Глава 13. Эгрегоры - фикция или реальность?

Итак, пищу для развития эгрегорной теории составляют различные психологические эффекты, обусловленные чувством личной причастности к каким-то надличным явлениям и процессам. Но насколько эта теория в ее современной биопольной форме соответствует реальному положению вещей?

О "реальном положении вещей" в данной области говорить очень трудно. Проблема возникает уже на уровне описания переживаемых явлений. Дело в том, что в интроспективной психологии, равно как и в квантовой физике, невозможно избавиться от влияния средств наблюдения на объект наблюдения. Поэтому проблема описания здесь весьма напоминает проблему измерения квантовомеханических объектов: чем точнее измерение, тем сильнее измерительное устройство "деформирует" измеряемый объект - и подобным же образом, чем подробнее описание, чем детальнее структурирование непрерывной ткани психического опыта, тем больше возникает в этом описании элементов, собственно к психическому опыту не относящихся.

Описание (вербализация, обобществление) непосредственного психического опыта происходит в формах, ему не свойственных, и в ходе такого описания невозможно обойтись без конструирования определенных логических схем. Эти схемы и составляют "теоретическую базу" так называемой "эзотерической психологии".

Устойчивость, живучесть эзотерических "теорий" обусловлена тем конкретным психическим опытом, который лежит в их основании. С другой стороны, будучи по существу не ОБЪЯСНЕНИЕМ а, ОПИСАНИЕМ этого опыта, они оказывают на него обратное "подкрепляющее" воздействие. Зауживая психический опыт как таковой, выделяя из хаоса внутренних пространств какие-то конкретные закономерности, они пускают восприятие по целевым каналам, вследствие чего все большее число людей осознает "возвещенный" опыт как свой собственный. Однако с теоретической точки зрения подобными описаниями мы в действительности выражаем не наше знание, а недостаточность нашего знания о природе законов, лежащих в основе описываемых явлений.

Примером такого описания, имеющего форму теории, может служить рассматривавшаяся в третьей главе "пространственная модель внутреннего мира" - концепция "тонких тел" или "оболочек" (ментальной, витальной и эфирной), последовательно скрывающих от человека его "истинное Я". Единственное место, где мы фактически имеем дело со своими "оболочками" - это области интроспекции. И здесь они предстают не в форме оболочек, а в форме качественно различных сфер внутреннего восприятия - области интеллектуальных объектов восприятия, эмоциональных объектов восприятия, и, скажем так, интероцепторных объектов восприятия. Наши "оболочки" даны нам лишь в этих восприятиях. Эти восприятия и есть "оболочки", скрывающие нас от самих себя. Но мы, как правило, не осознаем этого, - осознаем же лишь разотождествившись с ними и действительно превратив их в объект своего восприятия. (Подробнее об "оболочках" и "пространственной модели внутреннего мира" см. ПВОТЧ)
"Эгрегоры", как и "оболочки", - это не теоретические, а описательные модели. Теоретическое совершенство подобных моделей, так сказать, приносится в жертву их наглядности. В них человек без труда угадывает свой личный опыт (в той степени, в которой этот опыт у него имелся), а также знакомится с рядом закономерностей, выявленных в данных областях личного опыта другими людьми, - иными словами, с их помощью он может воспользоваться чужим опытом. Однако их "теоретическая доступность", а также простота и надежность в употреблении нередко приводят к тому, что человек неискушенный принимает эти описательные модели за теоретическую истину в последней инстанции; иногда же люди домысливают на этой "теоретической базе, подкрепленной фактами непосредственного личного опыта" такие "надстройки", что в конце концов оказываются в психиатрической лечебнице.

Обычная "иллюзия восприятия" при знакомстве с эзотерической психологией состоит именно в том, что описание принимается за теорию, то есть за объяснение в рамках более широкой системы объективных знаний. В настоящее время объяснения такого рода в эзотерической психологии фактически отсутствуют; поскольку же основным ее методом является интроспекция - метод субъективный и современной наукой не признаваемый (умывая руки в отношении интроспективного восприятия, современная наука отдает его на откуп "попам и реакционной философии. Между тем мы имеем дело со своим внутренним миром именно посредством такого ненаучного метода, а не посредством "объективных научных экспериментов"), - то возможность возникновения подобных теорий пока остается весьма проблематичной.

С другой стороны, задачи эзотерической психологии, кратко сформулированные в призыве "человек, познай себя", состоят не в обретении объективных знаний о человеческой психике, но в обретении понимания человеком самого себя и в поиске путей к обретению такого понимания. Это задачи большей частью практические, нежели теоретические. Будучи, в отличие от академической психологии, "прикладной наукой индивидуального пользования", данная психология может быть названа гуманистической: ее интересуют прежде всего человеческие, а не научные проблемы.

Поскольку область интроспективных явлений, охватываемая эзотерической психологией, имеет самое непосредственное отношение к жизни каждого из нас (осознаем мы это или нет, но это то, чем мы все живем), ее тексты адресуются всем людям, а не только ученым. Поэтому основным из предъявляемых к эти текстам требований является конкретность, - то есть именно неотвлеченность, наглядность и доступность изложения.

Однако в том, что касается эгрегоров, то введение термина "групповое психоэнергетическое поле" (вместо прежнего "групповая душа") представляет собой именно заявку на теорию, попытку навести мост через пропасть, лежащую между субъективными восприятиями и обеспечивающими их объективными процессами. Характерно, что этот "великий почин" был предпринят со стороны такой неклассической научной концепции как теория биологического поля. Но вопрос о том, наполнена ли эта концепция каким-либо реальным физическим смыслом, в свою очередь, остается открытым.

"Раньше фундаментальная наука включала поиски подлинно неподвижного фундамента, на котором можно было бы строить с полным убеждением в его устойчивости. Сейчас в неклассической науке фундаментальные исследования неотделимы от апорий и нерешенных проблем. это область, где... многое высказывается "в кредит", в расчете на вероятные дальнейшие шаги науки, где однозначные, собственно физические представления... часто предварены неоднозначными прогнозами и конструкциями." (Кузнецов Б.Г. Этюды о магнауке. М., 1982, стр.36.)
Для биологии как науки о живом веществе понятие биологического поля столь же фундаментально, как понятие гравитационного поля для науки о неживом веществе - физики. Но, в отличие от физики, где "безумные" теории нынче в ходу, биология - наука более консервативная и к "безумным теориям относится с большим подозрением. Да это и не удивительно, ведь науку делают живые люди, и если принятие безумных фундаментальных физических представлений ни к чему не обязывает, то всякое безумное нововведение в биологии обязывает нас пересмотреть привычные нам представления о САМИХ СЕБЕ - "ассимилировать безумие", превратить его в норму, признать, что подлинно безумными были именно наши привычные представления. А это не всякому под силу и происходит, как правило, лишь в процессе смены поколений. Вспомним, ка нелегко было согласиться людям с тем, что они произошли от обезьяны; некоторые не соглашаются с этим и до сих пор.

Понятие "поля" было введено в биологию А.Г.Гурвичем в качестве рабочей гипотезы для объяснения механизма НАСЛЕДОВАНИЯ внутриклеточной пространственной организации (то есть того, как осуществляется наследственность, а не как она передается), а так же СОХРАНЕНИЯ этой организации в условиях "метаболического вихря", составляющего способ существования всего живого. (См.: Гурвич А. Г. Теория биологического поля. М., 1944.)
О действенности гипотезы свидетельствует возможность предсказыват на ее основе какие-то новые, неизвестные ранее явления, процессы или закономерности. Так из концепции биологического поля с необходимостью вытекают такие следствия как возможность дистантных (полевых) взаимодействий между биологическими объектами, а также существование частотного волнового спектра. (Подробнее о модели частотного спектра и его диапазонах см. ПВОТЧ) Фактически, эта концепция предсказывает существование эгрегоров.

Эгрегорам соответствуют различные поддиапазоны, сцентровавшиеся на стыке между ментальным и казуальным диапазонами всеобщего поля. В настоящее время методы для объективной регистрации таких полей отсутствуют, подобно тому, как отсутствуют модели для объективной регистрации гравитационных полей. Однако, некоторые факты оккультной "групповой работы" и стихийных социально-психологических наблюдений (например, такие явления, как "национальный темперамент" или "власть толпы") действительно могут быть истолкованы как косвенные свидетельства в пользу "групповых" полей. В качестве таких косвенных свидетельств могут рассматриваться и все факты дистантных взаимодействий между биологическими объектами, возможность которых предсказывается теорией биологического поля.

Резюмировать же это несколько затянувшееся методологическое отступление можно неожиданно кратко: теории "эзотерической психологии" (как древние, так и новейшие) создаются людьми, искушенными в интроспекции, причем создаются не на голом месте, а на основе действительного психического опыта, крайне редко фиксируемого людьми не столь искушенными; поэтому не принимать "эзотерические теории" во внимание было бы так же неразумно, как принимать их за чистую монету. Никогда не следует упускать из виду, что "теории" эти представляют собой по существу лишь приближенные описания действительных событий.