Глава девятая

Неоспоримые правила победителей

Если ты играешь в гения, ты им становишься.

Сальвадор Дали

Правило первое

Отношение к себе – исключительно позитивное, как к выдающейся личности

Все победители имели стабильную самооценку, думали о себе как о герое. Позитивная психологическая установка в ее высшем проявлении приобретает черты почти слепой веры в собственное мессианство. Чаще всего ощущение своей особенности и чувство предназначения пробуждаются от ловких прикосновений родителей. Но не обязательно. Очень часто борьба в юном возрасте, попытки противостоять социальному окружению, желание выделиться и быть первым, победителем приводили к восприятию своей личности как некой великой, выдающейся. Это первое условие победы, ибо из отношения к себе, из любви к себе проистекает вера. Никто не решится любить кого-то и верить кому-то, если тот индивидуум сам не любит себя и сам в себе сомневается. Разумеется, позитивное отношение имеет прямую связь с высоким уровнем эгоизма, заботливо взращенном родителями или самой личностью. Такой индивидуум часто патологически стремится обрести черты Нарцисса. Без эгоизма и жажды поглощения не может быть крупной личности, без эгоизма не бывает вселенского, океанического успеха. Эгоизм лежит также в основе могучей и неистребимой в человеке жажды господства и влияния, воздействия на весь остальной мир любым способом, будь то великий интеллект или фанатическая воля к разрушению, двигая увлеченными и ослепленными массами.

Бисмарк, Наполеон, Сальвадор Дали, Пабло Пикассо, Елена Блаватская, Маргарет Тэтчер были уверены в том, что рождены для великой миссии. Их позитивное отношение к себе как к герою было неистощимо. Потому-то они и стали героями. Они научились смотреть сами на себя как бы со стороны, как смотрят на монумент великому человеку. Зная это, любой человек способен изменить свое отношение к себе.

Один из краеугольных принципов сознательного позитивного заключается в поклонении индивидуальной силе вообще. В исключительном доверии собственному голосу. Это порождает веру в собственную индивидуальную силу. Рождение всего неординарного, от просто выразительного поступка до проявления гениальности, неизменно связано со спором индивидуального с коллективным. Любое сколько-нибудь великое обязательно происходит благодаря отваге мыслить и действовать не так привычно, как делал весь остальной мир. «Всякое значительное произведение есть дитя одиночества», – был уверен Ромен Роллан. Это замечание истинно далеко не только для художественных произведений, но для знаменательного продукта вообще. Борис Пастернак в своем программном произведении «Доктор Живаго» вложил в уста одного из героев следующую тираду о противоборстве индивидуального сознания с коллективным: «Всякая стадность – прибежище неодаренности, все равно верность ли это Соловьеву, или Канту, или Марксу. Истину ищут только одиночки и порывают со всеми, кто любит ее недостаточно». Еще дальше идет Дмитрий Мережковский в своей книге о великом и вечно одиноком мастере «Воскресшие Боги (Леонардо да Винчи)». Он также, словно бы устами героя, твердит: «Художник, сила твоя в одиночестве. Когда ты один, ты весь принадлежишь себе…»

Слушать свой голос означает, прежде всего, верить в свою индивидуальную силу, решительно отказаться играть на вторых ролях. А значит, уже в мыслях стать первым, таким, кто будет играть только свою собственную роль. Исключительно свою игру! Юлий Цезарь, будучи неизвестным и непризнанным, проезжая по захолустной деревне на обочине империи, в сердцах воскликнул: «Лучше быть первым в этой деревне, чем вторым в Риме». Возможно, это миф. Но если это так, это безукоризненно скроенный миф, потому что является великолепным уроком всему человечеству.

Хорошо известна история, связанная с оценкой Марка Шагала известным авторитетом в живописи Львом Бакстом. Безапелляционно, не оставляя никаких шансов, гигант своего времени бросил юноше фразу, которая иного убила бы наповал: «У вас есть талант, но вы небрежны и на неверной дороге». После таких слов кто угодно мог бы спасовать. Но только не одержимый поиском собственного пути Шагал, которому некуда было отступать. Или достичь цели и победить, или повторить путь отца, провонявшегося селедкой грузчика. И поэтому он неустанно повторял себе, что должен, обязан найти замену каторжному труду, который ведет только в одном направлении – в могилу.

Огюст Роден не верил никому, кроме себя; он шел своим собственным путем и в конце концов заставил мир признать себя. Хотя этот путь был длиною в добрых полвека. Невероятной многим покажется судьба Генри Форда, который слишком долго колебался, но все же уступил чарующему шепоту собственного голоса. Первый раз он восхитился прообразом автомобиля в двенадцать лет, но только в тридцать шесть решился оставить свою работу клерка в пользу создания собственного автомобильного дела, основанного на склонности изобретать и конструировать машины. Этот шепот сводил его с ума, не давал покоя. Несмотря на то что на автомобили не было никакого спроса, уже через девять лет форд впервые в мире начал выпуск массового дешевого автомобиля. А еще через пять лет он завоевал добрую половину американского автомобильного рынка. Можно с уверенностью сказать: если бы увлеченный конструктор не послушался собственного голоса, не было бы на свете выдающейся личности по имени Генри форд. То же самое можно сказать и об Уолте Диснее или Марии Монтессори. Не слушай они себя, откажись от своих планов при появлении первых трудностей, не было бы таких знаменитых имен в истории. А ведь все они сталкивались не только с противодействиями, но и с настоящими ударами судьбы.

Кто боится собственного голоса, погибает от навязчивого гула чужих. Борис Пастернак, заклеванный и придавленный советской системой, не выдержал давления своры политических говорунов, спущенных из-за нобелевского признания «Доктора Живаго». Ослабленная гонениями ломкая душа мастера слова, дарившего, по словам влюбленной Цветаевой, «световой ливень», не сумела противостоять лаю, и открывшаяся болезнь стала быстро прогрессировать, сведя его в царство теней.

Михаил Булгаков, писавший смелые, проникновенные вещи, считал себя неспособным к долгой борьбе. «К сожалению, я не герой», – сказал он как-то, и в этой фразе есть крупное противоречие, потому что многое, написанное им, дышит героизмом. Но, услышав собственный голос как писатель, он не сумел ориентироваться на него как человек, как личность, будучи сдавленным неприступным социумом. И он также ушел слишком поспешно, торопливо, как бы извиняясь за оставленное ненапечатанным великое произведение.

В самом деле, есть оборотная сторона одиночества – слишком трепетное отношение индивидуума к задуманному продукту. Боязнь не успеть или неоправданно отвлечься, упустить что-то важное – все это побуждает лидера к одинокому размышлению, уединению. Неизменно позитивное отношение к себе связано с состоянием ума, которое служит главным фактором душевного равновесия и отправной точкой движения к успеху – в любом принимаемом, распознанном или выдуманном формате.