Глава 1. Духовное развитие — это интеграция противоположностей

Кто движется и к чему

— Будем знакомиться. Расскажите, как вы попали сюда и с каким намерением.

— Меня зовут Олег, и поскольку я уже здесь, можно сказать, старый член этой команды, то про свои намерения я уже всё рассказал. Их было много, и они были разные.

— А что осталось?

— Движение к самому себе — больше ничего. А как оно складывается — трудно предугадать.

— Движение к самому себе осталось. А сам остался?

— Не знаю пока еще.

— Возникает вопрос, кто движется и к чему движется?

— Как дойду, так видно будет. Что-то движется.

— Значит, тот, который движется, не является тем, к которому он движется? Тогда кто он?

— 

— Меня зовут Виолетта. Я начиталась ваших книг и по ощущению поняла, что это то, что мне нужно, что я должна сюда прийти.

— А зачем вам надо быть здесь? Это вам пока непонятно?

— Понятно. Это какие-то частные вопросы, и я не думаю, что надо их выделять, потому что они частные и фрагментарные. Если, в общем говорить, то хочу лучше понять себя, чтобы лучше понять другого.

— «Понять себя, чтобы лучше понять другого». Хорошо. А что важнее, понять себя или другого?

— Не знаю, просто нужно с чего-то начинать. Наверное, прежде надо начать с себя.

— А понимание другого происходит каким образом?

— Через себя.

— То есть мы можем понять в другом только то, что знаем в себе. Мы не можем понять в другом то, что не знаем в себе. Вы с этим согласны?

— Разве другой не может нас научить тому, чего мы не можем или не знаем?

— Тут вопрос в том, что такое знание себя.

— Например, вы можете пойти в высшее учебное заведение, и там знающие люди будут рассказывать то, что вы еще не знаете.

— Можно у бабушки научиться или у дедушки.

— Весь вопрос заключается в том, чему научиться?

— Может быть, открыть в себе то, что ты не знаешь.

— Как вы можете открыть в себе то, что не знаете? Да еще этому научиться у кого-то?

— Может быть, мы знаем, но очень тщательно скрываем.

— Хорошо, что вы скрываете о себе?

— Я думаю, что…

— Дети нам напоминают о чём-то.

— Дети напоминают, что хорошо бы им конфетку скушать.

— Дети разные.

— А что ваши дети вам напоминают?

— Напоминают, какая я есть.

— То есть вы ребенок?

— Нет.

— Как нет?

— Они во мне подчеркивают черты характера, о которых я стараюсь не думать.

— А о чём вы стараетесь думать, если вы об этом не думаете?

— Я стараюсь думать, что я хорошая, добрая, щедрая.

— А дети подчеркивают, что вы плохая, злая, жадная.

— Такое расковыряют, что хочется спрятаться.

— А вы какая?

— Я разная.

— Какая?

— Всякая.

— Значит, вы добрая. А дети показывают вам, что вы злая. Так вы какая?

— И такая, и такая.

— И как это совмещается?

— Если я не признаю, что мне подчеркивают дети, то я раздражаюсь и становлюсь еще более злой.

— То есть, будучи доброй, вы раздражаетесь и становитесь еще более злой?

— Будучи доброй иногда.

— Будучи доброй иногда? А в остальное время вы какая?

— Мы все разные.

— Я это не отрицаю, а просто пытаюсь выяснить, какие же мы на самом деле. Значит, вы иногда добрая, а иногда раздражаетесь и становитесь еще более злой.

— И такое может быть. А почему нет?

— Я же не против. Я просто спрашиваю.

— А вот если я задумаюсь над тем, что мне сказал ребенок, и сама себе внутри скажу, что вот тут-то она, правда, и есть…

— Так к чему вас толкает ребенок?

— К познанию себя.

— В каком смысле? «Познание себя» — это абстрактный лозунг. Например, название магазина «Путь к себе» — замечательный лозунг, но что это такое — вот вопрос. Именно для того, чтобы выяснить это, мы и собрались.

Пожалуйста. Следующий.

— Я Сергей. Пришел, так как внутреннее равно внешнему, а во внешнем мире некоторые вещи не удовлетворяют.

— То есть внешнее не удовлетворяет, а внутреннее удовлетворяет?

— Если это одно и то же, то, сколько ни бьешься… То есть ситуации меняются, один я остаюсь. Надо начинать с себя.

— Значит, ситуации меняются, а вы остаетесь? Ситуации изменяются, а вы тот же самый?

— Результат тот же самый. Работа одна, вторая, третья, а результат тот же самый.

— Возникает вопрос: «А меняется ли ситуация, если результат тот же самый?»

— Кардинально не меняется.

— То есть ситуация не меняется?

— Да.

— Мы начали с того, что внешнее равно внутреннему. Потом вы говорите, что внешнее меняется, а внутреннее остается то же самое. Сейчас мы выяснили, что и внешнее остается тем же самым.

— В том-то и дело, что внутреннее не меняется.

— Поэтому и внешнее не изменяется.

— В общем, да.

— Так оно меняется или не меняется?

— Нет.

— И это навело вас на мысль, что нужно что-то делать?

— Да.

— Хорошо, еще что-нибудь скажете?

— Так как развиваемся мы все, жизнь идет, она развивается.

— Она развивается, а вы? Только что мы выяснили, что ничего внутри вас не изменяется. Внешне, как мы выяснили, тоже ничего не изменяется — значит, ничего не изменяется.

— Время. Мы ограничены во времени.

— Время течет.

— Время течет, и меня волнуют вопросы результата изменения себя. Как можно достичь результата изменения себя за как можно меньшее время.

— Вы хотите действовать эффективно?

— Естественно, да.

— А что такое эффективно действовать?

— Получать то, что ты желаешь.

— А кто это желает?

— Эго, скорее всего, желает.

— И что же происходит с желаниями эго? Сейчас выяснилось, что у вас, оказывается, есть желание иметь эффективную жизнь. Я задал вопрос: «Откуда появилось это желание?» Был ответ: «Из эго». Следующий мой вопрос заключается в том, может ли эго эффективно жить?

— Нет. Оно эффективно жить не может.

— Как же? Экономика должна быть экономной. Все что-то высчитывают, рационализируют. Оптимальные стратегии развития государства, семьи, детей и так далее. Это здесь существует. Но возможно это или невозможно — вот вопрос.

— Вряд ли. Я на это по-другому смотрю. Если идешь правильно по пути, то экономика сама собой тебе даст результат, если ты правильно идешь.

— Когда человек начинает путь к эффективной жизни? Скорее всего, в момент рождения. И конечным пунктом этого процесса является смерть. Таким образом, стратегия эффективной жизни в том, как наиболее эффективно умереть. Можно так сказать?

— Ну, если есть цель умереть.

— А все цели, в конечном счете, сводятся к этой. Наш эпизод присутствия в данной реальности начинается с так называемого рождения и заканчивается так называемой смертью. Смерть является тем, что отрицать никто не может. Остальные вещи еще можно как-то оспаривать, а смерть — нет. Таким образом, единственной целью родившихся людей является смерть.

— Какая же это цель, если она сама собой придет?

— Как это она сама собой придет?

— Если время у нас ограничено?

— Но мы же хотим это делать эффективно.

— Интересно.

— Я и предлагаю задачу, как наиболее эффективно перейти от рождения к смерти. Разве это не единственная самая важная задача с точки зрения эффективности?

— Я думаю, нет.

— Как же так? Единственное, что существует у человека, это рождение и смерть. Всё остальное сомнительно. Если вы обращали внимание, на гробовой доске указывается дата рождения и дата смерти, а между ними прочерк. Всё остальное не имеет значения. Важны две даты.

— Для кого это имеет значение?

— Для тех, кто хоронит.

— Для них может быть. Меня, межу прочим, это больше всего интересует.

— Хорошо, а когда вы будете лежать в гробу, будет ли вас это интересовать, «между прочим»? И следующий вопрос: почему же люди все-таки ставят эти две даты на надгробье и между ними прочерк?

— То есть их жизнь равна нулю?

— Я не знаю. Я просто задаю вопрос.

— Ставит кто-то. Это чужое суждение.

— Странные люди, которые потом еще пишут: «Любимому папе», «Замечательному любовнику от любовницы», «Потрясающему мужу от жены», «Великолепному работнику от сотрудников». Но это уже приписки к двум основным датам.