Часть 5.. Проблемы идентификации

Глава 21.. Комплекс неполноценности и низкая самооценка

Саре исполнится пятьдесят в следующий день рождения. «За эти почти полвека мне приходилось бывать в разных переделках, — сказала она недавно мужу, — и все это время я страдала от комплекса неполноценности».

Сара постоянно унижается перед семейством, хотя чувствует себя уязвленной, когда ее дочери–подростки принимаются осуждать ее за те или иные поступки или отношения. Она убеждена, что неполноценность есть «нечто такое, с чем некоторые из нас появляются на свет», и не допускает мысли, что в принципе возможны какие–либо перемены.

Иногда кажется, что Сара просто пользуется своим комплексом неполноценности в качестве оправдания, чтобы не принимать участия в делах церкви, утверждая, что у нее «не выходит, как у других». Сара отказывалась от множества приглашений на встречи с друзьями на том основании, что, как она говорила, «на самом–то деле они, конечно, не хотят нас видеть»; и вскоре она обнаружила, что ее уже больше не приглашают. Но это она воспринимает как еще одно свидетельство неполноценности и недостаточной привлекательности для других.

Недавно Сара нашла поддержку своей позиции в словах одного радиопроповедника. Этот проповедник осуждал «безбожные гуманистические представления, согласно которым человеку надо иметь чувство собственного достоинства». Проповедник утверждал, что «иметь о себе хорошее мнение никак нельзя», и критиковал других проповедников и душепопечителей, которые хорошо отзываются о любви к себе, адекватной самооценке и положительном образе «я». Он утверждал, что «эти идеи противоречат Библии», что «самоунижение, самоотречение и осознание своих немощей приветствуется Библией. Мы, ничего не стоящие, грешные творения, должны ненавидеть себя».

Сара отказывается посоветоваться с душепопечителем по поводу своей низкой самооценки и комплекса неполноценности. Она не считает, что эти ее установки представляют собой какую–то проблему. Напротив, она испытывает тайное чувство гордости, поскольку уничижает себя, что, по ее мнению, больше соответствует Библии. Она не оставляет подобных мыслей и, возможно, так и проживет остаток жизни, чувствуя себя ничего не стоящей и бесполезной.

Много лет тому назад Альфред Адлер, европейский психиатр, писал, что у всякого человека есть свой комплекс неполноценности. Бывает, чувство неполноценности побуждает к позитивным достижениям, хотя иногда оно может в нас так возобладать, что отдалит от ближних, в связи с чем то, что Адлер называл комплексом неполноценности, разовьется еще больше.

Люди, чувствующие свою непригодность и неполноценность (это составляет, согласно некоторым данным, до 95 процентов населения), склонны принижать себя. Подобное отношение к себе может сделать человека несчастным и породит чувство неадекватности. Адлер полагал, что ловушки неполноценности можно избежать только после того, как человек прекратит сравнивать себя с ближними и откажется от присущего всем людям стремления к власти. Согласно современным авторам, люди преодолевают чувство неполноценности, вырабатывая положительное и здравое самоуважение.

Слово «самоуважение» в литературе по душепопечению появляется нередко вместе с родственными понятиями, такими, как образ «я» и концепция «я». Эти понятия передают то, какими мы видим себя. Представьте себя на месте романиста, который сделал главным персонажем самого себя. Какими словами вы тогда воспользуетесь? В это описание, по всей вероятности, войдет целый ряд черт характера, сильных и слабых сторон личности, а также внешних данных. Образ «я» и концепция «я» — это наши мысли и чувства по отношению к самим себе. Понятие «самоуважение» несколько отличается от вышеописанных понятий. Оно имеет отношение к тому, как оценивает личность собственное достоинство, способности и значимость. Если образ «я» и концепция «я» включают описание самого себя, то самоуважение включает самооценку.

Несомненно, эти понятия пересекаются, и нередко им предшествуют такие определения, как «благоприятный» или «неблагоприятный», «позитивный» или «негативный». Люди, имеющие благоприятные «я» — концепции, к примеру, склонны использовать в описании самих себя такие слова, как «способный», «уверенный», «разумный» или «терпеливый». Люди с позитивным самоуважением оценивают себя достойными и способными. Подобные восприятия самих себя мы носим в себе, однако они часто изменяются в результате полученного опыта. Но бывает и так, что они остаются весьма устойчивыми, несмотря на факты, свидетельствующие об обратном, и почти всегда влияют на то, как мы думаем, действуем и чувствуем.

Необходимость формирования благоприятного образа «я» и позитивного самоуважения признается почти всеми специалистами, работающими в области охраны психического здоровья. Многие современные методы душепопечения ставят целью оказание помощи подопечным в улучшении их «я» — концепций. Так, например, Уильям Глассер стремится помогать людям удовлетворять их «потребность чувствовать себя заслуживающими как собственного уважения, так и окружающих»1076. Семейный психотерапевт Вирджиния Сейтер пишет, что «ключевым фактором происходящего как в людях, так и между людьми является представление о собственном достоинстве, которое несет в себе всякий человек»1077. Карл Роджерс, наиболее влиятельный из психологов, часто писал о достоинстве человека и о безусловном положительном отношении к самому себе. Эти идеи богослов Роберт Шуллер развил в дальнейшем в своей противоречивой книге, где назвал самоуважение «величайшей неудовлетворенной потребностью людского рода в наши дни», «всеобщей надеждой» и основанием для «новой реформации», которая «уносит нас дальше протестантской Реформации Лютера и Кальвина»1078. Совершенно очевидно, что светским консультантам и христианским душепопечителям придется решать важные вопросы, оказывая помощь людям в формировании самоуважения и преодолении комплекса неполноценности.


1076 William Glasser, Reality Therapy (New York: Harper & Row, 1965), 9.

1077 Virginia Satir, Peoplemaking (Palo Alto, Calif.: Science and Behavior, 1972), 21.

1078 Robert Schuller, Self–Esteem: The New Reformation (Waco, Tex.: Word, 1982).


Библия и самоуважение

В последние несколько лет многие христиане обсуждают ценность чувства собственного достоинства. Известный христианский душепопечитель Джей Адаме крайне скептически относится к таким понятиям, как «самоуважение», «любовь к себе» и «образ „я"». Он употребляет слова типа «язычество» и «моровая язва», чтобы описать движение за самоуважение, и доказывает, что Священное Писание делает акцент на человеческой греховности и самоотречении, а не на достоинстве и самоутверждении. По мнению Адамса, Библия говорит, чтобы «мы были довольны собственным состоянием и отказывались от любого удовольствия». «К себе надлежит относиться как к преступнику, и всякий день приговаривать себя к смерти»1079. Психолог Пол Виц занял ту же позицию в своей книге, осуждающей чрезмерное внимание к собственному «я», и называет психологию новой религией, основанной на поклонении самому себе1080. Другое мнение принадлежит богослову Энтони А. Оукема, который написал книгу, предназначенную «показать, что Библия учит нас иметь позитивный образ „я", поскольку мы суть новые творения во Христе»1081. Душепопечитель Дейвид Карлсон охотно соглашается с этим. Он пишет, опираясь на свой богатый клинический опыт, о том, как много людей раздавлено негативным образом «я». Однако решение этой проблемы состоит не в том, чтобы с помощью зажигательных речей улучшить образ нашего «я». Вместо этого нужно помочь людям обрести библейское основание для чувства собственного достоинства.


1079 Jay E. Adams, The Biblical View of Self–Esteem, Self–Love, and Self–image (Eugene, Oreg.: Harvest House, 1986), 79, 106.

1080 Paul Vitz, Psychology as Religion: The Cult of Self–Worship (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1977); см. также P. Brownback, The Danger of Self–Love (Chicago: Moody, 1982); and David Meyers, The Inflated Self (New York: Seabury, 1981).

1081 Anthony A. Hoekema, The Christian Looks at Himself (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1975); см. также: "The Christian Self–Image: A Reformed Perspective", in Your Better Self, ed. Craig W. Ellison (San Francisco: Harper & Row, 1983): 23–36.



Любовь к себе (я смотрю на это понятие, как мне кажется, с библейской и психологической позиций) состоит в следующем: а) я принимаю себя как чадо Божье, достойное любви, дорогое, одаренное; б) я отказываюсь почитать себя центром вселенной; в) я понимаю, что нуждаюсь в том, чтобы Бог простил и искупил меня. Христианское самоуважение возникает, когда от мысли: «Я — величайший, самый мудрый, самый сильный и лучший» мы переходим к мысли: «я — это я, человек, сотворенный по образу Бога, грешник, искупленный милостью Божьей и существенная часть тела Христова»1082.


1082 David Carlson, Counseling and Self–Esteem (Waco, Tex.: Word, 1988), 12.



Быть может, Шуллер неожиданно дал отчасти похожий ответ, когда ему предложили определить самоуважение: «Самоуважение появляется в тот момент, когда человек осознает, что Христос, принявший смерть, чтобы искупить его, начинает жить в нем через Святого Духа». Согласно этому представлению самоуважение можно рассматривать как «чувство достоинства, которое возникает во мне, когда я вхожу в общение с Богом как с Отцом Небесным и обретаю уверенность в том, что я многого стою. Христос умер на кресте ради меня! Если Он так ценит меня, то мне лучше начать думать о себе так же, как Он»1083.


1083 From "Hard Questions for Robert Schuller about Sin and Self–Esteem", Christianity Today 28 (10 August 1984): 14–21.


Как христианские душепопечители, мы, вероятно, столкнемся со множеством людей, которые чувствуют свою неполноценность и имеют негативную самооценку. Некоторых сбивают с толку споры о самоуважении, популярные книги, осуждающие чувство собственного достоинства1084, или проповеди, которые то осуждают, то превозносят самоуважение. Вот почему так важно понимать и пропагандировать библейское представление о человеческом достоинстве1085, только тогда мы сможем оказывать наибольшую помощь людям в преодолении комплекса неполноценности и только тогда мы сможем выработать самоуважение, основанное на истинах Священного Писания.


1084 Интересный и широко цитируемый пример см.: Dave Hunt, Beyond Seduction: A Return to Biblical Christianity (Eugene, Oreg.: Harvest House, 1987).

1085 Один христианский автор замечает, что нередко путаница порождается тем, что мы не различаем понятий «заслуженный» (каковыми мы не являемся) и «достойный» (каковыми мы являемся); см.: David К. Clark, "Philosophical Reflections on Self–Worth and Self–Love", Journal of Psychology and Theology 13 (1985): 3–11.


1. Библейское учение о человеческом достоинстве. На страницах Библии постоянно утверждается, что человек дорог в очах Божьих. Бог сотворил нас по образу Своему, наделил разумом, возможностями, способностью общаться, свободной волей, умением различать добро и зло и ответственностью, чтобы управлять остальной частью творения1086. Посмотрите, как в Библии говорится о человеке даже после грехопадения: «Что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Не много Ты умалил его пред ангелами; славою и честию увенчал его»1087. Возлюбив нас, Бог послал собственного Сына заплатить за наши грехи и искупить нас, чтобы восстановить общение с Богом–Отцом1088. Он посылает ангелов, чтобы охранять нас; Святого Духа, чтобы водить нас; и Священное Писание, чтобы научить нас тому, что мы — соль земли и свет миру. Люди, верующие в Бога, будут в вечности с Ним на том месте, которое Он подготовил для нас на небе1089.


1086 Быт. 1:26–28.

1087 Пс. 8:5,6.

1088 Ин. 3:16.

1089 Пс. 90:11,12; Евр. 1:14; Лк. 12:12; Мф. 5:13,14; Ин. 14:1–3,26.


Несколько лет тому назад, Брюс Наррамор предположил, что это может значить для адекватной самооценки человека:

По сравнению с мирскими представлениями… христианский взгляд на самоуважение выступает в качестве самостоятельной категории. Уже это само по себе ставит человека выше животных. Уже одно это обеспечивает прочное основание для формирования самоуважение. Библейский взгляд на человека учитывает наши грехи и бессилие, не принижая при этом нашего глубочайшего значения в роли творения живого Бога… Поскольку мы сотворены по образу Бога, мы обладаем великим достоинством, смыслом и ценностью. Мы возлюблены Богом и заслуживаем собственной любви к себе и любви ближних к нам1090.


1090 S. Bruce Narramore, You Are Someone Special (Grand Rapids, Mich.: Zondervan, 1978), 29.



2. Библейское учение о человеческом грехе. Библия учит, что вследствие греха всякий человек есть грешник, отчужденный от Бога и осужденный за греховные деяния1091. Грех — это восстание против Бога. Грех представляет собой сомнение в правдивости Бога и вызов Его совершенной воле. Грех ведет к межличностному конфликту, попыткам самооправдания, стремлению обвинить в наших слабостях ближних, к психосоматическим проблемам, словесной и физической агрессии, напряженности и пренебрежению Богом1092. Все это не может не влиять на наше самовосприятие, нередко порождает вину и, несомненно, снижает наше самоуважение.


1091 Рим. 3:25; 5:12, 17–19; 6:23a; 7:18.

1092 Быт. 3:11–13; Пс. 31:1–5; Рим. 3:11–18.


Даже в нашем падшем состоянии Бог любит и ценит нас. Он ненавидит грех, но любит грешника. Он знает, что мы нечестивы и беспомощны, но это не значит, что нас нельзя простить и принять и что мы ничего не стоим. По Своей любви и милости, Он послал Своего Сына умереть, дабы мы сделались праведными и вернулись в Его семью полностью прощенными сыновьями и дочерьми1093.


1093 См.: Ин. 3:16; Рим. 5:1, 8–11, 14–17.


Грех прерывает нашу связь с Богом, но мы не можем отрицать то, что в очах Божьих мы все еще человеческие существа громадного достоинства и ценности — вершина Божественного творения.

3. Библейское учение о гордости. Некоторые христиане, придающие особое значение падшей человеческой природе, считают, что самоуважение является формой гордости. А поскольку Бог противится гордым1094, то, по мнению этих верующих, самоосуждение и чувство неполноценности необходимы, чтобы удерживать нас в смирении.


1094 Прит. 16:18; Иак. 4:6; 1 Пет. 5:5.


Гордость характеризуется жаждой признания и похвалы со стороны ближних1095. За нею стоит заносчивость, завышенная самооценка. Это включает в себя стремление превзойти других, при этом игнорируются интересы, мнения и желания других людей. В сущности, это притязание на славу, которая по справедливости принадлежит Богу.


1095 Craig W. Ellison, ed., Self–Esteem (Farmington Hills, Mich.: Christian Association for Psychological Studies, 1976).


В противоположность этому смиренность характеризуется «точной самооценкой, вниманием к мнению ближних и готовностью прежде похвалить других, чем ждать этого для себя»1096. Скромный человек принимает свои несовершенства, грехи и неудачи, но также признает и дарования, способности и достижения, которые исходят от Бога. Смиренность — это не отрицание самого себя и не отказ от сил и способностей, данных Богом.


1096 Ibid., 5.


Смиренность включает благодарную зависимость от Бога и объективную оценку своих сил и слабостей.

Апостол Павел, например, глубоко осознавал свое греховное прошлое и свои несовершенства, но он также признавал свои значительные достижения1097. Он понимал, что Бог искупил его и призвал на чрезвычайно важное служение. Это был объективный образ «я». Его характеризовала не гордыня, а скромная оценка того, что сделал и продолжал делать через него Бог. Такие качества, как самоуважение, реалистичная самооценка и смиренность, вполне сочетаются друг с другом.


1097 См.: Hoekema, The Christian Looks, chap. 1, "Paul's Self–Image"


4. Библейское учение о любви к себе. Библия исходит из того, что мы любим себя1098. Некоторым христианам принять такое заключение трудно, поскольку они считают любовь к себе проявлением превосходства, жестоковыйного своеволия или себялюбивой гордости. Однако любовь к себе не является восторженным самообожанием. Любить себя — значит видеть себя грешником, спасенным по благодати; творением, которое высоко ценит и любит Бог; одаренным членом тела Христова (если он последовал за Христом) и носителем Божественного образа. Мы можем любить себя, поскольку Бог любит нас, и мы не отвергаем богоданных способностей и возможностей. Именно это библейское представление о любви к себе должно лежать в основе самоуважения.


1098 Мф. 22:39; Еф. 5:28, 29. В некоторых богословских дискуссиях на тему самооценки пытаются разобраться, чем являются слова «возлюби ближнего твоего, как самого себя» из Мф. 22:39, — заповедью или констатацией факта. Обе стороны приводят свои аргументы. Я склонен согласиться со Стоттом в том, что это «не заповедь любить себя… любовь к себе здесь констатируется как факт». Далее дискуссия уходит в сторону от решения вопроса, является ли этот факт проявлением греха; см.: J. R. W. Stott, "Am I Supposed to Love Myself or Hate Myself?" Christianity Today 28 (1984): 26–28.


Некоторые различия в богословских представлениях о самоуважении связаны, по всей видимости, с тем, что фундаментальным понятиям даются разные определения1099. Считается, например, что самоуважение не следует считать самопоклонением; что любовь к себе не является проявлением эгоизма; что самоутверждение отличается от самомнения; что мы можем уважать себя, не ставя себя в центр мироздания; что самоотречение не то же самое, что самоуничтожение; что испытывать отвращение к своей падшей природе — это не значит осуждать себя; что смиренность отличается от самоуничижения и что быть недостойным не означает не иметь никакой ценности1100. Христианин может уважать себя не за собственные дела и человеческую природу, а лишь в силу Божьей благодати и искупления1101.


1099 Это важный пункт в статье: Dale S. Ryan, "Self–Esteem: An Operational Definition and Ethical Analysis", Journal of Psychology and Theology 11 (1983): 295–302. В радиодискуссии на тему самооценки (она была записана на пленку в 1987 г. на студии WMBI, Чикаго) Джей Адаме и Дейвид Карлсон высказывали совершенно противоположные взгляды, но когда они дали четкое определение своим терминам, то оба согласились, что термины имеют больше сходства, чем различия.

1100 Эти различия подробно обсуждаются: Carlson, Counseling and Self–Esteem, 25–30.

1101 Эта точка зрения приводится: Craig Ellison, "Self–Esteem", in Baker Encyclopedia of Psychology, ed. David G. Benner (Grand Rapids, Mich.: Baker, 1985): 1045–1047.