Василиса Премудрая

Молодая женщина, врач по образованию, пришла записаться ко мне на консультацию. Она приехала в Москву на повышение квалификации и заодно решила зайти к психологу.

– У меня масса проблем, – с усилием произнесла женщина, – во-первых, как вы видите, я ужасно некрасивая! И страшно это переживаю. А во-вторых, у меня сложные отношения с матерью. Может быть, вы поможете мне в них разобраться? А еще лучше – наладить мои дела?

– А в чем, собственно, состоят ваши сложные отношения с матерью? – спросила я, решив начать беседу со второй проблемы.

– Она меня не любит! – ответила женщина и вдруг заплакала.


Татьяна смотрела на свою новорожденную дочь с неподдельным огорчением. Девочка была похожа вовсе не на нее, яркую красивую брюнетку, а на мужа.

Нет, муж вовсе не был уродом. Как мужчина он был даже довольно привлекательным: высокий, крепкий, сильный. Но при этом он был практически бесцветным блондином, с белыми бровями и ресницами, а главное – с большими оттопыренными ушами. Татьяна не раз смеялась и дразнила его «лопоухим», любя, разумеется.

Но теперь, глядя на дочь, она ужасно сокрушалась. Новорожденная была копией мужа и обещала стать совсем некрасивой. Особенно удручали молодую маму уши девочки. Уже сейчас было видно, что уши большие и сильно оттопыренные, как у отца.

«Ладно, – думала мамаша, – брови, ресницы и волосы можно будет покрасить. Хотя не с годовалого же возраста их красить ребенку! Но что делать с ушами? Может быть, пластическую операцию? Но в этом возрасте вряд ли хирурги согласятся! Так что придется, видимо, долго ждать…

А пока придется растить этого некрасивого ребенка…

Татьяна тяжело вздохнула, потом достала платочек и повязала дочке на голову, прижав ушки поплотнее к головке.

«Вдруг они прижмутся сами немного, – с надеждой подумала молодая мать, – она мне потом сама спасибо скажет».

Татьяна всегда мечтала о сыне: худощавом, быстроглазом и озорном мальчишке. Муж, который обожал свою жену и всегда восхищался ее спортивной фигурой, а также ее бурным темпераментом, тоже хотел сына, похожего на супругу. Виктор считал себя «тюфяком»: он был довольно молчаливым, медлительным, неловким. Но его ум, способности и настойчивость помогли ему занять весьма крупный пост.

Когда стали обсуждать имя для новорожденной дочки, Таня предложила назвать девочку «как-нибудь попроще: Катя или Маша». Муж удивился, ему не нравились оба этих имени.

– Слишком распространенные, – сказал он, – давай назовем дочку Василисой.

– Ну, какой еще Василисой, – воскликнула Татьяна раздраженно. – Ты только посмотри, какая она некрасивая! И будет некрасивая! Все будут смеяться над ней. Тоже мне – Василиса Прекрасная!

– Она такая некрасивая? – удивился муж. – Да она же совсем маленькая, еще неизвестно, какая она вырастет!

– Все известно, – зло сказала Татьяна, – она вся в тебя, в своего папочку. Даже уши!!!

– Ну, ладно, – примирительно произнес муж. – Не будет Василисы Прекрасной, так будет Василиса Премудрая! Если она вся в меня. А я вроде не дурак.


Через четыре года у Татьяны и Виктора Поповых родился сын. Дениска был похож на мать как две капли воды. Татьяна и Виктор были счастливы.


Василиса росла некрасивой девочкой. Нет, чуда не произошло. Как мать и предполагала, дочка оставалась бесцветной и лопоухой. К подростковому возрасту стало заметно, что у Василисы костлявая фигура и серовато-смуглая кожа, с которой сливались брови, ресницы и волосы. Мать смирилась с внешностью дочери. Она не старалась принарядить ее, считая, что в ярких нарядах девочка будет выглядеть еще хуже. Поэтому Василиса была всегда в серых, черных или темно-синих платьях, кофтах и юбках.

Татьяна откровенно поговорила с дочерью, когда той исполнилось тринадцать лет.

«Ну, о замужестве для тебя и речи быть не может, – безапелляционно заявила она дочери, – на такую внешность вряд ли найдется любитель. Так что ты, давай, учись получше. Надеяться тебе не на кого, сама себя должна будешь кормить. А детей будешь у брата воспитывать! Племянников будешь любить, ничего! Проживешь как-нибудь!»

Татьяна обожала сына. Он пошел в нее: красивый яркий брюнет. Ловкий и быстрый.


Василиса хорошо училась. И вовсе не потому, что родители ее заставляли, а просто ей нравилось учиться. Учителя к ней относились прекрасно, подруги у нее всегда были, потому что Василиса росла доброй и умной девочкой. В принципе и в семье все выглядело вполне благополучно. Отец и мать были довольны Василисиными успехами и ее характером. Она росла на редкость послушным ребенком. Мать даже демонстрировала своим подругам послушание дочери. Девочка могла беспрекословно бросить увлекательную игру, если мать звала ее за чем-нибудь, даже в тех случаях, когда мать просто хотела продемонстрировать ее послушание своим подругам. Мать это называла «вышколить». Она «вышколила» Василису с раннего детства. За малейшую оплошность Василиса получала «по губам», «по рукам» и по любым другим местам.

«Такая некрасивая, да еще будешь плохо воспитанная», – говорила мать раздраженно.

В целом она, конечно же, заботилась о дочери. Кормила, лечила, если та болела. Хвалила за то, как Василиса убрала свою одежду или игрушки.

Василиса любила свою мать и очень боялась ее. Она все время к ней подлизывалась. Но порой все же ловила на себе ее неодобрительный взгляд. Впервые это было, когда Василиса примерила дома новогодний костюм Снежинки, который ей выдали в школе. Все девочки их класса были Снежинками. Она кружилась по комнате и вдруг наткнулась на презрительный взгляд матери. Она с размаху остановилась, почувствовав себя неловко, и с испугом посмотрела на мать. Та молча ушла на кухню. Василиса потихоньку сняла костюм и побежала к матери.

– Мамочка, а я всю посуду вымыла, – преданно глядя в глаза, сказала девочка.

– Иди, учи уроки, – ответила та, – и отстань от меня, не видишь, я устала.


Василиса пришла ко мне на консультацию в сером мешковатом костюме. Косметикой она не пользовалась, а оправа ее очков отставала от времени лет на двадцать.

– Как вы думаете, – спросила она, – могу я всерьез заинтересовать мужчину?

– Почему вы в этом сомневаетесь? – поинтересовалась я, разглядывая ее странные очки.

– Моя мать считает, что мной может увлечься только аферист или больной.

– Вы что – такая богатая наследница? – наивно спросила я.

– Нет, я настолько некрасивая женщина, – угрюмо ответила моя клиентка.

Мы выполнили один тест, и я спросила:

– Василиса, вот вы считаете себя очень некрасивой. А как вы думаете, вы обаятельная женщина?

– Нет, конечно, – ответила моя клиентка, – куда уж там. Да я от застенчивости и неуверенности могу и упасть на ровном месте, и на ногу мужчине наступить. А уж пролить чашку кофе или чая на стол или на человека… Это вообще мой «конек»!

– Ну что ж, – я вздохнула, – придется, Василиса, подрастить ваше обаяние! Другого выхода у нас с вами просто нет! Слышали когда-нибудь такую фразу: «Я не красива, но чертовски мила»?

– Ну, мила, это вовсе не про меня, – вздохнула клиентка.

– А есть еще обаяние ума, – возразила я, – а потом, увидите, с возрастом все будет очень сильно меняться…


– У меня нет денег на пластическую операцию, – угрюмо сообщила Василиса мне на следующей встрече.

– А вы решили делать операцию?

– Знаете, мне было бы легче сделать себе операцию по изменению пола, чем изменить свое лицо, – мрачно пошутила моя клиентка, – потому что мне надо менять все!

– Ого, я оценила ваше чувство юмора! – удивилась я. – Но давайте сначала попробуем кое-что попроще, чем операция у пластического хирурга. Поработаем с вашей самооценкой.

– Вы будете внушать мне, что я красавица? – усмехнулась моя героиня.

– Нет, – отозвалась я. – Скажите, а зачем вам понадобилось так срочно похорошеть? Вы влюблены?

Василиса сильно покраснела и встала со стула.

– Я влюблена в женатого мужчину, – пробормотала она и с размаху села мимо стула на пол.

– Я так и знала, что вы потребуете, чтобы я поменяла гардероб! Дудки! – заявила Василиса, – моя мама будет категорически против!

– Но замуж-то вы будете выходить, а не мама! – возразила я.

– Кто это будет выходить замуж? – удивилась Василиса. – Мама сказала, что я никогда не выйду замуж!

– Почему? Мама – против? – спокойно отозвалась я. – Давайте так: или вы делаете так, как я вам советую, или так, как советует ваша мама.

– Не настраивайте меня против матери! – гордо произнесла молодая женщина. – Она просто правду мне всегда говорит. Чтобы у меня не было иллюзий!

– И вы счастливы с этой правдой? – грустно спросила я. – Я вам тоже предлагаю правду, но другую. Кого вы любите, тот и красивый! И наоборот! Попробуйте! А то вам скоро уезжать! Не понравится, уедете и все забудете!

– Ну, хорошо, – проворчала Василиса, – давайте вашу чудо-науку.

– Купите себе новые модные очки, – сказала я.

– Ах, как оригинально! – издевательским тоном произнесла моя подопечная.

– Что-то вы разошлись, – строго сказала я, – не пора ли вам под мамино крылышко? А то вы стали забываться. Вы ведь сами пришли ко мне за советом и помощью, я вас сюда не приглашала. Так что без новых модных очков ко мне можете не приходить!

– Я все поняла, – тотчас отозвалась Василиса.

«Ну и ну, – удивилась я, – оказывается, такой тон разговора ей куда привычней и понятней!»


Василиса в новых очках стала совсем другой. Умной. Вернее, она и раньше была умной, но если она молчала, то об этом никто не догадывался. А теперь стало видно: Василиса – умная!

– И я не буду красить волосы! И стричься! – прокричал мне дипломированный врач голосом трудного подростка, – вы психолог, а не имиджмейкер!

– Возьмите себя в руки, Василиса Викторовна, – строго сказала я. – В новых очках вы выглядите просто замечательно! И как врач вызываете доверие и симпатию. А стричься вам не надо пока. Отрастите немного волосы, а потом сделаете стрижку каре и спрячете под ней свои ушки, – невозмутимо продолжила я, думая о том, что выполняю работу матери своей клиентки, которую та должна была проделать лет 10–12 назад. – Да, и еще, брови и ресницы советую вам все же покрасить в парикмахерской.

– Может, вы мне еще велите мини-юбку приобрести? – язвительно спросил врач, приехавший повышать свою медицинскую квалификацию, но почему-то оказавшийся на консультации у психолога.

– Купите себе красивый медицинский халат, – хладнокровно произнесла я, – будем делать имидж «обаятельный доктор». Не забудьте принести халат на встречу со мной.


Прошел месяц. Василиса получила от меня такую порцию похвалы за свои старания, что этого хватило бы на целый класс девочек-подростков. В красивом медицинском халате и модных очках, с темными бровями и ресницами и прической «каре» Василиса чувствовала себя превосходно.

Я велела ей говорить каждое утро перед зеркалом своему отражению «обаятельный доктор» по пять раз.


Перед отъездом домой Василисе ужасно хотелось встретиться со своим коллегой Петром Ивановичем, в которого она была влюблена. Тем более, он не видел ее в новых очках и с прической «каре»!

– Но он ведь женат! – с тоской сказала мне Василиса.

– Так вы же не предложение ему на вас жениться придете делать! А попрощаться! – удивилась я.

– А о чем мне с ним разговаривать? – со страхом спросила Василиса Премудрая.

– Говорите о медицине, – посоветовала я, – и не пейте с ним ни чая, ни кофе!


– Вы, наверное, считаете себя очень мудрой, раз даете советы людям, как им жить, что делать, что надевать, – издевательским тоном произнесла Василиса, – Боже мой, какая же вы умная!

Я в ответ посмотрела сурово и ответила:

– Я еще гораздо умнее, чем вы думаете!


– Понимаете, – сказала Василиса тихо, – я рано поняла, что вовсе не «премудрая». Да, я хорошо училась в школе, но чего мне это стоило! Я очень много занималась, заучивала наизусть. В младших классах я по десять раз переписывала свои тетради, но в старших классах одного старания было мало! Как-то так получилось, что мое прозвище из семьи перекочевало в школу и меня и там стали называть Василисой Премудрой. Но я это понимала только как компенсацию за то, что я не Василиса Прекрасная!

Знаете, в нашем классе была девочка Маша, которую все так и звали: Маша. Она была очень хорошенькая и умная. Как я ее ненавидела! Она, действительно, прекрасно училась! И при этом легко, играючи! Когда никто не мог решить сложную задачу по математике, то говорили: ну, если Маша не решит, то все… А мне приходилось делать умный вид и говорить, что «здесь есть другое, лучшее решение, мне надо подумать…»

Если бы я была действительно очень умной, то у меня был бы шанс доказать всем, и прежде всего маме, что я достойна другого отношения, достойна ее любви! Возможно, это примирило бы меня с собственной внешностью. Но я была средняя! Очень средняя по уму и очень некрасивая! Мне кажется, что моя мать тоже поняла это довольно давно!

– Простите, но таких людей очень много, – прокомментировала я, – дело скорее в ваших амбициях. А вот, скажите-ка мне, вы делали гадости этой самой Маше или, например, своему брату?

Василиса испуганно на меня посмотрела.

– Почти нет, – сказала она неохотно, – то есть я пыталась, но они этого практически не замечали. Но я мечтала! О, как я мечтала!

– Так вы не любите своего младшего брата, – вскользь заметила я.

– Почему? – удивилась Василиса, – конечно, люблю.


Василиса попросила Петра Ивановича – мужчину своей мечты – о консультации по теме будущей диссертации. Тему она выбрала как раз такую, которая должна была сильно заинтересовать симпатичного доктора. Они засиделись допоздна. Дважды звонила жена Петра Ивановича, но он отмахивался от ее настойчивых уговоров идти домой, и Василиса ликовала.

– Мы могли бы с вами вместе работать над этой темой, – деловито сообщила она Петру. – Я соберу материал для кандидатской диссертации, а вы потом возьмете его для своей докторской.

Петр Иванович только мечтал о написании докторской диссертации.

– Я и у себя в Ростове смогу собирать материал, – добавила Василиса, наблюдая за мужчиной своей мечты краем глаза.

Петр Иванович разволновался. Жена заставляла его заниматься строительством дачи, и он совсем забросил науку!

– Ну что вы! – сказал он. – У вас, наверное, семья, свои заботы. Мы вот дачу строить затеяли. Знаете, все средства и все время тратим на это.

– Да? Как жалко, – сказала Василиса, – дача – это, конечно, прекрасно. Но я, знаете ли, предпочитаю в свободное время заниматься наукой. Поэтому, видимо, у меня и нет своей семьи. Есть только родители и брат.

Петр запустил руку в свою густую шевелюру.

– Вы меня извините, пожалуйста, что я вам навязываюсь, – продолжала Василиса, наблюдая за Петром, – просто у меня скопилось очень много материала, а посоветоваться не с кем.

Петр посмотрел на молодого доктора из Ростова. Скромная женщина с умным лицом в очках. Вся в науке.

«Личная жизнь, видимо, не сложилась, вот она и ушла с головой в работу, – решил Петр. – Черт, и я об этом мечтал когда-то, чтобы ничто меня не отвлекало от исследований. Ведь сколько было задумано!» – пронеслось у него в голове.

– Отлично, Василиса! – бодро произнес Петр Иванович. – Начинаем с вами сотрудничать. Наконец-то у меня появился единомышленник и помощник!

– А можно я буду вам звонить, – робко спросила Василиса, – когда у меня появятся вопросы?

– Разумеется, – удивился кандидат наук, – и звонить, и писать, и приезжать!

Василиса шла по улице, не помня себя от счастья! Она будет ему звонить! И писать! И приедет к нему!

«А хорошо мне эта психологиня посоветовала с очками и парикмахерской, – размышляла Василиса, – может быть, мне купить себе еще и новую кофточку? Обаятельный доктор! Обаятельный доктор! Да, я – обаятельный доктор! Я – Василиса Премудрая! Я сама до всего этого догадалась!»

Василиса тихонько засмеялась.


Василиса возвращалась в родной город в приподнятом настроении. Она думала о Петре, о том, как они будут вместе работать, часто видеться… Тема диссертации казалась Василисе туманной и неинтересной, ну да ладно. Это не главное. Надо собирать материал, чтобы было о чем поговорить с Петром по телефону.

Василиса думала с удовольствием о том, как она расскажет матери о своих научных планах. Может быть, ей удастся увидеть одобрение в ее глазах, а еще лучше симпатию!

Но Боже, как объяснить матери новую прическу, очки и окрашенные брови и ресницы! Василиса стала лихорадочно соображать. Так, очки – не проблема. Скажу, что мои очки сломались, вот и купила новые. А прическа? А брови? Василиса покрылась холодным потом. «Обаятельный доктор» – вспомнила Василиса название своего имиджа. Ну что ж, свалю все на психолога. Дескать, психологиня мне посоветовала улучшить имидж для карьеры в Москве.

Василиса успокоилась и перевела дух.


У подъезда своего дома Василиса встретила Лиду, бывшую одноклассницу.

– Привет, ты откуда? – поинтересовалась Лидка.

– Ездила в Москву учиться, хочу писать диссертацию.

– Ну, ты даешь! – восхитилась Лидка. – Молодец! Я тобой горжусь. То-то смотрю, ты изменилась. Важная такая стала. Очки новые!

– Да, старые сломались, – застеснялась Василиса.

– Ну, ты прям ученый! – улыбнулась Лидка и побежала по своим делам.


В школе был вечер встречи, и Василиса решила пойти. А почему нет? Ей есть что о себе рассказать! Одеваться теперь Василиса стала немного по-другому. Цвет одежды оставался темным, но Василиса купила себе два довольно дорогих костюма. Строгих, разумеется. Маме, естественно, ничего не сказала.

Василиса надела новый черный костюм. Ей очень хотелось бы сейчас услышать хоть какой-нибудь немудрящий комплимент! И так хотелось бы услышать одобрение своей мамы!

«Ну да ладно!» – подумала Василиса, так и не решившись показаться на глаза матери, и выскользнула из дома.

«Ну да ладно!» – думала Василиса, когда никто из одноклассников не отметил ее внешний вид.

«Я Василиса Премудрая, а не Прекрасная! – думала она, стараясь не заплакать. – Я пишу диссертацию. У меня есть Петр! И я „обаятельный доктор“! Дать бы по шее этому психологу! – без перехода подумала Василиса. – Это ж надо такое придумать – „обаятельный доктор“! Никто даже не обратил внимания на то, как я изменилась!»

К Василисе подошли ее бывшие одноклассницы Ася и Марина.

Василиса набралась храбрости и сказала вдруг тонким голосом:

– Девчонки! А я замуж выхожу!

– Шутишь? – удивилась Ася.

– Да ладно болтать-то, быть этого не может, – улыбнулась Марина.

– За московского ученого! – обиделась Василиса. Она решила идти домой. И решила, что она непременно выйдет замуж. За Петра! Она его любит! И он кажется Василисе самым красивым мужчиной на свете! Вот бы и он ее полюбил! Тогда, может быть, и он будет считать Василису… Дальше думать стало страшно.


– Мама, папа, мне нужно поговорить с вами по очень важному делу, – сказала Василиса.

Отец внимательно просмотрел сначала на Василису, а потом на жену. Мать строго спросила:

– В чем дело?

– Дело в том, что я выхожу замуж! – сообщила Василиса.

– Ты уверена в этом? – иронично спросила мать. – У мужчины, может быть, какой-то дефект? Без ноги, руки или, может, он слепой?

– Подожди, Таня, – сказал отец, – пусть сначала расскажет, что он за человек. Он что, намного тебя старше? Или ему нужна квартира? Ты же хотела диссертацию писать!

– Я выхожу замуж и уезжаю! – сказала Василиса. – В Москву, – а вам освобождаю площадь.

Потом она закрылась в своей комнате и плакала. Отец постучал к ней в дверь, но Василиса впервые не открыла. Правда, отец стучал совсем недолго, а мать вообще не стучала.

Василиса вышла замуж за Петра Ивановича. Он развелся с женой и моментально женился на Василисе. Василиса переехала жить в Москву к мужу. Работали они теперь вместе, над одной темой. Василиса собиралась защищать кандидатскую диссертацию. Петр Иванович писал диссертацию докторскую.

Но оказалось, что Василиса беременна…


Василиса вошла в мой кабинет с торжествующим видом и сказала небрежно:

– Знаете, а я замуж выхожу.

– Поздравляю вас, – искренне обрадовалась я. – Желаю вам счастья.

Я помолчала. Василиса тоже помолчала. Лицо ее становилось все озабоченнее.

– Теперь я буду жить в Москве, – сказала она.

Я кивнула и продолжала молчать. Мне была интересна цель ее визита.

– Я беременна, – произнесла вдруг Василиса, и ее глаза наполнились слезами.

– Это замечательно, – мягко сказала я, – что же вас беспокоит? Теперь у вас будет своя семья: муж, ребенок. Вы уехали от контроля своей матери. Живите и радуйтесь!

– Как вы не понимаете, – зарыдала Василиса Премудрая, – а вдруг у меня родится девочка, такая же некрасивая, как я? Ну, если еще мальчик, то ладно! А вдруг девочка?

– А почему вы так этого боитесь, – спросила я, – вы будете ее любить и помогать ей во всем. Вы же не повторите ошибку своей матери и не позволите, чтобы ваша дочь страдала! А потом, знаете, я вот не считаю вас уж такой некрасивой, у вас есть свое обаяние! И муж ваш, наверное, так считает. Ведь он, простите, как я понимаю, из-за вас с женой развелся!

– Обаятельный доктор! Женщина-ученый! – горько усмехнулась Василиса, да наплевать мне на эту науку, как вы не понимаете! Просто работа над диссертацией помогла мне сблизиться с Петром! Я же предупреждала вас, что я не такая уж умная! Это я просто перед мамой своей оправдаться хотела! Не прекрасная, так премудрая! А теперь я боюсь родить страшненькую, лопоухую девочку!

– А разве вы не сможете ее полюбить? – удивилась я.

– Я – наверное, нет, – угрюмо сказала женщина-ученый. А потом, представьте, что скажет моя мама, увидев, что нас уже двое? Я даже знаю, что она скажет с ужасом в голосе… Она скажет: ОНИ РАЗМНОЖАЮТСЯ!!!

– Прекратите истерику! – приказала я. – А то у вас родится больной ребенок. А это, поверьте, намного тяжелее! Будете во время беременности любоваться прекрасными видами, слушать хорошую музыку, делать добро… и ко мне захаживать.

– А маме я должна сказать, что я жду ребенка? – спросила Василиса, и глаза ее снова наполнились слезами.

Я сделала над собой усилие, но все же сказала:

– Нет, маме пока говорить не будем. Рано. Вам еще надо выносить этого ребенка.


Василиса не ездила домой и не говорила матери о своей беременности. В положенный срок она родила девочку. Девочка была немного похожа на Василису, но с маленькими аккуратными ушками и круглыми папиными глазками. Василиса была в полном восторге!

Она попросила мужа позвонить родителям и сообщить о рождении девочки. Василиса решила назвать ее Татьяной, как бабушку.

– Ты скажи матери, что мы решили назвать дочку Татьяной в ее честь. И скажи, что она на меня совершенно не похожа, – сказала Василиса.

Муж Василисы был рад рождению дочки. Он уже заканчивал писать докторскую диссертацию, и Василиса ему помогала. Жили они душа в душу. Василиса решила бросить аспирантуру. Мужу она сказала, что ей вполне достаточно того, что ее муж станет доктором наук. А она будет им гордиться и помогать ему во всем. А потом ей же надо заниматься маленькой дочкой!

Муж Петр поцеловал свою жену Василису Премудрую и подумал о том, как ему повезло со второй женой! Полное понимание! И дачу строить не надо.


Прошло два года. Я ничего не знала о Василисе. И вдруг она объявилась вновь. Мы встретились как старые знакомые. Василиса рассказала, что у нее все в порядке. Она работает, муж занимается наукой, дочка растет. Они с мужем решили построить дачу.

– Чтобы Петр мог заниматься наукой на свежем воздухе! Я все уже продумала, – рассказывала мне Василиса.

«Да она и впрямь – Василиса Премудрая!» – восхитилась я.


– А дочка у меня – просто красавица! – с гордостью сказала Василиса.

– А как ваши отношения с матерью? – поинтересовалась я.

– Тяжело, – усмехнулась моя клиентка. – Она считает, что мой муж женился на мне, потому что ему была нужна прислуга. А я из-за него бросила заниматься наукой.

– А как она относится к внучке?

– Мама называет ее Татьяна Вторая. Я, знаете ли, таким образом, по своему обыкновению, попыталась к ней подольститься. Тем, что назвала дочку в ее честь.

– Получилось?

– Не знаю. Мы живем в разных городах, видимся редко. Она воспитывает детей брата.

– Может быть, вам не стоит больше добиваться одобрения вашей матери? – спросила я. – Ведь, кроме боли, вы ничего от этого не испытываете. Вы многого добились и имеете полное право на счастье. Или у вас ко мне есть еще какой-то вопрос?

– Есть, – смутилась Василиса, – я снова беременна.

– А почему вы с этим опять пришли ко мне, – удивилась я. – Вы уже взрослая женщина, вам сколько лет? 33–34? Что на этот раз?

– Я боюсь, – сказала Василиса Премудрая, – я боюсь, что второй раз мне так уже не повезет. Не может быть, чтобы и второй ребенок родился таким красивым, как моя Танюшка! Я-то уже готова его любить, но вдруг ОНА родится некрасивой и будет завидовать Танюшке-красавице?

– Вам не кажется, что все это похоже на сказку о золотой рыбке? – спросила я. – Вы все время усложняете мне задание. Вы вспомните, с чего мы с вами начинали!

– Похоже, – ответила Василиса Премудрая, – похоже на сказку о золотой рыбке. А я похожа на старуху, которая хотела все больше и больше. А ведь чему учит эта сказка? Тому, как важно вовремя остановиться! Чтобы не остаться у разбитого корыта. Вы правы, я сделаю аборт.

– Вы не так меня поняли! – воскликнула я. – Я вам этого вовсе не советую!

– Нет, вы правы, надо уметь вовремя остановиться, – ответила Василиса и вышла.


В следующий раз Василиса пришла ко мне на консультацию через три года. Она выглядела спокойной и веселой.

– Как ваши дела? Как дочка? – спросила я у нее.

– Я работаю, муж тоже работает. Дочка учится в школе, – отрапортовала Василиса.

– Я рада за вас, – искренне сказала я. – Выглядите вы замечательно!

– Моя Танюшка поет в хоре! – похвасталась Василиса. – Только возить на занятия приходится далеко. Вот и бегаем с мужем наперегонки! А одну дочку отпускать боимся!

– Понятно, – отозвалась я. – А как бабушка, гордится своей внучкой, Татьяной Второй?

– Лицо Василисы резко покраснело, и она разрыдалась. Я перепугалась.

– Ну что я за психолог такой тупой, – разозлилась я сама на себя.

– С вашей мамой что-то случилось? – спросила я как можно мягче. – Простите меня за неуместный вопрос!

– Мама умерла, – продолжая вытирать слезы, сказала Василиса.

«Час от часу не легче», – подумала я, проклиная свою бестактность.

– Недавно? – спросила я, понимая, что, по-видимому, задела совсем свежую рану.

– Два года назад, – ответила Василиса.

– Вы до сих пор так горюете? – произнесла я с сочувствием.

Василиса затрясла головой и заплакала с новой силой.

– Я горюю о том, что теперь она уже никогда меня не полюбит! Понимаете? Никогда! Пока она была жива, у меня еще была надежда! Вдруг она, состарившись, что-то поймет, пожалеет меня, и я почувствую, что она меня любит! Я так старалась и так этого ждала! Постоянно посылала ей подарки, дочку в ее честь назвала! А она вдруг умерла! Так и не полюбив меня!

Она, рыдая, вдруг бросилась мне на шею. И я крепко обняла Василису Премудрую, хотя это совсем не мой метод работы с клиентами.

– Вы так и не решились родить второго ребенка? – осторожно спросила я.

– Нет, – еще плача, ответила Василиса, – я боялась, что мама не одобрит.

– А вы жалели об этом? – спросила я.

– Да, конечно! – мне так было жалко эту маленькую некрасивую девочку!

– Это вам себя жалко. До сих пор, – тихо сказала я. – Вам жалко себя, маленькую некрасивую девочку, и вы до сих пор боитесь своей мамы!

– Так ведь я должна была понять свою маму и простить? Правда? – сказала Василиса. – Она меня родила и воспитала, я должна быть ей благодарна: я слышала об этом в одной передаче по телевизору, там говорили очень убедительно.

– Понимаете, Василиса, – вздохнула я, – вы слышали только одно распространенное мнение. Но есть и другие мнения. Дело в том, что детей могут родить самые разные женщины, в том числе и бездушные, жестокие. Это печально, но факт. Даже злостные преступницы могут рожать детей. И есть матери, которые не любят своих детей. Ну, так что же, надо искать любовь в другом месте! А главное – любить самой! По-моему, вам это удалось.

– Но я была очень некрасивой, а моя мать была красавицей! Ее можно понять! – закричала Василиса.

Я решила прекратить наш спор.

– Понимаете, – сказала я, – в жизни так устроено, что люди, как правило, заботятся о последующем поколении больше, чем о предыдущем. Вот вы и заботьтесь! Вы сама – мама! Захотите, будете иметь еще ребенка. И потом вас любит ваш папа. И ваш муж. И Танюшка!

Василиса смотрела на меня во все глаза.

Прошло еще три года, и мы встретились еще раз с Василисой Премудрой. Она с гордостью показала мне фотографии маленького сына. Он был копией Василисы: смешной лопоухий малыш. Даже по фотографии было видно, какой он любимый!

Психология bookap

– Ну вот, Василиса, вы со всем справились, и я вам больше не нужна, – искренне произнесла я.

– Да, конечно, я вполне счастлива, – сказала Василиса, – но как бесконечно я была рада, когда узнала, что у меня родился мальчик, а не девочка!