Глава первая ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ

Некоторые люди, проявляя поразительную силу воли, способны сдерживать все свои эмоции. Кажется, что на таких героев нужно равняться, однако не торопитесь. Вопрос вот в чем: сдерживать свои эмоции - это то же самое, что не испытывать эмоций? Вероятно, нет. Сдерживать - это сдерживать. Тут-то, как говорится, собака и порылась. Сдержать можно только внешние, психологические проявления эмоции, но телесные, а они всегда есть, сдержать невозможно, это не в нашей власти. Наступает черед закона сообщающихся сосудов: вы подавили свои психологические реакции, а реакции организма в результате только усилились. Оружие, которое было направлено вовне, оказалось направленным вовнутрь.

Красиво звучит: "Умейте властвовать собой!" Все мы горазды давать "умные советы", а вот что из этого выйдет, нас уже вроде бы и не касается. Жаль, лучше бы касалось, в следующий раз поостереглись бы! За "власть" над своими эмоциями властителю придется расплатиться собственным здоровьем: желудочная язва, гастрит, гипертония, нейродермит, астма и прочие мерзости ему обеспечены. Психологическая природа этих болезней ни у кого сомнений не вызывает, поэтому их и называют "психосоматическими".

Гипертоническая болезнь, или последствия гнева

Одним из самых неприятных психосоматических заболеваний является гипертоническая болезнь, которая в конечном итоге может привести к инфаркту или инсульту. В целом, в подъеме артериального давления нет ничего страшного. В худшем случае у человека с повышенным артериальным давлением возникнет слабость, головокружение, мушки перед глазами и т. п.

Артериальная гипертензия - это, по большому счету, просто повышение давления крови, т. е. кровь сильнее выбрасывается сердцем и с большим усердием давит на стенки сосудов. Само по себе это не опасно, сосуды могут выдержать большое напряжение, поскольку стенки у них эластичные, как резина. Но со временем, если это давление не снижать, упругость сосудистой стенки уменьшится, и она станет ломкой, как старая резина, которая, сами знаете, трескается. В местах таких трещин очень хорошо закрепляется жир (холестерин), начинают расти холестериновые бляшки, что приводит к атеросклерозу: просвет сосудов сужается, а потому питание соответствующих органов ухудшается.


Надежда и желание взаимно подстрекают друг друга, так что когда одно холодеет, то и другое станет, и когда одно загорается, то закипает другое.

Ф. Петрарка


Атеросклерозом поражаются и сосуды сердца, которое, как и любой другой орган в теле, кровоснабжается сосудами. В результате сердце получает меньше питания, а это не что иное, как ишемическая болезнь сердца, что проявляется специфическими болями в области сердца, возникающими при физических нагрузках, когда сердцу особенно требуется питание. Совершенно аналогичная ситуация складывается и с сосудами, кровоснабжающими головной мозг - развивается атеросклероз сосудов головного мозга, что приводит к нарушениям памяти, слабости, головокружениям, снижению слуха и прочим "мозговым" неприятностям. В какой-то момент такая холестериновая (атеро-склеротическая) бляшка может под действием повышенного артериального давления и вовсе оторваться. В этом случае возможно два варианта развития событий. В первом варианте в месте отрыва бляшки сосуд лопается и кровь через образовавшуюся в сосуде дырку, вытекает в окружающие ткани, поражая их (чаще всего это случается в мозгу, а состояние это называется "геморрагическим инсультом"). Или же, во втором варианте, оторвавшаяся бляшка спускается ниже по руслу сосуда, поскольку же сосуды имеют свойства постепенно сужаться, то в какой-то момент она полностью закроет просвет своего сосуда. Питание и кислород перестанут поступать по этому сосуду к соответствующим тканям организма, что приведет или к инфаркту, или ко второй форме инсульта - к "ишемическому инсульту".

Что ж, болезнь как болезнь - гипертония, атеросклероз и трагические их последствия. Почему же мы говорим о них в этой книге? А потому, что первопричиной развития гипертонической болезни является психологический стресс, причем не тот, который человек испытывает в случае каких-нибудь экстренных жизненных потрясений, а хронический, возникающий вследствие его собственных психологических особенностей.


Философия и медицина сделали человека самым разумным из животных, гадание иастрология - самым безумным, суеверие и деспотизм - самым несчастным.

Диоген


Если у нас по тем или иным обстоятельствам возникают отрицательные эмоции, они должны найти для себя выход. Например, если вы раздражаетесь, то это может проявиться конфликтом, бранью, руганью, даже дракой с обидчиком. Однако если вы человек приличный, то ваше сознание не позволит вам проявить свой гнев подобным образом. Но как-то же гнев должен найти для себя выход, вот и находит…

Гнев - это "нападение", так что кроме собственно эмоциональных реакций он сопровождается специфическим состоянием тела: нарастает мышечное напряжение, учащается сердцебиение, повышается артериальное давление. Все эти телесные проявления необходимы для осуществления вашего гнева, однако же если вы подавляете возможные "неприличные" реакции, то ваше телесное состояние оказывается фактически единственным способом разрядки.

На уровне подсознания происходит переключение с психологической части эмоции на телесную ее часть. То есть вся сила вашего раздражения переходит внутрь, в организм, а сознание, вполне вероятно, не заметит не только этого переключения, но даже и того, что вы испытали гнев. Не случайно специальными исследованиями было показано, что люди, страдающие гипертонией, внешне, как правило, очень обходительные и милые, но на самом деле они испытывают зачастую сильнейшие чувства гнева и раздражения, чего, впрочем, не только не проявляют, но часто и не осознают.


Когда двое находятся под влиянием самой неистовой, самой безрассудной, самой обманчивой и самой кратковременной из страстей, им приходится заверять друг друга, что они останутся в этом возбужденном, ненормальном и изматывающем состоянии до тех пор, пока смерть не разлучит их.

Джордж Бернард Шоу


Для доказательства этого феномена Ю. М. Репин и В. Старцев провели очень интересный, хотя и не самый гуманный эксперимент на обезьянах в знаменитом Сухумском обезьяннике. У обезьян, хотя они ближайшие наши родственники, человеческого сознания нет, не знают они и человеческих правил приличия, поэтому если у них возникает гнев, то они его и проявляют соответствующим образом - нападая на обидчика.

Эти же два исследователя сделали так, чтобы обезьяны подвергались разнообразным раздражающим" воздействиям, но не могли проявить свои эмоции - для этого их просто связывали. То есть с помощью такого нехитрого способа обезьян временно сделали людьми, которые раздражение испытывают, но проявлять его не проявляют - сдерживают себя. Что же случилось с этими несчастными мартышками? Уже через несколько недель после подобной экзекуции у всех подопытных животных развилась гипертония, а также нарушился жировой обмен, что выразилось в развитии атеросклероза и ожирения.

Почему у обезьянок развились атеросклероз и ожирение - тоже понятно, ведь жир - это запасы энергии.

Вследствие хронического стресса обменные процессы усиливаются, а поскольку проявить свой гнев обезьянки не могли, то возросшие объемы жира не утилизировались, а накапливались. Животные, подвергавшиеся во время описанного эксперимента стрессу, естественным образом испытывали целый спектр негативных эмоциональных реакций (прежде всего- гнева), но не имели возможности эти состояния выразить, таким образом они оказывались в положении человека, вынужденного постоянно контролировать свои эмоциональные реакции. Как и у человека в такой ситуации, у них стала развиваться гипертония, а за ней и атеросклероз.


Страх во всех видах является, безусловно, важнейшим фактором, подрывающим здоровье современного человека, вызывающим у него повышенное артериальное давление, сморщивание почек, ранние инфаркты и другие столь же прекрасные переживания.

Конрад Лоренц


В другом эксперименте самку гиббона отделили от ее самца и поместили в соседнюю клетку с другим половозрелым самцом этого вида. Догадываетесь, чем дело кончилось? Да, именно так: у самца, разлученного с подругой, наблюдавшего за тем, как она теперь совокупляется с другим самцом, быстро развилась гипертония… Гнев, который не находил для себя выхода в виде соответствующих агрессивных действий, нашел его, углубившись в организм несчастного гиббона.

Что ж, можно думать, что ты не страдаешь от невроза, но в этом случае придется пострадать твоему организму. Если же ты понимаешь, что в этом мире все связано, и тело твое не живет отдельно от психического аппарата, то, верно, позаботишься о том, чтобы избавить себя от невротических состояний. Клинический опыт свидетельствует со всей очевидностью: одними таблетками (гипотензивными средствами) победить гипертонию нельзя, придется еще и с психотерапевтом позаниматься, и лучше раньше, чем позже, пока телесная болезнь не зажила своей собственной жизнью, приближая нас к финалу нашей.

Не нужно себя насиловать!

Человек, по сути, оказался между молотом и наковальней: не раздражаться он не умеет, а раздражаться нельзя. Если же подавлять раздражение, то придется мириться с гипертонией, атеросклерозом, ожирением, ишемической болезнью сердца, инфарктом, инсультом. Что же делать?…

Правило, причем раз и навсегда: насиловать себя нельзя, это вредно для здоровья. Если чтото надо сделать, это надо сделать, но насиловать себя - это чистой воды безрассудство! Необходимо, прежде всего, разобраться, а почему это надо сделать и кому это надо. Вот, например, нам не следует раздражаться на родственников. Почему? Потому что это приведет к ряду неблагоприятных последствий: они, во-первых, расстроятся, во-вторых, сами будут раздражены, в-третьих, нас не услышат (хотя мы и будем кричать в своем раздражении), в-четвертых, воз ни на йоту не сдвинется с места.

Следовательно, нам действительно не нужно раздражаться, не нужно, потому что бессмысленно. Иными словами, нам от нашего раздражения никакого проку, более того -сплошные убытки! Поэтому не раздражаться - это именно нам нужно, нам, а не кому-нибудь, мы в этом сами и заинтересованы.

Итак, если мы поняли, что нам что-то нужно, то очевидно, что речь должна идти уже не о каком-то там подавлении и сдерживании собственных эмоций, а о сознательной, осмысленной выработке новых форм поведения, новых привычек вести себя в прежних, раздражавших нас до сих пор, обстоятельствах.

Привычка - вещь особенная. Если я привык раздражаться в ответ на какие-нибудь действия или поступки своих близких, то я буду раздражаться в этих ситуациях автоматически. Но в этом случае я уже абсолютно себе не принадлежу, а это, согласитесь, весьма неприятно! Таким образом, выясняется, что насиловать себя у меня нет никаких оснований, нужно просто увидеть, что мое раздражение - бессмысленно, с одной стороны, и вредно для меня самого, с другой.

Что ж, теперь нам известно все, что нужно знать прежде, нежели мы решим изменить свое поведения в ситуациях, традиционно вызывающих у нас раздражение. Во-первых, мы знаем, что раздражаемся мы по привычке, а потому раздражаемся не мы сами, а, строго говоря, наша привычка. Во-вторых, понятно, что раздражение - дело затратное, бессмысленное (т. е. неэффективное), неприятное и, главное, влечет за собой последствия, которые нам не нужны ни под каким соусом.

И вот теперь, увлеченные этими знаниями, мы сталкиваемся с ситуацией, которая обычно вызывает у нас раздражение. Например, автобус сначала не приходит, потом приходит, но переполненным, а потому войти в него нет никакой возможности. Другой пример: дети наши не сделали уроки вовремя, разбросали свои вещи и выступили, ко всему прочему, с каким-то очередным ультиматумом. Третий пример: на работе дел невпроворот, а наши дорогие сотрудники решили выйти на восьмичасовой перекур (несмотря на все законы, принятые на этот счет Государственной Думой). Так что, будем раздражаться? Это ведь так естественно, так привычно!

Нет, теперь мы повременим с эмоциональной бурей, теперь мы памятуем о главном: раздражение наше бессмысленно, оно вызовет огонь на себя (т. е. на нас), а нас, собственно, приведет на больничную койку.

Неравноценный обмен получается, нечестно! Вот тут-то, при осознании, и отпадает у нас желание раздражаться, тут-то и рождается новый вариант поведения, который, конечно, окажется куда более эффективным и целесообразным. Только нужно помнить о главном…

Язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, или страх ответственности

Что такое гастрит и дуоденит, или их более серьезные проявления - язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, наверное, известно многим. Но знаем ли мы о том, какова причина этих болезней? Как вы думаете, из-за чего они возникают? Из-за инфекции, травм, онкологических процессов или, может быть, от банального нарушения диеты?… Ничего подобного!

Эти милые наши гастроэнторологические "друзья" - следствия скрытого или, может быть, скрывающегося в организме невроза, очень схожего с подобным при гипертонической болезни. С той лишь разницей, что гипертония развивается у людей, склонных (хотя зачастую и подсознательно) к раздражению и реакциям гнева, а перечисленные желудочно-кишечные заболевания поражают людей гиперответственных или, проще говоря, тревожных, что, по большому счету, одно и то же.

Не буду долго останавливаться на существенных только для врача подробностях, а сразу расскажу вам о данных одного интересного эксперимента, проведенного над животными. Обезьянку, вопреки ее желанию, и в этот раз заставили быть человеком, но несколько иначе, нежели в предыдущем случае, - ее "назначили ответственной". Теперь мучителем обезьян выступал некий доктор Дж. Брейди. Вот как дело было…

Двух взрослых обезьян поместили рядом друг с другом на специальных стульях, которые ограничивали движения туловищ животных, но позволяли им двигать конечностями и головой. Перед каждой из обезьян находился небольшой рычаг. Регулярно, через каждые 20 секунд, обе обезьяны одновременно получали короткий удар током в ноги. Обезьяны могли, впрочем, избежать удара, если в соответствующий момент одна из них (первая) нажимала на рычаг, при этом рычаг второй обезьяны не был подключен к электрической цепи (так что от того, нажимала она на свой рычаг или нет, ничего не зависело).

Иными словами, первая обезьяна оказалась ответственной за предотвращение ударов электрическим током их обеих, а вторая - нет. В результате нескольких попыток первая обезьяна освоилась со своим (работающим) рычагом, а вторая перестала обращать внимание на свой (неработающий) рычаг.

Итак, обе обезьяны находились в сходных условиях, поскольку получали они одинаковое количество ударов электрическим током. Различие состояло только в том, что одна испытывала чувство ответственности за свою судьбу (ну и, в каком-то смысле, судьбу своей напарницы), а другая никакой ответственности не несла - на отключение тока она повлиять не могла.

Эксперимент продолжался следующим образом: шесть часов продолжалась "токовая серия", после чего следовал шестичасовой перерыв, во время которого животные не подвергались ударам тока. В период, когда применялся ток, горела красная лампочка, что быстро уяснила "ответственная" обезьяна. Так что если лампочка не горела, то на рычаг она не нажимала, а в тот период, когда эта лампочка была включена, она нажимала на рычаг каждые 15-20 секунд, надеясь таким образом предотвратить экзекуцию. Через 23 дня непрерывного исследования одна из обезьян умерла.


Эмоции - сама наша жизнь, это собственно язык организма; они модифицируют основное возбуждение в соответствии с ситуацией, в которой нужно действовать.

Фредерик Пёрлз


Догадываетесь, какая из двух? Разумеется, та, которая находилась в постоянном стрессе "ответственности", на вскрытии же обнаружилось, что смерть последовала вследствие язвенной болезни двенадцатиперстной кишки. Вторую обезьяну экспериментаторы тоже умертвили и исследовали. Что же выяснилось? Выяснилось буквально следующее: желудочно-кишечный тракт этой второй ("безответственной") обезьяны был здоров, как у здорового младенца - без намека на какой-либо гастрит или язву!

Исследователи на этом не успокоились и провели повторный эксперимент. И в этом случае результаты были точно такими же, с той лишь разницей, что у первой ("ответственной") обезьяны теперь развилась еще и язва желудка. Вторая ("безответственная") обезьяна и на этот раз была принесена в жертву науке в добром здравии, лишь в целях сравнения: на вскрытии у нее не было обнаружено никаких признаков телесного недуга! Но и это еще не все, исследователи начали мучить крыс подобными же опытами, и точно так же, в условиях угрозы, у крыс возникала язвенная болезнь желудка!

Короче говоря, чувство тревоги, каким бы оно ни было, то ли связанное с исключительным чувством ответственности, то ли с непосредственным стрессом при воздействии тех или иных угроз - с неизбежностью приводит к развитию гастритов, дуоденитов и язв как желудка, так и двенадцатиперстной кишки.

Можно ли вылечить эти состояния, используя лишь таблетки и другие лечебные жидкости, наподобие обволакивающих средств? Вряд ли. А считать эти болезни неврозом организма? Это - пожалуйста! Так или иначе, язвенники - это обычные невротики, невроз которых, впрочем, проявляется весьма своеобразно.

История "стресса"

Немногим, наверное, известно, что понятие стресса, который мы рассматриваем теперь только как "психологический стресс", было введено в научный обиход, чтобы обозначить именно телесные изменения, которые возникают в организме при неблагоприятных воздействиях - больших нагрузках или угрозе.

Автором теории стресса был Ганс Селье, который обнаружил, что если подвергать стрессу животное, то в желудке у этого существа быстро образуются язвочки, а его иммунная система, ответственная за защиту организма от разнообразных инфекций, быстро летит в тартарары. Основным механизмом, приводящим к данным изменениям, оказался механизм выработки "гормона тревоги" - хорошо всем известного адреналина. Именно он активно выделяется организмом в момент действия стресса и приводит ко всем характерным изменениям -страданию желудочно-кишечного тракта, иммунной недостаточности и прочим телесным недугам.

Г. Селье опубликовал свою первую работу о стрессе в 1936 году, однако еще в 1914 г. блистательный американский физиолог Уолтер Кеннон (бывший одним из основоположников учения о мобилизации функций организма, борющегося за существование) описал физиологические аспекты стресса. Именно У. Кеннон определил роль адреналина в реакциях стресса, назвав его "гормоном нападения и бегства".


Пусты слова того философа, который не врачует никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезней из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезней души.

Эпикур


На одном из своих докладов У. Кеннон сообщил, что благодаря мобилизационному эффекту, который оказывает адреналин в условиях сильных эмоций, в крови увеличивается количество сахара, поступающего таким образом к мышцам. На следующий день после этого выступления У. Кеннона газеты пестрили заголовками: "Разгневанные мужчины становятся слаще!" Интересно, что уже в 1916 г. между И. П. Павловым и У. Кенноном завязалась переписка, а потом и многолетняя дружба, которая, надо думать, оказала значительное влияние на дальнейшее развитие научных представлений обоих исследователей.

Депрессия под "маской"

Впрочем, есть еще один очень примечательный случай "болезни от нервов" - это депрессия, спрятавшаяся за маской какого-нибудь телесного недомогания. У больного гипертонией непрофессиональный взгляд не обнаружит повышенной раздражительности, у больного с язвенной болезнью желудка он не заметит и страха, скрывающегося за повышенной ответственностью и радением за дело. У пациента с "маскированной депрессией" только психотерапевт увидит саму депрессию, больной же всегда уверен в том, что у него не психическая проблема, вызванная недостатком серотонина - "гормона радости", как его называют, а телесное заболевание.

Эти пациенты предъявляют самые разнообразные жалобы, которые заставляют врачей думать то о том, то о другом телесном недуге. Впрочем, жалобы пациентов с "маскированной депрессией", как правило, не укладываются в рамки ни одного из возможных телесных заболеваний, не обнаруживаются при обследовании пациента и объективные данные,способные объяснить его симптомы.


Побороть дурные привычки легче сегодня, чем завтра.

Конфуций


Этих пациентов часто мучают странные боли - какое-то "крайне тягостное", "мучительное", "изнуряющее", "выматывающее" "жжение", "зудение", "выкручивание", "сдавливание", "щекотание". Эти ощущения могут быть "звенящими", "рвущимися", "скоблящими", "ерзающими" и т. п. Загадочной выглядит и локализация этих ощущений: они никак не соответствуют местоположению определенных, способных болеть, органов. Они могут находиться, например, на "внутренней стороне щек", в "середине прямой кишки", "в ногтевых фалангах", "под кожей затылка" и т. д. Боли эти не исчезают после приема анальгетиков и появляются, когда им вздумается, без определенной, характерной для "нормальных" болезней динамики.

Иногда у таких пациентов, особенно в запущенных случаях, проступают, наконец, и типичные симптомы депрессии: нарушения сна, тяжелее больными переносится первая половина дня, отмечается некоторая заторможенность, снижается либидо, возникают ощущения "упадка сил", чувства тоски, уныния, подавленности, которые, впрочем, рассматриваются этими больными как "естественная реакция" на соматическое страдание и на безрезультатность его лечения и т. п. Наконец, у пациентов постепенно возникает желание покончить с собой. Врачи используют самые разнообразные способы помочь таким пациентам, но все попытки оказываются тщетными до тех пор, пока врачу не приходит в голову назначить такому больному антидепрессант - препарат, способный повысить количество "гормона радости", т. е. серотонина, в веществе мозга. И тут, о чудо, все симптомы телесного недомогания проходят, словно бы их и не было вовсе! Человек, который зачастую мучается какими-то болезненными состояниями на протяжении пяти, а то и десяти лет, обошел уже десятки врачей, вдруг в считанные дни оказывается совершенно здоров! Как же такое может быть?…


Вовсе не думать или думать пореже о недугах. Ведь стоит только обратить внимание на свое сердце, прислушаться к нему, чтобы пульс стал быстрее на 10-15 ударов.

А. П. Чехов


Вы, наверное, знаете, что такое "фантомные боли". Это когда у человека болит, например, правая нога, которой, по тем или иным причинам нет, ампутировали ее после травмы или какой-то болезни. Понятное дело, что отсутствующая нога болеть не может, равно как и чесаться или двигаться, но все эти ощущения возникают, что только лишний раз свидетельствует: наша нервная система - кудесник почище самого Дэвида Копперфильда. Так вот этот "кудесник" может запрятать депрессию так глубоко, что и с собаками не разыщешь. Вместо тоски и уныния, свойственных депрессии, он предлагает нам мучительные боли в различных частях тела, до неприличия тягостные ощущения жжения, растяжения, покалывания. Все это способно сбить с толку кого угодно!

Кого угодно, только не замечательных русских ученых. Феномен "маскированной депрессии" открыл в 1927 году профессор Д. Д. Плетнев. Однако исследовать эту проблему в должной мере он не успел, поскольку уже в 1937 году его обвинили в нелепом уголовном преступлении - "убийстве" В. В. Куйбышева и А. М. Горького, после чего последовала традиционная для этого исторического периода смерть ученого - в застенках НКВД. Его труды были изъяты из библиотек, да и само его имя запрещалось упоминать.

Впрочем, упавшее было знамя исследования "маскированной депрессии" поднял другой русский ученый - П. К. Анохин, один из лучших учеников И. П. Павлова и А. А. Ухтомского.


Индивидуум имеет в себе способность понять факторы своей жизни, которые приносят ему несчастье и боль, и реорганизовать себя таким образом, чтобы преодолеть эти факторы.

К. Роджерс


Здесь, к сожалению, нет места для обстоятельного изложения научного наследия П. К. Анохина, однако один иллюстративный эксперимент многое сможет прояснить. Трудно представить себе, что наш мозг самодвижущееся существо, способное буквально на любые фокусы. Нас не сильно удивляет тот факт, что в голове могут "звучать голоса", что "внутренним взором" можно видеть картины мировой трагедии. Все эти и многие другие экзерсисы психического списываются нами на болезнь (шизофрению), а потому мы думаем, что в этом нет ничего странного. Но все-таки задумываемся: поразительно! Впрочем, пока дело касается психического, кажется, что можно найти какие-то "логичные" объяснения всем этим несуразностям и справиться с удивлением. Но когда на сцене появляются "физические ощущения", в нас все-таки рождается благородный ропот: "Не может быть!" В подобном случае ничего более не остается, как перейти к экспериментальным данным.

Суть опыта, принадлежащего П. К. Анохину, состояла в следующем. У всех млекопитающих нервная система, с помощью соответствующих нервов, руководит работой как мышц, так и внутренних органов. П. К. Анохин сделал следующее: он пересек у собаки два нерва - один, который иннервировал лапу, а другой, который иннервировал легкие и желудок. После этого он зашил их обратно, но как бы меняя местами. Теперь нерв, который шел к лапе, оказывался связанным с той зоной мозга, которая отвечала за работу легких и желудка.


Современный цивилизованный человек путем работы над собой приучается скрывать свои мышечные рефлексы, и только изменение сердечной деятельности все еще может нам указать на его переживания. Таким образом, сердце было и осталось органом чувств, тонко указывающим наше субъективное состояние и всегда его изобличающим.

И. П. Павлов


А тот нерв, которой шел к легким и желудку, напротив, сообщался с той частью мозга, которая до сих пор отвечала за работу мышц и чувствительность кожи лапы собаки. Что получилось в результате этой операции? Без преувеличения, произошло чудо! Легкое почесывание кожи прооперированной лапы этой собаки стало вызывать у животного неукротимый кашель, который временами, при настойчивом раздражении, переходил в гортанный хрип. Если же, предупреждая возможность раздражения кожи, животному давили на мышцу, то у собаки возникала неукротимая рвота! То есть, мозг продолжал думать, что эти раздражения приходят от легких и желудка, тогда как на самом деле, вследствие проведенной операции, эти раздражения шли от мышц и кожи лапы. П. К. Анохин назвал эти реакции "химерами".

Однако за первым чудом, помедлив, последовало и второе, куда более впечатляющее: уже через несколько месяцев ни тот, ни другой феномен не мог быть воспроизведен. "Химеры" исчезли! Что же произошло?! Упрощая, можно сказать, что мозг в буквальном смысле этого слова перестроился. Поскольку подобные реакции - кашель и рвота в ответ на раздражение лапы - не имели никакой приспособительной цели, более того, были очевидно вредны для организма, по нейрофизиологическим путям, благодаря новым связям, произошла полная функциональная перестройка соответствующих отделов центральной нервной системы, и она вернулась в исходное!


Длительное вмешательство в целостный эмоциональный комплекс и переадресовка всей силы эмоционального выражения на внутренние, внешне не констатируемые процессы создает стойкое патологическое повышение тонуса ряда внутренних органов.

П. К. Анохин


Но коли так, то ничто не мешает ей же - центральной нервной системе - из этого "исходного состояния" и выйти. Добавим сюда стрессы, конфликты между сознанием и подсознанием, а также генетические дефекты, и мы получим доказанную возможность формирования "маскированной депрессии" - состояния, при котором подавленное настроение проявляется не слезами, а разнообразными болевыми ощущениями.

Что ж, если даже и этот эксперимент не убеждает нас в поразительных возможностях нашей психической организации, то уже, наверно, ничто не сможет убедить, кроме, разве что, эффективности использования антидепрессантов при "маскированных депрессиях", а ведь они помогают…


Осознание своей болезни и готовность лечиться есть уже начало излечения.

М. Сервантес