Часть 2.. Личностные проблемы

Глава 6.. Тревожность

Рону двадцать лет; это здоровый, красивый человек, любимец своих друзей. До недавних пор он специализировался по коммерции в одном христианском университете на Среднем Западе, и вот, не закончив второго курса, за неделю до экзаменов, он куда–то исчез.

«Я не мог унять тревоги, — сообщил он своему семейному врачу по прибытии домой. — Во время тестирования я обливался от страха холодным потом, в голове у меня становилось пусто, и я забывал все, что выучил. В университете я сначала учился некоторое время, а потом перестал появляться на лекциях, поскольку мне было очень страшно — ведь я мог забыть материал, который потом станут проверять на тестировании. К концу четверти мне стало неудобно появляться в университетском комплексе. Я перестал ходить в нашу столовую, потому что боялся столкнуться с кем–нибудь из преподавателей. Под конец моего пребывания в университете я боялся даже выйти из своей комнаты».

Рон — христианин. В его Библии есть отметка в Послании к Филиппийцам; здесь им подчеркнуты стихи 6 и 7: «Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом, — и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе» (гл. 4).

И все же, как Рон ни молился, никакого мира он не ощущал. Напротив, он впадал в панику и терял голову, когда думал о том, что теперь, оставив университет, он должен будет подыскивать себе работу. «А вдруг никто не наймет меня? — думалось ему. — А что если я найду работу, но у меня ничего не получится? И не будет ли мне страшно ходить на работу?»

Врач выписал Рону транквилизаторы и предложил проконсультироваться у специалиста. Транквилизаторы устранили тревогу, что дало Рону возможность записаться на консультацию. С помощью консультанта Рон постарается выяснить причины своей острой тревоги. Вероятно, они рассмотрят методы ослабления и борьбы со стрессом, в том числе и стрессом, связанным с его предстоящей трудовой деятельностью.

Родители Рона, хотя особо и не возражают против этой консультации, считают, что все разрешится само собой. Его отец, человек весьма преуспевающий, целенаправленный бизнесмен, откладывать дел в долгий ящик не любит. Он не понимает, отчего это сыну вздумалось показаться «какому–то психотерапевту», и надеется, что все беспокойства Рона скоро пройдут сами по себе.

Рон считает, что в значительной мере его повышенная тревожность зависит от него самого. Он предполагает также, что беспокойства могут быть следствием сбоя в его организме. Кроме того, ему интересно узнать, в какой мере его проблемы связаны с давлением, оказываемым его благонамеренным, но нетерпеливым и нечувствительным отцом.

***

Тревога, стресс, страх, фобии, эмоциональная напряженность — в узко специальном смысле все эти слова имеют различное значение, хотя часто употребляются как взаимозаменяемые, чтобы описать одну из наиболее распространенных проблем этого столетия. Состояние тревоги называют «одной из основных характерных черт нашего времени», основой всех неврозов и «наиболее распространенным психологическим феноменом нашего времени». Этот феномен известен издавна, ибо он — ровесник человечества, а сложности и темп современной жизни сигнализируют нам о его наличии и, по всей видимости, умножают его эффекты.

Тревога — это состояние души, предчувствующей что–то тяжелое, мучимой безотчетным сомнением, неуверенностью в отношении будущего и/или страхами на фоне повышенного возбуждения. В тревожном состоянии организм находится как бы начеку, будучи готовым в любой момент к бегству или борьбе. При этом сердце человека бьется в ускоренном ритме, кровяное давление и мышечный тонус нарастают, иногда наступают выраженные нейроэндокринные (нервно–химические) сдвиги, которые сопровождаются повышенной потливостью, раздражающей слабостью, причем человек, испытывающий тревогу, не способен расслабиться. Тревога возникает в ответ на определенную, конкретную, поддающуюся опознанию опасность (по мнению многих авторов, подобные состояния лучше называть «страхом», а не тревогой); однако причиной тревоги могут быть также реакции на воображаемые или нераспознанные угрозы, затрагивающие интересы человека или его ближних. Этот последний тип недетерминированной тревожности называется «свободно плавающей тревогой»; тревожный человек чувствует, что с ним должно произойти что–то страшное, но он не знает, что именно и почему.

Выделяют несколько видов тревожности, в том числе тревожность нормальную и невротическую, умеренную и сильную, ситуационную и личностную.

Нормальная тревожность проявляется временами у всех, обычно когда человек ощущает какую–то реальную угрозу или попадает в опасную ситуацию. Интенсивность возникающей при этом тревоги чаще всего прямо пропорциональна опасности (чем больше угроза, тем сильнее тревожность). Тревогу подобного свойства можно распознать, ею можно управлять, ослабляя ее интенсивность, особенно в том случае, когда изменяются обстоятельства. Сутью невротической тревожности являются сильно преувеличенные чувства беспомощности и страха, появляющиеся в случае несоразмерной, незначительной и даже несуществующей угрозы. По мнению многих душепопечителей, выявить тревогу данного рода на сознательном уровне невозможно, поскольку она возникает на почве внутренних, неосознаваемых конфликтов. Вот какое точное, хотя и специальное определение невротической тревоги дает Ролло Мэй: «Невротическая тревога — это реакция, непропорциональная, в силу определенных внутрипсихических конфликтов, реальной угрозе»180.


180 Rollo May, The Meaning of Anxiety, rev. ed. (New York: Norton, 1977), 214.


Тревога различается по силе и мощности воздействия. Умеренная тревожность может быть желательной и безопасной. Часто в разных ситуациях она направляет человека, помогает ему избежать опасных ситуаций и повышает эффективность его деятельности. Интенсивная тревожность, напротив, ведет к большему стрессу. Такая тревога ограничивает объем внимания и нарушает его концентрацию, ведет к рассеянности и забывчивости, вредит профессиональным навыкам, препятствует решению насущных проблем, не дает конструктивно общаться с окружающими, порождает панику и временами вызывает неприятные соматические симптомы, такие, например, как полное бессилие, сердцебиение и сильные головные боли.

Один ученый–психолог отличал тревожность ситуационную от тревожности личностной181. Ситуационная тревожность представляет собой динамичное, временное (преходящее) эмоциональное состояние той или иной степени интенсивности. Время от времени у каждого из нас, в ответ на изменение внешней или внутренней среды, возникает это острое, сравнительно кратковременное, неприятное эмоциональное состояние, характеризующееся наличием дурных предчувствий, страха, напряженности и беспокойства. Обычно ситуационная тревожность развивается как реакция на некоторую угрозу, и порой переживается как эмоциональное возбуждение182. В отличие от ситуационной тревожности тревожность личностная представляет собой постоянную, врожденную эмоциональную напряженность. Внешне это проявляется нервозностью, беспокойством и раздражением. Часто личностная тревожность вызывает соматическую болезнь, поскольку организм не может эффективно функционировать, пребывая в состоянии постоянной эмоциональной напряженности и возбуждения.


181 Charles Spielberger, Understanding Stress and Anxiety (New York: Harper & Row, 1979).

182 Тревога и возбуждение приводят к высвобождению одних и тех же гормонов и действуют на одни и те же отделы нервной системы. Тревогу и возбуждение называют «парной эмоцией, вызывающей однотипные ощущения». Иногда тревогу путают с возбуждением. Одни, считая себя возбужденными, хотя на самом деле испытывают тревогу, продолжают заниматься чем–либо, совершенно забыв обо всем, отдавшись порыву, между тем как следует проявлять осмотрительность. Другие, считая себя тревожными, а в действительности будучи возбуждены, сдерживают себя и отказываются от многих жизненных удовольствий; см.: Martin Groder, "Excitement or Anxiety: Which Is Which?" Bottom Line Personal 8 (15 March 1987): 11, 12.


В последние годы внимание масс–медиа и специалистов было сосредоточено на двух других типах тревоги: посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) и тревожности, возникшей вследствие перенесенной болезни. Перенесенный человеком острый стресс в виде травмирующих событий, таких, как военные конфликты, насилие, терроризм, несчастные случаи, участие в серьезной аварии, похищение людей и стихийные бедствия (такие, как ураган, землетрясение), может поселить в его душе пожизненную тревогу. Долгие годы после травмы некоторые люди переживают в кошмарных снах былые события, испытывают иррациональные страхи, депрессию, бывают нервозны и утрачивают интерес к тому, что ранее приносило удовлетворение. Для этих людей тревога становится частью их образа жизни, которая течет в русле, проложенном прежним стрессовым переживанием. Подобные посттравматические расстройства наблюдаются у ветеранов войны во Вьетнаме183, однако те же самые постоянные расстройства тревожного ряда после травмирующих переживаний могут развиться у каждого человека.


183 См., напр.: Charles R. Figley, ed., Stress Disorders among Vietnam Veterans (New York: Brunner/Mazel, 1978); W. Kelly, Post–traumatic Stress Disorder and the War Veteran Patient (New York: Brunner/Mazel, 1985); and William P. Mahedy, Out of the Night: The Spiritual Journey of Vietnam Vets (New York: Ballantine, 1986).


Термин «паническое расстройство» обозначает периодически возникающие непредсказуемые кратковременные приступы чрезвычайно сильной тревоги, которые развиваются у несомненно нормальных людей, часто без каких бы то ни было предвестников и в самых неожиданных ситуациях. Страдают такими приступами около пяти процентов населения, в основном женщины. Многие годы считалось, что причина расстройств подобного рода связана с действием психологических факторов, однако в последнее время, как нам предстоит вскоре убедиться, растет число указаний на их биологические корни184.


184 В двух превосходных книгах данный вопрос обсужден в более детальном виде: David V. Sheehan, The Anxiety Disease (New York: Charles Scribner's Sons, 1983); and R. Reid Wilson, Don't Panic: Taking Control of Anxiety Attacks (New York: Harper & Row, 1986).


Библия и проблема тревожности

Понятие «тревожность» можно увязать с библейским понятием «забота», обозначающим, во–первых, обычное состояние озабоченности и, во–вторых, состояние раздражения и тревоги.

Тревога в форме реалистичной заботы, вызванная внешними и внутренними причинами, Библией не осуждается. Павел писал, что его не заботят (то есть, не беспокоят, не тревожат) холод, голод и другие опасные ситуации, но указывал, что озабочен (то есть обеспокоен) благополучием церквей. Состояние длительного беспокойства, сопровождаемое глубокой сосредоточенностью мыслей и чувств на интересах ближних, всякий день направляло действия апостола185 и побуждало «искренно заботиться» (испытывать глубокое беспокойство и заинтересованность) о других, например о Тимофее186.


185 2 Кор. 11:28.

186 Флп. 2:20.


Тревога как состояние раздражения и озабоченности, быть может, характеризовала умственное состояние псалмопевца, записавшего такие слова: «При умножении скорбей моих в сердце моем, утешения Твои услаждают душу мою»187. Иисус в Нагорной проповеди учит нас не заботиться (не беспокоиться) ни о завтрашнем дне, ни о насущных потребностях, таких, как пища и одежда. У нас есть Отец небесный, говорит Иисус, Который восполнит наши нужды188. В новозаветных посланиях Петр и Павел вторят словам Иисуса. «Не заботьтесь ни о чем», — написано в Послании к Филиппийцам. Вместо этого христианам предлагается всегда в молитве и прошении с благодарением открывать свои желания перед Богом в надежде обрести «мир Божий, который превыше всякого ума»189. Мы можем все заботы наши возложить на Господа, ибо Он печется о нас190.


187 Пс. 93:19.

188 Мф. 6:25–34.

189 Флп. 4:6,7.

190 1 Пет. 5:7; см. также: Пс. 54:23.


Состояние постоянного раздражения, тревожные мысли в трудно объяснимых или объективно тревожащих ситуациях появляются, когда мы отворачиваемся от Бога, берем на себя бремя жизни и хотим решать свои проблемы сами, по крайней мере в наших отношениях и действиях. Мы не ищем Царства Божьего и правды Его, то есть не признаем суверенности и всевластия Бога191, так что многие из нас — душепопечители и подопечные в равной мере — впадают в греховную самоуверенность и начинают заниматься собственными переживаниями.


191 Мф. 6:33: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам».


По Библии, нет ничего дурного в том, чтобы честно пытаться справляться с реальными проблемами жизни. Пренебрегать опасностями глупо и ошибочно. Однако ошибочно и вредно позволять парализовать себя чрезмерной озабоченностью. Свои насущные заботы, беспокойство, огорчения мы должны приносить в молитве Богу, Который может избавить нас от парализующих страхов и тревог, предоставив тем самым возможность заниматься удовлетворением своих реальных потребностей и потребностей наших ближних.

Всем известно, как нелегко выполнить совет: «Удаляй печаль от сердца твоего»192 или «Не заботьтесь ни о чем»193. Людям трудно «возложить на Господа заботы» свои, трудно поверить, что Бог удовлетворит их потребности, трудно рассчитывать на Его помощь и знать, что в трудной ситуации им следует брать на себя определенную ответственность, поступая в зависимости от обстоятельств. Беспокойные, мнительные люди часто раздражаются, проявляют нетерпение; им необходима реальная помощь в решении их проблем в пределах безупречных, намеченных Богом сроков.


192 Еккл. 11:10.

193 Флп. 4:6.


Христианский душепопечитель может быть примером человека спокойного, доверяющего Богу и потому не терпящего нужды ни в чем. Душепопечитель способен также помочь своим подопечным постичь обетования Божьи, познать Его силу и Его влияние на нашу повседневную жизнь и действовать соответствующим образом по мере необходимости. Кроме того, многим подопечным полезно осознать причины и последствия их личностной тревожности.