Глава 3. НАРУШЕНИЯ ОБЩЕНИЯ В СЕМЬЕ И СУПРУЖЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ КАК ДЕСТРУКТИВНЫЕ ФОРМЫ РАЗРЕШЕНИЯ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ


...

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ КОНФЛИКТУЮЩИМ СУПРУГАМ

По поводу хронически возобновляющихся или непрекращающихся ссор встают два практических вопроса: как избегать начала ссоры и как выходить из уже возникшей ссоры. Это взаимосвязанные вопросы: «односторонний» выход из ссоры (с большим моральным ущербом для одного из участников) предопределяет начало ее нового тура. Произойти это может не сразу: какое-то время возможен «худой мир», но суть дела от этого не меняется.

Психологически целесообразно распутывать клубок ссор следует начинать с конца. Чтобы обезопасить себя от новых ссор, нужно, прежде всего, правильно выйти из прежних. Что значит правильно выйти из ссоры? Традиционное представление о ссоре исходит из возможности всего только двух вариантов выхода: либо ты сам признаешь себя виновным, либо виновным себя признает другой – твой партнер. Первый вариант – альтруистический: мир устанавливается ценой уступок в пользу другого. Второй вариант – эгоистический: для установления мира ты ждешь уступок со стороны другого в свою пользу.

Мы предлагаем читателям испробовать практически или, по крайней мере, обдумать третий путь, предполагающий одновременное и обоюдное признание своей неправоты обеими сторонами. Спасительная формула для выхода из ссоры такова: «Мы ссоримся – значит, мы не правы!» Обратите внимание: речь идет о «мы», а не о «ты» или «я». Здесь нет традиционного для эгоизма перекладывания ответственности с себя на другого. Здесь нет и альтруистического самопожертвования, когда вся ответственность принимается на себя. Говорящий эту магическую формулу-ключ берет на себя инициативу говорить не от имени «я», но от имени «мы». Это позволяет пробудить установку на коллективизм. Подчеркивается не противопоставление «я – ты», разделяющее людей, а противопоставление «мы – хорошие, мы – плохие», объединяющее то лучшее, что есть в двух людях, против того худшего, что в них тоже есть. «Мы не правы» – это выступление с позиций союза и в интересах союза, это обращение к чувству семьи, чувству общности (как говорят психологи, к «мы-чувству»).

Некоторые супруги могут возразить: что же плохого в том, что осознавший свою неправоту благоразумно признает себя неправым? Разумеется, в этом ничего плохого нет, когда односторонняя неправота очевидна.

В том распространенном случае, когда ссора уже превратилась в обмен взаимными недружелюбными выпадами, одностороннее признание своей вины только тем, кто начал первый, дает лишь временные выгоды союзу, но в перспективе наносит ему вред. Хорошо, если другой участник ссоры в состоянии понять дипломатический смысл формулировки «я не прав», истолковав ее как деликатную форму заявления «мы не правы». В этом случае он сразу же извинится за собственные резкие слова, фактически следуя формуле «я тоже был не прав» (то есть «мы оба не правы»). Но если этот человек воспринимает формулу «я не прав» только в буквальном смысле, он заключает, что сам-то он был прав и впредь может (и должен) действовать точно так же, то есть не давать спуску своему партнеру до тех пор, пока он не признается в своей вине.

Если такая ситуация повторяется, может возникнуть опасный перекос, делающий семейный союз неустойчивым. Тот человек, который систематически уступает, накапливает в себе недовольство и отчуждение, которое рано или поздно начинает проявляться либо в форме открытого взрыва-протеста с непредсказуемыми последствиями, либо в форме тихого ухода из семьи (не обязательно прямого ухода, но очень вероятно – отстраненности от семьи в мыслях и чувствах). А тот, кому уступают, рискует потерять важные точки отсчета для верной самооценки, способность быть самокритичным в элементарных ситуациях. Он невольно начинает пользоваться безнаказанной возможностью не скрывать своего раздражения и настаивать в любом случае на своем до конца, чего бы это ни стоило.

Так однобокость альтруизма неминуемо оборачивается утратой способности партнеров производить «работу понимания». Тот, кто автоматически уступает, не утруждает себя такой работой, ибо, возведя себя мысленно на пьедестал альтруизма, считает, что со своей стороны сделал все, что мог. А тот, кто пользуется уступками, приучается слепо доверять безотчетным импульсам своих эгоцентрических эмоций.

С одной стороны, мы видим человека с пассивной индивидуалистической этикой непротивленца: получив удар по одной щеке, он подставляет другую, думая лишь о собственной праведности, но не о том, как удержать ближнего от соблазна ударить и по второй щеке тоже. С другой стороны, мы видим человека, который постепенно освобождается от всякой этики вообще и, превращаясь в деспота, теряет границы собственного Я, опьяненный, одурманенный безграничностью своей власти над «непротивленцем».

Конечно, не всегда, особенно на первых порах, формула «мы не правы» позволит добиться цели. Далеко не все люди способны быстро «включать» готовность к сотрудничеству после вспышки явной враждебности. Мешает традиционное противопоставление «я – ты». Услышав предложение признать обоюдную неправоту, другой участник ссоры может поначалу активно протестовать: настаивать на том, что он не считает себя неправым, так как сам находился в границах спора и ссору не начинал, так как «больше всех обижен», «больше всех страдает», «больше всех хотел, чтоб все было хорошо», и т. п.

Уровень психологической культуры общения в семье нельзя поднять одним рывком – этаким «большим скачком» за один вечер, в течение одной проникновенной беседы. Если вы почувствовали, что опередили своего партнера в «работе понимания», не торопитесь форсировать события. Если партнер раздражен, устал, не уравновешен, он все равно не сможет правильно понять вашей активности. Скорее всего, он истолкует вашу активность превратно: как стремление навязать выгодную для себя линию, как стремление продемонстрировать свое интеллектуальное и моральное превосходство.

Сценарии эмоциональных реакций, дежурные реплики в обыденном общении затверживаются годами и десятилетиями! Постигнув умом необходимость отказа от неблагоприятного сценария, необходимость применения нового стиля в домашнем общении, мы еще очень долго не можем следовать новому стилю на практике. Читатель должен этому поверить, через подобные разочарования в своей собственной практике повседневного общения прошли, как правило, все профессионалы – дипломированные педагоги, психологи, врачи. Первое время возникает неизбежный разрыв между умозрительными представлениями и реальным поведением, заученным с детства. Этот разрыв угнетает. Опускаются руки. Кажется, что все рецепты неверны. Хочется прекратить всякое «логизирование» и руководствоваться только голосом сердца.

Обычная наша житейская импульсивность, нетерпимость проявляется и в этом: мы хотим почувствовать немедленные улучшения, а если они не наступают, все бросаем.

Всем известно, как непросто бросить курить или начать заниматься ежедневным оздоровительным бегом, как не сразу дают себя знать улучшения, так как выбитый из привычного режима организм поначалу дает сбои. Бросить обижаться или бросить завидовать не проще! Психике не проще расстаться с автоматизмами эгоцентрических реакций, чем организму – с никотином.

Для того чтобы эффективно применять определенные приемы управления конфликтом, мы, прежде всего, должны научиться управлять собственными эмоциональными состояниями, научиться помогать в этом же партнеру. Это очень непросто. В этом нам мешают раздражение и распущенность. Остановимся подробней на анализе этих явлений.

Довольно часто нам с вами приходится наблюдать, как одни люди ссорятся по малейшему поводу, а другие и в самых трудных и обидных ситуациях проявляют самообладание, терпимость, понимание. Мы говорим, что первые – скандалисты, а вторые – миротворцы. Однако всем понятно, что эти ярлыки не позволяют предсказать поведение людей во всех ситуациях. Иногда скандалист оказывается дружелюбнее, чем миротворец. От чего это зависит?

Мы все еще не в полной мере понимаем, до какой степени гибкой, подвижной является эта уникальная система – психика человека. Мы пытаемся описывать и предсказывать поведение человека так, как мы это делали по отношению к объектам неживой природы: приписываем этим объектам свойства и предсказываем поведение по этим свойствам.

Понятно, что более тяжелый металл будет быстрее тонуть в любой жидкости: поведение (скорость погружения) зависит от свойства (плотности) прямо пропорционально. А поведение человека коренным образом может измениться в зависимости от того, какая система представлений возникла в его голове в данный конкретный момент. Для того чтобы разбираться в механике конфликтов, полезно различать три типа таких систем представлений.

1. Эгоцентрическая система представлений. В центре этой системы «я сам», «мои желания», «мои цели». Все остальные предметы, в том числе и другие люди, представлены в такой системе только как полезные инструменты или вредные преграды для удовлетворения собственных желаний.

2. Альтероцентрическая система представлений. Здесь в центре всех представлений другой (альтер). Человек сопереживает этому другому, отождествляет себя с другим. Он переживает его желания или страдания и опасения как свои собственные. Окружающие предметы, в том числе «я сам», оцениваются как полезные инструменты или вредные преграды для осуществления желаний, удовлетворения потребностей того конкретного человека, который помещен в центр системы представлений. Такая система представлений, как правило, неустойчива, возникает в момент сопереживания; более длительно она существует в исключительных случаях самоотверженной альтруистической любви (к возлюбленному, к ребенку, к кумиру).

3. Социоцентрическая система представлений. В отличие от двух предыдущих моноцентрических систем это полицентрическая система. Если эгоцентризм ведет к полному забвению интересов другого или к их намеренному игнорированию, а альтероцентризм ведет к забвению собственных интересов или интересов третьих лиц по отношению к обожаемому человеку, то социоцентрическая система позволяет одновременно учитывать интересы как свои собственные, так и других людей и, следовательно, искать реальные способы их взаимоприемлемого удовлетворения. Психологическим подлежащим социоцентрических высказываний о мире является не «я», не «ты», а «мы».

Принципиальный пункт состоит в понимании следующей закономерности: у одного и того же человека в разные моменты времени может складываться в голове в качестве преобладающей любая из трех систем представлений. Это означает, что эгоцентрик в какой-то момент может оказаться социоцентриком или альтероцентриком, социоцентрик – эгоцентриком и так далее. Но чаще всего мы все являемся завзятыми эгоцентриками.

Альтероцентризм – это моноцентризм, эта та же узость сознания, тот же эгоцентризм, но перевернутый с ног на голову. Очень часто альтероцентризм возникает ситуационно, а потом резко сменяется эгоцентризмом. Альтероцентризм влечет за собой не только усталость и раздражение от неудовлетворенности собственных забытых (вытесненных) желаний. Альтероцентризм опасен тем, что он дезориентирует окружающих: они начинают невольно рассчитывать на то, что их партнер и дальше будет оставаться удобным альтероцентриком, но не тут-то было – вспышка эгоцентризма застает их врасплох, и от неожиданности ответные реакции будут не менее импульсивными.

«Работа понимания» должна иметь своей целью воссоздание полной и уравновешенной социоцентрической системы представлений. Это достигается за счет особых навыков прогнозирования ситуации. Всегда, если мы ставим перед собой задачу предсказать развитие ситуации на много шагов вперед, мы должны как-то учесть при этом действия партнера, а, следовательно, те его интересы, на основе которых он будет предпринимать эти действия.

Переключать, децентрировать собственную систему представлений очень трудно, если мы находимся во власти эмоций. Когда мы говорили про зависть, ревность, обиду, мы раскрывали содержание этих эмоций. Но с точки зрения психоэнергетики все эти эмоции предстают как некоторое более или менее высокое по своему уровню возбуждение, или раздражение. Очень часто мы даже не можем себе дать точный отчет, что именно мы чувствуем к нашим близким, к домашним, но чувствуем, что они нас раздражают. Нужно уметь снижать уровень раздражения. Без этого избавиться от эгоцентризма невозможно.

Прежде всего мы должны научиться относиться к самому факту раздражения спокойно, не делать из этого факта трагедии. Немудрено, что зажатый в тиски стрессов современный человек невольно стремится разрядить свое напряжение именно дома – в наиболее безопасной для этого обстановке. Крикнув, стукнув кулаком по столу или топнув ногой, мы разряжаемся, сбрасываем напряжение, которое угрожает нашему организму многочисленными болезнями – от гипертонии до язвы желудка.

Однако следует научиться снимать свое напряжение так, чтобы наносить наименьший вред окружающим. Иначе получится наоборот: вы хотели освободиться от избыточного напряжения и проворчали что-то невнятное по поводу половика, сбившегося на полу под ногами, а ваша жена (муж), восприняв это на свой счет, вдвойне «заряжается». Вместо разрядки общая атмосфера в семье, наоборот, накаляется.

Многие, наверное, замечали, что очень часто источник и адресат раздражения не совпадают между собой.

Подлинная причина взрыва – несправедливое замечание начальника на работе, а срываемся мы дома при виде сбившегося коврика в прихожей. Раздражение имеет свойство накапливаться: львиную долю отрицательного эмоционального заряда мы получаем вне дома (в магазинах, в транспортной толчее, в колких шутках или безразличии сослуживцев). Но если дома добавляется хотя бы малая толика, она становится как бы фитилем, и происходит взрыв...

Как же с этим зарядом справляться? Прежде всего следует знать: для эмоциональной разрядки нужна мышечная разрядка. Понаблюдаем за собой: когда мы раздражены, наши мышцы – рук, ног, спины, шеи – находятся в сильном напряжении. Активные движения позволяют сбросить это напряжение, разрядить раздражение. Тем, кто ведет на работе сидячий образ жизни, вечером перед сном помогут медленный бег (своеобразная заминка, как говорят спортсмены), контрастный душ (чередование теплой и прохладной воды). Конечно, подобного рода занятия обязательно следует согласовать с близкими, прежде чем вносить их в распорядок дня, чтобы не вызвать удивления и протеста с их стороны.

В те вечера (предположим, по нечетным дням), когда вечерним моционом занимается жена, муж освобождает ее от части вечерних забот (моет посуду, укладывает детей и т. п.). После маленькой физической встряски человек засыпает, может быть, немного позднее, зато сон становится более глубоким и свободным от тревожных впечатлений минувшего дня.

Но управление раздражением ни в коем случае не сводится только к физиологической саморегуляции, как наивно полагают те, которые концентрируют все свои силы только на физическом тренинге. Слишком часто в качестве панацеи от всех бед рассматриваются йоговская гимнастика, психомышечная релаксация, аэробика и тому подобные виды тренинга. Нужно отчетливо понимать, что когда направленные на собственную персону занятия становятся преобладающими, то это означает скорее уход от проблем, чем их решение, скорее отстранение от людей, замыкание в эгоцентрических представлениях, чем движение к пониманию других.

В этом смысле полезны парные физические игры (групповые). Один из психологических приемов управления раздражением основывается на уже упомянутом нами различении источника и адресата раздражения. Но это различение нужно использовать только для самоконтроля, его ни в коем случае не следует делать средством контроля за другими.

Если вы назидательным тоном объявите кому-нибудь, что его (ее) на самом деле разозлила плохая погода, а он (она) «срывает зло на вас», то ничего хорошего не ждите. Такое назидание никогда не будет принято или будет принято с чувством подавленного протеста, так как оно задевает самолюбие вашего партнера. Если вы заметили такое явное несоответствие, то лучше будет промолчать, а про себя решить, что поскольку явно не вы являетесь причиной раздражения, то вам не стоит принимать на свой счет колкие, несправедливые замечания, не стоит обижаться.

Эгоцентризм, как правило, приводит к тому, что человек слишком многое принимает на свой счет – даже то, что совсем ему не адресовано. Вот муж видит утром (когда надо спешить на работу) оборванную вешалку на своем пальто и злится. Жена, принимая это на свой счет, в хлопотах утренних сборов мгновенно разражается целой тирадой доводов, чтобы снять ответственность за вешалку с себя. При этом она может даже не слышать, как он пытается объяснить, что его раздражение относится вовсе не к ней, а к вешалке, к спешке, к его собственной плохой памяти (забыл вчера про вешалку) и т. п.


Чувство юмора. Уставшие от монотонности обыденной жизни, мы часто смотрим на все, что происходит с нами в быту, слишком серьезно. На самом деле за поверхностным однообразием лежит масса комического. А мы, теряя чувство юмора, не можем разглядеть этого. И только изредка в состоянии особого просветления и бодрости мы вдруг понимаем, что происходящее выглядит со стороны как забавный водевиль, отнюдь не лишенный своеобразного сценического шарма.

Лучшее средство для эмоциональной разрядки – чувство юмора. Человек, владеющий юмором, умеет создать комфортное веселое настроение в самые напряженные моменты. Вспомним тех из наших знакомых, которые неизменно отличались чувством юмора, веселым нравом. Что для них характерно? Они умеют смеяться не только и не столько над другими, сколько над самими собой. Поэтому-то даже некоторые колючие остроты воспринимаются как дружелюбные, безобидные. Они не столько смеются сами, сколько смешат других.

Шутка, розыгрыш – отличные средства для того, чтобы овладеть своим раздражением. Этот психологический прием можно назвать наигранным раздражением. Человек на самом деле слегка сердит, но он изображает наигранное возмущение, и в этой чрезмерной эксцентрике и окружающие, и он сам находят признаки контроля над ситуацией. Улыбку вызывает несоответствие между незначительностью повода и преувеличенными размерами раздражения. Важно, чтобы холостой выстрел прозвучал раньше – как только раздражение зародилось, а повод еще ничтожно мал. Признаки нарочитости, розыгрыша свидетельствуют о запасе чувства юмора, а значит, и о запасе благорасположения.

Конечно, разыгрывание раздражения требует остроумия, изобретательности и тонкой интуиции. Надо избегать штампов: трюки и шутки должны быть действительно неожиданными для партнера, тогда они имеют желаемый эффект, тогда они смешны. Интуиция требуется для того, чтобы различать, когда такое разыгрывание уместно, а когда оно вообще противопоказано: ведь сложившаяся ситуация для партнера может быть слишком серьезной и пытаться рассмешить его не надо – это может показаться лишь издевательством.

На чем основан психологический механизм профилактики раздражения с помощью розыгрыша? Его суть – в перевоплощении. Нарочито разыгрывая свое раздражение, вы подчеркиваете, что это только маска, это роль, которую вы можете играть или не играть, это не ваша суть.

Частичное саморазотождествление – очень важный механизм борьбы с собственным эгоцентризмом, с эгоцентрическими реакциями. Что означает эгоцентрическая реакция с точки зрения отношения в этот момент человека к самому себе? Это сверхотождествленность с самим собой, сверхвключенность в ситуацию. Когда вы смеетесь над своей ошибкой, над своей неловкостью, над своим собственным раздражением, вы отделяете себя от этого, демонстрируете себе и другим, что это не главное в вас, что это просто временное и случайное, от которого можно избавиться.

Вспомним, как мы договорились понимать ссору – как конфликт самооценок: участники ссоры стремятся поддержать самомнение и собственную репутацию ценой снижения самомнения и репутации «противника».

Чтобы избегать ссор, чтобы избавить самого себя от повышенной ранимости, обидчивости, человек должен постараться не рассматривать каждую вспышку раздражения как угрозу своей личности. Близкий, обойденный вашим вниманием, теперь вынужден раздражаться, хоть так привлекая внимание к себе. Выходит, что это замаскированная под видом агрессии жалоба вам на вас, призыв оказать моральную поддержку здесь и сейчас: проявить свою выдержанность, доброжелательность, чувство юмора, любовь, наконец.

Да, раздражение близких, высказанное нам, – это жалоба нам на нас же самих (как ни парадоксально это звучит). Просто наш друг жалуется нашей безграничной, все понимающей личности, тому, что он любит и ценит в нас, на нашу же ограниченную и бестолковую индивидуальность, на наш темперамент, недостатки характера, на наши случайные привычки, которые нам совершенно не обязательно считать необходимыми. И только мысль о небезнадежности такого рода обращения к нам с жалобой на нас порождает это обращение, придает ему логику и смысл в голове того, кто раздраженно говорит нам резкие и обидные вещи. Если бы этот человек не ценил и не любил нас, не верил бы в нас, он бы даже не раздражался, у него не было бы ничего, кроме равнодушия.

Когда мы обижаемся? Когда другим удается «задеть» нас? Когда они попадают своими стрелами в уязвимые места – указывают на те недостатки, которые мы хотели бы скрыть и от себя, и от других. Таким образом, наша обидчивость, наша психологическая уязвимость полностью зависят от того, насколько мы «вскрыли» себя для себя, смогли осознать в себе недостатки, которые нас тревожат, но в которых так трудно себе признаться.

Приемы выхода из конфликта с чувством юмора рождаются в конкретной ситуации и срабатывают только в этой ситуации. Повторенные во внешне аналогичной ситуации, они часто не имеют должного эффекта.

Приведем некоторые примеры формальных приемов для иллюстрации общего механизма розыгрыша и перевоплощения.

• Прием ложного объяснения. Дается нарочито ложное объяснение причин собственного недовольства. Например: «Ты сегодня не вытер после себя воду в ванной, и это для меня особенно нестерпимо, потому... что я не знаю, в чем мне вечером идти в гости». Точно так же можно было бы привести любую другую нарочито несоответствующую причину: «... потому что сегодня жарко», «... потому что ребенок капризничает», «... потому что у меня голова болит» и т. п.

Вторая часть фразы должна произноситься после паузы с комическим видом. Умение выдерживать паузы – важный признак самоконтроля! Пауза и многозначительный вид должны выдавать вашему партнеру, что вы сами полностью осознаете нелепость собственного объяснения, должны дать ему понять, что вы управляете собственным раздражением, а, следовательно, не хотите его обидеть, что вы относите свой упрек не к порокам личности другого, а к собственному раздражению, у которого совершенно другие причины.

• Прием нелепого вывода. Пример: «Ты опять сегодня не завела стенные часы, поэтому я пробью дырку в потолке и буду определять время по солнцу и звездам!» Предполагаемые механизмы разрядки здесь те же, что и в предыдущем примере. Только постарайтесь, чтобы следствие было действительно нелепым или, как минимум, безобидным. Если вы выбираете в качестве следствия такие вполне правдоподобные и обычные намерения, как, например, «я завтра уеду к родным», «не дам тебе денег на игрушку», то это будет восприниматься как угроза санкций, недоброжелательных поступков с вашей стороны, то есть будет лишь подчеркивать степень вашего раздражения.

Чтобы угроза рассмешила, надо вложить в угрозу немалое актерское мастерство. Хороший вариант – вхождение в какой-то известный сценический образ. Например, жестом мушкетера, бросающего перчатку, можно угрожать партнеру вызовом на дуэль. Если в обсуждаемом вопросе нет ничего близкого к теме ревности, неожиданный эффект может дать перевоплощение мужа в Отелло, трясущимися от гнева руками угрожающего задушить как свою избранницу, так и ее любовников в придачу.

• Прием «подтверждения» подозрений. Здесь слово «подтверждение» берется в кавычки, так как мнимое театрализованное подтверждение должно привести по замыслу к обратному эффекту – к опровержению. Например, жена подозревает мужа, что в его очередной задержке на работе замешана женщина. Муж чувствует, что супругу мучает это подозрение настолько, что она даже не решается сказать о нем прямо – в лоб. Возникает напряжение. Его можно снять шуткой: «К сожалению, их было сразу две...» – «Кого две?» – переспрашивает жена. – «Ну, тех, о которых ты думаешь...»

Конечно, применение такого рода шуток, такого рода игры зависит от уровня взаимопонимания, освоенного парой, от практики игр такого рода. Если такой практики не было, то эффект неожиданности сработает, естественно, в противоположную сторону. Если же партнеры уверены в развитом чувстве юмора друг друга, оказываются возможными очень смелые выходки: Например: «Вот посмотри: как раз чей-то длинный волос у меня на рукаве...» На подозрение мужа в материальных притязаниях супруги по отношению к его родителям супруга может ответить розыгрышем: «А все-таки твои родители – скряги: не могут подбросить мне пару тысчонок на шубку...»

Конечно, опять же следует повторить, что все эти приемы эффективны, когда они действительно не соответствуют по смыслу реальному положению вещей.

Мы говорим здесь лишь о частичном разотождествлении, а не о полном. Почему? В человеке должно быть много такого, от чего ему ни при каких обстоятельствах не следовало бы отказываться. Имеются в виду нравственные принципы, понимание чести и долга перед людьми и обществом. Розыгрыш, в котором вы ставите на карту нравственные устремления, чреват непредсказуемыми последствиями. В иной ситуации раз-другой неплохо представиться злодеем для того, чтобы доказать по контрасту, что ты не злодей. Но злоупотреблять подобным перевоплощением не стоит. С этой ролью, чего доброго, можно и свыкнуться, польстившись на ее мнимые преимущества.


А теперь остановимся на тех конкретных советах, которые допустимы со стороны консультанта своим клиентам – конфликтующим супругам.

Советы конфликтующим супругам

1. Никогда не нужно начинать разговор со своим супругом с прямого доказательства своей правоты, с навязывания ему своей точки зрения. Сначала необходимо выслушать другого человека и попытаться его понять.

Разумность такого поведения очевидна: другой человек никогда не станет вас слушать и проявлять желание вас понять, тем более – принять вашу точку зрения, пока вы сами не проявите подобных стремлений в отношении его самого.

2. Говоря что-то собеседнику, необходимо следить за его реакциями, добиваться согласия, понимания, подтверждения с его стороны того, что ему говорят. Если собеседник с вами не соглашается, то это означает, что, начиная с того момента, когда он явно демонстрирует свое несогласие с вами, он будет больше думать о своем, чем о том, что вы ему в это время говорите. Он будет больше озабочен тем, чтобы найти убедительные контраргументы, чем правильностью ваших высказываний. Если собеседник что-то недопонимает вначале, то весьма высока вероятность того, что он не поймет и то, о чем пойдет речь дальше: ведь мысли людей всегда логически и последовательно вытекают друг из друга.

Кроме того, недопонимание порождает обычно неприятные переживания, которые обостряются по мере того, как недопонимание возрастает, а собеседник игнорирует этот факт.

Симптомом неприятия или непонимания одного человека другим человеком может быть отсутствие положительных или отрицательных, вербальных или невербальных реакций с его стороны на высказывания собеседника. Заметив это, необходимо немедленно остановить разговор и постараться выяснить причины.

3. Не стремитесь продолжать что-либо доказывать или в чем-либо убеждать собеседника после того, как он осознал и принял основное из того, о чем вы ему говорили, то есть после того, как собеседник уже стал понимать вашу точку зрения.

4. Важно также предоставить собеседнику возможность поразмышлять и принять самостоятельное решение. Особенно нежелательно сразу же после успешной попытки убеждения настаивать на том, чтобы супруг словами или конкретными делами подтвердил полное согласие с вами. Любому человеку необходимо какое-то время для того, чтобы изменить свою точку зрения, и это почти никогда не происходит мгновенно.

Поэтому наиболее правильным и разумным в данном случае будет такое поведение супруга: выслушать противоположную сторону (супругу), изложить затем свою собственную точку зрения, но не настаивать на ее немедленном принятии другой стороной. Надо набраться терпения и ждать. Пройдет время, и все станет на свои места.

5. Убеждать супруга следует лишь путем обращения к тем фактам, которые он признает, и к той же логике доказательства, которая для него является убедительной, даже если убеждающему человеку кажется, что есть более основательные факты и более убедительная логика доказательства, чем та, которая доступна и понятна его собеседнику. Чтобы быть понятым другим, необходимо разговаривать с ним на его языке и исходить из тех доводов, которые ближе всего ему. Если ориентироваться только на свои интересы, достичь взаимопонимания практически невозможно.


Преодолеть трудности прихода супругов к согласию по обсуждаемым вопросам можно следующим образом. Прежде всего, начиная разговор с супругом по какому-либо спорному вопросу, необходимо:

• быть настроенным на поиск компромисса, на взаимные уступки;

• выбирать для обсуждения такие вопросы, по которым сравнительно легко прийти к согласию;

• изначально быть настроенным на то, что если по другим вопросам не удастся добиться взаимопонимания, то довольствоваться придется согласием хотя бы по некоторым вопросам.

Кроме того, если все же будет необходимо добиться взаимопонимания по всем вопросам, то их вначале нужно будет распределить по степени трудности и затем начинать обсуждение последовательно с самых легких вопросов, завершая его наиболее трудными вопросами.

Следует также помнить о том, что доброжелательный тон, уважительное и внимательное отношение к собеседнику способствуют установлению согласия, а неуважительный тон и недоброжелательное отношение препятствуют этому.

В человеческих взаимоотношениях (а обсуждение спорных вопросов – это разновидность таких отношений) действует принцип «добро за добро». Из него следует, что, если кто-то желает добиться уступок со стороны другого человека, ему самому следует идти на уступки. Если кто-то рассчитывает на уважительное отношение к его мнению, то он сам должен уважать мнение других людей. Мера нашей собственной готовности идти на компромисс определяет в большинстве случаев жизни степень готовности к компромиссу другого человека, с которым мы общаемся.

Есть еще одно важное замечание, касающееся ситуации, в которой ищется компромиссное решение: оказывается, что если люди ведут спор в такой обстановке, которая им доставляет удовольствие и порождает у них чувство комфорта, то они обычно проявляют большую готовность к компромиссу, чем тогда, когда обстановка для них недостаточно комфортна.

Как вызвать желание супруга пойти навстречу в решении какого-либо спорного вопроса?

Важнейшим и обязательным условием достижения компромисса в данном случае является демонстрация одним супругом другому собственного желания пойти навстречу ему.

Иногда этого бывает недостаточно. Тогда необходимо подключать к поиску компромисса иные стимулы. Например, надо показать другому супругу, что, уступая вам, он в конечном счете выигрывает сам не меньше, а даже больше, чем проигрывает. Но такой аргумент сработает лишь тогда, когда вы убедительно сможете ему доказать, что он действительно получит выгоду от того, что уступит вам. Кстати, это вовсе не обязательно должны делать вы сами во время разговора со своим супругом. Это за вас может сделать кто-то другой еще до начала вашего личного разговора между собой (имеется в виду разговор между самими супругами).

Иногда для достижения данной цели – поиска компромисса или уступок – бывает полезно просто набраться терпения и ждать, отложив начало разговора до того момента, пока ваш супруг не окажется в хорошем расположении духа и не будет настроен на то, чтобы внимательно выслушать вас.

Еще лучше, если вы дождетесь момента, когда он будет чувствовать себя лично обязанным сделать для вас что-нибудь хорошее в ответ на доброе отношение с вашей стороны к нему. Наиболее благоприятным временем для начала позитивного разговора может стать момент, когда вы сделали что-либо хорошее для своего супруга, и он настроен на то, чтобы ответить вам тем же.

Если причина отсутствия взаимопонимания между вами и супругом состоит в разнице уровней интеллектуального развития, то преодолеть это препятствие можно только одним путем: вести общение на доступном и понятном друг другу уровне. Следует говорить со своим супругом на том языке, который привычен для него, и отказаться от бесплодных попыток изменить уровень интеллектуального развития своего супруга.

Как показывает практика семейных отношений, разница в уровнях интеллектуального развития между супругами – не такая уж серьезная причина для возникновения между ними непреодолимых разногласий. Гораздо опаснее имеющиеся у них серьезные расхождения во взглядах на жизнь, на культурные и моральные ценности, разница в воспитании. Для того чтобы разногласия между супругами возникали как можно реже, следует помнить о некоторых простых истинах:

1. Характеры людей складываются, стабилизируясь, уже в детстве, поэтому радикально их изменить у взрослых людей не представляется возможным. С психологической точки зрения супругам в семье разумнее приспособиться к особенностям характеров друг друга, чем пытаться их изменить.

2. Почти каждая черта характера человека имеет и положительную и отрицательную стороны, поэтому ее полное уничтожение обычно не приносит человеку и окружающим его людям только пользу. В этой связи важно понять положительные и отрицательные черты характера партнера, но не брать на себя задачу полной переделки характера супруга. Если же вы беретесь за коррекцию характера другого человека, то необходимо быть психологически готовым принять то отрицательное, что неизбежно появится в результате этого в семейных взаимоотношениях.

3. Надо также ясно понимать, что черты характера человека не существуют независимо друг от друга и представляют собой сложную, взаимосвязанную систему черт.

Это означает, что, изменяя одну черту характера человека, мы неизбежно оказываем влияние и на другие черты характера. Поэтому необходимо отдавать себе отчет в том, какие последствия в целом для характера человека будет иметь изменение одной или нескольких его черт. Если эти последствия достаточно серьезные и по преимуществу отрицательные, то лучше вообще не браться за коррекцию характера другого человека.

4. Изменение черт характера психологически всегда означает изменение личности человека, а оно неизбежно ведет к изменению его поведения.

Это может породить много неожиданных проблем, потребует адаптации не только самого человека, но и окружающих его других людей к изменившейся личности и новому поведению. Не приведет ли это к неожиданному результату – еще большему ухудшению взаимоотношений супругов? На данный вопрос также заранее должен быть получен вполне определенный ответ.

Во-первых, надо дать понять супругу, что тот действительно обладает такими чертами характера, которые не устраивают другого супруга и которые тот хотел бы у него изменить.

Во-вторых, следует добиться того, чтобы у этого супруга возникло собственное желание избавиться от одних – отрицательных – и приобрести другие – положительные – черты характера.

В-третьих, необходимо пообещать и практически оказать супругу помощь в его усилиях изменить свой характер. Ему очень поможет, если супруг (супруга) будет стараться не замечать, не реагировать на невольные проявления супругом тех отрицательных черт характера, от которых он сам хотел бы избавиться. Необходимо будет внимательно наблюдать за действиями супруга, подмечать и активно поддерживать в его поведении желание избавиться от отрицательных черт характера и помочь ему сформировать новые, положительные черты характера.

При расхождении супругов во взглядах следует, во-первых, выяснить, в чем конкретно у них имеются расхождения во взглядах. Дело в том, что, находясь под влиянием отрицательного опыта взаимодействия друг с другом и связанных с ним эмоций, супруги иногда преувеличивают степень и серьезность своих расхождений во мнениях. Спокойный, объективный анализ реальности, как правило, уменьшает значимость имеющейся проблемы и успокаивает их.

В-четвертых, необходимо разобраться в том, почему возникли соответствующие расхождения. Для этого каждый из супругов должен получить возможность в благоприятной обстановке изложить, объяснить свою точку зрения другому супругу и в свою очередь внимательно выслушать его мнение.

В-пятых, обязательно должна быть проведена работа, направленная на сближение позиций обоих супругов.

Арбитром между супругами в данном случае может стать психолог-консультант или кто-либо из близких для супругов людей, например, тот человек, чье мнение для супругов является достаточно авторитетным и кто лично заинтересован в сближении их позиций, в улучшении их взаимоотношений.

Наконец, в-шестых, для предупреждения повторных конфликтов в семье необходимо предложить обоим супругами решать их совместно, руководствуясь следующими правилами, значительно уменьшающими степень расхождения мнений и предупреждающими возникновение конфликтов:

Правило 1. Выслушивать собеседника до конца, не перебивая и не критикуя его.

Правило 2. Излагая свою точку зрения, не противопоставлять ее точке зрения супруга. Признавать его право иметь свою собственную позицию по любому вопросу внутрисемейной жизни, не обязательно полностью совпадающую с позицией другого супруга.

Правило 3. Настраиваться на поиск компромисса в любом вопросе, и в первую очередь искать то общее, что есть в позициях обоих супругов. Пытаться сблизить их точки зрения по разным вопросам, а если это не удастся сделать, то отложить разговор по спорным вопросам на будущее.

Правило 4. Самостоятельно не предпринимать никаких действий, предварительно не согласовав их с другим супругом, не поставив его об этом в известность.

Правило 5. Исключить из своих высказываний и действий все, что вызывает раздражение у собеседника, может быть им воспринято и истолковано не так, как надо.[14]