Раздел 2. Сокровенное из жизни мужчины


...

Кому нужен длительный половой акт?

Мужчине, привыкшему считать, что он может одним пенисом удовлетворить женщину, трудно признать, что это не так.

С.К. Бейкос, американский сексолог


Кому нужно, чтобы половой акт продолжался долго? Самому мужчине? Отнюдь нет. У него будет оргазм и после нескольких фрикций, и после получасового сношения. Следовательно, это нужно женщине? Тоже нет. Точнее, длительное сношение не нужно подавляющему большинству женщин, поскольку оргазм у них связан с клитором, а без его стимуляции (рукой, языком) оргазма у неё не будет, каким бы длительным ни был половой акт.

23-летний Толя обратился к урологу нашего медицинского центра из-за гематомы в области пениса.

Оказалось, что он сам разработал «метод», чтобы удлинить половой акт, так как считал, что способность к продолжительному сношению – самое важное качество «настоящего мужчины», поэтому надо уметь поддерживать эрекцию как можно дольше.

Делал он это так. Старался пропустить предварительную эротическую прелюдию, не ласкал своих партнерш, чтобы «не перевозбуждаться», а после введения полового члена и нескольких фрикций замирал на некоторое время, не совершая фрикций, чтобы переждать волну возбуждения. Если партнерша удивлялась такому его поведению и начинала шевелиться, Толя резким окриком заставлял её прекратить двигаться, чтобы вновь не нарастало возбуждение. Потом, когда возбуждение немного спадало, но эрекция ещё сохранялась, он вновь совершал фрикции, опять замирал и так далее.

Если одних «замираний» ему было недостаточно, и он боялся, что произойдет эякуляция, Толя заставлял себя вспоминать злое лицо матери, когда она его ругала, и оскорбления, на которые обычно не скупилась его деспотичная мать, и половое возбуждение сразу пропадало. Бывало, что после этого эрекция уже не восстанавливалась. Поэтому Толя избрал другой способ для снижения уровня возбуждения. Он представлял себе, что все тело его партнерши покрывается отвратительными язвами и корками, они расползаются по всей её коже и половым органам, от неё мерзко пахнет «трупным запахом», и половое возбуждение сразу же исчезало. Иногда сильно снижалась эрекция, но после нескольких фрикций постепенно восстанавливалась.

Таким образом, с помощью «замираний», негативных воспоминаний о матери и отвратительных фантазий Толя надолго растягивал сношение.

Однако его партнершам такая манера проводить половой акт, конечно, не нравилась. Сам он об этом не задумывался и ни разу не обсуждал с очередной партнершей ни цели, которую он при этом преследовал, ни её ощущений. Толя убежден, что чем длительнее половой акт, тем выше его половые способности, и именно так должен себя вести «настоящий мужчина».

Толя считает, что ему не везет с девушками. Ни одна из них долго с ним не выдерживает. Девушки расстаются с ним без всяких объяснений, а он очень переживает разрыв и не понимает, почему девушка его бросает и избегает встреч; последняя партнерша назвала его «садистом» и заявила, что на пушечный выстрел больше к себе не подпустит.

Внешне он застенчивый молодой человек, худой и нескладный, о таких говорят: «типичный интеллигент». К тому же очень смущается своего заикания. Когда Толя волнуется, то начинает говорить очень быстро, и заикание ещё больше усиливается. Он признался, что из-за этого недостатка старается как можно меньше разговаривать с девушками, а тем более на темы секса. Его очень смущают подобные разговоры, и тогда его заикание становится ещё сильнее. Поэтому он избрал для себя девиз: «Поменьше разговоров, побольше дела!», а под «делом» он подразумевал половой акт.

Толя предпочитал хорошо воспитанных девушек с гуманитарным образованием из интеллигентной семьи. Они любили говорить сами, а он больше слушал, ограничиваясь восклицаниями и междометиями, и дефект его речи был не столь заметен, по крайней мере, он не так из-за этого комплексовал. Его партнерши, судя по тому, что он о них рассказывал, – такие же закомплексованные и инфантильные, с задержкой психосексуального развития, как и он сам, и не имели сексуального опыта. И именно на них он старался произвести впечатление своими «выдающимися» половыми способностями.

Очевидно, он сам подсознательно опасался сексуально опытных женщин, на которых такая «техника» не только не произвела бы впечатления, но, скорее всего, вызвала бы недоумение. А наивные девушки, имевшие в прошлом эпизодические сексуальные контакты, – устраивали Толю. Хорошее воспитание не позволяло партнершам как-то комментировать его манеру проводить сношение или высказывать свое недовольство, но и мириться с этим, по-видимому, не было сил. В результате интеллигентные девушки просто тихо исчезали из его жизни, избегая дальнейших встреч.

Но последняя из его партнерш была не столь деликатна, как прежние. После первого же раза она заявила, что такая техника полового сношения её совершенно не устраивает и привела в пример одного из своих прежних незадачливых любовников, у которого эрекция во время полового сношения пропадала, а потом он уже не мог ввести половой член повторно, и для того, чтобы не размыкать контакта половых органов, он практиковал не поступательные фрикции «вперед-назад», а раскачивание телом из стороны в сторону, практически без движений полового члена. Она рассказала, что при этом почти не ощущала пениса партнера и довольно бесцеремонно заявила Толе, что его сексуальная техника очень напоминает ей малопотентного любовника.

Несмотря на некоторую вульгарность, любовница Толе очень нравилась, и когда она настояла на куннилингусе, он согласился. Но после куннилингуса попытка провести половой акт оказалась неудачной – Толя был так горд тем, что дал возможность любовнице пережить сильный оргазм, что не мог и не хотел представлять её всю покрытую ужасными язвами, и почти сразу же эякулировал. Он смутился, но постарался не показать ей своего смущения, а она не обратила на это внимания и убежала в ванную.

В следующий раз, чтобы избежать фиаско, он предложил ей выпить перед половым сношением, и она охотно согласилась. Но как это часто бывает с женщинами в состоянии опьянения, оргазма она не достигла даже при куннилингусе. Толя смог провести длительное половое сношение, и ему не пришлось прибегать к обычным уловкам, чтобы снизить уровень возбуждения – он и без этого никак не мог эякулировать. В конце концов любовница оттолкнула его, заявив, что она «не железная», у неё все внутри горит и болит. Анатолий, по её мнению, не только никудышный любовник, но и садист, и она предложила ему убираться прочь, так как больше она терпеть его не намерена.

Дома Толя обнаружил гематому в области головки полового члена. Даже прикосновение к пенису было болезненным, слизистая головки была отечной и покраснела, в области уздечки было багровое припухлое пятно. Он испугался и в тот же день прибежал на консультацию к урологу нашего коммерческого центра.

Гематома у него рассосалась, но уролог предупредил его, что если он будет и дальше практиковать столь продолжительное половое сношение, то последствия могут быть более тяжелыми, и ему надо проконсультироваться с сексопатологом, как нормализовать свою сексуальную жизнь.

Длительный половой акт опасен травмами половых органов обоих партнеров. Но даже если нет тяжелых травм, то продолжительное трение из-за недостаточности естественной смазки, не рассчитанной на столь продолжительные фрикции, приводит к болезненности половых органов и мелким повреждениям, которые могут инфицироваться.

Зачем же мужчины, образно говоря, ломают копья?

Быть может, пора пересмотреть традиционные взгляды и снять с сильного пола этот груз, который уже становится обременительным, судя по количеству пациентов, посещающих сексопатологов?..

Я имею ввиду сложившийся стереотип в мнении, что мужчина непременно должен иметь «железную» эрекцию и быть способен «пилить» без передышки, а те, кто так не могут, – достойны лишь снисходительного сочувствия.

Этот уже устаревший образ «сперматозавра» так депримирует (угнетает) многих мужчин, что они попадают в заколдованный круг – «от страха» оказаться несостоятельным, не вписаться «в стандарт», их половые способности становятся ещё хуже. А чем больше мужчины боится фиаско, тем больше шансов. что оно произойдет.

Миф о «железной» эрекции, которой будто бы непременно должен обладать каждый мужчина, – как дамоклов меч. Но он так же устарел, как и мифы о женском оргазме (см. соответствующую главу).

Пары, которые осознают неправомерность мифов о мужской и женской сексуальности, – буквально обретают в своей интимной жизни «второе дыхание».

Ведь по сути, При современном разнообразии сексуальной техники, сама по себе эрекция и все, на что способен эрегированный пенис, – не самое главное. По крайней мере, не единственное. Есть и альтернативные варианты.

Причем, последние весьма привлекательны для представительниц прекрасного пола. (О технике вы узнаете далее.)

Для кого ж мужчины стараются, как не для женщин, заботясь о продлении полового акта?! Самому-то мужчине безразлично, сколько продлится коитус. Получается, что для женщин. Но ведь многим дамам это не нужно. Так для кого же? (Попробуйте, уважаемый читатель, сами ответить на этот вопрос.)

И что же мы имеем?

Три четверти женщин не нуждаются в длительном половом акте, так как могут получить оргазм при стимуляции клитора (а некоторые вообще в половом акте не нуждаются и «исполняют» его «по привычке» или ради мужчины). Следовательно, их партнеры зря волнуются о том, сколько продлится половой акт. Сколько бы ни продлился, – женщине это безразлично. Точнее, психологически это ей приятно, но физиологически – никак. А некоторым женщинам чем короче коитус, тем лучше. Самое главное, чтобы мужчина не забыл, что нужно сделать, чтобы дать ей пережить оргазм.

Итак, сухой остаток. Современный мужчина может не заботиться о продолжительности полового акта, если он сексуальный альтруист, – то есть, стремится дать женщине пережить максимальное наслаждение, – и знает, как это сделать.