Глава 3. Желания и потребности

То, что желания и потребности разные вещи, понятно с первого взгляда. Но вот когда пытаешься дать этому различию определение, разница эта как-то стушевывается, как говорил Достоевский. Желания становятся вездесущими и перекрывают собой потребности.

Это происходит потому, что наш язык следует за нашими понятиями, а понятия у нас неуточнены. Мы ими мало занимаемся. Но попробуем пройти сократическим путем, и разобраться в понятиях, которые имеем.

Начнем с того, что и у потребностей и у желаний есть общая основа, мазыки называли ее Охотой. Охотой жить.

Охоту считали тем "клеем", который крепит душу в теле. Но сама природа охоты, как они ее видели, предполагает не столько ее вещественность, как если бы она действительно была клеем, сколько подвижность. Как это смог понять я, охота, скорей, похожа на поток, который, подобно ветру, дует сквозь тело из мира душ в мир вещества. Именно он подхватывает души перед их воплощением, и загоняет в тела, так что они оказываются направлены своим видением изнутри тела наружу, в этот мир. Он же их и удерживает в телах, оказываясь на поверку влечением к вещам этого мира.

Пока поток этот силен, сильна и жажда жизни. Им же меряется и жизненная сила человека. Как только он слабеет, человек теряет интерес к вещам и делам мира сего, и начинает подумывать об уходе…


Охота влечет человека к чему-то. Как вода влечет челн… Это и есть суть как желаний,

так и потребностей. Они есть воплощение влечения или охоты.

Но при этом влечет в нас то, из чего мы состоим, по-разному. Условно говоря, разные части подвержены влечению сами по себе. Влечения могут относиться ко мне или к моим телам. Собственно меня, Я влечет в тело сама охота. Мою душу влекут желания, а вот мое тело - потребности.

И если вы взглянете на понятие "потребности" именно с этой точки зрения, то увидите, что их вполне можно назвать желаниями, но при этом все их будет отличать то, что без их исполнения мы умрем. Словари определяют потребности как сущностные желания, надобности. То, что необходимо для жизни.

А вот желания по своей сути кажутся человеку, склонному к аскетическому образу жизни, каким-то баловством, потому что без любого из желаний можно и обойтись. И про любое желание ребенку могут сказать: перетерпишь, не помрешь!

Да, тело будет жить без удовлетворения желаний. Что будет от этого с душой, сказать трудно. Наверное, она тоже выживет…

Впрочем, иногда говорят о душевных потребностях, и уже одно это словосочетание есть свидетельство, что душе можно отказывать не во всем. Иначе что-то важное может умереть в тебе.


Однако, как бы там дальше ни углублялось наше понятие желаний и потребностей, сейчас важно остановиться на том, что при первом приближении желания оказываются тем, что нужно не телу для его выживания. Они оказываются чем-то дополнительным к телесным потребностям. А дополнительным к телу в естественнонаучном мире стали считать сознание, под которым понимали то, как человек думает.

В итоге желания в сущности были связаны с личностными проявлениями. Потребности у тела, желания у личности. Вот первое разделение этих понятий.

Психология bookap

Однако, как мы уже договорились, личность можно считать нашим общественным телом, то есть неким тонкоматериальным телом, сквозь которое проявляется душа. И значит, прикасаясь к теме желаний, мы вступаем на поля изучения души. Это, пожалуй, преждевременно.

Прежде надо изучить то, что более доступно, а именно то, как я проявляюсь сквозь мое тело. В частности, и через потребности, но в первую очередь все-таки через движение.