Третья Священная Книга

УБЕЖДЕНИЕ


...

Глава 5. Убеждение в схемах и примерах

Конечно, главное в модерации — не что вложить в информационный пакет, а как его незаметно вмонтировать в черепную коробку сапиенса.

Да, спору нет, как говорить — намного важнее того, что говорить.

Но так, пацаны, бывает не всегда.

Если с самым величайшим ораторским запалом сказать сидящим в зале людям, что дважды два четыре, эффекта не будет.

А вот если даже самым невнятным и невыразительным голосом произнести, что в зале заложена бомба, готовая вот-вот взорваться, эффект будет куда более интересным.

После такого красноречивого примера, думаю, каждому стало понятно, что качество информации, то есть, содержание текста выступления, тоже имеет немаловажное значение.

И если "как говорить" составляет две трети успеха публичной речи, то "что говорить" дает еще одну треть. И весьма значимую.

Причем: чем короче выступление, тем более важную роль играет текстура.

В современном нам с вами, друзья мои, обществе требования к публичному выступлению становятся все более жесткими.

Теперь привередливые клиенты требуют от продавцов товаров и идей не только гладкоговорения (этим сейчас любой вокзальный побирушка владеет), но и того, чтобы само содержание речи было логичным и информативным.

С чего начать работу над текстом будущей речи? С переработки бескрайнего потока сведений о ее предмете?

Не-а.

Это, если и понадобится, то гораздо позже.

Чтобы максимально эффективно вложить информацию в логическую канву выступления необходимо создать базовую структуру выступления.

Базовая структура публичного выступления — это 3 его основные части: рационально подогнанные, дополняющие, развивающие и обобщающие друг друга.

В чистом виде в реальном выступлении эта триада существуют редко.

Обычно ее составляющие плавно перетекают одна в другую и не имеют четко оформленных границ.

Разделение речи на части необходимо для подготовительной (домашней) работы над текстом будущего выступления.

Такая разбивка текстового массива позволяет эффективнее компоновать фразы и дает возможность рассчитывать силу воздействия речи по времени.

А еще с ее помощью можно заниматься расстановкой смысловых акцентов на подтекст (то, о чем в тексте прямо не говорится, но подразумевается весьма прозрачно) и увязки их с контекстом (с той конкретной исторической обстановкой в которой в данный момент находятся и оратор, и его аудитория, на чьей психике не может не отражаться характер происходящих в окружающей реальности событий).

Классическая базовая структура речи состоит из: вступления, доказательства и заключения.

У каждой из этих частей — свои функции.

У вступления — привлечь к выступающему внимание публики, дать аудитории почувствовать всю серьезность, важность и сенсационность дальнейшего изложения. И главное — квакнуть идею.

У доказательства — обосновать идею, высказанную во вступлении. И подогнать под это факты, статистические данные, логические построения и хорошо проработанные (эмоционально насыщенные) фразы.

У заключения — еще раз вбить в сознание слушателей основные (уже высказанные) идеи оратора. И подвести итог выступлению. И оставить в сознании слушателей нужное впечатление (о невежестве оппонентов, о своей уверенности, о великой роли каждого слушателя в борьбе за внедрение в жизнь той или иной идеи и т. д.).

Вот, как пример, концовка одной из речей Аятоллы Хомейни:

"Правоверные! Вставайте на Священную войну! Защищайте истинную веру!

Израиль уже захапал Святую землю Иерусалима. А сейчас вместе с Соединенными Штатами хочет захапать и осквернить мечети Аль Карам и Аль Набиль.

Поднимайтесь и выступайте на защиту ислама так, как выступили бы на защиту своих детей, жен и матерей!

Всемогущий поможет нам!

Вперед, братва!

Победа будет за нами!"


Конечно, вышеприведенная классическая триада (вступление, доказательство, заключение) содержит изрядную долю условности в наш век изощренности предвыборных технологий и театральности презентаций и собраний.

Современное публичное выступление структурно становится все более размытым.

В него могут включаться разные прикольные концертные номера: детский стриптиз, торжественное вручение партбилетов, скандирование матерных частушек, массовый сеанс зоофилии и прочие извращения из богатого арсенала нынешнего технического обеспечения публичных выступлений…

Тезисная форма — это становой хребет выступления, его краткий сюжет, в котором фиксируются основные мысли оратора, подлежащие в дальнейшем более полному раскрытию уже непосредственно во время произнесения речи.

Термин «тезис» в подготовке публичной речи имеет иное значение, чем, допустим в схоластической дискуссии.

Значение нашего «тезиса» — это не заявленное кредо, а промежуточная фиксация основных смысловые нюансов той или иной идеи.

Тезисы образуют тезисную форму в соответствии с базовой структурой.

Как сжимать текст до тезиса? Точно так же, как Вы бы это сделали, пересказывая… ну, допустим, "Войну и мир" Льва Толстого, случайному знакомому во время езды на лифте.

В качестве примера приведу перевод в тезисную форму послания Иоанна Грозного какому-то князю.

Его ФИО я забыл и буду звать эту кикимору… Ну скажем, Борис Абрамычем Баобабовым.

Нетерпеливым читателям советую не читать текст дальше и перепрыгнуть сразу на практикум (или вообще ничего не читать, а чтобы не парить мозги, смотреть всю оставшуюся жизнь только мультики вроде "Приключений пингвиненка Лоло").

А серьезным и терпеливым читателям я рекомендую все-таки прочесть данную писульку.

В ней — все прошлое и будущее России.

Хотите узнать, о чем будут писать русские газеты через 50 лет и о чем будут спорить и душить друг друга, плюя слюной, наши политологи через 100 лет — читайте ниже нетленку Грозного.

Идеи из этой писульки до сих витают в умах российской интеллигентской знати, всерьез считающей что, коли ты не лижешь власти во все интимные места, значит, ты — ярый бунтовщик, тайный сионист, космополит безродный и сраный цээрушник.

Да, прав был добрый дедушка-людоед Ленин, давшей нашей отечественной интеллигенции всего лишь одним словом емкое и точное определение: "Говно!"

А я бы еще от себя добавил, что наши бароны от искусства и маркизы от науки являются бл… Ладно, не стану добавлять, а то, может, этот опус читают женщины и дети. Пощажу их. На этот раз.

А теперь — все внимание к писульке царя.


Вступление:

1. "Писание твое, Абрамыч, принято и прочитано внимательно.

А так как змеиный яд таишь ты под языком своим, то хотя письмо твое по хитрости твоей наполнено медом и сотами, но на вкус оно горше полыни; как сказал пророк: "Слова их мягче елея, но подобны они стрелам".

Так ли привык ты, Боря, будучи российским подданным, служить русскому государю? Так ли следует воздавать честь владыке, от Бога данному, как делаешь ты, изрыгая яд по обычаю бесовскому?

Разве это и есть "совесть прокаженная" — держать свое царство в своих руках, а своим рабам не давать господствовать? Это ли "против разума" — не хотеть быть под властью своих рабов? И это ли "православие пресветлое" — быть под властью и в повиновении у рабов?"


Тезис: "Так ли следует воздавать честь владыке, от Бога данному?"

2. "Это все о мирском; в духовном же и церковном если и есть небольшой грех, то только из-за вашего же соблазна и измены, кроме того, и я человек: нет ведь человека без греха, один Бог безгрешен; а не так как ты — считаешь себя выше людей и равным ангелам.

А о безбожных народах что и говорить! Там ведь у них цари своими царствами не владеют, а как им укажут их подданные, так и управляют.

Русские же самодержцы изначала сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи!

И этого в своей озлобленности не смог ты понять, считая благочестием, чтобы самодержавие попало под власть известного тебе попа и под ваше злодейское управление.

А это по твоему рассуждению, Боря, «нечестие», когда мы не хотим быть под властью цээрушников и вашего олигархического злодейства? Это ли мыслится «супротивно», что я вашему злобесному олигархическому умыслу тогда — божьей милостью, и заступничеством пречистой Богородицы, и молитвами всех святых, и родительским благословением, — не дал погубить себя?

Сколько зла я тогда от вас, олигархов-вредителей, претерпел, в натуре, обо всем этом дальнейшие слова известят".


Тезис: "Русские же самодержцы изначала сами владеют своим государством, а не их бояре и вельможи!"


Доказательство:

1. "В том ли "супротивным явился", что я не дал вам погубить себя? А ты зачем против разума душу свою и крестное целование ни во что счел, из-за мнимого страха смерти? Советуешь нам то, чего сам не делаешь!

По-наватски и по-фарисейски рассуждаешь, Боря: по-наватски потому, что требуешь от человека большего, чем позволяет человеческая природа, по-фарисейски же потому, что, сам не делая, требуешь этого от других.

Но всего более этими оскорблениями и укорами, которые вы, олигархи пархатые, как начали в прошлом, так и до сих пор продолжаете, ярясь, как дикие звери, вы измену свою творите — в этом ли состоит ваша усердная и верная служба, чтобы оскорблять и укорять?

Уподобляясь бесноватым, дрожите и, предвосхищая божий суд, и прежде его, своим злолукавым и самовольным приговором со своими начальниками, с Жорой Бушем, Тоней Блэр, Юлькой Тимошенкой и Оранжевым Гадом Ющенкой, осуждаете меня, как собаки.

И этим вы стали противниками Богу, а также и всем святым и преподобным, прославившимся постом и подвигами, отвергаете милосердие к грешным, а среди них много найдешь падших, и вновь восставших (не позорно подняться!), и подавших страждущим руку, и от бездны грехов милосердно отведших, по апостолу "за братьев, а не за врагов их считая", ты же отвернулся от них!

Так же как эти святые страдали от бесов, так и я от вас пострадал".


Тезис: "И этим вы стали противниками Богу".

2. "Как же ты, мистер Березовский, не смог этого понять, что властитель не должен ни зверствовать, ни бессловесно смиряться? Апостол сказал: "К одним будьте милостивы, отличая их, других же страхом спасайте, исторгая из огня". Видишь ли, что апостол повелевает спасать страхом?

Даже во времена благочестивейших царей можно встретить много случаев жесточайших наказаний. Неужели ты, по своему безумному разуму, полагаешь, что царь всегда должен содействовать одинаково, независимо от времени и обстоятельств? Неужели не следует казнить разбойников и воров?

А ведь лукавые замыслы этих преступников еще опаснее! Тогда все царства распадутся от беспорядка и междоусобных браней.

Что же должен делать правитель, как не разбирать несогласия своих подданных?

Разве же это "супротив разума" — сообразоваться с обстоятельствами и временем? Вспомни величайшего из царей, Константина: как он, ради царства, сына своего, им же рожденного, убил! И князь Федор Ростиславич, зверюга и людоед, сколько крови пролил в Смоленске во время Пасхи?! А ведь все они причислены к святым!

И я стану при жизни святым.

Ибо всегда царям следует быть последовательными: иногда кроткими, иногда жестокими, добрым же — милосердие и кротость, злым же — жестокость и муки, если же нет этого, то он не царь. Царь страшен не для дел благих, а для зла.

Хочешь не бояться власти, так делай добро; а если делаешь зло — бойся, ибо царь не напрасно меч носит — для устрашения злодеев и ободрения добродетельных".


Тезис: "Неужели не следует казнить разбойников и воров?"

3. "Скажешь, Боря, что я, переворачивая единое слово, пишу все одно и то же?

Но в том-то причина и суть всего вашего злобесного замысла, ибо вы там с Абрамовичем и Гусинским решили, что я должен быть государем только на словах, а вы бы с олигархами — на деле.

Потому все так и случилось, что вы до сих пор не перестаете строить злодейские козни.

Вспомни, когда Бог избавил вас, евреев, от рабства, разве он поставил перед вами священника или многих управителей? Нет, он поставил владеть вами одного царя — Моисея, священствовать же приказал не ему, а брату его Аарону, но зато запретил заниматься мирскими делами; когда же Аарон занялся мирскими делами, то отвел людей от Бога. Заключи из этого, что не подобает даже священнослужителям браться за царское дело.

Посмотри на все это, Боря, и подумай, какое управление бывает при многоначалии и многовластии, ибо там цари были послушны епархам и вельможам, и как погибли эти страны! Это ли и нам посоветуешь, чтобы к такой же гибели прийти?

И в том ли благочестие, чтобы не управлять царством, и злодеев не держать в узде, и отдаться на разграбление иноплеменникам?

Или скажешь мне, что там повиновались святительским наставлениям? Хорошо это и полезно!

Но одно дело — спасать свою душу, а другое дело — заботиться о телах и душах многих людей; одно дело — отшельничество, иное — монашество, иное — священническая власть, иное — царское правление.

Так разве подобает царю, если его бьют по щеке, подставлять под удар всю свою морду?

Это совершенно исключено!

Какой же царь сможет управлять царством, если допустит над собой бесчестье? А священникам это подобает.

Уразумей поэтому разницу между царской и священнической властью! Даже у отрекшихся от мира встретишь многие тяжелые наказания, хотя и не смертную казнь. Насколько суровее должна наказывать злодеев царская власть!"


Тезис: "Царская власть должна быть суровой!"

4. "Так же неприемлемо и ваше желание править теми областями, где нефть и газ.

Ты сам своими бесчестными очами видел, какое разорение было на Руси при царе Ельцине, когда в каждом городе были свои начальники и правители, и потому можешь понять, что это такое.

Свет же во тьму я не превращаю и сладкое горьким не называю. Не это ли, по-твоему, свет и сладость, если рабы господствуют? И тьма и горечь ли это, если господствует данный богом государь, как подробно написано выше?

О вине наших подданных и нашем гневе на них.

До сих пор русские властители ни перед кем не отчитывались, но вольны были жаловать и казнить своих подданных, а не судились с ними ни перед кем; но если и подобает поведать о винах их, об этом сказано выше.

Ничем я не горжусь и не хвастаюсь и ни о какой гордости не помышляю, ибо я исполняю свой царский долг и не делаю того, что выше моих сил.

Скорее это вы надуваетесь от гордости, ибо, будучи рабами, присваиваете себе святительский и царский сан, поучая, запрещая и повелевая.

Никаких козней для истязания россиян мы не придумываем, а напротив сами готовы пострадать ради них в борьбе с врагами не только до крови, но и до смерти.

Подданным своим воздаем добро за добро и наказываем злом за зло, не желая этого, но по необходимости, по злым их преступлениям и наказание следует".


Тезис: "Подданным своим воздаем добро за добро и наказываем злом за зло".


Заключение:

"А свое писание с компроматом скоро ты, Боря, сможешь с собой в гроб положить. Раз, значит, ты уже окончательно отпал от нашей кремлевской братвы, то я зашлю к тебе в Англию киллеров князя Патрушева.

Господь повелел не противиться злу, ты же и перед смертью не хочешь простить врагам, как обычно поступают даже невежды; поэтому над тобой не следует совершать даже последнего отпевания.

Украину и Беларусь, находящиеся под властью наших недругов, Лукашенки и Ющенки, ты называешь их законным владением, чем окончательно обнаруживаешь свою собачью измену.

А если ты надеешься получить от этих панов многие пожалования, то получишь дулю и сдохнешь, аки безродный пес, в выгребной яме.

И так и должно быть, ибо ты не захотел жить под властью Бога и нас, данных Богом государей из кремлевской братвы, слушать и повиноваться нам, а захотели жить по своей воле.

Поэтому ты и нашел себе такого государя, который — как и следует по твоему злобесному собачьему желанию — ничем сам не управляет, но хуже последнего раба — от всех получает приказания, а сам никем не повелевает.

Но ты не найдешь себе на Западе утешения, ибо там каждый о себе заботится. Кто оградит тебя от насилий или защитит от обидчиков, если даже сиротам и вдовицам не внемлет суд, который созываете вы — враги государства российского?!"


Тезис: "Вы — враги государства!"


Большинство нынешних российских специалистов в области убеждения с помощью публичных выступлений, к сожалению, недооценивают тезисную форму.

Ее считают лишним прибамбасом для спичрайтера.

Это от "speech writer" (буквально — сочинитель речей), что означает: составитель текстов выступлений для высокопоставленных лиц.

И многие думают, что она может быть полезна оратору только лишь в качестве памятки во время выступления, чтобы не сбиться и не запутаться при изложении речи.

Главным аргументом сторонников такого взгляда на роль тезисной формы является утверждение, что при подготовке речи достаточно составить ее план.

А в нем, дескать, уже и будут сгруппированы все сколь-нибудь важные мнения оратора (или той команды, которая готовит для него речь) по теме выступления.

Потому-то, по их мнению, и не стоит тратить время на существенную тезисную разработку речи.

Такой взгляд мне представляется совершенно неверным.

План — это краткий набросок основных сюжетных линий будущего выступления. Планировать — это составлять проект структуры, которой еще нет.

План — это декларация о намерениях, в которой намечены пункты, подлежащие в дальнейшем раскрытию и наполнению содержанием.

А тезисная форма — это уже проработанное содержание речи, сжатое до конспекта.

План используется на начальной стадии подготовки текста. Именно текста!

А в живом публичном выступлении качество текста — это, как уже говорилось, всего лишь одна треть его успешного воздействия. Основное же — звуковая, интонационная и эмоциональная насыщенность.

А это, пацаны, отрабатывается путем тренировки, через многократное проговаривание текста в различных вариантах.

И на этой стадии работы над речью не обойтись без тезисной формы.

Именно она становится первым шагом в отходе от написанного на бумаге текста в область импровизации, то есть свободного изложения своих мыслей вне зависимости от первоначальной конструкции.

Впрочем, я не отвергаю важности составления плана.

Однако опасайтесь подходить к плану с мерками школьных сочинений.

Такие пункты, как "Снежная баба — идеал русской женщины" или "Сергей Доренко — обличитель российского крепостничества", слишком глобальны и в ходе работы над текстом заведут вас в такое болото, что вы потеряете в нем не только шнурки, но и здравый смысл, и первоначальные намерения.

После подготовки плана идет насыщение фразами всех частей базовой структуры и раскрытие с их помощью всех пунктов плана.

Затем идет многократное (для запоминания) дословное воспроизведение всего текста речи.

Когда он заучен наизусть, то его следует ужать до тезисов, опираясь на которые, надо переходить к тренировкам по отработке звуковых эффектов, мимики, жестов, зевков и почесываний в паху уже в свободной импровизационной манере.

Теперь, после того, как вы узнали о формировании основной структуры текстовки выступления, пришло время поговорить о более мелких элементах мертвого текста (да-да, пока текст на бумаге — он мертв, даже если изготовлен именно для публичного выступления). О предложениях и словах.

Предложения текста следует подбирать с учетом логики и содержания базовой структуры. При этом надо учитывать и их психологическое воздействие.

Чарлз Пирс в работе "О новом списке категорий" и Фердинанд де Соссюр в "Общей лингвистике" разработали научную основу знаковой теории языка.

По этой теории, язык межличностного общения — слова, словосочетания, предложения — это система знаков, в которой главную роль играет их правильное расположение. И именно оно, мол, само по себе зомбирует сознание человека.

Конечно, комбинация слов или словосочетаний не имеют такой уж всеобъемлющей роли. Как не ставь слова в предложении: "Ты жопа с ушами!", "Жопа с ушами — ты!", "Жопа ты с ушами!", "С ушами ты жопа!", — а смысл для адреса останется тем же. Обидным. И, не исключено, даже абсолютно несправедливым.

Однако в том, что касается вызывания определенными словами нужных образов, а вместе с ними и соответствующих ассоциаций, есть рациональное зерно.

Допустим, в выступлении фамилию своего противника оратор подал в обрамлении таких слов, как — "продажный говносос", "предатель национальных интересов", "мерзкий демократ", "насильник над старушками" и т. д.

Тогда, даже если эти слова не относятся к личности противника, из-за близости знаков, обозначающих врага и нечто негативное, часть этой негативности переходит и на того, чья фамилия маячит рядом с «продажностью» или «говнососостью».

Поэтому опытные специалисты по предвыборным технологиям никогда не напишут для своего кандидата: "Он покончит с разрухой и беспределом". А провозгласят главным лозунгом позитивное: "Он завалит всех баблом по самую макушку".

Такие слова в выступлении, как «красный», «бурлящий», «кровь», «пламенеть», возбуждают публику. А такие, как — «солнечный», «море», "свежий ветер", "зеленая трава", придают хорошее настроение, снимают нервозность.

К сожалению, пока мало изучена проблема перевода знака в сигнал. Точнее, в сигнал к действию.

Ведь один и тот же знак оказывает разное побуждающее воздействие на разные категории людей.

Для шофера знак "Проезд закрыт" — сигнал к действию (развороту машины и поиска иной трассы).

А для идущего на рыбалку пешехода этот знак абсолютно ничего не значит.

Тем не менее, практика подсказывает нам, какие последовательности знаков лучше всего выполняют сигнальную роль.

И это, пацаны, обязательно следует учитывать при проработке текстового содержания будущего выступления.

Так, например, одним из сигналом к подчинению толпы являются вопросы оратора. Риторические вопросы. То есть, типа, те, на которые выступающий готов ответить сам и лишь имитирует совместное с аудиторией размышление.

Обилием риторических вопросов отличались выступления Джона Кеннеди.

Вот примерчик из его словесной запеканки: "Какой, ребята, хотите вы видеть нашу гребаную страну? Какие лидеры нужны этой гребаной стране? Кого вы хотите видеть ее гребаным президентом?"

Другим видом знака, легко становящимся заключительным сигналом к осуществлению всех перечисленных до этого в речи идей, является расширенное повторение.

В нем фразы одного содержания (немного модифицированные, чтобы не быть подчеркнуто навязчивыми) придают предыдущим утверждениям вид непогрешимости и абсолютной истинности.

Слыша их вновь и вновь, человеческая биомасса не может не поверить, что за ними стоит нечто большее, чем амбиции оратора.

Эффектными повторениями отличались выступления Мартина Лютера Кинга.

Вот например: "Свободен! Наконец-то я свободен!! Слава тебе, Господи, я наконец-то свободен!!!"

А вот кое-что из Ричарда Никсона: "Может ли считаться хорошим президент самой мощной экономической державы, доведший ее до полного пиздеца!? Может ли считаться хорошим президент самой могучей в военном отношении страны, чью армию долбят в хвост и гриву во Вьетнаме!? Может ли считаться хорошим президент страны самого передового правопорядка, погрязшей в беспределе!?" Тут мы, кстати, видим объединение обвинительных повторений с риторическими вопросами.

Повторение должно внешне иметь вид результата наирациональнейшего мышления. Именно результата! То есть — продуманного за большой период времени (но придуманного только что и поэтому столь пафосно звучащего) окончательного решения.

Поэтому все это должно состоять из утвердительных, жестких, без малейшей тени сомнения или колебания фраз. Типа: "Все мы умрем! Да, мы умрем все! И ты, чертяка бородатый, тоже загнешься!"

Насыщение текста риторическими вопросами и ответами, а также повторениями в различных вариациях, должно подразумевать, естественно, что при выступлении на публике оратор произнесет все эти домашние заготовки твердым, не допускающим возражений тоном.

Таким тоном, что даже и при передачи дальше — знакомым сапиенсам — слушатели будут имитировать тон и точно так же, хотя и слабее внушать мысли оратора своим знакомым и родственникам.

В сценарии речи можно заодно придумать и выкрики для группы поддержки оратора, находящейся в толпе. И ответы оратора на эти выкрики или скандирование какого-либо лозунга.

Вообще же, подготовка публичного выступления — это больше, чем составление сценария, чем написание статьи.

И запомните! Аудитория не ждет от Вас ни награды, ни оплаты своих усилий. Но всегда хочет, чтобы ее призвали к конкретному физическому действию. Призвали энергично и без колебаний.

Поэтому в конце выступления (как бы мощно ни был бы зомбирован клиент) вносите в текст как можно больше глаголов в повелительном наклонении: "Налей!", "Выпей!", "Закуси!", "Отдохни!" и т. д.

И тогда можете называть беснующуюся у ваших ног толпу «сбродом», «ублюдками», «босяками» и "бандой тупорылых голодранцев".

Она все равно будет славословить вас и орать: "Ура!", "Хайль!", "Аллилуйя!"

А теперь — резюме со смыслом.

1. Базовая структура в тезисной форме дает оратору возможность не просто связно излагать свои мысли на публике, но и более сносно переносить программу с написанного текста в сознание пиплов.

2. Каждую часть базовой структуры текста необходимо наполнять соответствующими их назначению фразами, ставя их в определенном порядке — в зависимости от того, что прикрывается риторикой — гипноз, внушение, убеждение или позиционирование.

3. Следует подготовить текст так, чтобы в нем отражались все психологические перипетии будущего выступления и его сверхзадача.


Практикум:

1. Приготовьте текст на кантонском диалекте китайского языка…

Не надо обмороков! Я пошутил, конечно.

Приготовьте текст на простом русском языке (2 500 знаков). Разделите его в соответствие с базовой структурой. Составьте тезисный план. Заучите текст наизусть. Выступите с ним перед плакатом с изображением Терминатора (10 раз), используя этот план.

2. Тот же текст. Только — разбитый пофразно. Выступите перед плакатом с одухотворенным лицом симпатяги Кинг Конга (по 20 раз — с использованием интонации и акустики, а также в смешанном виде).

3. А теперь — в народ! Наметьте место и время своего публичного выступления. Подготовьте текст, небольшой (всего в пару тыщ знаков), но подогнанный по базовой структуре, интонационной и акустической линейкам. И постарайтесь ежедневно в течение недели с ним выступать на публике.

4. Нарежьте 50 текстов (пригладьте вставшие дыбом волосы — это задание на целый месяц) по 2 500 знаков каждый. Нашинкуйте их по параметрам классической триады. Набейте в доказательную часть каждого из текстов по 10 риторических вопросов.

5. Придумайте посылки для силлогизмов, ведущих к следующим заключениям:

— …значит: таракан — насекомое;

— …значит: динозавры вымерли;

— …значит: в банках хранятся деньги;

— …значит: собаки лают;

— …значит: грузовики возят грузы;

— …значит: политики грузят народ;

— …значит: народ состоит из людей;

— …значит: Солнечная система находится в галактике Млечный Путь;

— …значит: в кресле можно сидеть;

— …значит: снег в печке тает;

— …значит: мертвые не потеют;

— …значит: Париж — столица Французской республики;

— …значит: люди говорят на русском языке;

— …значит: Церетели — самый гениальный из скульпторов;

— …значит: футбол — это игра;

— …значит: Маньчжурия — мать городов русских;

— …значит: огнемет — атрибут зрелой демократии;

— …значит: Солнце — это Луна;

— …значит: день — это ночь;

— …значит: самолеты летать не могут;

— …значит: Земля имеет форму чемодана;

— …значит: лучше быть богатым, чем больным.

6. А сейчас индукция (она гораздо проще дедукции). С ее помощью докажите, что:

— волки воют;

— уазик — автомобиль марки УАЗ;

— опиум — дерево;

— жизнь прекрасна;

— воздухом дышать нельзя;

— бензин не горит;

— перегар приятнее запаха одеколона;

— наведение порчи — лучший подарок;

— индусы живут на Чукотке;

— все мы немного хоббиты.

7. И наконец — синтез. Составьте текст (3 000 знаков) по канонам базовой структуры и внесите в него вперемешку индуктивные и дедуктивные доказательства. Не торопитесь. Сделайте, как надо. Не забудьте про призыв к физическому действию в заключении. И только тогда, когда вы начнете плясать лезгинку с криками восторга по поводу своего опуса, тогда приступайте к составлению целой обоймы из 10 текстов (по 1 500 знаков).

8. Подготовив эти тексты письменно разучите их в соответствии с интонационными и акустическими фишками.

9. Проанализируйте свои выступления. Отметьте успешные и провальные моменты. Усеките, друзья мои, главное — ту связь, которая объединяет незримой цепью гипноз, внушение и убеждение.

10. А теперь — кусочек настоящей модерации.

Контекст таков: вас, типа, наняла одна шарага, чтобы вы в своем телеобращении к избирателям слили кандидата в Президенты РФ Никанора Пупкина в моральный отстой, то есть — словесно его замочили.

Текст: в нем нельзя прямо называть Пупкина «шакалом» и "мелким пакостником", нельзя вообще ругать этого кандидата или призывать пиплов отмутузить его до полусмерти и надругаться всем скопом над бесчувственным телом Пупкина.

Подтекст: а вот тут можно и нужно порезвиться — показав Пупкина полным барахлом и свиньей в ермолке. Например: "Пупкин добр и талантлив. Его лошади обожают. Я бы с удовольствием его конюхом пристроил на нашей колхозной конюшне, ежели б ее не спалили местные алкаши десять лет назад. Пупкин очень способный молодой человек. Лет через 20 ему даже племенных жеребцов можно доверить".

11. Еще кусочек модерации. Тот же контекст, что и упражнении 10.

Только теперь текст — полностью хвалебный.

Психология bookap

А подтекст выдавать — исключительно с помощью интонации.

12. Переходите к следующей части обучения. К позиционированию. Со страхом переходите. И с трепетом. И с юмором. И про памперсы не забудьте. И про завещание тоже.