Глава V. Антикоммунизм под вывеской нейтралитета.


. . .

* * *

Иеговистская корпорация вторгается в любые сферы жизни верующего человека. Мировоззрение, семья, быт, труд, политические взгляды, то есть решительно все, чем живет верующий человек, находится под ее влиянием, В стороне не остается и такой тончайший этический инструмент, как совесть. Ее-то больше всего эксплуатирует корпорация, часто во вред самому верующему и государству, в котором он живет.

В теократическом обиходе незримо господствуют два нравственных начала, определяющих общую линию деятельности и поведения верующих, а также их личную ответственность за дела культа. Одно из этих начал преподносится в виде повелительной фразы из новозаветного Послания к Галатам: "Каждый понесет свое бремя", второе - в виде призыва "поступать по собственной совести" в случае, если свидетелю Иеговы грозит за нарушение законов административная или судебная ответственность.

Апостольский наказ "Каждый понесет свое бремя" введен в обиход для того, чтобы снять ответственность с руководителей "Общества свидетелей Иеговы" за религиозную (в бруклинском ее содержании) деятельность верующих: отвечай за все сам, не впутывай организацию и не надейся на ее реальную помощь, когда очутишься в беде. Для большей убедительности подыскан подходящий библейский текст, подходящий по словесному выражению, а отнюдь не по существу. В Послании к Галатам рассматривается тема о взаимоотношениях между членами христианских общин, осуждается самомнение, рекомендуется скромность. Только через бруклинскую призму этому тексту можно дать такое тенденциозное толкование, какое оно получило у свидетелей Иеговы. Но так или иначе верующие несут свое "теократическое бремя", доставляющее им немало неприятностей и неудобств.

В течение прошлых столетий немногие, но сильные всегда правили и притесняли слабых, заявляют бруклинские богословы. Неправедные захватили скипетр власти, и смиренным пришлось подчиниться Царство неправедности ныне достигло своего предела... В наши дни все народы и все люди находятся в страданиях и страхе. Бог Иегова дал обетование, что в положенное время воздвигнет царство праведности для человека на земле. Все, кто научится истине божьей и подчинится закону "царства Иеговы", будут иметь изобилие всего и жить на земле вечно.

Верующий воспринимает эти демагогические сентенции как реальную и не столь уж далекую перспективу. Рассуждения о близком наступлении "царства Иеговы" еще более усиливают религиозные иллюзии. Разглагольствования эти основываются, в частности, на Евангелии от Матфея, где встречается упоминание о проповеди "благой вести" и о том, что люди будут оповещены о приближении "божьего царства" через доверенных лиц.

Бруклинцы изображают деятельность своего "Общества" как глобальную, непосредственно связанную с интересами простых людей всего мира. Вера свидетелей Иеговы в свою миссию, предначертанную богом, часто переходит в религиозный фанатизм. Они внушают себе, что борются за подлинную жизненную правду, которая замалчивается и извращается другими христианскими церквами. Им импонируют призывы "Башни стражи": "Идти вперед, продолжать распространение благой вести независимо от того, что предпринимает враг. Надо поднимать наше знамя для народов, чтобы они могли видеть истинный путь к спасению и освобождению..." Охваченные чувством религиозного подвижничества, многие верующие вполне смирились с тем, что им нужно "нести свое бремя".

Однако религиозное возбуждение недолговечно. Реальные отношения и интересы понуждают верующих не быть столь усердными в служении Иегове и его земным наместникам.

В ежегодном отчете "Общества свидетелей Иеговы" за 1966 год, удостоверенном подписью президента Кнорра, сетования на нерадивость местных общин и групп похожи на плохо скрытую тревогу по поводу перспективы завтрашнего дня: "Может случиться, что из года в год число примыкающих к нашей организации будет уменьшаться".

Это, пожалуй, единственный случай, когда прорицания бруклинских богословов сбываются. По статистическим данным, приведенным в этом отчете, количество вновь крещенных свидетелей Иеговы на протяжении нескольких лет во всех странах уменьшается. В 1964 году их было 68 тысяч человек, в 1965-м - 64 тысячи, а в 1966 году количество крещенных снизилось до 58 тысяч.

Но и эти цифры далеко не отражают действительного состояния "Общества". В отчетах не приводятся данные об отходе от корпорации людей, разочаровавшихся в иеговистском вероучении и в религии вообще. Только в Советском Союзе в последние годы, по неполным данным, порвало с корпорацией свыше 5 тысяч человек. Л общий тираж журнала "Башня стражи" снизился в ИНН) году на 2 миллиона экземпляров, соответственно снизилось число постоянных подписчиков журнала.

Это серьезные симптомы, заставляющие бруклинский центр предписывать всем общинам всячески поддерживать теократическую активность верующих: "Каждый, посвятивший себя богу, обязан проповедовать благую весть... Есть ли у вас чувство, что в вашем районе каждая семья достаточно посещалась? Наблюдается ли в вашей общине признак сонливости или вялости? Предприняли ли вы особые усилия, чтобы помочь братьям, ослабившим усердие?" ("Башня стражи", июль 1966 года).

Это как бы внутренние меры, предпринятые для того, чтобы выправить создавшееся положение. Но бруклинцы, кроме того, прибегают и к "внешним мерам", направленным на то, чтобы искусственно вызывать конфликты с властями, которые можно было бы изобразить, как преследование "свидетелей Иеговы" за религиозные убеждения. Добытый таким образом ореол "мученичества" руководители корпорации стремятся использовать одновременно и в коммерческих целях и для вовлечения в "Общество".

Особенно активно "внешние меры" применяются в Советском Союзе и других социалистических странах. Бруклинцы выдают верующих, живущих здесь, за страдающих. Одновременно они пользуются случаем, чтобы упрекнуть единоверцев в западных странах в недостаточно ревностном служении делу Иеговы.

Обращение верующих к голосу совести не является чем-то оригинальным. Поучения действовать согласно своей совести встречаются в различных христианских вероисповеданиях. Но суть дела в том, что надо понимать под совестью.

Совесть является нравственным чувством, связанным с определенным мировоззрением той или иной личности. Она выражается в самооценке человеком своих действий, поступков и мыслей с точки зрения норм морали, характерных для данного общества, класса, социальной группы и ставших убеждением человека.

Совесть человека формируется в процессе воспитания и самовоспитания. Но самого процесса формирования совести человек не осознает. Не потому ли религиозные люди видят в ней дар божий?

Совесть - сложное психологическое образование Она становится весьма тонким и чувствительным нравственным регулятором поведения, проявляясь в переживании определенного внутреннего беспокойства, неудовлетворенности и недовольства собой, когда человек нарушает установленные в обществе нормы и требования поведения. Индивид в этом случае переживает угрызения совести. Они мучительны и побуждают его впредь, совершая то или иное деяние, не вступать в сделку с совестью.

Советские люди в своей жизни руководствуются принципами коммунистической морали. Не о таких принципах и не о такой совести ведут разговор с верующими слуги Иеговы. Они внушают верующим совсем иное понятие совести. "Совесть, - утверждают бруклинцы, - это врожденное чувство человека, данное ему богом. Сотворив Адама и Еву, бог наделил их чувством правоты и неправоты, то есть совестью. Мерилом совести является слово божие, Библия". Руководствуясь христианской совестью, продолжают они, свидетели Иеговы оказываются более нравственными, чем другие люди. Совесть, данная верующим Иеговой, побуждает их делать добро, отсутствие у человека этой совести заставляет его творить зло.

Однако верующие в социалистических странах видят, что большинство добрых дел в окружающей их действительности совершается людьми, которые не исповедуют иеговистское вероучение, не руководствуются библейскими заповедями, вообще не веруют в бога. Как же это объяснить? "Башня стражи" пытается предупредить подобные вопросы и благосклонно наделяет людей, не принадлежащих к "Обществу свидетелей Иеговы", "остатками христианской совести". Только в результате этого они якобы и могут совершать добрые дела. И тут же иеговистские богословы ссылаются на то, что добрые дела людей, наделенных "остатками христианской совести", соответствуют библейским заповедям.

Действительно, некоторые из библейских заповедей содержат нормы, внешне похожие на нормы жизни нашего социалистического общества. Но это свидетельствует лишь о том, что источником таких заповедей были не веления мифического бога, а простые общечеловеческие нормы нравственности, обработанные в религиозном духе. Программа КПСС указывает, что коммунистическая мораль включает основные общечеловеческие моральные нормы, выработанные народными массами на протяжении тысячелетий в борьбе с социальной несправедливостью, гнетом и нравственными пороками. Эти элементарные нормы нравственности и справедливости, которые попираются и извращаются эксплуататорами, коммунизм делает нерушимыми жизненными правилами в отношениях между людьми. Религия же считает эти простые нормы нравственности богоданными и превращает их в вечные абстрактные нормы религиозной морали.

Бруклинское понятие совести всем своим содержанием направлено на оправдание только одной "добродетели"- деятельности "Общества". С этих позиций заокеанские богословы даже евангельскую притчу о богатом и Лазаре истолковывают как пророчество о деятельности свидетелей Иеговы. Евангельский Лазарь, оказывается, и есть "Общество свидетелей Иеговы" с его мистическим ядром, "верным остатком 144 тысяч членов небесного класса". Богатый в притче изображает христианское духовенство, "ставшее мертвым по отношению к богу и испытывающее мучения от проповедования истины о царстве Иеговы".

Евангельскую же мораль, вытекающую из этой притчи, иеговисты отвергают. "Было бы безрассудно - рассуждают они, - полагать, что человек попадает в "козлы" только потому, что он богат, носит хорошую одежду и у него пищи в изобилии. С другой стороны, было бы очень смешно думать, что для зачисления в праведники необходимо быть нищим, лежать у дверей богатого человека и питаться крохами с его стола".

Но из песни слова не выкинешь. Притча помещена в "слове божьем", которое выдается за единственное и непогрешимое мерило совести человека.

Какой же совестью руководствовались бруклинские старшие слуги, вкладывая в притчу смысл, которого в ней нет?

"Наша совесть нас не мучает, - наставляют бруклинцы, - если мы придерживаемся законов бога и трудимся в его деле". Для свидетелей Иеговы в Советском Союзе это означает моральное оправдание противозаконных действий по размножению и нелегальному распространению литературы, приобретению незаконным путем типографских шрифтов, множительных аппаратов, что находит место в практике нелегальных иеговистских общин.

Настроения верующих в СССР все чаще идут вразрез с устремлениями иеговистских идеологов, требующих, чтобы их последователи не только руководствовались враждебными нашему строю политическими идеями и взглядами, по и несли ответственность за их пропаганду. "Если братья будут говорить, - подчеркивают бруклинцы, - что они не ответственны за публикации "Общества", то наши враги не могут не расценивать это как отмежевание и утверждать, что и свидетели Иеговы также думают, что в их изданиях появляются провокационные статьи".

Иеговистское вероучение призывает верующих не признавать нормы коммунистической морали и руководствоваться во всех случаях жизни только христианскими заповедями, соответственно переработанными бруклинскими богословами. Крайнее духовное насилие над совестью человека никак не вяжется с лицемерным разъяснением, которое делает президент Кнорр: "Каждый свидетель Иеговы должен сам решать, как он должен поступать в каждом данном случае, так как никто из свидетелей Иеговы не должен влиять или убеждать его" ("Бог верен").

Верующие "несут свое бремя", полагая по своей простосердечности, что они не простые смертные, а священнослужители, выполняющие роль коллективного мессии. В этом их постоянно убеждают богословы из "Башни стражи". Но разговоры остаются разговорами. Большинство верующих, имея низшее образование, не могут претендовать на роль священников. Главная причина того, почему всеобщее священство не нашло распространения в бруклинской организации, заключается в неразрешимом противоречии идеи всеобщего священства с диктатом верхушки, с теократическими порядками, возводящими непреодолимую стену между "небесным классом" и "другими овцами".

Все более зыбкой становится почва для религиозных иллюзий рядовых свидетелей Иеговы. Закономерно суживается круг людей, еще не расставшихся с мечтой о "царстве божьем" - "новом мире". Новый мир действительно строится, но не в грезах верующих людей, а наяву. Это не иллюзорный мир, о котором рассказывается в Библии и в иеговистских комментариях к ней, а совершенно реальный, воздвигаемый умом и руками освобожденного человека.

Преобразуя природу, человек меняет русла рек, создает искусственные моря, прорывает гигантские каналы, проводит туннели под горами, выращивает высокоурожайные сорта хлебных злаков. Бог окончательно потерял монополию на "тайну всего живого". Человек проник в глубины этой тайны и создает искусственно нуклеиновые кислоты и простейшие белковые вещества - исходные и основные элементы жизни. Посягнул человеческий гений и на исконную "вотчину" всевышнего. Космические корабли прорвали "твердь небесную" и поднялись над ней так высоко, что миф о небесном престоле бога Иеговы обернулся наивной сказкой для детей.

Религиозное мировоззрение накладывало вечный запрет на человеческий разум. Жрецы всех времен поучали, что люди не в состоянии проникнуть в сокровенные тайны божественного творения. Но человек в своем дерзновении вышел за порог дозволенного религией. Триумфальное шествие науки и техники, высоты, которых достиг пытливый ум человеческий в наши дни, поставили современных служителей религии в незавидное положение.

Успехи коммунистического строительства в нашей стране во многом определяются уровнем сознательности трудящихся, определяются тем, насколько глубоко проникают в сознание людей коммунистические плен и принципы, насколько они превращаются в их убеждения, в общественно ценные нравственные качества личности.

Программа КПСС указывает поэтому, что составной частью работы по коммунистическому воспитанию трудящихся является борьба с проявлениями буржуазной идеологии и морали, с остатками частнособственнической психологии, суеверий и религиозных предрассудков.

Религия по-прежнему остается одним из каналов реакционного влияния на отсталые прослойки трудящихся. При этом религиозная идеология приспосабливается к новым условиям, модернизируя религиозные догмы, представления, культ. Иеговистское вероучение - наглядный тому пример.

Свидетели Иеговы в СССР в своем подавляющем большинстве честные труженики, которые входят в те или иные коллективы трудящихся. Но оставаясь иеговистами, они обрекают себя на внутреннюю раздвоенность. Бруклинское вероучение препятствует верующим быть активными участниками коммунистического строительства, уводит их от практических дел, связанных с общественной жизнью. Оно сковывает инициативу, подавляет чувство хозяина страны, мешает нести высокую ответственность за дела коллектива.

Настойчивая, содержательная, эмоционально насыщенная воспитательная работа призвана помочь каждому верующему освободить мысли и чувства от того духовного бремени, которое он добровольно несет в ущерб себе лично и в ущерб всему социалистическому обществу.


Бартошевич Эдуард Михайлович Борисоглебский Евгений Иванович

СВИДЕТЕЛИ ИЕГОВЫ

Редактор И. И. Уманец

Художественный редактор С. Н. Голубев Технический редактор Е, И. Кармазина

Сдано в набор 2 августа 1968 г. Подписано в печать 5 ноября 1968 г. Формат 70Х108'/з2 Бумага типографская № 1. Условн. печ. л. 9,45. Учетно-изд. л. 8,88. Тираж 75 тыс. экз. А 07222. Заказ № 1627. Цена 29 коп.

Политиздат, Москва, А-47, Миусская пл., 7.

Отпечатано с матриц, изготовленных в типографии "Красный пролетарий", Москва, Краснопролетарская, 16, в типографии издательства "Звезда", г. Пермь, ул. Дружбы, 34. Заказ 9322.