НЛП за 40 минут

Двенадцать приемов, которые работают


...

Разрыв стереотипа

Разрыв — это шикарная техника. Для начала приведу пример.

Одна компания объявила тендер на проведение психотренинга. Секретарша записала меня для участия в конкурсе вместе с еще двадцатью четырьмя претендентами. Я шел двадцать третьим по счету. До меня представители двадцати двух компаний рассказывали, какие прекрасные тренинги они проводят. Был ли смысл и мне рассказывать о тренинге? Двадцать два человека выступили передо мной, еще два дожидались свой очереди.

Я вошел, осмотрелся. Генерального нет. Сидят коммерческий директор, директор по персоналу, административный директор, технический директор, еще кто-то. Все — директора. Все смотрят на меня. Ждут, что я как и двадцать два предыдущих оратора, начну говорить. Я подошел к столу, сел. Они смотрят на меня, я — на них. Они молчат, и я молчу. Сидим — молчим. Тридцать секунд, минуту. Наконец, коммерческий директор покашлял: мол, давай уже что-то говори!

И я начал: «А что вы от меня хотите? Вы хотите, чтобы я сейчас рассказывал вам, что я лучший тренер на свете? Так я это и так знаю. Если вам об этом неизвестно — ваши проблемы! В общем, так, — говорю. — До июня у меня все расписано! В июне, возможно, будет время для проведения тренинга с вами. Телефон моего помощника вы знаете, было очень приятно на всех посмотреть. Всего вам доброго, до свидания». После этого встаю и ухожу.

Как вы считаете, это нормальное поведение для тренера? Конечно, нет! Что я сделал? Разбил шаблон! Шедшие за мной два тренера, как и предыдущие двадцать два, выступили со стереотипными речами.

Бла-бла-бла, тренинговая программа, бла-бла-бла.

Что у всех этих директоров осталось в памяти? Как вы думаете, с кем они стали работать? Ответ очевиден!

Для разрыва стереотипов используются разные способы. В свое время я был на практике в одной очень известной психиатрической клинике. Одна из пациенток страдала депрессией с суицидальными комплексами. Зав. отделением спрашивает: «Ну, что, практикант, как будешь с ней работать?»

Тогда, в начале 1990-х годов, все были помешаны на эриксонианском гипнозе и НЛП Я отвечаю: «Ну, сейчас я введу себя в такое же состояние депрессии. Начну разговаривать с пациенткой, и буду медленно выводить себя из этого состояния. Вслед за мной выйдет из депрессии и эта женщина».

Врач посмотрел на меня и сказал: «Смотри, практикант, как это делается по-настоящему». Очки на одно ухо, галстук на другое. Вбегает и кричит: «Девушка, здесь псих из палаты буйных сбежал! Сорвал топор с пожарного щита, зарубил пять человек! Бежит сюда! Давайте дверь баррикадировать!» Депрессантка вскакивает и начинает вместе с врачом надвигать на дверь кровать. От депрессии что-нибудь осталось? Вообще ничего.

Какой прием использовал врач? Ну, какой там пожарный щит в палате для буйных? Там такие санитары, что даже если бы пациент автомат Калашникова где-то раздобыл, у него отобрали бы оружие и скрутили его. Знаете как в известном анекдоте: «Как воротничок? Хорошо воротничок. А рукавчики, плечики хорошо? Рукавчики говорите великоваты? А мы их аккуратненько сейчас за спиной завяжем». Это уже модель поведения дежурного врача в отношении больного, который теперь никогда на него не будет сердиться.

Вот, что такое разрыв стереотипа.