Люди, как искры.

В чём же основная разница между хищными и нехищными творцами? Имеется в виду опять же созидательная деятельность человека как таковая. Хотя и разрушительная, ниспровергающая некие привычные устои, работа тоже может быть творческой и даже позитивной, но только в том случае, если освобождается место для чего-то нового, а разрушается старое, ненужное, мешающее прогрессу.

Хищные гоминиды инстинктивно самообучаются уже с детства - атакуют, хитрят, предусматривают стратегию и тактику. Они постоянно оттачивают форму и совершенствуют приёмы нападения, выискивают средства удержания добычи: захваченных богатств в сохранности, порабощённых и обманутых людей, ставших подневольными бесправными данниками, - в повиновении.

Нехищные же люди, наоборот, ведут себя как стадные животные, больше всего сходства у них с шимпанзе, не в обиду сказано, - что есть, то есть. Перебирают всё подряд, с любопытством, но нерешительно рассматривают новые предметы со всех сторон, и зорко осматриваются, ожидая нападения. Им главное - это понять смысл, содержание, оценить опасность или пользу нового. Эстетический же аспект для них вторичен, форма, внешний облик анализируется ими в самую последнюю очередь. Топор крестьянина неказист с виду, и не идёт ни в какое сравнение с инкрустированным слоновой костью дуэльным пистолетом. Этический фактор восприятия превосходит эстетический, что и позволяет нехищным людям понимать "правду вещей", подобно тому, как глядя в глубокий колодец можно и днём увидеть звёзды. Так бессистемно они и накапливают информацию о мире, они не выбирают цели, поэтому могут попасть, нарваться на что угодно и приспособиться к любым условиям.

Вот почему так важно, чтобы диффузные люди попадали "в хорошие руки", самостоятельно они редко начинают творческий путь, их надо "включить", подтолкнуть (кого слегка, а кого и настойчиво), заставить "светить людям". Понятно, что решающую роль в судьбе диффузного человека играют "начальные условия": семья, воспитание, образование. А всё это пока что весьма далеко от совершенства.

Таким образом, получается, что диапазон смыслов (всегда плоских) у безнравственных хищных творцов шире, как и положено быть "раздольному охотничьему участку", поэтому они выглядят, в своих произведениях и речах, на первый взгляд, умнее, разностороннее. У нехищных творческих людей нерешительность формирует внутренние запреты, самоограничение в мыслях. И они поневоле, не размениваясь на далеко идущую безнравственную "плоскостность", выталкивают себя вверх, в иное (этическое), вертикальное измерение.

Им попросту не может прийти в голову очень мерзкая мысль или же такая мысль будет немедленно вытеснена. Но это компенсируется достижением более высокого уровня мыслей, и только к нехищным творческим людям можно отнести библейские слова из Книги Иова: "человек рождается на страдание, как искры, чтоб сгорая устремляться вверх". Это и отличает их от хищных гоминид, которые даже и сгорая, бросая свою жизнь на достижение успеха, лишь отлетают куда-то в сторону и грузно шлёпаются на землю, шипя и чадя, могут и пожар вызвать. Они - прямо-таки "генераторы идей" безнравственного рода. Вот, например, "перл" одного из выдворенных (после отбывания тюремного срока) из СССР диссидентов-"шестидесятников": "аквариум с золотыми рыбками, устроенный в разрезанном животе собственной матери".

Собственно, за подобные "ценные метафоры" и иные безнравственные пассажи эти "борцы за свободу" и попадали в тюрьмы и психушки (на Западе таким выродкам немедленно создавался ореол "мучеников" и "гениев". Советская власть была не столько неуместно запретительной, "держимордной", сколько очень глупой. Она занималась совершенно не теми вещами: выдумала какую-то "подрывную литературу". Достаточно было бы пороть на стадионе и выдворять на Запад всех этих "вольнодумцев". Да ещё бы - с "нагрузкой": каждого диссидента отправлять за рубеж в сопровождении двух-трёх уголовников с "выправленными" документами, пусть бы там промышляли. Сейчас-то уже поздно, но мечтать, говорят, не вредно), ничего страшного в их книгах не было. Все их антисоветские выпады всегда можно (и нужно!) было бы легко парировать, как это сейчас выяснилось. Мы просто были тогда лишены истинной информации о Западе, нам специально идеализировали этого монстра, и в итоге советское общество "провели на мякине". Хотя подобные жуткие образы и воображаемые, тем не менее это не что иное, как сублимация хищности, и дай нож и обстоятельства - такой "яркий литератор" прирежет и мать родную, и отца, и собственных детей кончит. И это не какое-то преувеличение, не плод воображения - подобных примеров не счесть!

Недавно в Атланте некий брокер Марк Бартон застрелил жену, своих двоих детей и ещё девятерых посторонних граждан уложил наповал, а потом и сам благополучно застрелился. Он мог быть вовсе и не брокером, а литератором, просто хотел, видимо, денег больше и быстрее заработать в "стране равных возможностей" (по доходности писательская профессия в США стоит где-то аж по-за 150 местом среди иных занятий). Но разорился, и вот - нашёл "выход".

С точки же зрения нехищного человека - это не только бессмысленная нелюдская жестокость, но и верх идиотизма! Какие деньги?! Из-за каких-то дизентерийного цвета бумажек распрощаться с жизнью! Там же, в Штатах, тепло, можно прекрасно бомжевать, в мусорных баках полно еды и одежды. Но ведь не случайно слово "неудачник" является предельно оскорбительным в лексиконе "западоидов". Не сумел пробиться "в люди" или разорился - значит ты больше не человек, а мразь. Жить с таким "клеймом" хищный западоид не может.

Психология bookap

Способности нехищных людей развиваются медленно и трудно, но - верно. Нередко уходит вся жизнь на скромное свершение, но очень ценное для человечества, оно подобно евангельской вдовьей лепте или классической земной человеческой троице - дом, сын и дерево. Многие тратят свою жизнь на явно бесперспективное дело, но ведь и отрицательный результат - это тоже результат. Они идут по жизни в "стадных" условиях, оценка своего окружения необычайно важна и значима, учёт интересов других людей - это стержневой момент в творчестве и во всей деятельности нехищных людей.

Существует прямая связь истинного интеллектуального творчества с альтруизмом, нравственностью, здесь уже имеются очень интересные системные исследования (об этом дальше). Можно уверенно говорить о том, что творчество в Будущем останется привилегией нехищных людей, способных довольствоваться малым, а делать много и бескорыстно. Эпоха хищных "гениев" безвозвратно прошла, их звезда угасает, движется к закату. "На хапок" уже почти ничего не сделать, а зачем тратить жизнь на "сомнительные" дела, когда столько возможностей в мире ухватить сразу!