Зеркало моей души

Том 1. Хорошо в стране советской жить…


...

19. Латание дыры

Декабрь 1989 года оказался богатым на важные для меня события. К концу декабря я «созрел» для первой попытки по восстановлению озонового слоя. Я разработал следующую стратегию решения задачи. У меня возникла мысль: а что, если взять и расщепить «плохие» газы в атмосфере и «собрать» из их «кирпичиков» молекулы озона? «Плохими» газами я считал газы, попавшие в атмосферу Мидгард-Земли в результате «разумной» деятельности человека. Таким образом, проблема озонового слоя решалась в два этапа. На первом этапе — расщепление «плохих» молекул атмосферы. На втором этапе — синтез молекул озона из строительного материала, возникшего при расщеплении «плохих» молекул на первом этапе. Вроде бы хороший план. Для его реализации я использовал колбу, наполненную ртутью. Я обнаружил, что когда в руке находится даже ртутный термометр, синтез озона по моему способу происходит значительно быстрее и при этом образуется больше озона. Поэтому я попросил своего знакомого Игоря из Харькова, и он привёз мне большую запаянную стеклянную колбу со ртутью. В колбе было больше килограмма ртути. Такое количество ртути я видел первый раз в своей жизни. Так вот, взяв в руку эту колбу со ртутью, я приступил к процессу. При этом присутствовало несколько человек, и среди них был и Владимир Дмитриевич Сергеев. Они наблюдали весь процесс восстановления озонного слоя Мидгард-Земли своими собственными «глазами». Причём, не только меня, что-то молча делавшего с ртутной колбой в руках, а нашу планету, вокруг которой происходили не совсем «привычные» явления. По мере моего воздействия, они видели, как озоновый слой Мидгард-Земли начал увеличиваться, и это происходило до тех пор, пока он не восстановился. Всё моё воздействие заняло не более пяти-десяти минут, и всё закончилось. Внешне мир ни в чём не изменился. Всё продолжалось своим чередом. Казалось, ничего не произошло. Вполне возможно было, что у меня ничего не получилось, такого тоже нельзя было исключить. Как говорят, попытка — не пытка! Даже если ничего и не получилось, это означает только одно, что мне не удалось найти правильное решение и нужно продолжать поиск. Но сразу после воздействия и не ожидалось немедленного результата. Это, как и с лечением человека: после воздействия требуется больше или меньше времени, пока человек станет здоровым. Я не знал, сколько пройдёт времени, пока проявится результат. Я ещё не проводил воздействие такого масштаба на Мидгард-Земле и не знал, как быстро сделанное проявится на физическом плане. Ведь на меня, как и на всех остальных, продолжалось блокирующее действие4 в пределах Мидгард-Земли.


4 См. Николай Левашов «Источник жизни-1».


О присутствии блокирующего возможности человека воздействия в пределах планеты я понял тогда, когда мне удалось выйти за пределы этого воздействия и обнаружить, что за пределами Мидгард-Земли мои возможности несоизмеримы с теми, которые мне подвластны на самой планете. Но тем не менее, для меня самого оказался сюрпризом факт того, как быстро стал проявляться результат воздействия. Это моё воздействие происходило в Москве, в районе Ново-Гиреево. И первое, что я услышал — это было сообщение о том, что на следующий день в Москве полностью исчез смог. Об этом сообщили в новостях и при этом даже объяснили «причину» такого необычного явления. Оказывается, как сообщили в новостях, смог исчез в результате того, что наши доблестные гаишники провели «дружную» профилактику состояния выбросов из выхлопных труб машин! Но при этом, за «компанию» ещё исчезли и все атмосферные загрязнения, связанные с промышленностью столицы. И даже, оказалось, что исчез и угарный газ, и ещё многое другое. Более нелепого объяснения мне не приходилось слышать на тот момент. Зачем нужно говорить заведомую глупость, когда не известна причина происшедшего? Не проще ли просто сообщить о случившемся без нелепых комментариев?

Кто-то может сказать, что мои собственные комментарии ещё более нелепы. Но не стоит спешить с выводами. Ведь расщепление «плохих» газов атмосферы было первой частью решения проблемы озонового слоя, и как бы это и не было абсурдно для скептиков, именно это и произошло. Осталось только ожидать сообщений о появлении озона, что означало бы и реализацию второй части программы воздействия. И вскоре, в новостях прошло другое сообщение о том, что в атмосфере появились огромные массы озона, природа появления которых неизвестна. На этот раз, к появлению огромных масс озона в атмосфере планеты наших замечательных гаишников «почему-то» не подключили. Видно не сообразили, что между этими явлениями есть прямая связь. А такая связь была, только не с гаишниками, а с той программой, которую я пытался реализовать во время своего воздействия. А потом появились публикации в средствах массовой информации о том, что озоновая дыра над Антарктидой исчезла! Мне в руки тогда попал журнал «Юный техник» за апрель 1990 года, в котором сообщалось о том, что озоновая дыра бесследно исчезла! И как там написали, природа «сама» нашла простое и быстрое решение проблемы, которая грозила уничтожить всё человечество, да и всю жизнь на поверхности планеты заодно с ним!

Интересно получается, иногда читаешь выводы «экспертов» от науки и диву даёшься. Передовой детский журнал «Юный техник» № 4 1990 года, самоотверженно поведал любознательным подросткам о причинах затягивания озоновой дыры следующее. Оказывается, по мнению «экспертов», это произошло потому, что, в результате повышенной активности Солнца, кислород в атмосфере ионизировался и образовался озон, которого нам так не хватало. Просто изумительное по своей нелепости объяснение «экспертов». Конечно, можно допустить, что журналист, как всегда, что-то перепутал, но видно объяснение «экспертов» было столь «ясным», что возникло такое вот пояснение случившегося. Но если «эксперты» позже не опротестовали такое вот объяснение, значит, журналист всё-таки правильно передал мнение «экспертов». А давайте разберём, что стоит за этим мнением «экспертов». Может быть они правы?! Год 1989 не был годом активного Солнца, как утверждают «эксперты». Давайте, проверим это положение. Солнце имеет одиннадцатилетний цикл активности5 и в 1990 году активность была близка к циклическому минимуму. Кроме этого, внутри этого цикла существуют свои локальные выбросы даже и при минимуме солнечной активности. И действительно, первый локальный пик солнечной активности пришёлся на середину 1989 года, а второй произошёл в начале 1991 года. Но появление масс озона и исчезновение озоновой дыры случилось с самом начале 1990 года. Как раз между этими локальным пиками солнечной активности. Это — первая нестыковочка в объяснениях «экспертов», но не последняя и не самая главная.


5 В.Н. Ишков, Э.В. Кононович «Солнечная активность».


Почему озон появился более чем через полгода после небольшого пика солнечной активности 1989 года? Этот вопрос «эксперты» почему-то не проясняют. Исчезновение озоновой дыры как раз-то пришлось между локальными пиками солнечной активности 1989 и 1991 годов. Кроме этого, с этим объяснением связана ещё одна нелепость. Если принять точку зрения «экспертов» за основу, то это означает, что солнечная активность 1989 года была такой же, как и суммарная активность Солнца за 1.33 миллиарда лет. За это время, ко всему прочему, было 120 909 091 одиннадцатилетних циклов солнечной активности. А за 4.0 миллиарда лет, которые потребовались Мидгард-Земле на создание полноценного озонного слоя, было, соответственно, в три раза больше циклов солнечной активности, т.е., примерно, 362 727 273! Именно 4.0 миллиарда лет потребовалось Мидгард-Земле, чтобы сформировался полноценный озоновый слой, который был у планеты до 1960 года. Далее, напомню, что озоновая дыра над Антарктидой возникла из-за того, что в результате «разумной» деятельности человека толщина озонового слоя Мидгард-Земли уменьшился на 30%! Возникает вопрос, почему Природе сначала потребовалось более миллиарда лет, чтобы создать те самые 30% озонового слоя Мидгард-Земли, которые человек уничтожил за 30 лет? И за это время было, как уже отмечалось, было 120 909 091 одиннадцатилетних циклов солнечной активности! Чем таким отличался пик солнечной активности 1989 года одного из циклов солнечной активности от остальных пиков активности, которые были на Солнце во время и за время 120 909 091 циклов солнечной активности за эти 1.3 миллиарда лет?! На этот вопрос «почему-то» «эксперты» не отвечают, они этот вопрос вообще не поднимают по «неизвестным» причинам.

А если просто предположить, что во время пика солнечной активности 1989 года произошло то же, что и по совокупности за 120 909 091 циклов солнечной активности за 1.3 миллиарда лет, то это означало бы, что в 1989 году наше Солнце стало сверхновой звездой со всеми вытекающими из этого последствиями. Но в 1989 году наше Солнце не стало сверхновой звездой, а значит, эта версия отпадает. Но такая версия «экспертов» отпадает ещё и по совсем другой причине. Дело в том, что при каждом пике солнечной активности увеличивается мощность солнечной радиации, включая жёсткое излучение. А это всё приводит к тому, что кислород в атмосфере ионизируется, другими словами атомы кислорода становятся ионами. А ионы кислорода не создают молекул озона, которые представляют собой объединённые в одну молекулу три атома кислорода! Таким образом, при пиках солнечной активности происходит не синтез озона, а наоборот — увеличивается потеря молекул кислорода и озона в результате ионизации! Так что, с какой стороны не посмотри, объяснение «экспертов» есть ни что иное, как абсурд. Конечно, понятно, что они не могли знать о том, что делал я. А если кто и знал, то не могли принять, так как для них моя версия событий была просто вне обсуждения. Для них было просто невозможно даже принять к размышлению подобный подход. Для них было проще просто выдать абсолютную глупость, но глупость наукообразную. Позже об этом говорить стало просто дурным вкусом. Но оставим это на совести тех, кто так поступает.

Лично для меня было совершенно неважно, что по этому поводу думают «эксперты», если они вообще что-нибудь думали по этому поводу. Для меня было важно то, что моя попытка увенчалась успехом, а что и кто будет думать по этому поводу, лично для меня было неважно. Я шёл своей дорогой и не ожидал ни от кого благодарности и признания, ни от учёных, ни от спасённого мной человечества, как бы это громко и самонадеянно не звучало. Для меня было важно найти решение проблемы — и я его нашёл! И в этом была моя награда. Но в самом конце декабря 1989 года я ещё не был уверен, что мне это удалось. Появились только первые сообщения о том, что воздух Москвы полностью очистился от вредных газов, что мне говорило о том, что, по крайней мере, мне удалось расщепить вредные газы атмосферы. Когда я узнал об этом, у меня практически мгновенно возникла ещё одна идея. Я подумал, а почему бы не расщепить подобным же образом радиоактивные загрязнения среды, возникшие после чернобыльской аварии?

Напомню, что прилетевшие по моей просьбе инопланетные гости6 расщепили только плутоний в саркофаге четвёртого реактора, а на мой вопрос о том, почему они не решили проблему полностью, они мне ответили, что сделали то, что наша цивилизация не может сделать сама, а всё остальное — это наша собственная проблема. В сентябре 1987 года я даже не пытался решить задачу самостоятельно по той простой причине, что я не был уверен в том, что решение такой задачи мне по плечу, и я имею всё необходимое для успешного её решения. А тешить своё самолюбие и пытаться что-нибудь сделать, не зная, получится у меня что-нибудь или нет, я считал преступным, так как времени для разных проб и ошибок не оставалось. Действовать нужно было немедленно и с полной уверенностью в том, что результат будет положительным. Именно поэтому, я, взвесив всё, решил обратиться к своим друзьям за помощью. И я до сих пор считаю, что это было правильным решением. И даже, если я и смог бы тогда сам решить проблему с саркофагом четвёртого реактора, я не считал приемлемым рисковать всем и вся ради того, чтобы потешить собственное самолюбие. По этому поводу у меня не было даже малейшего сомнения. Я прекрасно понимал уровень ответственности за ситуацию и не видел смысла даже пытаться что-то сделать, теряя драгоценное время, которого тогда было очень мало. Да и не знал я тогда, сколько времени пройдёт после моего обращения за помощью и появлением самой помощи, если, конечно, надеяться на то, что у меня был реальный контакт с объединением цивилизаций. На радость мне, да и думаю всех остальных, мои «связи» оказались реальными, а не придуманными.


6 См. Часть 9. Через тернии — к звёздам.


Но теперь, когда ничто не грозило взорваться и разнести планету на множество астероидов и когда у меня получилось расщепить на первокирпичики вредные газы атмосферы, я решил попробовать и расщепить радиоактивные вещества в зоне чернобыльского загрязнения. И опять-таки — хуже не будет, а может быть, будет лучше. Сказано — сделано и в начале января 1990 года я произвёл соответствующее воздействие и... стал ждать, что из этого получится. И вдруг, в начале февраля на центральном телевидении объявляется суточный чернобыльский марафон, Верховный Совет СССР выделил огромные средства для чернобыльской зоны, чего не случалось со времени катастрофы в 1986 году. Собрали очень много пожертвований и от частных лиц, и от предприятий, но ни эти пожертвования, ни бюджетные деньги никогда не дошли до Чернобыля, как это выяснилось позже. Когда объявили о чернобыльском марафоне, я подумал о том, что видно я чего-то не учёл и эксперимент не удался. Но вскоре стала появляться весьма интересная информация.

Сначала, Владимир Дмитриевич Сергеев, имевший весьма тесные связи с органами, сообщил мне о том, что исследования лабораторий КГБ на месте показали отсутствие какого-либо радиационного фона выше нормы на заражённых территориях. Интересная возникла ситуация. Через того же Владимира Дмитриевича Сергеева высшее руководство КГБ узнало о том, что я произвёл попытку расщепить радиоактивные загрязнения чернобыльской зоны, спецлаборатории проверили эффективность моей работы, и когда убедились в результате, тихо-мирно «организовали» и выделение огромных бюджетных денег на очистку, и чернобыльский марафон, прекрасно зная, что всё уже очищено в результате моей работы. Видно, по такому случаю решили «погреть руки» на моей работе, положив в карман огромные денежные средства. Видно они решили придержать информацию об очистке мною территории чернобыльской зоны, имитировать видимость деятельности по очистке и, прикрываясь секретностью методов очистки от радиоактивного заражения, объявить об успешно выполненной работе (до сих пор не существует методов очистки, кроме, как перезахоронения заражённого грунта).

В результате такой операции в лучших традициях Остапа Бендера, они рассчитывали спокойно положить в свой карман весьма кругленькую сумму денег. У них это получилось — они положили в свой карман кругленькую сумму денег, но не получилось всё сделать незаметно, как они рассчитывали. Стать героями по спасению от радиоактивного загрязнения у них не получилось. Ещё до того, как они успели организовать профанацию с «очисткой», информация об отсутствии радиоактивного загрязнения получила утечку и... жители заражённых районов стали возвращаться в свои дома. Их пытались остановить, но из этого ничего не получилось. В программе «Время» в феврале 1990 года тележурналист кричал с голубого экрана: «...если счётчик Гейгера не показывает присутствия гамма, бета и альфа излучений, это не значит, что нет радиоактивного заражения...». Вот такую «высоконаучную» речь выдал тележурналист. Но при этом, забыл сказать, что физика не знает других методов регистрации радиоактивного заражения, кроме, как посредством замера уровней излучений — гамма, бета и альфа! Вот такие вот «чудеса в решете»...

Так что, «красиво» украсть деньги за чужой счёт (в данном случае, мой) у этих остапов бендеров не получилось. Они украли деньги, но не в образе героев, а в образе самых, что ни на есть обыкновенных воров. Вот такие вот дела, вот такая суета развернулась вокруг моей работы в зоне чернобыльской аварии по очистке от радиоактивного загрязнения. Так что, и эта моя работа оказалась тоже успешной, и результаты её мне принесли радость и огорчение одновременно. Почему огорчение — думаю объяснять нет надобности и так всё понятно...

* * *

В начале 1990 года произошло ещё одно интересное событие, не столь масштабное, как другие, но не менее важное. А началось всё с листика. Да, да именно с листика какого-то тропического растения. Мне его кто-то дал и предложил поставить в воду и держать в воде до тех пор, пока листик не пустит корни, после чего его можно будет пересадить в горшок с землёй. Я решил для себя — почему бы и нет и... поставил этот листик в стакан с водой. И тут мне пришла в голову одна идея. А что если мне повлиять и изменить биологический коэффициент с 10%, что у покрытосеменных, до 30% — чего нет ни у одного растения на Мидгард-Земле? К этому времени у меня было довольно полное понимание природы эволюции жизни и процессов, протекающих в живой материи. Поэтому я довольно решительно приступил к этому эксперименту. Произвёл воздействие на листик и... стал наблюдать, что из этого получится. Листик довольно быстро пустил корни в воде, они стали довольно-таки пышными, и я решил, что пора уже пересаживать листок в горшок с землёй. Что я и сделал и теперь стал наблюдать дальнейшее развитие событий. Довольно быстро появился ещё один лист, затем другой, листья растения стали очень сочными и тёмно-изумрудного цвета, а нижняя часть листьев покрылась каким-то беловатым пушком. И в мае месяце у меня это растение зацвело.

Я понятия не имел о том, что и как должно было происходить с этим растением. Я планировал полезть в ботанический справочник и выяснить всё, что можно об этом растении. Но получилось так, что ботанический «справочник» пришёл ко мне сам, точнее пришла в гости женщина-ботаник. Я не запомнил имя этой женщины, но она оказала мне очень важную услугу. Будучи кандидатом наук, она первым делом, увидев цветущее растение, назвав его латинское имя, которое я опять-таки не запомнил, с удивлением спросила: «Надо же у Вас ... цветёт, а ведь, оно цветёт далеко не всегда и один раз в пять лет!». Когда я сказал ей, что это растение ещё три месяца назад было листиком, поставленным в стакан с водой, она не хотела этому верить. Благо у меня были поляроидные снимки всех этапов с датами. На снимках был листик в стакане без корней, затем — с корнями, далее — листик уже в горшке и... само растение с мясистыми листьями и, конечно же, цветущее растение. Цветущее растение она могла видеть и своими собственными глазами. Я ей объяснил, что произошло, но вот не уверен, что она поверила мне. Но мне и не было важно, поверила ли мне эта женщина-ботаник. Главное — я знал сам, что это правда, мне не нужно было доказывать, что ещё три месяца назад это было только листиком. Ведь я сам этот листик поставил в воду. Для меня информация, которую мне сообщила эта женщина-ботаник, была очень важна. Так как этой информацией она подтвердила успех моего эксперимента и даже успех больший, чем ожидал я сам. За три месяца после моего воздействия листок прошёл эволюцию пяти лет! Это было просто замечательно. Такой результат — практический результат — наряду с другими практическими результатами, говорил, что мне удалось наткнуться на невиданную «золотую» жилу понимания законов природы, живой и неживой, и не только понять эти законы, но и найти методы и способы применения этого понимания на практике! И это было просто потрясающе! Каждый раз, когда у меня получалось задуманное, я испытывал ни с чем не сравнимую радость оттого, что у меня оно получилось.

Когда я выяснил для себя результаты своего влияния на листок, у меня тут же родилась идея провести несколько необычный эксперимент с растениями. Я подумал, а что будет, если накрыть всю территорию Советского Союза воздействием на все культурные растения, чтобы в несколько раз увеличить урожайность культур? А почему бы и нет? Ведь от этого будет только польза всем, как мне думалось. Подумал — и сделал, и... стал собирать информацию из первых рук, т.е. от людей, которые непосредственно занимались сельским хозяйством. Лето 1990 года выдалось холодным и дождливым, и я помню, как по телевидению выступали академики-аграрники и прогнозировали неурожай. Они всех готовили к тому, что урожай будет очень плохой, и что следует ожидать худшего, вплоть до нехватки хлеба и других продуктов питания. Но каково было удивление тех же самых академиков-аграрников, когда урожай был, как минимум, в три раза больше, чем в самые урожайные годы. Правда, к такому повороту событий никто не был готов, и такой богатый урожай не удалось собрать полностью! Но это уже было вторичным фактором. Оказалось, что одноразового воздействия на территорию всего Советского Союза оказалось достаточно, чтобы урожайность выросла более чем три раза! А для этого воздействия у меня даже не было реальных фотографий территории. Я только мысленно представил себе по памяти географическую карту Советского Союза и то, что я хотел осуществить...

Так получилось, что начало 1990 года было богато на радостные для меня события. Как помню сейчас, 23 февраля 1990 года, было пятницей. На 25 февраля, в воскресение, были назначены выборы президента России или в Верховный Совет РСФСР, если не ошибаюсь. Так вот, в пятницу, 23 февраля, Владимир Дмитриевич Сергеев, уезжая поздно вечером от меня, прозрачно мне намекнул, что 25 февраля ожидаются большие беспорядки. И если я могу с этим что-нибудь сделать — было бы весьма здорово! Насколько я понял из результатов сканирования ситуации и анализа доступной для всех информации, 25 февраля КГБ готовило очень серьёзную провокацию. Людей начали через газеты и телевидение запугивать ожидаемыми непорядками и советовали вообще никуда не ходить в этот день. Я понял, что КГБ готовило провокаторов, которые должны были завести толпу и спровоцировать её на беспорядки своими действиями и выстрелами из выданного для этих целей им оружия, по зданию КГБ и другим стратегическим объектам, и тем самым дать властям возможность ввести в стране военное положение и приступить к репрессиям. В принципе, успех этой операции означал захват власти в стране верхушкой КГБ. Я решил попытаться не допустить кровопролития. Для этой цели я создал своеобразный колпак воздействия на весь Советский Союз. Это, как в том анекдоте про «колпак у Мюллера». Так вот, я создал свой «колпак» с программой блокировать любую агрессивность и любые проявления жестокости и насилия, и... 25 февраля всё прошло необычайно гладко.

Психология bookap

Как потом выяснилось, в тот день не было совершено ни одного ограбления, насилия или убийства на всей территории Советского Союза! А подтверждение того, что КГБ планировало кровавую провокацию, я получил позже, когда мне в руки попал очередной номер газеты «Коммерсант». В этом матровском номере сообщалось о том, что к Москве была подтянута танковая кантемировская дивизия, госпитали были развёрнуты по военному времени с большим запасом крови для переливания, все врачи были в воскресенье на своих рабочих местах, сотрудники органов ушли домой со своим табельным оружием, судьи имели списки людей, которых следовало арестовать и т.д. Всё это говорило о том, что власти планировали кровавую провокацию, и что мне своим воздействием её удалось предотвратить! И я этому очень рад! Не знаю, зачем Владимир Дмитриевич Сергеев намекнул на возможные непорядки 25 февраля. Может быть, ему такое развитие событий не нравилось самому, и он намекнул мне, зная, что у меня, возможно, получится это безумство остановить. Ведь это могло привести к гражданской войне и трудно даже себе представить её последствия для страны. А может быть, по поручению тех же самых органов, он создал утечку информации, и тем самым КГБ хотело проверить смогу ли я сделать что-нибудь подобное и блокировать своим пси-воздействием ещё и всех тех, кто работал, чтобы это событие произошло. Возможно, присутствовало и первое, и второе.

Ранее Владимир Сергеев, после того, как я рассказал ему о том, что чернобыльская авария не была аварией, а была результатом прямого пси-воздействия на работников атомной станции, как-то показал мне список людей из группы Вронского, которые работали над созданием аналогичной ситуации под Серпуховым и спросил меня, не могу ли я блокировать их действие. Я сказал ему, что с радостью это сделаю. А после этого он попросил меня дать характеристику людей из его списка. На что я ему ответил, что не вижу такой надобности и, к тому же, я подчеркнул фамилии людей из списка, которые работали осведомителями КГБ и сказал ему, чтобы всё, что его интересует, он спрашивал у них, и что я не имею ни малейшего желания это делать. У меня сложилось такое впечатление, что внутри КГБ боролись между собой разные группировки, которые ставили для себя разные цели и применяли разные методы для достижения своих целей. И не думаю, что я ошибался в этом... А тем временем, пришёл июнь 1990 года, и меня ожидали новые повороты в моей судьбе.