Раздел 1. Мальчики и девочки


...

Хороши ли «ежовые рукавицы»?

Будущее девушки – не в руках её матери.

Бернард Шоу


Среди представителей старшего поколения немало тех, кто считает все, что связано с сексуальными отношениями, – низменным, грязным, порочным. Такое же отношение они навязывают своим детям.

Чрезмерная опека и контроль, внушение родителями мысли о «постыдности» и «мерзости» всего, что связано с нормальной сексуальностью, запрещение общения со сверстниками противоположного пола, навязывание иного круга общения, изоляция от ровесников (чтобы уберечь от их «развращающего» влияния), отрицательное, «грязное» отношение к половым органам и любым проявлениям сексуальности ребенка, естественным для его возраста, наказания, оскорбления, унижение ребенка и другие жестокие «воспитательные» меры, – искажают развитие сексуальности и деформируют личность.

На всех этапах психосексуального развития девочки больше, чем мальчики, страдают от чрезмерного контроля родителей.

Если родители воспитывают дочь в «ежовых рукавицах», прививая отрицательное отношение к сексу как «греху», внушая ей страх перед «бесчестьем», то они лишают девочку важного этапа развития либидо. Это может оказать тормозящее влияние на всю её половую деятельность. Такие девушки боятся мужчин и избегают сексуальных отношений. Когда девушка выходит замуж, она не может избавиться от воспоминаний своего детства. Интимная близость не только не приносит ей радости, но расценивается как «похоть» (как учили мама с папой) или как тяжкая повинность. В результате она скованна, не позволяет мужу ничего «лишнего», мучается сама и мучает его.

Немало женщин, которые обращаются к сексопатологам с жалобами на отсутствие полового удовлетворения, отсутствие интереса к сексу или отвращение к нему, – пострадали от неправильного воспитания с детства. Они росли в условиях запретов и запугивания. Родители внушали, что половая жизнь до брака является «позором на всю жизнь», и девочки боялись любых контактов с представителями противоположного пола. Родители подавляли любые проявление интереса дочери к мальчикам и фактически держали её взаперти – утром в школу, а из школы домой в сопровождении бабушки или дедушки. Если девочка всего лишь разговаривала или играла с ровесником, ей тут же устраивали «досмотр», контролируя её белье в поисках «следов» сексуальных контактов, жестоко наказывая за малейшие отклонения от норм поведения, предписанных родителями.

Даже при нормальном гормональном фоне у таких девочек не формируется сексуальное влечение, и они испытывают отвращение ко всему, что связано со взаимоотношениями полов.

Дальнейшая динамика зависит от особенностей личности (характера) девочки и типа нервной системы.

Девочка с сильным типом нервной системы, став совершеннолетней, когда родители уже не так строго контролируют её, относится к юношам так, как относилась к ровесникам в детстве. С ними она на равных, поддерживая чисто приятельские отношения. Имея множество друзей мужского пола, девушка не имеет ни одного поклонника. Слишком простые в общении девушки, которые ведут себя «запанибратски», – гораздо менее привлекательны для мужчин, чем обладающие всем арсеналом женского кокетства и всевозможных чисто женских ухищрений. Юноши (мужчины) считают её хорошим другом и товарищем, однако влюбляются не в нее, а в её подруг. Вполне возможно, подруги менее красивы и не так умны, зато ведут себя с мужчинами так, как те от них ожидают.

Девочки со слабым типом нервной системы, будучи изолированной от сверстников и лишенная возможности нормального общения с ними, вырастает робкой, стеснительной, пугливой. Не имея навыков общения, она не знает, как вести себя с мальчиками (а впоследствии с юношами и мужчинами), не умеет принимать ухаживания, теряется и смущается, когда к ней обращается юноша (мужчина), отвергает их ухаживания, а тем более проявления эротики. Попытка юноши обнять или поцеловать приводит её в негодование. Это может быть неправильно понято, и за такой девушкой закрепляется прозвище «недотроги», «ломаки». В последующем за нею никто не хочет ухаживать.

Развитие либидо у них не завершено, поэтому к сексу они абсолютно равнодушны. Многие из них остаются одинокими и с годами становятся типичными «старыми девами».

Если все же девушка с неразвитым либидо выходит замуж, то есть риск возникновения различных сексуальных дисфункций. Отношение к сексу зависит от её первого сексуального опыта. Если партнер будет терпелив и нежен, то со временем либидо может развиваться и достигнет сексуальной стадии. Но поскольку таких внимательных и ласковых мужчин в жизни не так уж и много, то шансов остаться сексуально холодной гораздо больше. Некоторые из них просто равнодушны к сексу, а если первый мужчина вел себя как «грубое животное», то женщина испытывает к сексу непреодолимое отвращение.

Неправильное половое воспитание бывает в неполных семьях, где мать рано лишилась мужа или родители разошлись, и мать не выходила замуж повторно. Она ненавидит бывшего мужа и мужчин вообще, не может устроить свою жизнь, избегает сексуальных контактов с мужчинами, её сексуальность подавлена. Все это неизбежно сказывается на ребенке.

Мать растила Никиту одна, родители давно в разводе. После крушения своего брака его мать замуж больше не выходила, любовников у неё тоже не было. Она относится к сексу как к «последнему паскудству» и «разврату». Секс, в её понимании, нужен только для деторождения и возможен только после регистрации брака, причем, чем реже, тем лучше. В таком же духе воспитывала сына. Однажды, когда 3-летний Никита, сидя на горшке, разглядывал свои половые органы и трогал их (что совершенно естественно в этом возрасте), мать, увидев это, налетела на сына, как разгневанная фурия, била его по рукам полотенцем, приговаривая: «Вот тебе, мерзкий мальчишка, чтобы не смел больше заниматься рукоблудием!» Запугала мальчика до такой степени, что с тех пор он стал заикаться и просыпаться по ночам от детских страхов.

Никита рос робким, пугливым, стеснительным ребенком, боялся чрезмерно активных и агрессивных сверстников, боялся гнева матери. Она придирчиво следила, чтобы мальчик не притрагивался к своим половым органам «без необходимости». Даже когда он шел в туалет или ванную, она заставляла его оставлять дверь широко раскрытой, чтобы видеть, «чем он там занимается». Она требовала, чтобы он не закрывал дверь, даже когда он уже стал подростком. И бедный мальчик, сгорая от унижения, сидел на унитазе при широко распахнутой двери или принимал душ под бдительным оком матери. Мать даже не позволяла ему задергивать занавеску в ванной. Поэтому он старался помыться и сходить в туалет ещё до прихода матери с работы.

Она придирчиво разглядывала его нижнее белье и даже нюхала его в поисках следов спермы, осматривала постельное белье. За «рукоблудие» она однажды пообещала ему «отрубить руки».

Никита считал себя «моральным уродом», так как несмотря на запреты и угрозы матери, все же занимался мастурбацией. Мастурбировал он только когда матери не было дома, в одиночестве, сам очень страдал от своего «слабоволия», испытывал чувство вины и угрызения совести, но избавиться от этой привычки не мог. Мальчик считал себя «порочным», «извращенцем», боялся, что мать или другие люди догадаются об этом. Ему казалось, что у него даже на лице написано, что он недавно мастурбировал, и он ходил обычно с опущенной головой, стараясь не смотреть в лицо собеседнику. Никита боялся, что мастурбация обязательно скажется на его психике, так как мать пугала его, что из-за «рукоблудия» у него «отвалится» половой член, на лице выступят «коричневые пятна – печать порока», и он станет «дебилом». Никита часами разглядывал себя в зеркале, пытаясь обнаружить «коричневые пятна» и «следы порока» на своем лице, но даже их отсутствие его не успокаивало. Разглядывал он и свой половой член и даже пытался подпрыгивать на месте, чтобы проверить, крепко ли он держится и не собирается ли «отвалиться», не осталось ли на нем каких-нибудь следов «рукоблудия», так как мать регулярно осматривала его половые органы. Он жил в постоянном предчувствии неминуемой беды – вот-вот мать или другие люди увидят эту пресловутую «печать порока». Мастурбируя, Никита старался, чтобы сперма не попала на белье и одежду, тщательно мыл с мылом половой член после мастурбации, чтобы мать не обнаружила на нем следы спермы.

До 25-летнего возраста у него не было знакомой девушки. Его попыталась «соблазнить» весьма вульгарная особа, дважды разведенная с двумя детьми. Никита стеснялся своего нескладного тела с тонкими руками и ногами, не хотел, чтобы она видела его обнаженным. У него не было никакого сексуального опыта. Первая сексуальная неудача ещё больше укрепила его мнение в собственной неполноценности. Теперь к ощущению своей никчемности и внешней непривлекательности прибавилась уверенность и в сексуальной несостоятельности. За три месяца их совместной жизни Никита так и не смог провести ни одного полноценного полового сношения. После их официальной свадьбы жена стала открыто выражать свое недовольство и настояла, чтобы Никита обратился к врачу.

Психология bookap

Душевные травмы, причиненные родителями, остаются неизгладимыми на всю жизнь. Всем детям и подросткам, и девочкам, и мальчикам, нужны любовь, забота и ободрение родителей, а не запреты и наказания. В этом ранимом возрасте любое резкое слово может повергнуть в уныние и укрепить чувство собственной неполноценности. Девочкам и мальчикам нужно денно и нощно повторять, что они самые-самые любимые, красивые, умные, способные. Если родители не говорят им ободряющих, ласковых слов, то самооценка снижается. Это основа для формирования подросткового комплекса неполноценности, а потом комплексы переносятся во взрослую жизнь. Такой человек вряд ли будет счастливым. И конечно же, он не сможет стать сексуально раскрепощенным, так как неуверенность в себе распространяется и на сексуальную жизнь. Если родители сами являются людьми с подавленной сексуальностью, то очень велики шансы, что у сына (дочери) тоже будут сексуальные дисфункции.

Мать-ханжа, скорее всего, растит будущую старую деву или старого холостяка.