Глава 5. Вина — это оборотная сторона осуждения


...

Великолепный метод видения своих дуальностей

— Мы сейчас говорим о великолепных методах, позволяющих вам соединять ваши двойственности. Кто мешает вам их применять всё время? Они простые. Но для этого нужно прочувствовать вину. Ведь вы всё время имеете вину, но избегаете ее чувствовать. Вместо этого вы осуждаете и осуждаете.

— Очень мало моментов, когда я могу вспомнить чувство вины. В основном осуждение идет.

— А что вы делаете, собираясь вместе?

— Осуждаем других.

— Но мне кажется, что, осуждая, я не чувствую вину, и поэтому продолжаю осуждать и осуждать.

— Я чувствую вину за недосказанность и осуждаю за то же самое.

— Я чувствую вину, когда делаю что-то, что мне нужно, а кому-то от этого будет хреново. И я начинаю просто лгать. Я виню себя за то, что я лгу. Я начинаю себя винить за то, что я обманула кого-то.

— Я сейчас предлагаю продолжить этот богоугодный разговор в парах.

— Сан Саныч, можно попросить у группы, чтобы каждый сказал то, что его раздражает во мне?

— Меня в тебе раздражает пренебрежительное отношение к женщинам.

— Я так не считаю. Мне, наоборот, не хватает того, что есть в нём. Я не могу сделать так, как он.

— Олег делает это с чувством, к нему приятно подойти, а ты поверхностно, с подавляющим превосходством.

— Когда в самом начале спрашивали, кого ненавидишь, я ненавидел тебя, а потом увидел, что это всё во мне есть.

— А что именно?

— Высокомерие, панибратство, хихиканье.

— Еще что?

— Еще пренебрежение.

— Пренебрежение к женщинам.

— Меня раздражает мое видение себя через него. Некоторое выбивание из общей колеи. В общем-то, оригинальный подход. Все делают в общей массе одно, а он что-то другое.

— То есть он делает не то, что принято.

— Я сейчас понял — раздражает его поза. Женская поза.

— Я боюсь его. Его шуток боюсь. Они беспардонные, неожиданные.

— И еще пытливый взгляд.

— Меня раздражает то, что он сам не знает, что он хочет.

— Замечательно, при этом все говорят о самих себе, так что не забудьте об этом, дабы все получили прибыль осознания.

Ну что, удовлетворили твой запрос? Что больше всего тебя задело?

— Олег и Аня. Она знает.

— Смотри, как она довольна. Ее осуждение попало в цель. Ты ему что говорила? Что он не мужчина?

— Да.

— Так и ты не женщина. Хорошо тебе?

— Хреново, конечно. Если это прожить полностью, то очень хреново.

— А я действительно не проявляюсь в группе, я действительно не открыт. У меня есть чувство исключительности. Мне кажется, что если я буду открытым, то оно исчезнет.

— Ты станешь таким же, как все. А сейчас ты исключительный.

— Моя исключительность и стимулирует мое высокомерие, мое нестандартное поведение, потому что мне не нравится говорить в общем русле, тем тоном и так же, как говорят все. И у меня изначальное внутреннее желание разыгрывать нестандартные ситуации. Это из моего чувства исключительности.

— А исключительность приводит к исключению, а исключение приводит к страданию. А с женщинами у тебя что?

— С женщинами, наверное, тоже исключительность.

— А какая форма поведения?

— Модель поведения: заинтересовать и убежать.

— А почему убежать?

— Убежать потому, что иначе увидят, что я обыкновенный, что я никакой, я не исключительный.