Глава 7. Хочешь сыграть в неизвестное?


...

Измени одну молекулу вещества, и изменится все вещество

— Я понимаю, что именно так это и должно происходить. Я хочу рассмотреть, что на самом деле мы делали все это время. Первый момент. Для нашей работы требуются определенные люди для работы по намывке золота. Я бы назвал ее исследованием. Давайте все-таки посмотрим, какова миссия Школы? Явно, что это не проповеди и не пропаганда. Мы можем всегда сказать, что наша работа заключается в том, чтобы узнать лучше себя. Но я хочу пойти еще глубже: зачем нам нужно узнать себя? Существует нечто общее, более глобальное: мы, как часть, выполняем какую-то важную работу. И одним из условий выполнения данной работы является то, что нам необходимо очень хорошо узнать себя, что мы делаем через исследование. Значит, первая и главная задача здесь, в данной реальности, — это исследование. Заканчивая одну тему, мы переходим к следующей, исследование все время продолжается.

Второе. Само исследование приводит к изменению нас самих и влияет на происходящую ситуацию. Если мы являемся частью какого-то большого организма или молекулой некоего вещества, то при изменении даже одной молекулы все вещество должно меняться. Мы не меняем все вещество, оно изменится как результат изменения одной молекулы. Рассмотрим это как большой космический спектакль. Есть сцена — наша сцена. Она является частью другой, большей сцены, та, в свою очередь, частью другой, еще большей. Если на одной сцене начинается спектакль, поставленный по совершенно непривычному сценарию, все остальные сцены начинают находиться под влиянием этого действа и, хотят они или не хотят, тоже меняют свои сценарии.

— А не произойдет ли так, что спектакль будет сорван?

— Старый спектакль.

— На роль Ромео, который перестал произносить привычный текст, возьмут другого, и тот будет продолжать, как и прежде.

— Если он будет очень настаивать, его не выпихнут, и придется изменить сценарий.

— А как он может настаивать? Он не директор труппы, не режиссер.

— А может быть, он обладает какой-то колоссальной властью, не позволяющей его выпихнуть.

— Я всегда вспоминаю рассказ отца о том, как он набирал команду. Он вышел перед строем и сказал: "Нужны только добровольцы". И люди нашлись. Люди, которые готовы были отправиться в неизвестность. Мне кажется, это требует какой-то внутренней готовности оказываться в подобных ситуациях.

— У нас идет подготовка. Готовится команда. Команда, которая создана для того, чтобы потом сделать нечто. Я считаю весьма важным обсуждение данного вопроса. Например, создается школа подготовки агентов. Они выполняют тренировочные упражнения, готовятся. Потом формируется команда, впоследствии предназначенная для того, чтобы выполнять задание. Если они выполнят задание, то дальше получат еще более сложное. Они уже работают как команда. Собираются не случайные люди, они где-то действовали вместе и в очень не простых условиях. Именно поэтому им и предлагается выполнить сложное задание, которое другим не по силам. Я обладаю знанием о том, что мы приходим командой. В некую реальность с определенной целью. И мы это неоднократно делали.

Здесь мы имеем свободу воли действия. Именно благодаря этому мы привносим неожиданность. Человек — очень неожиданное существо, несмотря на всю его стереотипность. Он тот, кто меняет вселенский сценарий. То состояние, в котором мы здесь пребываем, и является почвой, на которой взойдут семена неизвестного, нечто может быть направлено совершенно необычным образом. Человек, кроме того, очень интересное существо. Он, с одной стороны, обладает возможностью сделать что-то совершенно необычным образом и в то же время имеет очень сильную тенденцию нечто определять.

Могу ли я жить в неизвестном?

— Да.

— При этом я определяю очень многие вещи. Мы входим в неизвестное, когда вообще ничего не понятно, потом я пытаюсь сделать так, чтобы определить это. Так происходит постоянно. Вот граница неизвестного и известного, и мы стоим на ней. И делаем шаг вперед. Невозможно сделать шаг вперед, не отбросив известное. Мы входим в область неизвестного, уже сделав этот шаг: определяем ее, как бы присовокупляя к области известного. Осваиваем участки неизвестного. Они огромны и безграничны. Но мы все время шагаем в неизвестное…

Если мы просто входим в неизвестное и не пытаемся ничего определять, то просто проживаем это. Я чувствую, что не в этом суть работы, не только в этом. Это просто один из этапов. Дальше мы должны что-то сделать. Например, мы получаем материал. Скажем, пластилин. Он неизвестен, потому что из него можно сделать все что угодно. Но получая новый материал, мы что-то из него делаем. Дальше — получаем следующий материал, и опять из него можно сделать все что угодно.

Мы говорим: "Преображение, изменение магнитной решетки, вхождение новых вибраций… Как влияют вибрации на людей?" Выяснить это возможно, такова одна из основных задач, которые мы здесь решаем. Есть люди, которые здесь отслеживают, как это происходит (процесс Преображения). Допустим, начинается усиление вибраций. Как люди реагируют на это? Кто-то находится вне процесса, за занавесом, и кто-то делает эту работу здесь. Меняют электромагнитную решетку Земли, повышают ее вибрационные частоты. Но они не могут знать, что происходит там.

— Помните, вы говорили, что идет кристаллизация. Либо кристаллизуется настоящее, либо очень сильно кристаллизуется негативная часть и становится главной. А человек-то уже не видит, не чувствует и не понимает.