег. К концу своего визита Юля немного успокоилась, и я с некоторым скептицизмом все-таки дал ей старенький вариант симоронских историй: "А вдруг поможет?!"

На кухне меня с нетерпением поджидал сын: "А что это в большой коробке?" - с напускным равнодушием поинтересовался он. Я, чтобы закрепить в нем веру в чудодейственную силу Симорона, поведал эффектную историю о появлении торта. Никита заявил, что по силе воздействия на него это волшебство может сравниться лишь с нахождением потерявшейся на слете кошки*. Наконец, у сына больше не осталось сил притворяться, что содержимое коробки его вовсе не интересует. Глаза Никиты загорелись непреодолимым желанием: "Давай откроем и только посмотрим!" Время было 21.00. Когда придет знакомый, и придет ли вообще - неизвестно, и я дал добро.


* См. историю "Симоронский семинар".


С замиранием сердца Никита поднял крышку. Да! Его ожидания оправдались - в коробке возлежал шедевр кулинарного искусства. В первую очередь потрясали размеры - диаметр и высота. Сверху красовались кремовые розочки алого и оранжевого цвета с зелеными листочками, разделенными тоненькими белыми прожилками, напоминающими кораллы. Все это лежало на толстом слое белого аппетитного крема. Внутренность лакомства состояла в основном из безе и орехов. Ни я, ни Никита, ни жена никогда не видели такого гиганта. Ясно, что после вскрытия коробки не отрезать кусочек для Никиты было невозможно.

Около 22.00 пришел знакомый с супругой, и мы пили чай с тортом. Вдруг зазвонил телефон. Когда я снял трубку, то сразу даже не понял, в чем дело. Из трубки раздалось: "У меня получилось!!!" После небольшого замешательства я узнал голос Юли. Выяснилось, что пока она ехала домой, то прочла почти все рассказы (около двадцати страничек) и попробовала технику благодарения на деле. Юля живет далеко от метро, и до дома ей нужно добираться или на автобусе, который ходит очень редко, или на маршрутке, курсирующей до восьми часов вечера.

Надо заметить, что Юля пришла ко мне простуженная, с температурой. Она поблагодарила Ванечку за предупреждение, что если придется долго ждать автобус, то она замерзнет и разболеется уже не на шутку. Юля подарила Ванечке подарок, и у выхода из метро ее ожидали две пустые маршрутки. Это так воодушевило Юлю, что, придя домой, она съела две тарелки супа, хотя еще в метро у нее не было аппетита, и она практически не ела пять дней.

Транспортные истории уже стали банальностью. Я их слышал в разных вариантах от нескольких десятков человек. Но от больной и расстроенной Юли я этого никак не ожидал.

Наполеонша.

Недалеко от моего дома, рядом с продуктовым рынком и коммерческими магазинчиками, находится небольшая площадка, на которой всегда многолюдно. В конце зимы, проходя мимо этого пятачка, я часто встречал пьяную бомжиху, лет сорока пяти. Заплывшее лицо ее украшал синяк, растрепанные волосы развевались на ветру, а одежда состояла из засаленного тряпья. Обычно она громко скандалила с прохожими или собутыльниками.

Замечая бродяжку, я всякий раз давал ей новые имена: "Я та, которая артистично сморкается", "Я та, которая моргает неоновой рекламой" и т.д. Спустя некоторое время бомжиха куда-то исчезла. Когда я вновь увидел ее, то не поверил своим глазам - она была трезвая, как стеклышко, и без привычного фингала. Окрыленный успехом, я поделился радостной вестью с женой. Поначалу она не разделила моего ликования, ответив: "Вечно ты из мухи слона делаешь. Денег у нее на выпивку нет, вот и трезвая".

Но вскоре супруга изменила свое мнение, увидев освободившуюся от объятий зеленого змия бомжиху. Та ловко орудовала здоровенной метлой. Инструмент буквально летал в ее руках, подобно кисти художника, наносящего размашистые мазки на полотно. Прохожие, опасливо поглядывая на "живописца", обходили тротуар, соблюдая трехметровую дистанцию.

Через несколько дней дворничиха опять предстала моим очам. На этот раз ее туалет украсила новая деталь, затмившая даже метлу. Вместо драной юбки из-под болоньевой куртки виднелись плотные, почти непрозрачные колготки причудливой расцветки. На черном фоне броско выделялись крупные красно-желтые цветы, похожие на орхидеи. Рисунок напоминал хохломскую роспись. Несмотря на потертость, колготки не утратили своего очарования.

Подобное произведение искусства я созерцал впервые и заключил, что уникальный предмет изготовлен на заказ, возможно, лучшими модельерами Парижа. С той поры диковинные колготки стали неизменным атрибутом - их можно было наблюдать на владелице не только в февральскую стужу, но и июльским знойным днем.

К лету бывшая бомжиха полностью преобразилась. Она стала модно одеваться, предпочитая молодежный стиль: белые кроссовки, расписные колготы, тинэйджерская футболка, джинсовые мини-юбка, куртка и панама. Поля панамки были заломлены и приколоты к "тулье" блестящим значком, отчего головной убор смахивал на треуголку. Одним словом - Наполеонша. Моя благоверная тоже отмечала эти изменения и восхищалась: "Какая видная дама стала, помолодела, лицо разгладилось, а фигурка - просто загляденье".

Наполеонша попадалась мне на глаза по нескольку раз в день, и на пятачке, где она от зари до зари махала метлой, всегда была идеальная чистота. Раньше там тусовались местные алкаши, а теперь у Наполеонши не забалуешь. Не дай бог, увидит, что распивают на ее территории, пойдет в атаку с метлой наперевес: "А ну, марш отсюда!" В общем, строгая женщина, настоящая хозяйка. Народ, живущий поблизости, ее уважает, и многие здороваются.

Отныне Наполеонша является для меня впечатляющим сигналом поддержки: если я встречаю "расписные колготки", значит, расположение госпожи Фортуны на сегодня гарантировано.

Я частенько включаю этот убедительный фильм под названием "Одеваю расписные колготки", а в особых случаях натягиваю толстые черные колготки, которые жена за два дня кропотливой работы украсила аппликацией из ярко-желтой ткани: толстый стебель с большими цветами змейкой обвивается вокруг каждой ноги.

Волшебная медаль.

Восьмое мая, шесть часов вечера, я возвращаюсь с работы. Выхожу из метро на станции "Павелецкая", направляясь к пригородным кассам вокзала. Открываю дверь павильона, в котором находятся кассы, - внутри настоящее столпотворение. Несмотря на то, что работает четыре кассы, возле каждой из них извивается длиннющая очередь, человек тридцать по меньшей мере. Такого я не наблюдал ни разу за несколько лет, три-четыре человека - самая большая очередь за билетами.

В полном недоумении захожу в павильон. В голове прокрутилась догадка, объясняющая подобное столпотворение, - сегодня предпраздничный день, и народ в массовых количествах отъезжает за город. Пора симоронить. Замечаю длинноногую барышню в немыслимо коротенькой юбочке, которая спешит мимо меня, звонко цокая каблучками. Вот он, сигнал, который выведет из проблемной ситуации: "Я тот, который цокает каблучками!" Пропечатав несколько раз это имя (и едва не устремившись вслед за обладательницей звонких каблучков), принимаю решение ехать без билета, тем более что электричка отходит через три минуты.

Выхожу к пригородным поездам и наталкиваюсь на тесно сгрудившуюся толпу. Возникает опасение, что платформа, от которой отправляется электричка, перегорожена контролерами, пропускающими только при наличии билета, и меня могут не пропустить. Сказав ВМВ, обращаю внимание на пузатого голубя. Он неторопливо переставляет красные кожистые лапки, стоя в лужице, на поверхности которой дрожат солнечные блики. Повторяя новое имя: "Я тот, который расхаживает по луже", двигаюсь к электричке. С чувством "глубокого морального удовлетворения" (не зря симоронил!) отмечаю, что никаких перегородок и проверяющих на платформе нет. Электричка стоит пустая, хотя на вокзале яблоку упасть негде.

Шагая по платформе, ловлю себя на мысли: "А что если контролеры объявятся позже, когда я буду ехать в электричке? Уж больно гладко все складывается". Незамедлительно начинаю работать с возникшими сомнениями, и мой взгляд останавливается на воробье, который энергично встряхивается на ветке дерева, растопырив оперение. Теперь я "тот, который взъерошивает перышки".

В вагоне всего два пассажира. Прохожу в середину и сажусь возле окна. И вдруг, о чудо! На полу, под сиденьем напротив, я вижу большую золотистую монету. Отчетливо осознаю, что она предназначена мне, ведь не случайно в пустом вагоне я выбрал именно это место! Наклонившись, я поднял предмет с пола. Это оказалась не монета, а медаль, с профилем Сталина и надписью по кругу: "Наше дело правое, мы победили!" Смысл послания вызвал у меня смех - сомнения напрасны, я - Симорон, хозяин создаваемой мною Вселенной.

Я широко улыбался, держа медаль в руке, ощущая приятную тяжесть латуни. Она блестела в косых лучах вечернего солнца, отливая насыщенной желтизной с легким зеленоватым оттенком. Внезапно, по ассоциации, из глубин памяти выплыл такой же солнечный день. Я, семилетний крепыш с выгоревшими вихрами, не веря собственному счастью, сжимаю в руке тяжелый кругляш - юбилейный металлический рубль. Несколько секунд назад я спешил домой заряжать предмет своей гордости - водяной пистолет, как вдруг что-то блеснуло на асфальте. Теперь я чувствую себя обладателем несметного сокровища - это же целых десять(!) молочных коктейлей. Безудержное счастье заполняет меня целиком, без остатка. Такое всепоглощающее ощущение праздника, открытия чего-то нового бывает только в детстве.

Отголосок того неповторимого состояния я испытал сейчас, сжимая в руке найденную медаль. Каждый из нас испытывал в детстве подобные переживания новизны и праздника. Возможно, читающий эти строки тоже откроет для себя моменты целостности, непосредственного участия в спектакле под названием "жизнь".

Я продолжал восторженно любоваться медалью. С обратной стороны имелась надпись: "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.". Лицевая сторона была довольно потертая, поцарапанная, видимо, хозяин медали часто носил ее. Вероятно, сейчас он огорчен утратой, и я, как добрый волшебник, могу с избытком компенсировать ему потерю. Обращаю внимание на внешний экран. В вагон заходит упитанный мужчина, смачно откусывающий большие куски от шоколадного эскимо на палочке. Переименование состоялось: "Я тот, который аппетитно трескает эскимо". Повторяю новое имя владельца медали и чувствую его ответное "мурчание", он удовлетворен, все в порядке.

Колеса электропоезда ритмично постукивают, а я вспоминаю свои недавние сомнения с ощущением победителя и изрядной долей иронии - ну какие могут быть контролеры! Ведь "наше дело правое, мы победили!"

Через пару остановок входит женщина средних лет с сердитым лицом. Согнувшись в три погибели, она тащит тяжеленную сумку невероятных размеров, в которой что-то позвякивает. Поравнявшись со мной, она останавливается, роняет сумку на пол и шумно плюхается на соседнее сиденье, издавав горестный возглас: "Фух! Ко-ошмар!" В сумке виднеются наваленные в беспорядке бутылки с водкой. Унылое настроение этой женщины очевидно - нужно ее переименовать. Но объем содержимого сумки вызывает у меня сильное замешательство, и в мозгу вертится лишь одно: "Да-а-а! Все-таки круто у нас народ гуляет!"

Из замешательства меня вывел вопрос тетки: "Не подскажете, который час?" Бросаю взгляд на часы и, повернувшись к ней, отвечаю: "Пятнадцать минут седьмого". Выслушав ответ, она благодарно кивает. Ага, вот и просвет: "Я та, которая кивает головой". Повторяя имя про себя и еле заметно кивая головой, краешком глаза наблюдаю за соседкой. Постепенно раздражение и усталость покидают ее, она обмякает, лицо разглаживается.

На следующей остановке напротив нас усаживается бабуля с внуком, непоседливым мальчуганом лет шести. На нем пестрый комбинезон и стильная кепка с длинным козырьком, соизмеримым с ростом паренька. Я с удовольствием отмечаю итог переименования - окончательное превращение соседки из сурово насупленной тетки в жизнерадостную женщину. Завидев мальчугана, она улыбнулась ему всем загорелым лицом, даже веснушки ожили! "Наше дело правое, мы победили!" Однако, как выяснилось позже, тетка была переименована не до конца - видимо, я сильно впечатлился количеством водки.

Час спустя мы с женой направились на продуктовый рынок. Проходя мимо семнадцатиэтажного дома, мы стали свидетелями поистине акробатического трюка. На грубо сколоченную деревянную скамейку пытался спикировать оборванный пьянчужка, неведомо как держащийся на ногах. Он долго прицеливался, делая винтообразные движения корпусом, словно заходя на вираж, и наконец нырнул вниз головой. Скамейка все-таки оказалась на траектории его движения, но центр тяжести уже был перенесен по ту сторону скамейки. В итоге мужичонка выписал замысловатое крученое сальто и перевалился вверх ногами за скамейку, приземлившись головой о землю, но достаточно мягко и расслабленно, так как сразу заворочался и забурчал, видимо, недовольный посадкой.

Жена при виде этого зрелища испуганно ахнула, я тоже впечатлился пируэтом и закрутил головой в поисках сигнала-просвета. Мое внимание привлек конфетный фантик, закружившийся от порыва ветра и полетевший вдоль дороги. Я громко переименовался в "того, который фантит на ветру!" Жена засмеялась и покачала головой.

Вскоре нам попался еще один субъект, основательно отметивший День Победы. Он двигался нам навстречу по размашистой синусоиде, с распростертыми руками, как будто собирался заключить всех в объятия. Обниматься с ним не хотелось, и мы обошли мужика стороной. Прообразом для переименования стал длинноволосый паренек на роликовых коньках с оранжевыми колесиками, покупавший кока-колу в палатке: "Я тот, который пьет кока-колу на роликовых коньках". Пропечатав имя и обернувшись назад, я увидел, что мужик остановился и опустил руки, точно вспомнил о чем-то значительном.

Тут до меня дошло, почему на нашем пути возникали пьяные. Я вспомнил сегодняшнюю тетку с огромной сумкой водки, свое замешательство и удивление: "Зачем так много пить?" Роликовых коньков и кока-колы оказалось достаточно, и пьяные нам больше не попадались, хотя рынок - место весьма злачное.

Медаль теперь висит на почетном месте. Если меня посещают какие-либо сомнения в успехе симоронских "церемоний", то я вспоминаю универсальное имя, высеченное на металле: "Наше дело правое, мы победили!"

Секретный ход.

Я работаю директором магазина. У меня не сложились отношения с продавцом Ирой. На мой взгляд, она вела себя вызывающе - могла встать посреди магазина и громко болтать по радиотелефону, демонстрируя, какая она крутая. Ира грубо разговаривала с членами коллектива и покупателями, не скупясь на крепкие словечки и даже не замечая, что употребляет ненормативную лексику.

Я часто прибегаю к помощи Симорона и обычно быстро выбираюсь из неприятных ситуаций, но в случае с Ирой я не заметила позитивных изменений. В запасе у меня всегда есть секретный ход. Прежде я раз в неделю посещала занятия симоронской группы, потом времени на это не стало, но воспоминания о силе групповых симоронских техник сохранились. И когда у меня бывают затруднения, я стараюсь уйти пораньше с работы, чтобы попасть на занятие симоронцев и получить от них поддержку.

Был солнечный апрельский день, в воздухе чувствовалось дыхание пробуждающейся после зимней спячки природы, хотелось уехать неведомо куда. Я без колебаний покинула работу и снова оказалась в непринужденной обстановке симоронских игр. Мы стояли в кругу, я вышла в центр и заявила свою проблему. Пока я "плакалась", симоронцы зажмурились и переименовали меня через внутренний экран. Затем я ходила по кругу, и каждый сообщал мне имя. Из понравившихся имен я скомпоновала сводное: "та, которая надевает прищепки на уши собаке в репейниках, которая залезла под стул и грызет морковку".

Симоронцы слегка удивились, что мне не лень запоминать и воспроизводить такую длинную последовательность слов. Я стала ходить по кругу, повторяя это имя, как стихотворение "Дом, который построил Джек", и вся группа хором подтверждала его:

- Я та, которая надевает прищепки на уши собаке в репейниках, которая залезла под стул и грызет морковку.

На следующий день, когда я вспоминала это стихотворение, мой рот автоматически расплывался в улыбке, которая иногда переходила в приступы неудержимого хохота. Мне приходилось закрывать рот платком, чтобы сотрудники не подумали, что пора вызывать скорую. Вечером позвонила Ира: "Мне подыскали новую работу, с большей зарплатой, и с завтрашнего дня я у тебя не работаю!"

В нашем магазине сломался телефон, гарантия на который еще не кончилась. Позвонив в фирму "Партия", я узнала, что надо отвезти телефон в гарантийную мастерскую фирмы и что ремонт осуществляется в течение недели. Меня это не устраивало - без телефона я работать не могла.

Я отправилась в "Сервис-Партию" на "Калужской". От метро нужно либо пройти длинную остановку, либо проехать на автобусе. Идти не хотелось, я стояла на остановке, а в голове копошились мысли: "Сейчас с телефоном не получится, как я буду работать?" Транспорта долго не было, и тут я вспомнила, что я - Госпожа Симоронша. Мое внимание притянуло объявление на столбе, начинавшееся словом "продаю". Поверх этого объявления было приклеено другое, и от слова "продаю" осталось одаю.

Потом мой взгляд потянулся вверх, и я увидела огромный плакат, на котором красовался украинец с бутылкой русской водки. На плакате была надпись: "Нет ничего лучше русской водки!", и строчкой ниже гигантскими буквами приписано ХА-ХА-ХА.

Вот я и нашла имя: "Я та, которая одаю ХА-ХА-ХА". Мне стало так весело, что я расхохоталась. Тотчас подрулил автобус, и пока я ехала, то одавала ХА-ХА-ХА. Телефон починили при мне за двадцать минут. Это имя мне настолько понравилось, что я его частенько применяю в других ситуациях.

Операция "трактористы".

Трое симоронцев - Борода, Папа и Андрюха - отправились в начале сентября в байдарочный поход по реке Кубене, протекающей на севере Вологодской губернии. Поход близился к завершению, все пункты программы были выполнены: грибы, баня, рыба и прочее. Погоды все время стояли солнечные. Неблагоприятных сигналов не было, разве что иногда приходилось переименовывать Андрюху, развлекавшего байками из своего богатого туристического опыта. Вроде того, как в 87-м на Заполярном Урале кто-то перевернулся на байдарке, или как однажды у них на ночной стоянке близ деревни уперли топор и ножовку местные аборигены.

Теплым и ясным субботним днем прибыли симоронцы в конечный пункт маршрута - селение с красивым названием Усть-Река и высадились на берегу речушки Сямжа, впадающей в этом месте в Кубену. Вытащив из воды лодку и установив ее для просушки, поставили они в лесочке палатку и улеглись на опушке возле костерка. Вскоре рассыпчатая вологодская картошечка уже дымилась в мисках, а из банки со свежей домашней сметаной вылавливались плотные комки, больше напоминающие масло. И когда симоронцы лениво нежились на солнышке после обеда, Андрюху внезапно осенило: "Почему бы нам не уехать прямо сейчас, а не завтра?"

Отъезд планировался на 12 часов следующего дня - автобусом до Вологды (150 километров), а вечером - поездом до Москвы. Тогда пришлось бы полдня слоняться по Вологде. Кроме того, лишняя ночевка в палатке не особенно привлекала симоронцев. Несмотря на теплую дневную погоду, по ночам ударяли заморозки, и утром в котелке с чаем плавала ледяная шайба. Поэтому ночью вся теплая одежда и даже рюкзаки натягивались на себя.

Предложение Андрюхи, позволяющее сэкономить сутки пути, встретило в общественных кругах широкий резонанс. К тому времени лодка уже просохла, и, быстро собрав рюкзаки, Папа с Андрюхой принялись ее упаковывать, а Борода рванул на развилку дорог ловить попутку. Между тем, на часах было уже 19.00, и Бороду посетили сомнения в осуществимости затеянного предприятия. Отправив сомнения на три буквы (ПВБ), он вышел на обочину грунтовой дороги. Мимо пронеслась легковушка, обдав всю округу облаком пыли, и Борода переименовался в "Того, который пылит по дороге".

Развилка дорог Вологда - Харовск - Истоминская находилась неподалеку, и от нашей стоянки, и от окраины Усть-Реки. Удобнее всего было ехать до Харовска (37 километров), а там уже останавливаются почти все поезда на Москву. За сорок минут ожидания мимо проскочили два мотоцикла, две легковушки с пассажирами и тракторишка, чудом еще не развалившийся. Однако Борода продолжал "пылить по дороге".

Вскоре подошел Андрюха. Подождав немного, симоронцы двинулись в деревню, намереваясь договориться с местными владельцами автотранспорта. Положение усугублялось тем, что трехместная байдарка даже в разобранном состоянии довольно громоздка и может поместиться в легковой машине только с багажником наверху. Через минуту отыскался новенький микроавтобус "ГАЗель". Но радость оказалась преждевременной: во-первых, не хватало бензина, а во-вторых, приборная панель была разобрана. В некотором отдалении на другой стороне улицы стоял грузовой ЗИЛ-157 с голубенькой кабиной - тоже в нерабочем состоянии. Чуть дальше в УАЗике ковырялся хмурый мужик, он подозрительно покосился на туристов и буркнул: "Машина не на ходу". Потом были: красная "Нива", белые "Жигули", "Москвич 412", еще какие-то машины, и вот вся деревенька осталась позади.

Впрочем, наш вид не внушал доверия: у Андрюхи на голове цветастая пиратская косынка, а Борода в драных джинсах. Андрюха решил снять косынку, что сделало его не менее экзотичным - теперь верхнюю половину лба украшала белая незагоревшая полоса.

Из проведенного исследования стало ясно, что водители в деревне Усть-Река делятся на три категории: либо пьяные, либо после бани, либо и то и другое вместе. Все это время мы интенсивно "пылили по дороге", утверждая новое имя.

Ярко-красный солнечный шар висел уже над самой кромкой леса, окрашивая легкую пелену облачков и окружающие холмы в оранжево-розоватые оттенки. Запас времени истекал, и остался последний шанс. Из разведданных стало известно, что имеется в Усть-Реке двухэтажное здание из белого кирпича - общага, которую населяют преимущественно шоферы. Мы отправились туда.

Возле общаги стоял покосившийся дровяной сарай, и, привалившись к нему спиной, на травке восседала троица мужиков (явно из первой категории). Когда мы приблизились к ним, один, в тельняшке на худощавом теле, поднял рыжую лысоватую голову и громогласно поприветствовал нас: "Какие люди! Уса-а-тые! Борода-а-а-тые! Какими судьбами в наших краях?" Выяснив, что нам нужно уехать в Харовск, мужики, запинаясь, объяснили, что из шоферов никого, кроме них, сейчас нет, зато у них есть трактор, и за доставку они возьмут всего три бутылки водки. Мы с Андрюхой переглянулись и помотали головой: ехать в темноте по разбитой грунтовой дороге, да еще на тракторе с прицепом, да еще с водителем, который лыка не вяжет - занятие весьма рискованное.

Когда эти аргументы были изложены, мужики, пошатываясь, вскочили на ноги и, перебивая друг друга, стали уверять, что доставят нас в целости и сохранности, вот только солярки зальют. Особенно старался "Тельняшка":

- Да вы чё, мужики! Т-80 - это же зверь, а не трактор! Домчим, как на "Мерседесе"!

Андрюха пытался возразить, что ему самому приходилось водить трактор и на эту авантюру он не пойдет. Рыжий взвился и рванул тельник на груди:

- Чё ты понимаешь?! Да я тракторист с рожденья!

Однако симоронцы были тверды, как скала, и стояли на своем:

- Поедем только на машине и с трезвым водилой.

Поняв, что замаячивший желанный напиток уплывает, мужички приутихли, но в их разгоряченных головах явно прокручивались всевозможные варианты. Наконец второй из них, плотного телосложения, с темными клочковатыми волосами и перебитым носом изрек:

- Вот чего. Зайдите-ка к Петрову, во-он по той улице, дом с синей верандой. У него девятка.

Пошли к Петрову. Дверь отворила жена. Узнав цель нашего визита, сокрушенно вздохнула:

- Сейчас разбужу, но вряд ли поедет - выпимши он.

Вскоре на крыльце, шаркая ногами в войлочных тапочках, появился сам Петров, похожий на большого добродушного медведя. Жадно выпив ковшик воды, он выслушал нас, провел к машине и с виноватым видом развел руками:

- И рад бы отвезти, да не получится. Вчерась начальник приезжал, поохотились, ну и приняли, как полагается. Сегодня вот проспал весь день, а с "бодуна" ехать уж больно чижало.

Петров с обреченным видом посоветовал нам зайти к Слободину, внизу, у самой речки. Шагая на другую сторону деревни, мы с Андрюхой уже были готовы вернуться на стоянку. В конце концов, дел-то - поставим сейчас быстренько палатку, да и переночуем. Однако, пока оставалась хоть малейшая возможность уехать, надо исследовать и ее. "Безвыходных ситуаций не бывает", - вертелось в голове, и я еще несколько раз повторил: "Я тот, кто пылит по дороге".

Однако дойти до Слободина нам так и не удалось. Невдалеке от общаги мы услыхали крики "Тельняшки" и "Лохматого":

- Мужики, давайте сюда!

Мы хотели сделать ПВБ, но крики были все настойчивее. Подошли поближе. Тельняшка возбужденно и сбивчиво объяснял:

- Ща уедем, мужики! Ща Колян подъедет! На чем?! Колян на УАЗике. Кто, Колян? Не, Колян трезвый, как стекло. Ща подъедет. Колян-то? В поле уехал, людей забирать. Да ща быстро! Вот его дом-то, Коляна, он здесь живет! Да куда он денется, сюда приедет.

Потом последовало приглашение зайти в ожидании Коляна домой к Тельняшке, попить чаю. Смутно подозревая, что чаепитие может весьма затянуться, и тогда уже будет не до Коляна, да и ехать никуда не захочется, мы решительно отвергли это предложение. Тельняшка с Лохматым не отпускали нас ни на шаг:

- Ща быстро. Колян с поля приедет. Куда ему деться. УАЗик-то здесь у него стоит. Вот в этом доме Колян живет.

Через пару минут послышался звук мотора. Мужики оживленно загудели:

- Во! Едет! Колян!

Внезапно УАЗик, немного не доехав до нас, резко развернулся и укатил обратно. Махая руками и посылая вслед Коляну забористые ругательства, мужики бросились за ним, но было поздно. Мы с Андрюхой засомневались: не пора ли двигать на опушку? Но Тельняшка быстро взял инициативу в свои руки. Он потащил нас куда-то на окраину деревни, игнорируя все вопросы о целесообразности этого маневра:

- Пошли за мной! Ща найдем Коляна! Пошли, пошли! Вон туда!

Никаких вразумительных объяснений, почему нужно идти именно "вон туда", добиться так и не удалось. Мы махнули рукой и двинулись за ним, "пыля по дороге".

Вскоре мы оказались на склоне холма, где сходились три дороги местного усть-реченского значения. Тельняшка объявил:

- Во, Колян все равно сюда приедет*.


* Все монологи усть-реченских трактористов значительно сокращены, ввиду изобилия ненормативной лексики.


Тем временем солнце скрылось за горизонтом, и начало смеркаться. С холма открывался прекрасный вид на окружающие поля и перелески, а в небе выплыл маленький рожок молодого месяца. Пока мы созерцали замечательную картину, откуда-то из кустов появился Лохматый, исчезнувший перед этим, погнавшись за УАЗиком. Информацией, проясняющей местоположение неуловимого Коляна, он не владел. И тут наше внимание привлекло какое-то движение у подножия холма.

- Колян едет! - заголосили мужики.

Да, это был темно-зеленый УАЗ-469, любовно именуемый в народе "козликом", и направлялся он прямиком к нам. Тельняшка вышел на середину дороги, широко расставив ноги и разведя руки в стороны. Однако УАЗик не сбавлял скорости и лихо затормозил всего за полметра от нас, подняв целую тучу пыли. Тельняшка с Лохматым залезли в кабину - переговоры велись за закрытыми дверями, строго конфиденциально. Колян выглядел весьма сурово (видимо, из-за того, что трезвый), и, судя по жестикуляции, Тельняшке пришлось использовать всю мощь своего ораторского искусства. Выяснилось, что у Коляна на исходе бензин, и нам был предложен промежуточный вариант: доехать до Михайловского (около двадцати километров), а там эстафета будет передана кому-то из местных. Вариант наткнулся на жесткое ПВБ.

Тельняшка так просто не сдавал позиции: "Ща заправимся, мужики". Доехали до известного читателю дровяного сарая. Лохматый сгонял куда-то, притащил две полиэтиленовые бутылки и круглую трехлитровую канистру бензина и залил их в бензобак. Почти в темноте мы рванули к мосту через Сямжу, где из кустов торчала нахохлившаяся голова озябшего Папы.

Оставшись в одиночестве, Папа одел теплую куртку и пошел любоваться закатом с моста через Сямжу. Мост был высокий, и с него открывалась круговая панорама изумительной красоты. С одной стороны - оранжево-красное, догорающее солнце на безоблачном западе, а с другой - еле заметные, неумолимо приближающиеся, фиолетовые тучи со зловещим бордовым оттенком, несущие холод и ночь с востока. Слева, на юге, взошел молоденький месяц. Под ним, как на ладони, лежал поселок, а справа, на холме чуть возвышалось еще несколько домов. На лугах стелился туман. Небо казалось до удивления близким и родным. Издалека доносился монотонный шум воды, продиравшейся через речные пороги, изредка нарушаемый плеском играющей рыбы. Папа почувствовал единение с окружающей природой, растворение в ней, и это принесло ему ощущение необыкновенной силы и спокойной радости.

Боковым зрением Папа увидел какое-то темное пятно. Папа не пытался разглядеть его, а, наоборот, расфокусировал взгляд. И трава вокруг черного пятна неожиданно превратилась в изумрудно-зеленый, правильный орнамент из ромбов, который Папа долго разглядывал. Затем пятно превратилась в черную кошку, а орнамент стал обычной желтеющей травой с мелкими кустиками - это Папа сфокусировал взгляд. Кошка сидела неподвижно как скульптура. Папа почувствовал, как его с кошкой связывает невидимая, но прочная нить. Он знал, что кошка охотится на полевых мышей. Вдруг она резко прыгнула и скрылась в кустиках. Связь с кошкой оборвалась.

Солнце уже село, и Папа почувствовал легкий озноб. В голову полезли мысли:

- Где же симоронцы? Неужели поздним субботним вечером в этой глуши можно поймать пустую машину до города? А если машину не найдут, то придется в темноте ставить палатку и при свете фонарика обратно вытряхивать из рюкзака спальные вещи. Опять ночевать на морозе! Ради чего?!

Папа спохватился, ведь только что он чувствовал в себе необычайную силу. На выбор было много имен, но он остановился на скромном и изящном: "Я тот, который мышкует на лугу".

Чтобы согреться, Папа прогулялся до перекрестка, изредка пропечатывая вслух новое имя. Возвращаясь обратно, Папа знал, что ночь опять будет холодной - заморозки до минус пяти. Уже сейчас он заметил, как выдох превращается в туманное облачко. Возникло искушение - пойти развести большой костер, чтобы симоронцы могли сразу по приходу погреться у него. Этому соблазну было сделано бескомпромиссное ПВБ. Никаких намеков на отступление - роль нужно сыграть до конца, безупречно. И если ребят до сих пор нет, значит, есть надежда уехать.

Папа подошел к месту, с которого созерцал кошку, и увидел, что она грациозно крадется по направлению к мосту. Кошка проскользнула мимо Папы, перешла по мосту на другую сторону реки и скрылась из вида. Это был хороший знак. Папе привиделось, что сейчас подъедет какая-то разухабистая компания на драндулете типа "Антилопы-Гну", и через пару минут УАЗик уже сворачивал на мост.

За считанные мгновения в машину были загружены рюкзаки, байдарка, симоронцы и Тельняшка с Лохматым (наверное, для контроля за процессом). Тельняшка на переднем сиденье моментально отключился, голова его моталась из стороны в сторону - сказалось душевное напряжение, пережитое ради воплощения в жизнь Великой миссии. Колян вел машину быстро, но аккуратно, не проронив ни слова за всю дорогу, и через 35 минут мы остановились у железнодорожной станции Харовск. Строгое лицо Коляна слегка смягчилось лишь в торжественный момент вручения "Северной звезды" - бутылки вологодской водки и денежного эквивалента еще двух бутылок, согласно протоколу. Кстати, "Северная звезда" была второй бутылкой водки, купленной для обмена на рыбу - первую обменяли на среднюю щуку и на несколько окуньков. Симоронцы долго недоумевали:

- Почему не нашлось охотников до водки и что теперь делать с бутылкой? Не везти же ее в Москву!

Теперь все стало ясно - "Северная звезда" предназначалась Коляну.

Когда мы зашли в освещенный зал станции и взглянули друг на друга, то расхохотались. Толстый, седой слой дорожной пыли покрывал нас с головы до ног вместе с рюкзаками. Узнав имя, которое использовал Борода, Папа обронил:

- Весь мир - реализация внутренних фильмов. А ведь ты, Борода, впечатлился, когда проезжающая мимо тебя машина подняла пыль. Вот пылища и материализовалась.

Через час с небольшим мы покачивались в вагоне поезда "Северодвинск - Москва" и перебирали в памяти все детали удачного отъезда из вологодской деревушки с красивым названием Усть-Река.

Подготовка к зиме.

Осень обливалась дождями и грозилась вот-вот оцепенеть в заморозках. Наученная горьким опытом прошлого года, я решила сменить летнюю резину на зимнюю до появления льда на дорогах. Как человек ленивый (начавший посещать семинары по Симорону), я собиралась проделать эту процедуру на работе, с помощью приятеля Димки, заядлого автолюбителя. Заодно я планировала помыть двигатель, так как у нас на работе горячая вода есть только в Димкином офисе.

В назначенный час, когда я под изумленными взглядами домашних перетаскивала колеса в машину, раздался телефонный звонок. Димка посетовал на срочные дела и сообщил, что освободится во второй половине дня. Так что он успеет лишь помыть двигатель, а колеса мне придется менять самой. Я переименовалась в "шайбу, собирающую мед на полянке" и вспомнила, что в соседнем доме есть шиномонтаж.

Выйдя во двор, я увидела ворону, присевшую на дерево над моей машиной, и наметила пробный шаг. "Если ворона взлетит, то выбор шиномонтажа правильный, а если нет, то ищем дальше", - подумала я. Каркуша словно приросла к ветке и взлетать не собиралась, показывая, что в ближайшем доме помощи не будет.

Я села за руль и поехала в сторону работы, около которой был шиномонтаж. В очереди на замену резины стояло две машины. Мастер сказал, что придется ждать часа полтора. Я подумала: "Не может быть! Так долго ждать я не могу - впереди мойка двигателя! Что-то должно произойти..."

Тут с небес прямо на домкрат шиномонтажников камнем упала ворона. Поглядывая на меня хитрым глазом, птица завернула голову под железную ручку домкрата. "Ну вот, остаюсь!" - решила я. Ровно через две минуты я увидела направляющегося к моей "девятке" автослесаря с ключом в руках и искрой в глазах: "Как не помочь девушке! Где Ваши колеса?" Парень бодро поменял колеса и предложил свои услуги в дальнейшем. Предложением этого джентльмена я вскоре воспользовалась и исполнила давнюю мечту: отрегулировала сход-развал, поменяла шаровые опоры.

Психология bookap

Не успел мастер закрутить последнюю гайку на колесе, как расторопные сотрудники мойки пригласили меня мыть машину. Еще один сигнал поддержки! На сверкающей машине я подъехала к офису, где меня поджидал Димка.

Пока он священнодействовал со шлангом во дворе офиса, на деревьях в кромешной тишине гроздьями висели вороны и наблюдали за процессом, как ассистенты хирурга за операцией. Подготовка к зиме прошла успешно.