У МЕНЯ С НИМ НИЧЕГО НЕ БЫЛО

Двое крепко поддатых приятелей выясняют отношения:

· Зачем ты это сделал? Ну заче-е-ем? Я так ее любил, а ты взял и предал, взял и переспал…

· Да не спал я с ней, не спал. Не дала. Только целовать позволила везде

· Целовать — и все?

· И все. Везде.

· Значит, не спал?

· Говорю же тебе — не дала.

· Значит, не предал?

· Не предал.

Друзья обнялись

Что это — черновики Ионеско или диалог двух психов?

Ни то, ни другое Нормальный мужской разговор Гумберт Гумберт с горечью оценивал восприятие себя Лолитой: «Что я для нее? Два глаза и толстый фаллос». — Это образец механической проекции собственных ощущений на чужое пространство с иными геометрическими законами Это для него, пока страдание и посеянное им сострадание к ограбленному, залитому спермой детству не проросли любовью, малолетняя падчерица была лишь миниатюрным футляром для «замшевого устьица».

А вот не литературная, а житейская история. Некая дама поделилась со своим мужем пикантной сплетней

· А кралю-то из десятой квартиры ее идеал бросил Пылинки сдувал, белье развешивал, ногти до земли отрастила, такими и сапоги не застегнешь . «Ах, мой Коленька от меня ни на шаг» Ну и где теперь этот Коленька? Ни Коленьки, ни маникюра

· А почему?

· Дура потому что и язык не короче ногтей. Заболела по-женски, сделали операцию, вырезали все что могли, а она взяла и доложилась мужу

· А разве такое скроешь? Сам бы заметил.

· Как же, заметил! Я пятый год стерильная, много ты назамечал?

Вскоре они развелись.

Мы и не догадываемся, какое значение имеет для возлюбленных альпинистов в нашем ландшафте тот альпийский лужок с аленьким цветком посредине Редкая женщина, когда она не модель порно-журнала, представляет свою распахнутую плоть Природа так хитро спроектировала нас, что с собственной сердцевиной хозяйка знакома лишь на ощупь, если не устраивала ради томного девичьего озорства очную ставку с зеркалом. Не отсюда ли наив сетования — «Ну какая ему, кобелю, разница9 У всех вдоль, а не поперек»

Спорить трудно. И глаза у всех на лице, а не на затылке, и руки растут из плеч, а не из иного какого места Почему-то мы вычеркиваем заповедную зону из конкурсного списка, словно категории прекрасного здесь уже не действуют Еще как действуют. Попытай своего партнера — он подтвердит. Хотя скорее всего увильнет от ответа. Очень уж щекотливая тема, и в конце сообщения лектор вполне может схлопотать по физиономии

Но об индпошиве это я так, к слову Что дано, то и ладно Существенно другое — сосредоточенность их чувства собственника там и нигде больше. Поэтому с простыней у подбородка, с ножом у горла, пришпиленная уликами, как бабочка булавками, к прелюбоденному ложу, не сознавайся в окончательном грехопадении. Качество алиби и аргументов несущественно, главное — убедительность тона. Муж поверит, вот увидишь. Не из-за наивности, а из-за трепетного отношения к собственной персоне.

Их родовая терпимость к боли — совершеннейший блеф. Какое жалкое зрелище — мужчина в стоматологическом кресле! Какое жуткое зрелище — покинутый муж!

Мы, брошенные, рыдаем ночами, но слезы капают в мыльную пену постирушки, худеем, сохнем, но варенье сварено, огурцы законсервированы; о грудную клетку полирует коготки черная кошка депрессии, но машинально подкрашиваем губы перед зеркалом в прихожей. Они, отвергнутые, выпивают бермудский треугольник, слюнявят блузки залетных подруг, в перерывах между сеансами соития вкладывая их наманикюренные персты в свои сердечные раны, чтобы на рассвете с полным правом оскорбленного навек самца выставить измятую гостью без кофе и поцелуя за порог.

Психология bookap

Пусть весь мир обвиняет тебя, размахивая крадеными письмами и фотографиями, выстраивает у дверей мавзолейную очередь очевидцев, искушает задушевными беседами, натягивая маску сочувствия и понимания. Не удостаивай его взглядом — это Вий с поднятыми веками. Помни тверже своей девичьей фамилии: ты чиста и безгрешна.

Да, позволила себе немного лишнего, перекокетничала, чуть не утратила контроль над собой и ситуацией. Но пограничную черту не переступила. Не переступила — и все тут! А люди врут. Из-за подлости натуры. Из зависти к нашей любви и счастью. Мы же с тобой так нерушимо, так нескончаемо счастливы! Не правда ли, милый?