Глава вторая

Исцеление от патриархальности, я полагаю, должно носить существенно внутренний характер, и нашему обществу надлежит взять в собственные руки дело своего внутреннего развития. В настоящей главе будет подробно рассмотрен вопрос: почему состояние внутреннего раскола и дисбаланса, проистекающее из патриархального уклада, требует от нас выработки новых приоритетов и коренного изменения подхода к образованию.

В первую очередь я хотел бы отметить, что средство лечения, как и наш недуг, находится в пределах нашей досягаемости, ибо современность - это время не только кризиса патриархата (и образования), но и холизма.

В настоящее время интенсивно обсуждается возможность применения «подвижной парадигмы» в науке и вообще в области понимания мира и человека. Что представляет собой эта парадигма, обязанная своим появлением новой физике и современной психологии и оказывающая влияние практически на все области знания и деятельности в зависимости от степени ее интуитивного понимания?

Суть этой парадигмы заключается в целостноцентрическом подходе, и поэтому ее можно назвать «холизмом» или «интегрализмом». Это та общая перспектива, которая лежит в основе столь разных областей науки, как системотехника, системный подход к менеджменту, гештальт- психология и структурализм. Новое понимание структуры, организации и взаимосвязи частей в целом является поворотным пунктом на пути развития нашей интеллектуальной эпохи. Жизнь и само мироздание представляются нам теперь в виде некоей развертывающейся метаструктуры.

Примерно две тысячи лет тому назад Будда рассказал притчу о слепых, которые, прикасаясь к разным частям тела слона, совершенно по-разному его представляли, уподобляя слона стволу пальмы, веревке, опахалу и т.д. Возвращенная к жизни суфиями, эта притча стала теперь очень популярной, и вполне заслуженно, ибо она выражает последний расцвет духа нашего времени, то есть все возрастающее понимание того, что целое есть нечто большее, чем сумма его частей.

Изменение нашего понимания, несомненно, отражает живой процесс, и если в интеллектуальной сфере мы вступили в эпоху холизма, то в более общем виде можно говорить о наступлении эпохи синтеза. Наша жизнь приобретает междисциплинарный, всемирный, межкультурный характер. Мы стремимся стать целостными личностями в объединенном мире.

Холистическое образование, как и холистический подход к вещам, является одним из аспектов происходящего в настоящее время синтеза. Первым в защиту воспитания чувств выступил Руссо - отец романтизма и дедушка французской революции. Затем ученые, в том числе Дьюи, Мария Монтессори и Пиаже, стали подчеркивать важность обучения через действие. С другой стороны, Штайнер (затем и Вальдорфская школа) уделял особое внимание развитию интуиции и тому, что в наше время получило название трансперсонального обучения. В последнее время Движение за развитие человеческого потенциала выступило с инициативой проведения экспериментов в «аффективной области». Холистическое образование стремится объединить эти голоса в той мере, в какой они обращены к личности в целом: к телу, эмоциям, интеллекту и духу.

Система образования должна быть холистической не только в области воспитания целостной личности, но и во многих других отношениях. Сюда относятся: стремление к интеграции различных областей знания, ориентация на межкультурную интеграцию, планетарный подход ко всем вещам, равновесие между теорией и практикой, правильный учет будущего наряду с прошлым и настоящим. По этой причине я решил назвать зарождающийся в области образования холизм «интегральным образованием».

В связи с переходом в Америке от «революции сознания»60-х годов к неоконсерватизму 80- х годов идеи претворения в жизнь системы всестороннего и комплексного образования могут показаться роскошью. Обходя вопрос об образовании, Янкелевич в своей изданной книге «Новые правила»34 [39] отмечает, что мировая ситуация и положение человека становятся настолько нелегкими, что нам просто не остается времени на проявление и развитие своих возможностей. На период существования Движения за развитие человеческого потенциала, он полагает, надо смотреть как на эфемерный отголосок преходящего изобилия.

Необходимо остерегаться такой точки зрения, ибо она означает возвращение к непримиримой позиции, в значительной мере способствовавшей возникновению современных проблем. Благодаря актуальности общечеловеческих проблем, новый подход к образованию становится не роскошью, а насущной необходимостью. В своем докладе Римскому клубу «Обучение без границ» [40] Боткин и другие сообщают: «После десяти лет обсуждения глобальных проблем в дискуссиях наметился определенный сдвиг. Большинство участников многочисленных конференций по глобальному имитационному моделированию осознало, что в диалогах недостает критического элемента. Озабоченность материальной стороной мировых проблем ограничила эффективность и масштаб дискуссий. В настоящее время необходимо вновь поставить в центр мировых проблем человека. Это означает, что нам следует выйти за пределы глобальных проблем, касающихся физического аспекта системы жизнеобеспечения, и признать первостепенное значение собственно человеческого аспекта».

Вышеупомянутые авторы говорят о существовании «человеческого разрыва», то есть расхождения между возрастающей сложностью и нашей способностью справиться с ней. Они утверждают, что этот разрыв можно преодолеть с помощью обучения. «В этом смысле обучение вовсе не является лишь очередной глобальной проблемой. В принципе, его провал занимает центральное место в мировой проблематике». Короче говоря, «обучение стало вопросом жизни и смерти».

Я предпочитаю подчеркивать значение «развития», полагая, что в своей алчности мы можем уничтожить не только окружающую среду, но и друг друга, если в процессе метаморфозы не перейдем из личностной стадии к следующей за ней. История доказала, что трансформация человека возможна, и мы не вправе пренебрегать этой возможностью. То, что раньше было уделом немногих и воспринималось как роскошь, стало крайне важным для всех. Поскольку наши заблуждения, усиленные нашим могуществом, и их последствия приобрели в результате роста населения необратимый характер, мы вынуждены отметить, что они являются выражением недостаточного развития нашей психики.

Известно, что с точки зрения психоанализа психология среднего человека, которую принято называть «нормальной», имеет регрессивный характер Под слоем кажущегося изобилия мы испытываем чувство неудовлетворенности, несамостоятельности и ненасытности. Не будь наше общество бессознательно параноидным и каннибалистическим, разве достигли бы военные расходы во всем мире существующих размеров? Не разумнее.ли вкладывать эти деньги в реализацию программы восстановления земли, начиная с экологии и кончая воспитанием сознания?

На заре существования человеческого общества нам довелось вынести тяготы жизни в условиях ледникового периода и последующего высыхания земли. Эти тяготы одновременно способствовали нашему развитию и появлению травм, ускоривших наше «падение» (то есть развитие психосоциальной патологии). Дефицитная мотивация, послужившая причиной эксплуатации людей, природы и нас самих, навсегда сохранилась в виде источника морального разложения, передаваемого от одного поколения к другому, и теперь привела нас к кораблекрушению, из которого можно спастись, только научившись плавать. В этой метафоре «плавание» символизирует новое сознание, которое является нашим неотъемлемым правом и позволит добраться «отсюда» «туда», то есть совершить переход от устаревшей, многовековой обусловленности к новому мировому порядку.

Новая система образования, предназначенная для воспитания целостной личности для целостного мира, отнюдь не роскошь. Нам крайне необходима такая система, и мы возлагаем на нее большие надежды, ибо все наши проблемы значительно упростятся, если мы в первую очередь обретем подлинное (психическое) здоровье и способность любить неотъемлемую часть такого здоровья. Мир и спокойствие в душе человека являются основой мира на земле.

Многие читатели этой книги, вероятно, принадлежат к поколению ищущих, благодаря которым наше время иногда называют началом «Новой эры» - движения за возрождение, сравнимое с движением на заре христианства или другой мировой религии. Этот культурный феномен неожиданно возник в США около тридцати лет назад и прошел стадии эмоционального подъема и спада. Можно считать, что в нем нашла отражение структура определенного психологического процесса: после воодушевления, испытанного при вступлении на путь возрождения, когда казалось, что мир в ближайшем будущем преобразится, большинство участников движения пришло к следующему этапу осознания, что путь (по словам Гурждиева) «сначала усыпан розами, а дальше идут тернии». Буквально целое поколение отправилось на поиски преображенного общества, но так и не нашло его. Однако в результате этих поисков появился ряд претендентов на роль шамана, которые достигли различной стадии развития. Это частично преображенные личности, обладающие опытом, которым они могут поделиться, и знанием, что путь к преображению оказался более трудным и долгим, чем они полагали.

Если так трудно преобразить взрослого человека, тогда, быть может, лучше начать с преображения молодежи. Если исходить в своем мышлении из целого и нужд нашей живой земли, уделяя особое внимание росту личности в период ее наибольшей пластичности, тогда образование сыграет роль наилучшей стратегии, с помощью которой мы сможем сознательно вмешаться в процесс нашего развития.

Гитлер когда-то сделал открытие, что с помощью контроля над образованием можно управлять обществом. Сколь бы чудовищной ни была его концепция, все же она в карикатурном виде отражает великую истину, и мы можем восстановить ее, поставив его утверждение с головы на ноги, ибо своей цели можно достичь не установлением «контроля», а за счет внимания, таланта, сердечности и достоинства. Воспитывая у молодежи человеческие качества, мы можем надеяться на создание лучшего мира. Если уж речь зашла о «контроле» над образованием, то необходимо понять, что такой контроль должен служить делу освобождения. Это - своего рода контр-контроль (подобно тому, как медитация выполняет функцию «добровольного контроля» над внутренними состояниями, чтобы раскрыть состояния глубинной спонтанности и невмешательства).

Всем известно утверждение о необходимости «воспитывать людей, которые нужны стране». Вообще говоря, в данном случае воспитание понимается как средство социализации, то есть приведение личности в соответствие с социальными нормами. Характеризуя воспитание людей, нужных миру, следует понимать, что такой процесс должен быть направлен на достижение свободы и автономии, а не подчинения, ибо подлинный «мир» способен существовать только благодаря подлинным личностям.

В своих работах Герберт Спенсер (вслед за Дарвиным) сравнивал общество с организмом. Впоследствии эта идея подвергалась со стороны социологов критике, в которой, по-видимому, нашел отражение тот факт, что наше общество не совсем похоже на организм и в этом отношении мы не достигли таких успехов, как пчелы и муравьи. По аналогии с мозгом, функционирующим на основе отдельных нервных клеток, общество должно, в первую очередь, опираться на существование зрелых личностей, то есть целостных и способных к самореализации личностей, а не человекоподобных роботов, в которых воплощаются традиционно поощряемые слепота и «пороки общества».

Можно утверждать, что само обучение ради индивидуальной целостности ориентировано на целое, есть «обучение для целостного мира». И все же мне хотелось подчеркнуть эту мысль («обучение для целостного мира» вошло в заглавие этой главы), выделить ее в виде тезиса - «обучение целостной личности есть обучение для целостного мира» - еще и потому, что здесь акцентируется мета-персональная цель. Если мы поймем, насколько нуждаемся в системе обучения ради мира и всеобщего единства, тогда, вероятно, мы придем и к соответствующим творческим разработкам.

Человек не может быть подлинно целостной личностью вне целостности мира и братства. Нам необходима система образования, способная обеспечить такой уровень развития человека, когда он может перейти от личной и племенной изолированности к развитому сознанию всеобщности, которое послужит экспериментальной основой для разработки планетарного подхода. В настоящее время эта мысль важна потому, что мы уже начали уделять внимание экологическому образованию и мероприятиям, необходимым для обеспечения жизни в устойчивом мире. В области образования, однако, по-прежнему выделяются (патриархально) моралистический и познавательный аспекты без учета необходимости воспитания сознания принадлежности к человечеству («я как часть человечества»).

Духовное рождение как составная часть нашей возможной участи - это рождение не только «Я», но и «Ты». Говоря точнее, рождение Человека - это рождение соотношения Я и Ты, рождение сознания нашей общности, взаимоотнесенности.

Каким образом образование может способствовать развитию сознания нашей общности? Для этой цели необходимо использовать планетарный подход, лишенный узких местнических интересов, и, что еще важнее, обеспечить компетентное руководство сообществом, то есть компетентное содействие процессу формирования групп в подлинном смысле этого слова.

Карл Роджерс сказал, что самым важным изобретением нашего века ядерной физики и кибернетики являются «группы». Будущее покажет, насколько справедливо это утверждение. Группы, безусловно, являются одним из важных ресурсов, и преподавателям необходимо, как я считаю, приобрести практический опыт в следующих областях: стимулирование искреннего общения и рассмотрение его последствий; развитие способности к оценке и выражению своего опыта, умение поставить себя на место другого (сопереживание) и честно вести поединок, воздерживаясь от проявления эгоизма. Этот процесс не должен, однако, ограничиваться проведением групповых встреч. Как справедливо заметил Джорж Браун, групповой процесс должен служить основой для обучения. Я хотел бы выделить два типа групп, представляющих главные формы совместной деятельности: целевая группа, реализующая идеальную ситуацию для овладения искусством сотрудничества и понимания возможных препятствий на пути к такому сотрудничеству; группа принятия решений, в которой проявляется характер личности. В последнем случае, как мне кажется, мы обладаем замечательным средством обучения людей демократии, если использовать его в целях самопознания при содействии компетентных специалистов в области психодинамики.

Используя вышеупомянутые средства, следует иметь в виду, что развитие личности нельзя отделять от ее исцеления, так как любое разграничение областей образования, психотерапии и духовности носит искусственный характер. В действительности существует единый процесс развития, исцеления и просвещения. Запрет на включение психотерапии в систему образования следует рассматривать как регрессивный, защитный симптом, так как без учета в образовании аффективной области наше общество по-прежнему будет состоять из огромного числа людей, ограниченных рамками детского поведения, чувствования и мышления. В этом случае нелепо полагать, что мы сумеем достичь своей цели - развития личности.

После пространных рассуждений о том, что прошла пора воплотить в жизнь систему комплексного образования, я хотел бы поделиться своими мыслями о будущих формах образования. В связи с этим упомяну эссе Олдоса Хаксли «О воспитании Амфибиана». [41] Мои наблюдения и предложения - дальнейшее, развитие замечаний, высказанных Хаксли около сорока лет назад.

Новая система образования, разумеется, ориентируется на развитие тела и эмоций, ума и духа. Вопрос лишь в том, каким образом и с помощью каких средств будет воплощаться в жизнь эта система.

В области физического воспитания мы в настоящее время располагаем сведениями, что наряду с физкультурой и спортом существует более тонкий тип деятельности тела. Доктор Томас Ханка назвал эту сферу телесной деятельности «новой соматологией». В этом случае можно говорить о внешней и внутренней деятельности в том смысле, в каком эти слова употребляются в спорте. Традиционная система физического воспитания нуждается в изменении. Целесообразно также включить в учебные планы некоторые виды чувственно-моторной тренировки. Наряду с достижениями современных движений за развитие тела (Фельденкрайс, Геода Александер) можно использовать такие древние системы, как хатха-йога и Тай-Цзи-Цзюань.

Следует обратить внимание еще на один аспект физической деятельности человека (голон) - искусное делание, например, в кулинарии, домоводстве и в ремеслах. Если психопатология блокирует способность к мобилизации сил для выполнения задачи, то воспитание здорового отношения к своей деятельности носит психотерапевтический характер. Физический труд позволяет также совершенствовать такие добродетели, как терпение и удовлетворенность, если нас научат понимать внутреннюю сторону ремесла, то есть использовать внешнюю ситуацию для внутреннего совершенствования (в этом отношении из суфийской традиции можно почерпнуть гораздо больше знаний, чем из трудотерапии).

Теперь обратимся к воспитанию чувств. Прежде всего отметим, что любое разграничение сфер «аффективного воспитания» и воспитания межличностных отношений носит искусственный характер. Сходным образом мы не можем отделить аффективную межличностную сферу от сферы самопознания. В связи с проблемой воспитания межличностных отношений я хотел бы отметить, что развитие самопознания, самоанализа и самосознания (тот высокий идеал, горячим сторонником которого был Сократ) оказалось совершенно запущенным, и это в то время, когда мы располагаем средствами и методами для изменения системы образования. Настало время включить в школьные планы создание современной лаборатории для развития самопознания в ситуации межличностных отношений, а также для развития коммуникативных способностей. В такой лаборатории необходимо объединить множество методов и наработок, появившихся после внедрения Фрейдом метода свободных ассоциаций, с последними достижениями в области гуманистического движения.

Безусловно, нам необходимо развивать (если не восстанавливать) способность своих чувств и, при необходимости, аутентичного их выражения. Кроме того, не следует пренебрегать возможностями драматизации и, вообще говоря, экспрессии для развития чувства жизни. В этом отношении важную роль играет гуманитарное образование: знакомство под соответствующим руководством с мировым наследием в области литературы и искусства, ибо литература и искусство - это наследство человеческого сердца, которое передается от сердца к сердцу, подобно тому, как наука и философия передаются от ума к уму.

И все же главное, что следует сказать об образовании в области эмоций - это признать его важнейшей целью развитие любви.

Вне всякого сомнения психическое здоровье и сопутствующая ему природная добродетель неотделимы от способности любить себя и других. Вот почему нам необходима педагогика любви. Информации для разработки такой педагогики у нас достаточно, недостает, возможно, только знания направления и возможности применить эту информацию в обучении. Мы знаем, например, что помимо сердечности, понимания психологической безопасности и возможности развивать чувство общности, необходимо решить проблему детской амбивалентности, которая развивается в нашем обществе у молодежи как реакция на менее эмоциональных, счастливых и плодотворных родителей. Потенциальная способность человека любить скрыта под пеленой "ненависти к себе и сознательной или бессознательной деструктивности, возникших на ранних этапах жизни человека. Психотерапевтическая практика ясно показала, что для освобождения от ненависти и деструктивности необходимо рассмотреть свою жизнь до периода, предшествующего интеллектуальному пониманию, прояснить чувство страдания, разочарования и безысходности, связанные с прошлыми впечатлениями, а затем вычеркнуть их из жизни. Понятно, что все это потребует довольно продолжительного курса глубинной психотерапии, хотя сейчас для этого понадобится меньше времени, чем в эпоху психоаналитических исследований.

В области гуманистической психологии, возможно, самым систематически изученным (по крайней мере, в США) в плане применения для обучения является метод гештальт-терапии (известный под названием «конфлюентного обучения»). Еще 20 лет назад Джорж Браун, гештальтист и профессор педагогики Калифорнийского университета в Санта-Барбаре, получил материальную помощь от Эсаленского института и Фонда Форда. Далекий от мысли о включении гештальт-терапии в учебный план, он оказывает существенную помощь преподавателям, обучая их методам гештальт-терапии с целью постижения опытной истины, понимания состояния человека и обретения самоконтроля в отношениях с другими людьми. Таким образом обеспечивается возможность взаимодействия между терапией и обучением. Гештальтистский подход можно рекомендовать как основной метод благодаря его экономичности. Так, например, кратковременный курс гештальт-терапии помогает человеку лучше включаться в актуальность («в данный момент и в данном месте»). Жизнь большинства людей проходит в ситуации подразумеваемого запрета на выражение происходящего с ними в данный момент, так что, если человек лучше осознает актуальную ситуацию и берет на себя ответственность за участие в ней («в данный момент и в данном месте»), это может вызвать множество событий. Происходит освобождение, из которого проистекает множество следствий. Косность и серость в значительной степени преодолеваются, когда человек прерывает интеллектуальную беседу и говорит, например: «Здесь пахнет мышами», или «Это причиняет мне неудобство», или «Эта ситуация мне наскучила», переходя таким образом на межличностный уровень.

Все вышесказанное о гештальт-терапии в той или иной мере применимо к трансакциональному анализу, психодраме и другим разновидностям современной терапии. Они вполне заслуживают включения в арсенал средств, способствующих развитию личности педагогов и повышению их профессионального мастерства.

И все же при рассмотрении будущих возможностей образования и средств, которые оно может использовать, я хотел бы выделить огромный воспитательный потенциал подхода, который берет начало не в профессиональной, а в духовной сфере; он, как мне кажется, идеально подходит для включения в школьные программы и имеет непосредственное отношение к проблеме наших патриархальных 'недугов. Это объясняет конкретную ориентацию данного метода на интеграцию в душе человека внутренних личностей «отца», «матери» и «ребенка». Этот метод назыавают «Процессом квадринити». поскольку он стремится привести в согласие тело, эмоции, интеллект и дух.

На второй конференции по проблемам гештальт-терапии, которая проводилась в Балтиморе более десяти лет назад, я рекомендовал использовать упомянутый выше метод (который тогда называли «Процессом Фишера-Хоффмана») для обучения гештальтистов и для подготовки врачей (психиатров, невропатологов). С помощью «Процесса» (как его иногда называют для краткости) выявляю многие проблемы, имеющие непосредственное отношение к обучению психотерапевтов. Кроме того, «процесс» обладает, по- моему, большими возможностями в области образования. В его центре - отношения личности с родителями, живыми или мертвыми, а основная идея состоит в объяснении смысла четвертой заповеди: подобно тому, как нелюбовь к родителям нарушает отношение человека к самому себе и вообще к миру, восстановление уз любви с родителями (большинство людей даже не подозревает об утрате таких уз) позволяет достичь нового уровня любви к себе, а затем и к другим. Поскольку воспитательный потенциал нового подхода к исцелению интернализованных связей между отцом, матерью и ребенком занимает особое место в этой книге, я рассмотрю его в следующей главе подробнее.

Воспитание любви имеет еще один аспект - сверхличностный, духовный. Для реализации этого аспекта мы можем, с одной стороны, дать выход «эго», выйти за пределы своего характера, сбросить его оковы, а с другой стороны, воспитать те качества, которые реализуются в процессе медитации, ибо цель всякой великой религии, как известно, - естественное проистекание любви из мистического опыта. Проблема медитации также будет рассмотрена в этой главе.

Основной причиной отсутствия внимания к воспитанию чувств является, по-моему, запрет на применение терапии в области образования. Как и в случае религии, образование должно быть обособлено от терапии. Определенную роль здесь играют территориальные соображения, но очевидны и другие соображения, которые до сих пор не получили надлежащей оценки. Примером могут служить сложности, возникающие в тех случаях, когда ребенок начинает рассказывать в школе о том, что происходит дома. У родителей возникает чувство неловкости, их стремление к конфиденциальности вступает в конфликт с терапевтической желательностью разрядки напряжения (путем высказывания). Не думаю, что эти проблемы удастся решить на местном уровне. Вряд ли школьные администраторы и учителя нуждаются в указаниях и поддержке сверху, чтобы приступить к внедрению в школах некоторых методик исцеления эмоций. Если затронувший нас кризис в сфере взаимоотношений проистекает из ограниченности нашей способности к любви, значит, нет никакого смысла придерживаться устаревшего разграничения между терапевтической м педагогической сферами.

Естественно было бы ожидать, что познавательный аспект менее других аспектов образования нуждается в обсуждении и преобразовании, поскольку до недавнего времени внимание здесь почти исключительно уделяется познавательному содержанию. И все же интеллектуальный аспект образования должен ориентироваться на нечто большее, чем передачу информации - будь то развитие понимания мира или способности выполнить в нем специальную работу. Поскольку мы собираемся включить в систему образования нечто большее, чем познавательное содержание (а я предлагаю именно это), нам необходимо обеспечить более эффективную реализацию информационного аспекта в школьном образовании уже потому, что у нас останется на него меньше времени. Следует полностью использовать потенциальные возможности игр и головоломок (этого идеального средства изучения математики на начальных этапах), широко применять аудиовизуальные средства, исследовать возможности компьютеров и т.д. Но в первую очередь необходимо разработать то, что я называю этикой краткости. Мы не вправе загружать свою память разрозненно, несущественной информацией, но должны сосредоточиться на смысловой насыщенности информации как в аспекте понимания мира, так и в аспекте профессиональной подготовки. Стремление к пониманию является неотъемлемой частью человеческой природы и нуждается в панорамном обзоре всех областей знания. Поэтому целесообразнее всего ввести обучение так, чтобы общее и частное были уравновешены. Иными словами, обучение специальным (профессиональным) навыкам должно проходить на фоне общего содержания. Такого рода обучение является в определенном смысле воспитанием целостного мышления.

В настоящее время стало очевидным, что традиционная система образования уделяет мало внимания развитию познавательных навыков вне рамок изучения того или иного содержания. В первую очередь, нам необходимо научиться, как учиться. К этому выводу приходишь неизбежно, даже если придерживаться прагматической, а не гуманистической ориентации. «Объем знаний, приобретаемых в определенной области, как правило, не связан с высоким профессиональным мастерством, - пишет профессор Килпатрик в бюллетене АННР - для овладения профессией человек должен иметь желание и способность… Выдающийся исполнитель отличается не приобретением и применением знаний, а познавательными навыками, получившими развитие в процессе приобретения и применения знаний».

И в этой области необходимо перенести акцент с внешнего на внутреннее, с очевидного на неочевидное.

Существуют новые возможности, которые могут быть использованы в области образования для воспитания познавательных навыков. К ним относятся: упражнения с использованием всестороннего подхода к вопросу (метод Дебоно), обучение методам анализа предпосылок (см., например, работы Аберкромби [42] и Мэйфилда, [43] диалектическое мышление, невербальное развитие общих умственных способностей (метод Фейерштейна) и т.д.) Вместе с тем, мне хотелось бы остановиться на двух старых дисциплинах, о которых мы не должны забывать. Речь идет о математике и музыке. Математика играет исключительно важную роль в воспитании способности рассуждать, и в прошлом педагоги прекрасно это понимали. Если мы стремимся установить равновесие между правым и левым полушарием, не следует отказываться от математики как устаревшей, не связанной с практикой дисциплиной, хотя наша субкультура (в которой преобладает правое полушарие мозга) тяготеет, по-видимому, именно к этому. Теперь перейдем к музыке. Все творческие проявления можно рассматривать как средства для развития интуиции, и музыка выделяется среди них так же, как математика выделяется среди наук. По отношению к интуитивному полушарию мозга она выполняет ту же функцию, что математика по отношению к рассудочному полушарию. Здесь есть чему поучиться у венгров, которые под руководством Золтана Кодаи около двух десятилетий назад выступили инициаторами музыкального образования и, используя сравнительный анализ, выявили благотворное влияние музыки на развитие интеллектуальных способностей детей. В этой области также имеются определенные возможности, которые можно использовать в наших школах, на пример, система Орфа и ритмика Далькрозе.

Теперь обратимся к трансперсональному образованию, то есть к воспитанию той стороны личности, которая лежит за пределами тела, чувств и интеллекта по традиции называется «духом». Начнем рассмотрение этого вопроса с проблемы необходимости или отсутствия необходимости преподавания религии в школе. Когда-то преподавание религии в школе носило обязательный характер; затем светское образование заявило о своей независимости от церкви и таким образом сделало очередной шаг в развитии современного общества. Но не выплеснули ли при этом вместе с водой и ребенка? Одно дело - независимость от авторитета определенной религиозной иерархии, и совсем другое - вопрос духовного образования. Религия относится к одной из сторон человеческой природы, и ни одна система образования не вправе называть себя холистической, оставив без внимания религиозную среду. Однако насаждение догм и провинциализм не соответствуют духу современной эпохи: настало время транссистемного, транскультурного подхода. В этой связи покойный епископ Майерс как-то заметил: «Мы не можем позволить себе пребывать в неведении относительно всего наследия человечества». Очевидно, нам нужен курс преподавания религии, в котором будет изложена суть духовных учений мира и выделен общий для всего человечества опыт, нашедший разное отражение в символике, интерпретации и культивировании этих учений.

Теперь я хотел бы обсудить следующий вопрос: когда мы должны начинать религиозное воспитание ребенка? Существуют различные приемлемые для детей виды обучения, которые имени духовное значение и являются равноценными заменителями медитации. К ним относятся: вводные курсы по природоведению, искусствоведению, ремеслам, танцам, физической культуре и, что очень важно, рассказывание сказок и упражнения с использованием управляемого воображения. И все же, по моему мнению, идеальным временем для преподавания духовных начал является период половой зрелости. Раньше него начинать преподавание не следует, если, конечно, мы не ставим своей целью идеологическую обработку. В первобытных культурах, многие из которых, как известно, отличались духовной утонченностью, знакомство с символами и откровениями традиций происходило обычно во время инициации подростков. До наступления этого времени религиозные вопросы рассматривались как таинства. Посвящение в таинство проходило в надлежащее время и под соответствующим руководством. По моему мнению, в этой распространенной практике содержится житейская мудрость, поскольку именно в юности пробуждается страсть с метафизическому осмыслению мифа, благодаря которой многие подростки становятся прирожденными философами. Самое главное здесь то, что юность совпадает с пробуждением той энергии, которая побуждает ищущего отправиться в путь. Поэтому с биологической точки зрения это время лучше всего подходит для того, чтобы рассказать подростку о пути, о его цели,-помощниках, средствах передвижения, инструментах и талисманах.

Конечно, духовное обучение не должно замыкаться в теоретических рамках, тем более, что духовные учения предлагают необходимую основу для практики. При наличии в школьной программе религиозного курса он должен сочетаться с основанным на опыте вводным курсом по духовным дисциплинам, своего рода «лабораторией религий», включающей наставления по медитации и связанным с ней практикам. Такая лаборатория обеспечит выпускника школы основными средствами для духовного совершенствования в повседневной жизни.

Необходимо какое-то время, прежде чем появятся хорошо подготовленные специалисты для проведения в жизнь курса духовных дисциплин на транскультурной и интегральной основе. А пока можно предоставить учащимся на выбор ряд учебных курсов по духовным дисциплинам мировых религий, для которых уже есть преподаватели. В будущем, полагаю, у нас появится возможность претворить в жизнь транссистемную программу духовных упражнений, составленную с учетом естественных и объективных элементов духовной практики, а также аспектов психодуховного процесса, в котором они сводятся воедино. Представляется очевидным, что начинаться такая программа должна с упражнений в сосредоточении, поскольку в основе всех видов медитации, молитв и религиозных обрядов лежит способность к сосредоточению.

Сколь бы ни велик был соблазн остановиться на этой теме подробнее (она относится к сфере моих профессиональных интересов), я ограничусь лишь кратким замечанием. Существующие виды духовной практики я воспринимаю либо как чистые формы «внутренних действий», либо как комбинации ограниченного набора таких действий. Нам необходимо развивать разные «психологические жесты» подобно тому, как в физическом воспитании мы развиваем тело, используя его всевозможные двигательные возможности. Оптимизированное сознание как цель всех духовных дисциплин представляет собой многогранное состояние, в котором соединяются такие качества, как ясность, спокойствие, свобода, непривязанность, любовь и божественность. Несмотря на то, что развитие каждого из этих качеств уже является путем, в них содержится нечто такое, что можно использовать в интегративном подходе, ориентированном на достижение невыразимой (лежащей за пределами качеств) цели, на основе которой они объединяются.

Наряду с эффективностью, к достоинствам программы, в основание которой положено понимание важнейших критериев духовной практики, относится возможность примирить многие парадоксы и положить конец не лишенной предрассудков дискуссии по поводу «истинного пути». Реализация такой программы способствует спонтанному пониманию основ всех традиций.

Я рассмотрел элементы и методы системы образования, которую называю интегральной, поскольку она включает комплексное и уравновешенное развитие тела, эмоций, ума и духа. Благодаря такой системе образования появятся люди, обладающие великодушием и пониманием этого мира. Что можно сделать для претворения в жизнь этого благородного предприятия?

Безусловно, решающую роль играют развитие и распространение понимания. Развитие понимания у всех людей наверняка приведет к тому, что творческих разработок будет больше, чем до сих пор имелось в частных школах. И это будет значительным достижением.

Следующий этап в осуществлении этой программы заключается в обучении преподавателей.

В какой-то мере этот процесс уже начался: многие учителя занимаются своим самообразованием, ищут и находят необходимые сведения и разработки для повышения своего профессионального мастерства и самосовершенствования. Кроме того, есть основания полагать, что в скором будущем преподаватели педагогических факультетов обретут достаточное холистическое понимание, чтобы выпускать из стен университета учителей с учетом общеобразовательным требований к уровню профессиональной подготовки, развития и глубины личности. Поскольку уж речь идет о формировании личности, следует иметь в виду, что источником жизни может быть только жизнь, а источником совершенного развития личности - только совершенно развитые личности.

В настоящее время педагогические факультеты не обеспечивают развитие терапевтических и духовных дарований будущих учителей, и поэтому в учебные программы должны быть включены соответствующие курсы. (Я говорю это, исходя из собственного опыта: прочитанные мною краткие интенсивные курсы с включением элементов терапевтики и духовности дали прекрасные результаты). При недостаточном эмоциональном и духовном образовании студентов педагогических факультетов тяготит чрезмерный интеллектуальный багаж. Например, в области психологии студенты получают множество информации о бихевиоризме и совершенно никаких сведений, которые помогли бы изменить людей. Иными словами, они узнают об изменении дискретных типов поведения, не приобретая глубоких знаний о том, как изменить жизнь. Почему? Потому что бихевиоризм научен и занимается вещами, которые можно измерить.

Однажды Игнасио Матте-Бланко, чилийский психоаналитик и один из моих преподавателей на медицинском факультете, эмигрировавший много лет назад в Италию, рассказал мне о своем друге, который собирался посвятить себя медицине, поскольку считал своим призванием изучение человека ради постижения его духа. Но со временем он понял, что наука о духе невозможна и в конечном счете занялся исследованием передачи нервных импульсов и поляризации мембраны аксона у рыб. Нечто в этом роде происходит и с нами. Поскольку мы являемся учеными, мы ограничили наши интересы областью, которая поддается измерению, и в результате пали жертвой патриархального «наукообразия», которое, конечно же, не тождественно науке и является лишь карикатурой на нее.

Реформа государственной системы школьного образования будет проходить на основе роста сознания и его распространения в широких слоях населения и особенно в среде профессионалов. Сегодняшняя революция - это завтрашние учебные заведения. Для государственных учебных заведений характерна инертность, поэтому их развитие происходит за счет преодоления силы инерции на основе изменения видения мира («покоряющая сила меньшинства»). Из-за своей инертности систему государственного образования можно сравнить с подарком, от которого трудно избавиться. Получаемое в рамках этой системы образование безнадежно устарело и не удовлетворяет требованиям современной жизни. Несомненно, косность школьного образования проистекает из бездействия системы высшего образования. Призыв к изменению существующей системы образования и приведению ее в соответствие с требованиями нашего кризисного времени и реальными задачами можно рассматривать как протест против ее неуместности, поскольку мы нуждаемся в такой системе образования, которая была бы целесообразной и могла реально сделать нас лучше.

Я надеюсь, что сумею передать ощущение деструктивности и несоответствия антихолистической патриархальной системы образования реальной ситуации человечества. Кроме того, я хочу обратить внимание читателей на актуальность этих проблем. Наше образование столь же абсурдно, сколь потенциально «спасительно». Оно настолько абсурдно, что многие заговорили о демонтаже системы школьного образования как об адекватном решении (Иван Иллич усмотрел в ликвидации школ важный этап в процессе освобождения от авторитаризма). Многие считают, что современная система образования не только не выполнила своих задач, но и косвенным образом причинила нам вред. Сейчас, когда я пишу эти строки, я вижу перед своими глазами фотомонтаж, на котором рядом с группой веселых детей в трамвае изображены скучные, похожие на роботов люди, с заголовком: «Что случилось?»

Я подчеркиваю не только нецелесообразность существующей системы образования, но и крайнюю необходимость проведения реформы. Причина того, что мы живем в кризисную эпоху, - наша неудача в области воспитания человеческих отношений, на которую мы совершенно не обращали внимания после ряда лет, в течение которых применительно к нашей макропроблеме употреблялось выражение «проблематичный мир», соучредитель Римского клуба Александр Кинг в своей недавно изданной книге «Первая мировая революция» [44] употребил придуманный им термин «резолютика». В своих предложениях о выходе из кризиса важную роль, наряду с техникой, он отводит образованию. Он полагает, что перед системой образования должны стоять следующие цели:

· приобретение знаний;

· структурирование умственных способностей, развитие критических способностей;

развитие понимания самого себя, своего сознания, своих способностей и пределов;

· овладение навыками преодоления нежелательных импульсов и деструктивного поведения;

· пробуждение в каждом человеке воображения и творческих способностей;

· обучение исполнению ответственной роли в жизни общества;

· обучение искусству общения с другими;

· оказание помощи в адаптации и подготовке к изменениям;

· предоставление каждому человеку возможности овладеть глобальным видением мира;

· формирование людей, способных компетентно решать проблемы.

Мне нравятся эти формулировки, и все-таки в этом языке чистой объективности, заимствованном из экономики, политики и техники, утрачено что-то жизненно важное. Знаменательно отсутствие слов «любовь» и «сострадание», которые наш подозрительный фаллократический мир косвенно относит к запретным словам, подобно тому, как в «прекрасном новом мире» Олдоса Хаксли считалось дурным тоном говорить об инкубаторе с людьми, выведенными в пробирках. Я не считаю проблему языка тривиальной, ибо для рассмотрения проблемы чувств необходим язык чувств. Возможно, проблема экологического образования, вызвавшая к себе больше внимания, чем восстановление способности человека любить, пояснит мое утверждение, что при достигнутых нами уровнях населенности и потребления проблема удаления отходов (в том числе ядерных) играет решающее значение для выживания человечества. Педагоги поняли, что экология требует разработки «технологии, не вызывающей загрязнения окружающей среды», которая сможет бороться с опустошением, причиненным жесткой промышленной системой. И все же невозможно ограничиться одной «заботой» об окружающей среде, в основе которой лежит понимание необходимости действовать тем или иным образом (то есть эгоистическое сочетание разумности и практичности).

Я полагаю, что необходимо таким образом изменить структуру взаимоотношений, чтобы она была неразрывно связана с «доводами сердца», как у американских индейцев, чья культура проникнута чувством единения с землей и братства со всеми живыми существами. Иначе говоря, необходима неразрывная связь между мировоззрением человека и альтруистической любовью к природе как таковой, которую вряд ли способен испытать человек, не способный любить даже самого себя или других людей (ввиду проблем в отношениях между детьми и родителями).

По-видимому, сходная с моей реакция на чисто прагматический подход к охране окружающей среды и пацифизму вызвала лозунг, который я недавно видел на автомобиле: «Проявляйте иногда доброту и совершайте бессмысленные, красивые поступки».

Отсутствие дальнейшего продвижения в формулировке дополнительных задач образования, вероятно, косвенным образом связано с мнением о том, что их реализация будет слишком дорого стоить. Естественно предположить, что полное изменение целей образования, не говоря уже о средствах, повлечет за собой соответствующее изменение преподавательского состава. В то же время достаточно высокий уровень понимания может приблизить наступление революции. Во время Французской революции полное изменение ориентации (переход от гуманитарного к научному образованию) произошло благодаря поддержке со стороны сильного правительства, причем органы власти, понимавшие желательность дотоле не существующего научного образования, взяли на себя инициативу и перевели ученых из лабораторий в школы.

Вероятно, мы могли бы сделать нечто подобное: ограничить число преподаваемых в школе "предметов (в действительности большую часть своих познаний мы приобретаем вне стен школы), сократить многое из того, что делается в школе, и привлечь к работе в школах (в том числе в педагогических учебных заведениях) лиц, посвятивших себя своему внутреннему (высшему) развитию в рамках нарастающего практического, терапевтического и духовного движения. [‡‡‡‡] В рамках этого широкого движения и необходимо искать людей, способных оказать помощь современному поколению педагогов, причем руководители педагогических заведений могут приглашать их на временную работу, по крайней мере, в связи с подготовкой будущих холистических педагогов Ибо источником жизни может быть только жизнь, а источником зрелости - зрелость.

Почитай отца твоего и мать твою, чтобы тебе было хорошо, и чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой даёт тебе.


Исход 20, 12

Естественно, что боги прощают тех, кто пч читает своих родителей превыше всего, ибо от них мы научились почитать божественное.



Ямблико [45]

Признак доброго человека - любовь к отцу и матери.



Гурджиев Г.И. [46]

«Религия говорит, что мы должны прощать причиненную нам несправедливость, и только тогда мы будем свободны для любви и очистимся от ненависти. Это верно. Но как нам найти путь истинного всепрощения?



Элис Миллер [47]