ПРОИСХОЖДЕНИЕ АРИЙЦЕВ. ДОИСТОРИЧЕСКИЙ ЧЕЛОВЕК

ГЛАВА ВТОРАЯ. ДОИСТОРИЧЕСКИЕ РАСЫ ЕВРОПЫ


...

Лигуры

Цезарь нашел в Галлии три расы, отличающиеся языком, законами и обычаями; из них аквитанцы, занимавшие юго-запад, были отожествлены с иберийской расой продолговатых курганов Великобритании; белги северо-запада, вероятно, принадлежат к той же расе, что и строители круглых курганов Великобритании; наконец, кельты занимали центральную область между Гаронной к юго-западу и Сеной и Марной к северо-востоку. Кто были эти кельты? Это одна из проблем этнологии.

Несколько лет тому назад их, не колеблясь, отожествляли с народами, говорящими на так называемых кельтических языках, то есть с ирландцами и валлийцами. Но в двух чрезвычайно остроумных мемуарах, доказательства которых убедили многих французских антропологов, Брока{91} доказывал, что кельтов никогда не было в Великобритании и в Ирландии, что никогда обитатели Бретани не давали себе имени кельтов, никогда так не были называемы древними писателями, и что эти народы не обладают физическими признаками, свойственными историческим кельтам. Настоящие кельты, по его мнению, это жители Центральной Франции, происходящие от кельтов Цезаря.

Поэтому было бы этнологической ошибкой прилагать имя кельтов к двум расам британских островов, говорящих на языке, обыкновенно называемом кельтским, к ирландцам или шотландцам, короткоголовым, высоким и рыжим, или к малорослой и смуглой расе в графстве Донегаль, Гальвэ Керри и Южного Уэльса.


ris16.jpg

Небольшая часть германцев, говорит он, суть единственные представители кельтской расы, говорящие на кельтском языке; и этот кельтский язык был им принесен беглецами, прибывшими в Бретань во время завоевания Вессекса саксами.

Гористая область Центральной Франции, занятая кельтами во времена Цезаря, была постоянно обитаема, как утверждает Брока, их прямыми потомками; они образуют невысокую ростом, смуглую, короткоголовую расу, и они-то и есть истинные кельты истории и этнологии, которых надо отличать от так называемых кельтов популярной физиологии и археологии. Этот тип, который невозможно найти с достоверностью между существующим населением или в курганах Великобритании, встречается в наибольшей чистоте в Оверни, Дофинэ, Савойе, Граубюндене и департаменте Приморских Альпов.

Несомненно, однако, что в эпоху римского завоевания кельты Цезаря, обитавшие в Центральной Галлии, говорили на том языке, который мы называем кельтским; но, как мы далее покажем, существуют основания думать, что это был язык иностранный, для них, переданный кельтам бельгийскими галлами, а не их первичный неарийский язык.

Но этот переданный язык был языком арийским, на котором говорили так называемые кельты Великобритании; отсюда современные филологи вывели тождество расы, тогда как это было лишь тождество языка. Настоящие кельты Центральной Франции малы ростом, черноволосы и крайне брахикефальны; их средний показатель равен 84. Мнимые кельты круглых курганов Великобритании были, как мы видели, высоки ростом, с волосами, вероятно, рыжими или желтыми и умеренной брахикефалией, так как их средний показатель равнялся лишь 81. Многие из английских писателей, не зная аргументов Брока, отожествляют две расы; они утверждают, что менее высокий рост и более темные волосы кельтов центра Франции происходят от слияния иберийской расы, длинноголовой, малорослой и смуглой с короткоголовой, высокой и белокурой расой круглых курганов.

Но в таком случае произведенный тип был бы промежуточным между двумя производящими типами, а трудно понять, каким образом раса, имевшая показатель 72, соединясь с другой, имевшей показатель 81, произвела бы расу с показателем 84; каким образом объяснить также, что скрещение высокой и белокурой расы с расой невысокой и черноволосой могло бы произвести гибридную расу, еще меньшую ростом и более темную, чем произведшие ее?

Эти трудные вопросы должны быть выяснены прежде, чем мы получим право отожествлять обе «кельтические» короткоголовые расы: расу Оверни с расой круглых курганов.

Во всяком случае, надо признать, что обыденное употребление названия «кельтический» неудачно, так как кельты истории и этнологии имели, вероятно, лишь косвенное лингвистическое соотношение с кельтами филологии. Эта ошибка, если только это ошибка, неисправима; употреблять слово «кельтический» в смысле исключительно историческом и этнологическом значило бы создать бесконечную запутанность. Это слово установилось слишком прочно, в смысле лингвистического термина, чтобы возможно было изменить его значение, и вот почему последнее значение сохранено на этих страницах.

Но если для большего удобства приходится употреблять его в его обычном филологическом значении, то тем необходимее найти другое наименование для малорослой, смуглой, короткоголовой расы, представляющей настоящих кельтов этнологии и истории.

В силу их физического сходства с лапландцами Прюнер-Бей предложил термин «лаппоновидный» (lapponoide). Но так как это название заключает в себе предположение генеалогического отношения, которое, не будучи невероятным, все же представляет лишь этнологическую гипотезу, то лучше выбрать другое имя. Предлагались названия: ретийский, савойярдский, бретонский и овернский. Название «бретонский» недопустимо, так как хотя обитатели юга Бретани и принадлежат к этой расе, но обитатели северного берега происходят от беглецов, перешедших в Бретань, в то время когда саксы овладели Вессексом, и принадлежат главным образом к силурской расе. Название «овернский» предпочтительнее, чем ретийский или «савояйрдский», так как Овернь образовала середину «кельтической» области Цезаря.


ris17.jpg

Термин «лигуры», однако же, весьма распространен в силу того, что новейшие лигуры, которые никогда не были кельтизированы по языку, могут быть рассматриваемы как самые чистые потомки этой расы, имеющие показатель 86, даже более высокий, чем у овернцев.

Нельзя обойти молчанием сходство этого типа с лапландцами. Средний кефалический показатель овернцев равен 84, по Брока, и 84,6, по Дюрану. Показатель лапландцев равен 84 по измерениям Прюнер-Бея и 85 по измерениям Брока. Овернцы напоминают также лапландцев темным цветом лица, черными глазами и волосами. Но главное основание для отождествления лапландцев с овернцами заключается в том, что и те и другие имеют теменной угол наименьший, чем у всех существующих рас; другими словами, голова до чрезвычайности узка между скулами и широка на высоте висков.

Средний теменной угол лапландцев равен 5°30′, а минимальный — 3°; средний угол овернцев равен 2°30′, а минимальный — 5°.

Можно констатировать эту особенность на изображении черепа молодой девушки, найденного д-ром Шлиманом в Гиссарлике, во вторичном или неолитическом слое.

У эскимосов, голова которых пирамидальна, средний теменной угол поднимается до 15°, и он равен 10° у гуаншей.

Все туранские расы, имеющие широкие скулы, имеют и большой теменной угол. Сходство роста, хотя и менее решительное, довольно знаменательно; лапландцы представляют самую малорослую из европейских рас, так как их средний рост не превышаете 1 м 55 см (5 фут. 2 дюйм.). Овернцы представляют не только самую малорослую расу Франции{92}, но и самую малорослую изо всех говорящих в настоящее время на арийском языке. Делались попытки сблизить лигуров скорее с финнами, чем с лапландцами. Постановка этого вопроса в одно и то же время и трудна, и легка, так как финны не образуют однородной расы. Рост, цвет глаз и волос и кефалические показатели у них меняются. Некоторые походят на славян, другие приближаются к шведам, а иные представляют характерные признаки лапландцев, язык которых составляет архаическую форму финского языка. Лапландцы, однако же, ортогнатны, а финны по большей части слегка прогнатны. Брока дает 80,39 как средний показатель эстонских финнов и 83,69 как показатель финнов из Финляндии. Средний рост этих последних равен 1 м 57 см.

Менее трудно определить неолитических предков лигуров. В дольменах и погребальных пещерах Западной Европы надо искать расу, соединяющую весьма высокий кефалический показатель с малым ростом.

Самые древние следы народа, соответствующего этому описанию, были открыты в Гренелле, около Парижа{93}. Там открыли в рукаве прежнего ложа Сены зарытые в наносах и в покрываемом ими гравии черепа, принадлежащие трем последовательным расам. Самые низшие, а следовательно, и самые древние слои гравия содержали черепа канштадтского или скандинавского типа, долихокефальные и плоскоголовые, похожие на череп из Стенгенеса.

В наносах, покрывающих гравий, и на глубине от 9 до 12 футов от поверхности были долихокефалические черепа Кро-Маньонского или иберийского типа. Наконец, выше этих, на глубине от 4 до 7 футов, находились останки невысокой и брахикефалической расы, совершенно отличной от двух других, имеющей средний рост 1 м 59 см и кефалический показатель 83,6 — мера, весьма близко подходящая к мере овернцев.

Более к северу некоторые известковые гроты около Фюрфоза, в долине Лессы (маленькой речки, впадающей в Маас около Динана в Бельгии), доставили останки одной, а может быть и двух рас, небольшого роста и короткоголовых. Одна пещера, названная Trou-Rosette{94}, содержала останки расы, имеющей показатель 86,1. В соседней пещере, названной Trou de Frontal, нашли черепа, показатели которых изменялись между 79,8 и 81,4. Средний показатель равен 80,35; и средний показатель эстонских черепов Парижа равен 80,35.


ris18.jpg

Обе расы Фюрфоза были малого роста. Самый большой скелет имеет величину 1 м 60 см, самый малый 1 м 47 см. Средний рост одной из рас был 1 м 55 см, средний рост другой — 1 м 50 см. Черепа из Trou-Rosette представляют сходство с черепами лапландцев; тип черепов из Trou de Frontal, который еще можно распознать между обитателями долины Лессы и между крестьянами, посещающими Антверпенский рынок, более прогнатичен и более приближается к финскому.

Мы ничего не знаем о степени цивилизации, достигнутой расой Гренелля; но расы Фюрфоза оставили много следов своей работы в пещерах, где они обитали и где погребали своих мертвых.

Это, по-видимому, были мирные народы, не обладавшие ни луком, ни стрелами, ни боевым оружием, но лишь простыми дротиками с наконечником из кремня или из оленьего рога, которыми они убивали диких лошадей, северных оленей, диких быков, кабанов, коз, серн и каменных баранов, так же, как и белок, пеструшек и птиц, в особенности белых куропаток.

Некоторые из этих животных, в особенности северный олень, каменный баран, серна и белая куропатка, указывают на то, что климат был тогда подарктическим. По мере того как климатические условия делались менее суровыми, часть этих народов должна была последовать за северным оленем и белой куропаткой к более высоким широтам, тогда как другие сопровождали каменного барана и серну к Альпам, или же приспособлялись в гористых странах Центральной Франции к новым условиям существования.

Их одежда состояла из кож, сшитых вместе костяной иголкой. Они татуировались и раскрашивались красной окисью железа и носили в качестве украшения раковины, пластинки из слоновой кости и черного янтаря и куски плавикового шпата.

Но всего замечательнее то, что материалы для их оружия и украшений доставлялись из отдаленных стран, с юга и юго-запада, в настоящее время обитаемых сходной с ними расой, малорослой и короткоголовой; тогда как для них было, по-видимому, невозможно пользоваться средствами соседних северных и северо-восточных местностей, где этнический тип различен. Кремни их орудий не были извлечены из меловых формаций Эно, расположенных в нескольких километрах к северу; они доставлялись, должно быть, из Шампаньи, или даже из Турени, то есть на расстоянии более чем 400 км по прямой линии. Черный янтарь получался из Лотарингии, а раковины из Гриньона. Очевидно, эти народы долины Лессы (в двадцати приблизительно километрах к югу от Намюра) могли путешествовать километров на 500 к юго-западу; но не далее 40 км к северу, иначе они отыскивали бы раковины в Люттихе, а не на берегах Луары, а свои кремни в Эно, а не в Шампаньи.

Итак, здесь надо признать древнюю этническую границу. Обитатели долины Лессы не могли перейти линию Самбра и Мааса; холмы Эно должны были принадлежать расе более могущественной и враждебной{95}.

Такое положение вещей подтверждается тем фактом, что около Монса, в 72 км к северо-западу от Лессы, найдены склады кремневых орудий, отличных по типу и материалу от найденных в долине Лессы. Эти последние одного типа с орудиями из Дордоньи, то есть из Центральной Франции, тогда как орудия, найденные в Монсе, похожи на те, которые открыты в долине Соммы и в других округах бельгийской Галлии. В эпоху более позднюю эти различия исчезают, оружие делается из кремней Эно и того же типа, что и в Эно{96}. Поэтому кажется, что в начале неолитического века овернская раса была оттеснена в Южную Бельгию северным народом, более могущественным, потомков которого мы можем предполагать в бельгийских галлах.

Но тогда как раса овернцев отступала на своей скверной границе, она в свою очередь захватывала на юге территории народа более слабого — иберов.

Искусственные погребальные гроты Марны, выкопанные в мягком известняке этой области, образуют переход между естественными пещерами, употреблявшимися для погребений в долине Лессы, и более недавними дольменами Центральной Франции. В этих гротах мы находим доказательство, что короткоголовые обитатели Лессы жили в мирной ассоциации с длинноголовой иберийской расой. Они содержать черепа, которых кефалический показатель изменяется от 71,65, что совпадает с показателем иберов, до 85,71, то есть с показателем расы Фюрфоза.

В ста двадцати лье дальше к югу находится департамент Лозеры, обитаемый в настоящее время короткоголовой овернской расой. Пещера de l'Homme-Mort и другие древние погребальные пещеры этого департамента содержат лишь долихокефалические черепа иберийского типа{97}. Но в дольменах, принадлежащих к более недавней эпохе, г. Прюньер нашел многочисленные черепа заметно брахикефалического типа, вместе с несколькими черепами долихокефальными и другими, смешанного типа. Из этого мы заключаем, что пещерным людям пришлось испытать нашествие строителей дольменов.

Сопротивление, которое встретили вторгнувшиеся, доказывается тем фактом, что в некоторых из пещерных погребений находят вонзившиеся в кости головки стрел, которые, судя по их типу, должны были принадлежать лишь строителям дольменов{98}. Де Картфаж заключает из этого, что в начале неолитического периода на длинноголовых природных жителей было сделано нападение короткоголовой иноплеменной расой, уже достигшей более высокой степени цивилизации; что эти две расы с течением времени слились и что, наконец, длинноголовая раса была поглощена или же удалилась к юго-западу, где в области, расположенной между Лозерой и Авиньоном, находятся дольмены, содержащие исключительно черепа долихокефальные{99}. Думают, что испанские баски представляют первоначальную расу, овернцы расу завоевателей, а французские баски расу смешанную. Главное значение этих исследований состоит в их связи с подвергавшимся стольким спорам вопросом об особенностях языка басков.

Овернцы отделены от савойяров, принадлежащих к тому же типу, долиной Роны, обитаемой расой более высокой, прибывшей позже.

Зосима сообщает нам, что были «кельты» в Ретии{100}. Следовательно, если теория Брока о кельтах правильна, то мы должны найти здесь следы народа с типом овернцев. В древних доисторических могилах Восточной Швейцарии, которая и есть древняя Ретия, мы находим брахикефальные черепа, составляющие то, что авторы Crania Helvetica называют типом «Disentis»{101}.

Кефалический показатель их равен 86,5, то есть выше, чем у какой-либо из существующих рас. Расы, к ним наиболее приближающиеся, суть новейшие лигуры, показатель которых, по Брока, равен 86, и лапландцы, показатель которых 85. В неолитическом слое конуса Тиньеры нашли череп типа Disentis, а этому слою г. Морло приписывает древность от 6000 до 7000 лет{102}. Озерные постройки в Северной Швейцарии были сооружены, вероятно, как мы видели, гельветами, народом, родственным умбрам и бельгийским галлам.

Гельветические и ретийские черепа, хотя и брахикефалические те и другие, но весьма различны. Первые походят на черепа круглых курганов Великобритании, вторые — на черепа лигуров и в известной мере на черепа лапландцев.

Средний показатель девяносто пяти черепов из круглых курганов равен 81; у семи черепов из озерных жилищ он равен 80,3. Показатель типа Disentis меняется между 81,8 и 97,5, причем средний равен 86,5.


ris19.jpg

Средний показатель современных лапландцев равен 84 или 85 и в древности, по-видимому, был выше, так как черепа, найденные на старинном лапландском кладбище, дали показатель 90,28. Средняя емкость черепов современников круглых курганов была 98 куб. дюймов, у гельветов она была 97, а у ретийцев 83. Ретийцы, как и лапландцы, ортогнатны, тогда как раса круглых курганов была прогнатна. По мнению авторов Crania Helvetica, ретийский тип совершенно отличен от типа круглых курганов Англии и датских курганов. С другой стороны, д-р Тёрнем утверждает, что короткоголовые расы Великобритании, Франции и Дании принадлежат к одному семейству с современными финнами. Профессор Гексли идет далее: он думает, что тип Disentis, южные германцы, славяне и финны принадлежат к одной великой расе ксантохроиков с белокурыми волосами и широкой головой, «которая распростиралась по Европе от Великобритании до Сарматии, и далее мы не знаем докуда, к востоку и югу».

Профессор Бойд-Даукинс, невзирая на разницу в росте, отождествляет тип Фюрфоза, отличающийся своим малым ростом, с людьми высокого роста круглых курганов и неолитических могил Борреби и Мёна{103}.


ris20.jpg

Сохраняя все должное уважение к мнениям этих высоких авторитетов, нам кажется, однако, более сходным с очевидностью соединить людей высокого роста, современных круглым курганам, имевших почти наверное рыжие волосы и цвет лица, с угорской расой, имевшей высокий рост и рыжие волосы, а не высокую короткоголовую расу Франции, которая почти наверное была смугла, соединить с лапландцами и, может быть, с частью финнов. Но так как рост, прогнатизм и цвет волос — признаки более изменчивые, чем форма черепа и орбит, возможно, что два короткоголовых типа — кельты этнологии и кельты филологии, суть две ветви, вышедшие в древности из одного источника, который мы можем с д-ром Тёрнемом назвать расой «туранской». Но для цели, предположенной нашим изысканием, будет проще рассматривать их пока как отдельные, так как известно, что малорослая и смуглая раса лигуров появляется в Европе в период, гораздо более отдаленный, чем высокие и белокурые кельто-славяне. Некоторые лингвистические теории, относящиеся к возможности первоначального родства обеих короткоголовых рас, будут разобраны в одной из следующих глав.

Мы уже заметили, что нет невозможности в том, что обе длинноголовые расы произошли, в эпоху весьма отдаленную, от общих предков. Если, как утверждают де Картфаж и Брока, мы можем взять расу из Кро-Маньона за прародительский тип иберов, а расу Канштадта за таковой же для скандинавов, то мы найдем между самыми старыми черепами обеих рас некоторое сходство. Было время, когда единственными обитателями Европы были длинноголовые; возможно, что народы типа Кро-Маньона и типа Неандертальского произошли из общего палеолитического источника, а две короткоголовые расы — из другого общего источника. Таким образом, нам придется здесь считаться лишь с двумя первоначальными расами, вместо четырех, которые мы находим в могилах неолитического века, более недавнего.