Виктор Жигунов

Падежи, времена, запятые…

Знаете такой падеж? Не знаете, что знаете

Читая дочке «Мойдодыра», я споткнулся на строках: «Что такое? Что случилось? Отчего же всё кругом…». По всей сказке рифмы стоят через каждые два-три слова, а то и подряд: «Одеяло убежало… И подушка, как лягушка… Я за книжку, та бежать и вприпрыжку под кровать». И вдруг два довольно длинных «голых» стиха.

Между тем рифма напрашивается: «Боже, боже… Отчего же…». Не иначе, вмешался бдительный редактор-атеист. Проверить предположение тогда было негде, и всё-таки при следующих чтениях я «исправлял классика».

Потом настали новые времена, Чуковского стали печатать в первозданном виде. И точно, было: «Боже, Боже…»! У него с прописных букв, я-то пишу со строчных, потому что считаю: с большой пишется Шарик, чтобы не перепутать, а всё громадное с маленьких – вселенная, космос, природа. Бог – не имя, и если с большой, то похоже на богохульство, вроде бы он наравне с Шариком. Но это мой личный пунктик, не буду отвлекаться.

А что за форма – «боже»? Бог – понятно, именительный падеж. Бога, богу, богом… Но что за категория – «боже»? Впрочем, нечего делать вид, будто не знаю, – это звательный падеж. Или называют звательной формой. Ещё примеры: «Чего тебе надобно, старче?», «А ну, поворотись-ка, сынку…».

В дореволюционных грамматиках этот седьмой падеж присутствовал. А покопаться ещё, так найдутся и другие. Вообще, почему падежей в русском языке именно шесть?

В античные времена проводилась аналогия с игрой в кости – у кубика шесть граней, и существительное тоже может «упасть» одной из сторон. Когда создавалась русская грамматика, это сравнение и приняли за отправную точку. Само слово «падеж» – тоже перевод с греческого и латыни. Так у нас и определилось шесть падежей. Правда, седьмой всё же вынуждены были признать, но, видимо, из-за церкви, где то и дело: «Господи», «Богомати Всеблагая», «Пречистая Дево», «святый мучениче»… Чуть пришли к власти безбожники, тут же отменили звательный.

Между тем падежей у нас намного больше. Мысль о них засела у меня в мозгу, а весу в моём мозге столько, что такого веса я сам не ожидал. Первое выделенное слово стоит в местном падеже, второе – в количественно-отделительном. Замены им нет, ведь не скажешь: «Мысль засела в мозге» (предложный) – таким макаром может засесть разве что пуля.

«Встретил богатыря», «нет богатыря» – с падежами всё ясно. А «Три богатыря»? В школе задали бы вопрос: три кого? – не задумавшись о том, что число множественное и значение совсем другое, не вставишь «встретил» или «нет». Но тогда и падеж свой, отдельный. «Три девицы под окном…», «Пять минут пробегут…», «24 часа» – хочешь не хочешь, приходится учредить счётный падеж.

«И пошёл я в люди», – завершил Горький своё «Детство». Странноватое направление: раз пошёл, то вопрос должен быть «куда?» или хотя бы «в кого?». Тогда получается «пошёл в людей» (как «лицом вышел в соседа»). Почему же за предлогом «в» следует форма именительного падежа? Не может быть именительный с предлогом! Так же: «в депутаты», «в стюардессы». Человек может в них превратиться, так что падеж – превратительный.

А никого не ставит в тупик справочная, когда из трубки слышится: «Ждите ответа»? Вроде бы несомненный родительный – кого? чего? Однако «Ждите Ваню» – смысл подобный же, но кого? что? – винительный. Если два разных падежа употребляются в одной и той же роли, то естественно выделить из них ещё один – ждательный.

Как же выясним истину? Или не выясним истины? В первом случае винительный, а во втором можно считать, что родительный, но здесь тоже придуман особый, лишительный падеж.

Итак, уже получилось 13. А как-то раз я прочитал, что некоторые исследователи насчитывают 19. Между прочим, в английском всего два падежа существительных, в табасаранском (Дагестан) – 48, если не больше.

Причём здесь изложено в самом простом виде. Местный называют также вторым предложным (а что остаётся в первом, то изъяснительный), количественно-отделительный – вторым родительным, превратительный – включительным. Из творительного можно выделить инструментальный. А если называть совсем уж по науке, на латыни, то школьные шесть падежей – это номинатив, генитив, датив, аккузатив, аблатив и локатив.

Психология bookap

В общем, не обязательно этим заморачиваться. Кто не филолог, тому достаточно знать шесть школьных падежей, а отклонения считать просто вариантами. Например, «Мы не выращиваем чая» – родительный падеж, а «Хочешь чаю?» – языковед сказал бы, что отделительный, но беды не будет, если счесть тоже родительным; главное, не дательным (кому? чему? – чаю).

Но звательный падеж всё равно остаётся. Та же дочка, которой я читал «Мойдодыра», однажды позвала с крыльца: «Дед, иди ужинать!». Мой отец, не к ночи будь помянут, устроил сцену: почему не сказала ласково «Деда-а!» – а то ему перед соседями стыдно. Без всевозможных «Вась!», «Миш!», «Лен!» не обойдёмся никогда. Самый знаменитый возглас из таких: «Людк, а Людк!».