1. Введение.

Ну вв-очень наукообразное введение.

Если хочется начать чтение с самого интересного, можете пропустить.

процессе написания этой работы ее полуфабрикат читался очень разными людьми. Реакция на нее формировалась обычно по одному из трех направлений. Для одних читателей многие мысли этой работы становилась своего рода откровением, хотя и вызывали массу противоречивых чувств то ли стилистикой автора, то ли самой действительностью, отраженной слишком откровенно. Другие говорили, что я описываю выдуманную реальность и что многие моменты моей работы напоминает хорошо систематизированный бред. Третья категория читателей отзывалась о содержимом как о знании, очевидном настолько, что никто другой не додумался бы облекать и без того всем понятное в форму работы, претендующей на какую-то степень научности.

У меня самого к моему тексту отношение, знаете, как у ребенка, который, сделав что-то нехорошее, и зная, что его накажут, все равно идет во всем признаваться. Конечно, отчетливо осознать для себя, да и еще так щепетильно и в деталях описывать, скажу честно, не самые красивые стороны человеческих отношений, - занятие на любителя.

Ну должен же был кто-то проделать эту грязную работу!

Кто-то скажет: "За тысячелетия письменной истории, люди, не переставая, писали о любви, пытаясь разгадать ее тайну. А сколько памятников мировой художественной культуры копали эту тему. И как же вас, сударь, понесло в это старое болото?!"

Что мне на все это ответить?

Произведения художественного искусства тем и интересны, что не дают ответов на прямые вопросы, оставляя поле для интерпретаций.

Для философов моя тема всегда была мелковата. Не пристало настоящему философу думать о дрязгах отношений полов, да тем более о рынке. Для них есть темы куда серьезнее.

А вот с коллегами-психологами (теоретиками) у меня особые счеты.

Не знаю, может, я, конечно, пролистал не все научные фонды РГБ, но почему-то основная масса классических научных трудов по психологии, особенно отечественной, видится мне достаточно хилой.* И это предмет не моего злорадства, а моей печали.


* Должен отдать должное, что в семье уродов не без таланта. И хоть изредка, но что-то достойное попадается.


Очень часто можно услышать, что не обо всех действительно существующих гранях мира можно прочитать в книгах. К сожалению, часто это так. И причина таких белых пятен в информационном поле научной литературы кроется вовсе не в запретах и не в лености авторов. Наоборот, в эпоху свободы слова и информационного взрыва многие молодые ученые с большим трудом выискивают себе темы, не исписанные до дыр конкурентами по научному ремеслу. Так в чем же причина того, что с одной стороны существует множество тех читателей, которые не могут найти литературу, удовлетворительно разбирающую интересующие их темы, а по обратную сторону пера - множество писателей, не имеющих возможность выкроить себе свободное место в теле изученного вдоль и поперек предмета науки?

Очень близко подойдем к отгадке, если вспомним, что самым модным жанром научной работы является исследование. Специфика исследования предполагает, что автор ставит проблему (то есть берется за то, что и он сам, и прочая научная общественность понимают туго) и, вооружившись методом, начинает исследовать. Причем если автор исследования уже знает ту истину, к которой собирается прийти, ему, согласно научному этикету, следует это скрывать и прийти к этой истине якобы только в процессе исследования.

Другими словами, исследования чаще всего проводят не те люди, которые знают, а те, которые в процессе и по результатам своей работы только собираются узнать. К сожалению, не у всех получается.

Вообще имейте в виду, что писатели - народ особый, выборка, так сказать, очень нерепрезентативная. А люди покупают книжки, читают и теряют последнюю надежду найти что-нибудь толковое в мире научной литературы. А уж если ученые не знают, тогда уж мне врубиться вообще не суждено, ѕ делает вывод читатель.

А на обратной стороне Луны живут другие люди - мастера жизни. Эти люди знают и умеют как раз то, что пытаются исследовать исследователи, и то, что хотели бы прочитать читатели. Эти люди книг читали мало, но умеют читать мудрость самой жизни. Все, что им было нужно, они, практикуя, узнали из окружающей жизни; да вот незадача: далеко не все носители этих знаний имеют желание заниматься писательством. Они уже в достаточной степени удовлетворили свой интерес в отношении предмета, и им недосуг разжевывать и записывать свои знания о нем. Эту проблему они уже решили, а теперь им интересно что-то другое.

Вот так в общем информационном поле сосуществуют два параллельных мира: мир теоретиков и мир практиков. Первые не знают, но писать могут и хотят; вторые знают, но писать не хотят, да и, откровенно говоря, редко умеют, ѕ на то нужны особые литературные способности.

Что ни на есть, к месту древневосточная пословица:

Знающий не говорит, говорящий не знает...

Я думаю, миссия практического психолога состоит в том, чтобы все-таки найти общий язык меж существами из этих параллельных миров хотя бы ради тех третьих, которые хотят уметь и знать и ходят меж теми умниками, которые сами не знают, и теми, кто умеют, но объяснить не могут. Осуществить эту миссию получается, к сожалению, не у многих. Думаю, у меня получиться!

Еще хочется обратить внимание тех, кто в поисках мудрости и ответов на вопросы бытия перелопачивает тонны томов (чем долгое время занимался и автор) на одну преинтересную деталь. Мудрость, изложенная в книгах, есмь мудрость вторичная. То есть авторы немногих действительно гениальных произведений черпали вдохновение и материал в самой жизни, а не в других книгах. Да простит меня читатель, что я в нарушение научного ритуала не стал начинать книгу с главы, посвященной анализу литературы. Если кто темой всерьез заинтересуется, обращайтесь: небольшой списочек интересной литературы присоветую.)

Читать книги и познавать через них мудрость - занятие уважаемое в цивилизованном обществе, но только истинно талантливые люди могут черпать ту же мудрость со страниц самой жизни. И этот путь постижения мира куда трудней и плодотворней, чем думают многие университетские всезнайки. Вопреки известной пословице, в бою (жизни) часто бывает трудней, чем в учении (науке).

Кстати, как сказал один наш замечательный современник (Седоватая борода и писклявый голос этого гения не раз будут фонить здесь моим речам. Как-никак, Н.И. - мой учитель.), умные люди от умных книг - умнеют, глупые - становятся полными идиотами, а основная часть людей остаются такими же, как и были!

Уважаемый мой читатель! В ваших руках не исследование! Перед вами глубоко субъективный, но при этом самоуверенно претендующий на объективность и... не много не мало! на всеобщую применимость взгляд автора. Говорить о том, соответствует ли предложенная модель действительности, так же бессмысленно, как спорить о том, действительно ли существует объективная действительность. Не надо быть дипломированным специалистом, чтобы иметь какой-то опыт и право суждения в отношении той темы, которой посвящена эта книга. Так что вам и решать, правда то, что я пишу, или неправда.

Так что, надеюсь, тот эксперимент, который ставит над всеми нами жизнь, компенсирует отсутствие в этой работе экспериментальной части. Вообще меня мало интересует эмпирическая проверка моей теории (Покаюсь честно, когда я защищал в университете диплом, то в доказательство обоснованности своего бреда я приводил данные исследований на выборке аж из 114 испытуемых. Я надеюсь, вы уде поняли, что ни кого я, на самом деле, не исследовал, а всех испытуемых с их фамилиями и ответами на вопросы выдумал.) (поверьте, очень лениво проверять самого себя). Хотя если б кто-то другой занялся, я не против.

Если б посчитать процентный коэффициент проверенных путем научного эксперимента знаний от всей массы тех предположений, на которые мы ежечасно опираемся, он был бы ничтожен. Из него надо еще будет вычесть часть фальсификаций проворных карьеристов от науки и часть данных, отражающих действие артефактов. И что останется? Если какая-то информация помогает нам успешно ориентироваться в жизни, мы используем ее, а не проверяем. Жить-то надо сегодня! И жить надо хорошо!

О стиле...

Некоторые графоманы из научной тусовки, наверное, из жалости к темному люду иногда пишут свои труды не на своем внутрикастовом жаргоне, а на более доступном для неспециалистов языке. Жанр сей зовется популяризацией и предполагает сниспускание ученой мудрости до уровня неученых масс. Так вот, жанр работы, которую вы сейчас читаете, антонимичен популяризации. Здесь представлена мудрость андеграундная - типичные темы пивных залов систематизируются и поднимаются до уровня кафедры.

По научной фене я здесь, конечно, стараюсь не ботать, а если уж выскочит где бранное словцо, не судите строго - за плечами как-никак пять лет строгого университетского режима.

Сложно сказать, предметом каких наук являются затрагиваемые темы и насколько приемлема для науки моя манера затрагивать. Глобальность задачи не позволила ограничиться только психологией, поэтому было неизбежно погрузиться в кладовую философии и других порожденных ею наук о человеке и обществе, таких как социология, экономика, право, история и пр. Точнее всего будет назвать эту работу внедисциплинарным философствованием.

Кто-то поймет мою работу однобоко, скажет, что она имеет скорее разрушительный, чем созидательный характер. И я не буду спорить. Кому-то в этом мире лучше получается ломать, кому-то ѕ строить. Я с азартом пинаю самые красивые мифы человечества и не предлагаю ничего взамен. Наверное, временами я похож на ребенка, который разрывает собственные игрушки только для того, чтобы посмотреть, как они устроены.

Короче говоря, педагогическим целям эта работа уж никак не может послужить. Также она не психотерапевтична. Даже наоборот. И вообще я здесь пишу такую, извините, правду, которую почти каждый живущий и жизнь знающий чувствует, но думать о ней не желает, а не то что говорить вслух.

Так зачем психологу по призванию и по образованию нужно было начинать писать то, что заведомо может войти в трения с клятвой Гиппократа? Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним древнееврейскую легенду об Адаме, которому в Раю стало так скучно, что он все-таки решил укушать яблоко с Древа познания Добра и Зла.

Психология bookap

Так вот, тех, кто не боится много знать, а потом плохо спать, да и еще быстро состариться, приглашаю за собой.

Занавес!..