Верю и не верю


...

Релаксация ума

— Так мы здесь и пытаемся это делать: смотреть на себя с разных сторон. Когда вы видите себя с нескольких противоположных точек зрения одновременно, вы попадаете в положение равновесия. Только в этом состоянии возможно отпустить то, что вы называли своей проблемой, порождающей боль и страдание. Как это ни парадоксально, но страдание так же трудно отпустить, как и удовольствие, потому что ум одинаково привязан к тому и к другому. Именно чередование страдания и удовольствия поддерживает и укрепляет вашу проблему, которая их, в свою очередь, и порождает.

Представьте себе, что у вас на руку накручен один конец каната. Другой конец каната так же сильно закручен на руке другого человека. И вы оба с большим усилием тянете этот канат в разные стороны. Можете ли вы в таком положении отпустить канат, который от натягивания только еще сильнее затягивается на вашей руке? Вы сможете это сделать только тогда, когда оба прекратите прилагать противоположные усилия. Тогда натяжение на обоих концах каната исчезнет, и он сам упадет с ваших рук. Только так это можно сделать. Но для этого надо одновременно прекратить прилагать какие-либо усилия.

Неусилие — вот то состояние, в котором ум может видеть целостно. Мышление, думание всегда является усилием. Поэтому «обмозговывание», обдумывание какой-либо проблемы приводит к еще большему ее усилению.

Когда Будда прошел всех возможных учителей, все возможные техники, а потом, полностью обессилев от всех этих ничего ему не давших усилий, привалился к дереву, — с ним случилось Просветление. Именно в состоянии бессилия с ним это произошло. Он уже не надеялся ни на что. Ни на что не надеялся, потому что перебрал все, что можно: всех учителей, все техники, все, что может быть. Не на что больше надеяться, и вот он в бессилии привалился к дереву, и это пришло к нему само. Он подошел к границе полного безверия и отсутствия какой-либо надежды. И он эту зону прошел.

— Я вот еще что хотел сказать. По-моему, Гурджиев тоже учился в каких-то восточных школах, а потом решил этот опыт перенести на европейскую почву.

— А зачем вы об этом говорите? Что вам от этого?

— По-моему, он был учеником суфиев. А ведь суфийские школы должны существовать и сейчас. Гурджиев много сделал для популяризации их идей.

— Трудно сказать о том, что сделал Гурджиев.

— А был ли замысел гурджиевским?

— Я не знаю этого и не пойму, зачем это сейчас надо знать вам. Есть реальность, в которой мы сейчас находимся. Есть факт, что мы здесь и сейчас находимся вместе. Вокруг этого факта можно соорудить много всяких объяснений и представлений… Но факт остается всегда просто фактом. В данном случае, факт — это то, что мы здесь находимся вместе. Из этого факта что-то рождается. Мне кажется, что именно это наиболее важно для всех нас сейчас. Важно прочувствовать и осознать этот факт нашего взаимного присутствия здесь и сейчас. Хотя при этом по привычке, присущей людям, мы разговариваем, потому что три часа просидеть просто так для многих пока очень сложно. Поэтому мы разговариваем. Но факт в том, что мы совместно присутствуем. Прочувствуйте, осознайте это. Это самое главное. Из этого все и происходит.