Простая магия


...

История о том, как я побогател

Посвящается Косте Пухову, мудрому китайцу

If I were a rich man.

(Тевье молочник, бедный еврей)

Начинается эта история с декабря, когда я лежал в углу комнаты с прилично разрубленной топором ногой. Лежал уже несколько дней, двигаться почти не мог, зато мог думать. И думал я над тем, как же я оказался так глубоко в жопе (удар топором по ноге был, на самом деле, кульминацией довольно длинной цепочки неудач). До определенной степени я это понял. Не буду подробно объяснять; достаточно сказать, что это было связано с семейными отношениями, с моими играми с женой.

Присвистнул я и решил из жопы выбираться.

В феврале я приехал в Россию, без ансамбля; и без денег. Тут и начинается сама история, которая про деньги. В декабре их тоже не было — то есть уже начались долги. Но это было как бы нормально, привычно, да к тому же сезонно (уже третий год тогда в нашей семье). Когда я приехал в Россию, мне, конечно, надо было подзаработать. Я попробовал это сделать привычным способом — провести психотерапевтическую группу; но она не собралась, причем это была уже третья несобравшаяся за зиму группа, вполне достаточное число для образования устойчивого, то есть значимого ряда. Никаких концов вокруг видно не было.

И тогда вот что я сделал — я поехал в малознакомый город и стал жить там в квартире, которая большую часть дня стояла пустой. Я решил, как любимый мой Веничка: «Сперва разрешить мысль, а потом миллион». Мысль была очень определенной: между мной и деньгами стояли мои многолетние убеждения. Не то, чтобы я понял это впервые; но уже много лет этот процесс был на самотеке. Деньги приходили сами, я очень редко сильно двигался, чтобы привлечь их. С другой стороны, они приходили в очень небольшом количестве, а я давным-давно привык жить так, чтобы тратить мало и скромно. Мой месячный бюджет, чтобы быть точнее, за последние годы составлял от ста до двухсот долларов (насколько я прикидывал, я никогда не знал точно). Я всегда (это я тоже знал давно) «рубил» проекты, где я мог бы заработать за раз больше четырехсот долларов. Как-то отходил в сторону. Это отлично работало, пока я жил один; более-менее работало, пока мы были вдвоем с женой (которая совсем не зарабатывала); и стало работать совсем плохо, когда родился ребенок.

Итак, первое, что я хотел сделать — это выяснить, ЧТО держит меня в бедности. Я взял тетрадь и стал расписывать. Это не была единой причиной; налицо был целый комплекс убеждений. Я сидел в пустой квартире и терпеливо расписывал весь узел. Вот этот пресловутый «комплекс убеждений» и был узлом; я постепенно стал представлять его как запутанный веревочный узел у себя в животе. В этот узел входила масса всякой всячины: и детские привычки (средней советской семьи), и идеалы бедности наподобие Франциска Ассизского, китайских даосов или первых хасидов; параллельно представления о том, что бедность — это ближе к духовности, чем богатство; и что богатство портит душу и лишает свободы; и привычный образ «сиротинушки» и еще довольно много такого подобного.

Свобода и духовность — это очень серьезные для меня понятия. Если деньги им противоречили, то деньги шли другой дорогой, это понятно. Но мне быстро (день на третий, вероятно) стало очевидно, что тут сплошные нескладушки. Обязаловка быть бедным была явственной духовной (внутренней) несвободой. Это был первый удар сознания по старой схеме. Второй произошел, когда я стал искать аргументы, почему бы мне стоило разбогатеть. Я провел параллель между деньгами и женщинами. Женщины тоже по многим понятиям ударяли по свободе и духовности — и тем не менее я почти никогда не делал серьезных попыток избавиться от своих любовниц во имя Великих Ценностей. Женщины одновременно были для меня хорошим образцом «своей» энергетики — их мир всегда мне был близок, в нем я чувствовал себя легко и адекватно. Коренным вопросом стал для меня такой: стал бы я отказываться так же легко от женщин, как отказался от денег, по тем же причинам? Четким ответом было: нет!

Все это выглядит гладко, а на деле я маялся довольно сильно, то в одиночку, то с друзьями, из которых никто мне толком не помогал. Помню только, как одна подружка (самостоятельно прилично зарабатывающая) в эти дни заметила, что деньги надо любить — например, так, как я люблю растения.

Я пытался делать разные психотерапевтические техники (разговоры с «маятником», линию времени), но получалось не особо. Постепенно я сосредоточился на технике «Изменения убеждений», разработанной Робертом Дилтсом в рамках НЛП Я знал ее давно, а последний раз серьезно применял много уже лет назад, когда не мог «пробить» написание своей первой книги («Сказкотерапии»). Можно заметить, что жестко техникам я никогда не умею следовать, всегда скорее понимаю логику и иду своей дорогой.

Итак, я решил, что мне надо поменять убеждение. Старое я сформулировал как «бедным быть круто», желанное я представлял себе как «круто быть обеспеченным». (Легко заметить, что я не поставил туда понятие «богатства», к которому у меня по-прежнему сохраняется довольно подозрительное отношение). Я стал «разбирать» свой узел, расписывая и разрисовывая все это на бумаге. А когда в «узле» не осталось ничего важного, я стал создавать новый. Тут я начал с «периферии», стараясь соответствовать образцам старого убеждения. Например, там, где у меня значились идеалами Франциск и прочие бедняки, я поставил значимых для меня людей, но уже богатых или прилично обеспеченных (например, Иосифа Бродского во вторую половину его жизни; хасидского «короля» Исраэля из Рижина; в дело пошел и Псой Короленко, никак, конечно, не богатый, но с деньгами явно на легкой и хорошей ноге). Всё это ребята достаточно свободные и духовные, если вы заметили.

И расписав, наверное, пятнадцать желанных пунктов, я стал «собирать паззл», строя новое убеждение. На телесно-образном уровне я заменил веревочный узел золотой цепью. Я хорошо ощущал, где и как она располагается и насколько «сияет» золото. Я вообще телесный уровень считаю и чувствую важнее интеллектуального.

На следующую ночь после того, как я сделал это, я увидел два сна.

В первом я видел парня, который никак не мог найти свою дудочку. Я пытался ему помочь, успокаивая его маму, и тут заметил, что и я свою дудочку найти не могу. Дудочка моя (молдавский флуйер) вполне сильно связана с образом вольной бедности («так идет веселый Дидель…»; добавьте, что деньги в народном воображении «просвистываются»). Так что сон подтверждал реальность перехода. (Только сейчас я заметил, что маму во сне надо было успокаивать, то есть она волновалась; очень похоже, что бедность для меня является кусочком материнского пирога).

Во втором сне я увидел маленького чернокожего паренька, который убегал из рабства. Я помогал ему, за ним гнались, но вот он переплыл речку Каму, и погоня прекратилась, он был на свободе. Это вообще страшно интересный сон, который я запомнил и крутил в уме долго. Убегающий из рабства чернокожий — чудесный образ освобождения от «ограничивающих убеждений», как такие дела называют в НЛП Речка Кама, как я заметил сразу же, когда проснулся, может иметь два значения. На реке Каме стоит город Пермь, куда я собирался на фестиваль в эту поездку. Но кроме того, Кама — это индийский бог любви, чувственной страсти (Кама-сутру знаете?) Но что значит переплыть такую реку?

Итак, через неделю я был готов «в путь», чувствуя внутри золотую цепь (и часто усиливая ее ощущения и сияние). С житейской точки зрения, путей заработка у меня было столько же, сколько неделю назад; но я субъективный идеалист и поклонник Симорона, то есть считаю «внешние» события отражением «внутренних». Вот что еще важно: я решил в этом путешествии принимать всё, что будет приходить. То есть не выпендриваться перед той самой внешней реальностью, считая свои пути и принципы круче всего на свете, чем я много страдал всю жизнь и последнее время.

Я приехал в Москву. Там я хотел помириться с одним человеком, выпить за новую дружбу. День, когда я приехал к нему, оказался его днем рождения (я этого не помнил, потому что не знал). Там же я спросил общество: как бы мне заработать? Сам именинник предложил мне работу немедленно — уже месяц висела вакантная ставка. Знаете, где? В эротическом журнале. Уже на следующий день я поехал вникать в дело и «ваять» свою первую статью. Было смешно в «магическом» смысле: откуда «протянулась» мне рука помощи. Из мира Камы, не иначе.

Еще через несколько дней я стал замечать то, что уже не замечать было невозможно. Вокруг меня постоянно роились женщины. Я никогда не был обижен женским вниманием и раньше, но тут вокруг был именно «рой» постоянного повышенного внимания. Со мной знакомились при всех обстоятельствах. Это было прикольно и смешно, и очень здорово, конечно. Это продолжалось все последующие три недели моего путешествия.

Постепенно я понял, что моя «золотая цепь» расположена в аккурат во второй чакре, а это, если кто не знает, центр сексуальности. Работая вроде бы с одной энергетикой, я сильно раскрутил другую. На самом деле, эта тема мне до конца по- прежнему не ясна, и по-прежнему меня занимает: связь между энергетикой денег и энергетикой секса. В конце концов, ведь это не одно и то же. Хотя в моем случае как-то очень сильно связано.

Я, кстати, как принято в НЛП, и вообще правильно, придал своим желаниям очень конкретную форму. Я решил в рамках нового убеждения заработать * долларов за эту поездку и в дальнейшем иметь ** в месяц. Не муча читателя дальнейшими подробностями, скажу, что все так и получилось — из гонораров за «порнуху», за книги и за проведенные семинары вышло ровно * в предпоследний день путешествия, а в последний добавилось еще 300, уже как бы само собой. Прошло с тех пор два года. В первый я зарабатывал каждый месяц по **, а потом «повысил ставку», что было уже не совсем так гладко и одномоментно. Мне нечем оправдаться — всё это выглядит как сказка, но всё так и произошло. Для солипсистов и симоронистов, а также для «магов» и «сказочников» это естественно и логично…

Мораль из этой истории напрашивается или пионерская («своими руками судьбу свою делай») или менеджерская (установка на повышение эффективности). Я и тех, и тех всегда раньше недолюбливал, а теперь как будто сам — один из них; но решил же я в начале этого путешествия не выпендриваться. Мое моральное падение очевидно; а это признак хорошей психотерапии.

* * *

Очевидно, что обе истории этой главы — про себя. Это отражает общее мое мировоззрение: «магия» — скользкая штука, вмешивать эти силы в свою жизнь вполне допустимо, а в чужие — гораздо более сомнительно.